К. Хигасино. «Жертва подозреваемого X»
В большой форме Кэйго Хигасино еще любопытнее. Впрочем, «большое» - это условно, роман читается мгновенно. В нем нет динамичной черной иронии первых повестей цикла, но очень внятные и любопытные главные герои. Расширение жанра происходит не через усложнение детективной загадки, хотя здесь она не менее изящна и непредсказуема. Жизнь невольных преступников, заурядных людей и гениев, занимает Хигасино настолько, что роман получился о превратностях любви.
Да, интрига благополучно могла бы встроиться в дамский роман. Вокруг главной героини, казалось бы, невзрачной, разведенной, с дочерью-подростком, без карьеры, увиваются мужчины, творящие безумства. История с убийством и сокрытием, несмотря на всю мрачность ситуации, тоже бы туда сгодилась. Но Хигасино не хочет рассказывать о счастье, построенном на крови, пусть и отчасти безвинной. Он последовательно внушает читателю надежду на благополучный исход, но затем включает «внутреннего Достоевского», бросая своих персонажей в бездну отчаяния и покаяния. С одной стороны, психологическая пытка, с другой – мощный мифологический трагедийный вызов судьбе, обреченный на гибель.
Стоит отметить некоторую предубежденность Хигасино против женщин. Из повести в повесть было заметно, что его героини, хоть и способны на преступление, их поступки не наделены очарованием зла, как у мужчин. В романе Ясуко убивает бывшего мужа из самозащиты, но тут же вновь становится слабой и неловкой, доверившись малознакомому соседу. То, как она выбирает между влюбленными в нее мужчинами, похоже на незрелые капризы, ветреность. Видно, что сам писатель неодобрительно относится к такой бесхарактерности. А потому Ясуко не выглядит жертвой, в отличие от Исигами – настоящего титана, возникшего из древнего эпоса. Немногословный математический гений, ставший жертвой интриг посредственностей в мире науки, он реализовал свой грандиозный и жестокий план по спасению единственной женщины, которую полюбил. А она, как это водится в печальных сказках, выбрала обеспеченного и настойчивого красавца. Исигами же даже свою наивную ревность смог превратить в оружие для защиты Ясуко. Сочетая хитроумные и незаурядные головоломки с тонкими психологическими штрихами и общим эпическим пафосом, Хигасино выстраивает мрачновато-лиричный сюжет о предназначении человека.
Загубленная судьба научного гения интересует его больше, чем моральные границы, которые дозволено переступать человеку. Хотя и это для романа важно. Вводя бездомных, один из которых станет безымянным ключом к разгадке, писатель заставляет увидеть даже в опустившихся людях волю и выбор. Невозможно решать чью-то участь и делать человеческую жизнь расходным материалом ради более, казалось бы, высоких целей.
Что касается сквозных персонажей цикла, то ничего нового от них ждать не приходится. Разве только Хигасино вводит небольшое напряжение между следователем Кусанаги и его другом Юкавой. Один выполняет свою работу, а другой пытается спасти товарища, единственно равного ему по интеллектуальным возможностям. При этом оба совершенно не желают разбираться в моральном праве предполагаемых преступников, лишь стремясь азартно разгадать тайну. Зато читатель со всей ответственностью может вынести приговор в своем сердце. Хигасино оставляет финал практически открытым, юридически ничего не решая в судьбе Ясуко и Исигами. И в этом трагическом покаянном финале чудится маленькая надежда на оправдание. Если не по закону, то хотя бы по совести.