Гегель о тезисе, антитезисе, синтезе.
О том, что у Гегеля якобы нет «тезиса, антитезиса, синтеза», врут философы Теодор Геринг (Theodor Haering's), Иван Ильин, («Hegel's Philosophie als kontemplative Gotteslehre». Bern, 1946), J. Flugge («Die sittlichen Grundlagen des Denkens in Hegels Logik». Hamburg, 1953. S. 17), N. Hartmann (Kleinere Schriften, II. Berlin, 1957. S. 225). И, следовательно, об отсутствии у Гегеля «тезиса, антитезиса, синтеза» врёт Г.Э. Мюллер (G.E.Mueller, The Hegel Legend of «Thesis-Antithesis-Synthesis», Journal of the History of Ideas ig, 1958. S. 411-414. И, следовательно, об отсутствии у Гегеля «тезиса, антитезиса, синтеза» врут все те, кто их цитирует – например, Allen W. Wood («Hegel's Ethical Thought». 1990. S. 3-4). Все эти философы в труды Гегеля носа не совали!
Гегель критикует Канта (мол, схема Канта «бездуховна» и у Канта «выпадают моменты абсолютной формы»). А в целом, Гегель хвалит Канта: «Кант, следовательно, предначертал ритм познания как некую всеобщую схему научного движения и повсюду устанавливал тезис, антитезис и синтез, как те способы проявления духа (die Weisen des Geistes), через которые он есть дух как дух, который, таким образом, сознательно различает себя». То есть, у Канта недоставало абсолютности духа. И Гегель развил метод Канта в свой метод, доведя идеи Канта до абсолютного идеализма – то есть, осуществил дальнейшее духовное развитие этого метода.. В этом легко можно убедиться, прочитав лекции Гегеля по философии (Г.Гегель, «Лекции по философии», кн. 3. С. 458-460):
«Но помимо общей идеи о синтетических суждениях а priori, о всеобщем, имеющем в себе различия, Кант во всех частях, на которые для него распадается целое, инстинктивно проводил расчленение согласно, хотя и бездуховной, схеме тройственности, причем им применяется эта схема не только в трех критиках, но и в большинстве дальнейших отделов, в которых трактуются категории, идеи разума и т. д. Кант, следовательно, предначертал ритм познания как некую всеобщую схему научного движения и повсюду устанавливал тезис, [с. 459] антитезис и синтез, как те способы проявления духа (die Weisen des Geistes), через которые он есть дух как дух, который, таким образом, сознательно различает себя. Первым способом проявления служит сущность, но для сознания инобытие, ибо то, что есть только сущность, есть предмет. Вторым служит для-себя-бытие, собственная действительность; здесь получает место противоположное отношение, так как самосознание как отрицательное по отношению к тому, что есть «в себе», есть для себя самого сущность. Третьим служит единство их обоих: для себя сущая, самосознательная действительность, есть всяческая действительность, в которую взяты обратно как предметная, так и для себя сущая действительность. Таким образом, Кант исторически указал моменты целого и правильно их определил и различил; это — хорошее введение в философию. Недостаток кантовской философии состоит в том, что в ней выпадают друг из друга моменты абсолютной формы, или, если будем рассматривать ее с другой стороны, в том, что в ней наш рассудок, наше познание образует противоположность к «в себе»; в ней нехватает отрицательного, снятия долженствования, не постигнутого в понятии. Но мысль и мышление уже успели сделаться непреодолимой, неустранимой отныне потребностью. Было, стало быть, во-первых, требованием последовательности, чтобы особенные мысли выступали как необходимо порожденные и оправданные указанным первым единством «я». Но, во-вторых, произошло то, что мысль простерлась на весь мир, ко всему прилепилась, все подвергла исследованию, во все внесла свои формы, все систематизировала, так что повсюду надо было действовать, руководясь ее определениями, а не голым чувством, рутиной или практическим смыслом, этой чудовищной несознательностью так называемых практических людей. Таким образом, выставлялось требование, чтобы в теологии, в правительствах и их законодательствах, в преследовании целей государства, в промыслах и механике всегда действовали только согласно всеобщим определениям, т. е. рационально, как нам приходится часто слышать даже о рациональном пивоварении, рациональном кирпичном заводе и т. д. Это — потребность в конкретном мышлении, между тем как кантовский вывод, что все есть явление, оставлял существовать только пустую мысль. Ведь даже сущность откровенной религии заключается в том, чтобы знать, что такое бог. Существовала поэтому страстная тоска по содержанию истины, так как человек никак не мог возвратиться к звериному состоянию, и столь же мало он мог пасть так низко, чтобы удовлетворяться формой чувства, дойти до того, чтобы единственно только последнее обладало для него значимостью в отношении высших [с. 460] интересов. Первую потребность, — потребность в последовательности, пытался удовлетворить Фихте, а вторую, — потребность в содержании, Шеллинг». (Г.Гегель, «Лекции по философии», кн. 3. С. 458-460)
Ну и резюме Карла Маркса о методе Гегеля:
«Поскольку обезличенный разум, кроме себя, не имеет ни основания, на которое он может стать, ни объекта, которому он может противостоять, ни субъекта, с которым он может ассоциироваться, он принуждён кувыркаться, чтобы самому с собой биться, и сам с собою предполагает (постановляет, поддакивает), противополагает (оппонирует, возражает, противопоставляет) и сочетает (слагает, компонует) – позиция (предположение), оппозиция (противоположение), композиция (сочетание). Выражаясь по-гречески, у нас имеется тезис, антитезис и синтез. Для тех, кто не знает гегелевского языка, мы дадим следующую священную формулу: утверждение (аффирмация), отрицание, отрицание отрицания. Это называется рассуждениями». (К. Маркс, «Нищета философии». Перевод – мой)
13.06.2026 г.