Людмила Москалёва: «Быть собой — это самое большое желание и самый огромный страх»

Ее называют «мастером исцеляющего слова». Художник, психолог, визажист, хореограф, создатель трансформационных игр и автор моноспектакля, который прошёл уже 33 раза в пяти городах России. За плечами Людмилы Москалёвой — школа имиджа, чемпионаты по макияжу, фестивали, расстановки, годы личной терапии и трижды пройденный путь «обнуления». Но главное её творчество — это умение в каждом человеке разглядеть ту самую уникальную суть, ради которой он пришел в этот мир.

Сегодня мы говорим о корнях, о боли, которая становится топливом, и о том, как через уязвимость и принятие себя прийти к настоящей свободе.

— Людмила, давайте начнём с истоков. Где рождается человек, который потом исцеляет словом и соединяет в себе столько талантов?

— Наверное, не столько важно где, сколько — в какой семье. Я родилась в Усть-Илимске, на берегах Байкала, выросла в тайге. Но главное — это мои родители. Папа у меня гyран (смесь русского и бурята), после 40 лет он создал множество приборов, вылечил себя от радикулита, и к нему толпами шли люди. Он изучал восточные практики, суджок, читал Библию, Коран, буддийские книги, играл на балалайке, великолепно рисовал и танцевал. Мама родом с Урала, она лидер, герой труда, у неё куча регалий и медалей. Она всю жизнь училась: и на повара высшего разряда, и на экономиста. Я — дочь своих родителей на 100 процентов. От отца мне досталась тяга к целительству и творчеству, от мамы — упрямство и хватка.

— Ваше первое образование — педагогическое, кафедра декоративно-прикладного искусства. Как это повлияло на вашу жизнь?

— Я с детства знала, что буду учителем. Все 10 лет в школе я наблюдала за преподавателями, исследовала их: кто как говорит, как выглядит, как подаёт себя. А умение делать всё руками меня потом очень спасло. Когда я вышла замуж, я зарабатывала на жизнь тем, что создавала макеты из картона. Одна из моих работ — макет сибирского острога — до сих пор находится в Новосибирском краеведческом музее. Я придумала 5 способов обработки гофрокартона, и на кафедре мне сказали: «Вы замахнулись на кандидатскую, девушка!». Но рисование, творчество — это было всегда. Сначала на стенах, потом в художественной школе, а потом это вылилось в профессию визажиста и стилиста.

— Вы открыли авторскую школу имиджа, которая просуществовала 17 лет. О чём она была?

— Мы обучали стилистов и визажистов, проводили курсы для взрослых и детей. Но это было не просто про то, как нанести макияж. Это было и актёрское мастерство, и психология, и работа с походкой, речью, мимикой, и психология цвета. Позже меня пригласили преподавать цветологию, физиогномику, этикет. Я изучала и восточную, и западную физиономику, хиромантию, френологию. Но знаешь, что грустно? За 47 лет моей работы мои дипломы ни разу никого не заинтересовали. Важен только результат.

— Как из мира имиджа и визажа вы пришли к психологии и работе с исцелением?

— Визажист на 80 процентов — психолог. Это режиссёр личности, который изучает человека изнутри. Невозможно сделать красивый макияж, пока ты не влюбишься в каждую чёрточку человека. Задача — создать образ, который раскроет весь его потенциал. А потом я поняла, что хочу большего. У меня не очень складывалась личная жизнь, и я начала искать причины. Психология, расстановки, телесные практики, дыхательные упражнения, танец мандала — я прошла через огромное количество тренингов. А потом в моей жизни появился RPT (холистический метод работы с подсознанием), который убирает за 2 часа то, что можно прорабатывать годами. Это был синтез всего моего опыта.

— Вы автор моноспектакля, который прошёл уже 33 раза. Как родилась эта идея?

— Это невероятная история. Меня преследовала мысль: «Спектакль, надо делать спектакль». Я не понимала, какой, зачем. Пошла на выступление Ольги Савельевой, и меня осенило. Она на стендапе рассказывала истории из жизни, чтобы продавать свои книги. А я поняла: мне не нужны книги, у меня есть карты, но главное — у меня есть истории. И потом услышала Марину Таргакову: «Исповедь лучше любой терапии». Когда человек открывает свою душу, он помогает открыть души тысячам других людей. Я пошла в свою уязвимость. На сцене я не читаю лекции, я рассказываю, как проживала свою жизнь: как жаловалась на мужа, как осуждала родителей, как потом просила прощения. Быть собой — это самое большое желание и самый огромный страх. «А вдруг я такая, какая есть, никому не нужна?». Спектакль — это про то, что нужна.

— Чем делятся зрители после ваших спектаклей?

— Они начинают заниматься тем, чем давно хотели. Одна девушка после рассказа о том, как я писала письмо благодарности мужу, которого ненавидела, подошла и сказала: «Я поняла, что не пойду завтра разводиться, я люблю своего мужа». Парень, который работал на кладбище, теперь три месяца в году живёт с китами и стал тренером по сапам. Актриса, мечтавшая о танцах, пошла на танцы и встретила там свою любовь. Жизнь происходит прямо сейчас, и нельзя откладывать её на завтра.

— В вашей жизни были моменты, когда хотелось всё бросить? Как вы справлялись с обесцениванием себя?

— Да, и не раз. Самый жёсткий был два года назад, когда я оценила себя с точки зрения материи. После первого брака у меня была квартира, накопления. А после 10 лет в Красноярске — съёмное жильё и долги. Я себя жестко обесценила. Но потом я села и посчитала: 24 ребёнка родилось у тех, кому ставили диагноз «бесплодие», 4 человека избавились от астмы, 2 — от псориаза. Как это можно обесценить? Я сделала книгу, где собрала все свои дипломы, регалии, благодарственные письма и положила на прикроватную тумбочку. Теперь я не засыпаю, пока не вспомню минимум 5 ценностей, которые случились за день. Что я сделала для себя, для других, чему научилась.

— Какой совет вы дадите тем, кто только начинает свой путь, хочет слышать себя и быть собой?

— Фильм «Полианна», потом «Хижина», «Мирный воин» и книга «Монах, который продал свой «Феррари». Это база, которая просто и наглядно объясняет, что все духовные практики — они духовные, только когда они практикуются. А дальше всё придёт само: люди, книги, знания. Самая большая духовность — это то, как вы отвечаете сегодня своему сыну, как реагируете на пожилых родителей, с какой любовью смотрите на таксиста. Душа разговаривает с нами только через чувства и через тело. Учитесь слушать своё тело, это главный проводник к тому, кто вы и куда вам двигаться. И верить себе. Вера и благодарность — это две вещи, которые нужно тренировать всю жизнь.

Заключение

Людмила Москалёва — человек-оркестр. Она рисует картины, танцует, ведёт тренинги, проводит расстановки и выходит на сцену, чтобы обнажить душу. Её главный посыл прост и сложен одновременно: быть собой. Не в маске, не в роли «успешного тренера», а настоящей — со всей болью, страхами и радостью. Потому что именно в этой подлинности рождается та самая «Рада», которая способна исцелять и менять жизни.

Подарок от Людмилы:
Каждый, кто прочитает это интервью, может написать Людмиле в личные сообщения и задать один любой вопрос (кроме вопроса «когда?»). Ответ придёт из «хроник Акаши» — из глубинной связи с источником. Иногда мы встречаемся не для того, чтобы спросить о том, что нас волнует, а чтобы узнать, что уже готово для нас в пространстве.

*Ближайший моноспектакль Людмилы состоится 29 марта. Следите за анонсами в её группе ВКонтакте https://vk.com/ludmila_moskaleva

Полная версия интервью доступна по ссылке https://vkvideo.ru/video-214939942_456239127?list=fca56c06f8ebd86dc6