Немножко трасологии в Долине Царей

О.В.Кругляков

Попытки разбора некоторых тонкостей, связанных с отделочными работами в туннельных сооружениях Древнего Египта (https://vk.com/wall-181677410_2686 и https://vk.com/wall-181677410_2816) попутно натолкнули на появление дополнительных вопросов. Разберём один.

Входы в абсолютное большинство гробниц Долины Царей – раскрывающиеся наружу зевы в склонах вади (пересыхающего ливневого русла).

Внутри гробниц Долины Царей известняк почти бел, а оказавшись вынесенными на солнце, его осколки просто-таки слепят глаз. Но вот вырубленная в том же известняке стена зева у входа в гробницу. Она долго пробыла на солнцепёке и покрыта слоем пустынного загара – сильно потемнела.

Разбираем инструментальные следы.

Будь это работа с имеющими потолок помещениями внутри гробницы, стены получались бы с использованием других приёмов, оставлявших другие следы. Мы же говорим о следах инструментов именно здесь, на стене входа.

Для организации такого входа сначала в склоне вади кирками на некотором расстоянии друг от друга следовало прорубить две узкие траншеи, и, по мере углубления обеих траншей выбирать известняковый промежуток между ними, постепенно образуя зев входа. На снимке стена готового входного зева гробницы. И здесь — загадка.

Горизонтальная ориентация борозд от кирки по стене на первый взгляд непонятна: это как же должен был располагаться рабочий на склоне вади, в котором пробивал траншею по «линии наибольшего ската» (см. курс начертательной геометрии) так, чтобы окончания траекторий движения его кирки оказались почти горизонтальными? При обычном взгляде на порядок вещей рабочий должен бы так вести траекторию движения кирки, чтобы нанести удар «перед собой — вниз». Но оказывается, иногда, даже стоя на горизонтальной поверхности, рабочий наносит кирочный удар «к себе — под себя», как на этом стоп кадре:

А уж стоя на склоне, поднимающемся за спиной, наносить удар «к себе — под себя», пожалуй, единственно возможная методика работы. И с большой долей уверенности можно считать, что рабочий в нашем случае и стоял спиной к уходящему вверх склону, спиной к входу в будущую гробницу.

Если бы рабочий с киркой стоял на склоне лицом к будущему входу, наносимые им удары бы почти вертикальными (2), оставить на стенках следы ударов горизонтальных он не сумел бы. Здесь же удары наносились горизонтально «под себя» и оставили горизонтальные следы (1) — рабочий стоял к склону спиной.

Кажется, стоять лицом к уходящему вверх склону и наносить удары сверху-вниз естественнее, удобнее. Но, мы видим именно то, что видим, следы расположены именно так, как расположены, нанесены они именно такими ударами, какими нанесены и ничего с этим поделать нельзя...

***

Попадавшие под удар и, вообще-то, невидимые рабочему в глубине пробиваемой щели инородные включения скалывались, или дробились , а затем выгребались наружу вместе со сколотым известняком.

Когда оказался уже раздроблен и убран весь скальный промежуток между двумя траншеями, приступали к выравниванию стен ударами молотов: на стене видны характерные ямки и светлые пятнышки – следы дробящих ударов, лучше различимые в нижней части снимка. Устранения многих дугообразных следов скольжения кирки не сумели добиться дроблением, поскольку они оказались для этого слишком глубокими.

Серые пятна – инородные включения, одни сколотые киркой ещё при прорубании траншеи, другие раздробленные уже при выравнивании стен дробящими лобовыми ударами. Встречаются и относительно гладкие сколы включений, и раковистые. Трудно в точности оценить, какие из них разрушены когда. Но с какой-то вероятностью можно попробовать считать пятна включений с раковистой поверхностью — кремнёвыми линзами сколотыми дроблением (многократными лобовыми ударами), а с относительно плоской поверхностью — сколотыми ударами кирки (одиночным скользящим ударом).

***