Печи в бедном древесиной хозяйстве: традиционные мастерские западной дельты Египта

Арчер Мартин

Перевод О.В.Круглякова

Требования к размещению гончарных мастерских обусловливает необходимость в хороших запасах глины, воды и топлива, которые, конечно, являются основными элементами, необходимыми для изготовления керамики.

Часто считается само собой разумеющимся, что слово «топливо» обычно означает «дрова». Например, Пруденс Райс, с большим энтузиазмом рассуждая о топливе в обычном ключе, говорит, что древесина во всем мире является предпочтительным топливом (Rice 2005, 174) и предполагает, что исчерпание запасов дров может привести к ослаблению гончарного производства, или отказу от него. (Rice 2005, 162). Она говорит о других видах топлива, от навоза до опилок и различных других побочных сельскохозяйственных продуктах в качестве нетрадиционных заменителей, к которым гончары вынуждены прибегать из-за нехватки дров (Rice 2005, 162, 174–6).

Посвященная американской археологии старая литература тоже рассматривает древесину как обычное топливо, хотя в ней отмечается и использование имеющих определенные преимущества навоза и угля (Shepard 1956, 77–80). Нинина Куомо ди Каприо рассказывает во втором итальянском издании и его английской версии руководства по археологии керамики от доисторического периода до средневековья в Европе и Средиземноморье о том, что происходит при обжиге (Cuomo di Caprio 2007, 488–501 Cuomo di Caprio 2017, 325–80), но мало что может сказать о топливе – только то (с данными о некоторых видах топлива), что в древнем мире это чаще всего была древесина, солома, косточки плодов и другие продукты растительного происхождения (Cuomo di Caprio 2007, 489–90; Cuomo di Caprio 2017, 325, 327–8).

В более старой статье, однако, она обсуждает свойства различных видов топлива (Cuomo di Caprio 1979). Солома, богатая кислородом, сгорает очень быстро, выделяя газы, которые и сами тоже горят. Более плотное топливо с низким содержанием кислорода горит дольше, но не выделяет газов, поэтому для розжига требует другого топлива. Прессованное топливо, такое как оливковый жмых, выделяет газы, но затрудняет циркуляцию воздуха, что препятствует полному сгоранию. Среди же вязанок хвороста и мелких веток воздух циркулирует легко, облегчая горение.

Куомо ди Каприо подчеркивает важность практических знаний и опыта, необходимых мастеру для выбора правильного топлива в соответствии с конструкцией печи, ее тягой, подлежащим обжигу материалом и его укладкой и т.д.

Таким образом, несмотря на предвзятость литературы в пользу древесины, при обжиге керамики могут быть использованы и альтернативные виды топлива. Можно представить различные подходы к исследованию того, какое топливо могло использоваться в древних печах. Очевидно, что анализ следов обжига в раскопанных археологами печах, будучи самым прямым, является многообещающим методом, хотя и редко проводившимся (Pichot & Şenol 2014, 230–1 и Pichot & Flaux 2015, 267–8, важное исключение).

Изучение ресурсов древних ландшафтов, хотя и несколько менее прямой путь, но тоже проясняет картину (см., например, Rieger & Möller 2011 и, в частности, Möller & Rieger).

Древние источники мало что могут сказать о предмете, но и записи о началах современных методов обжига могут пролить свет на подобные древние работы.

Кроме того, может быть полезным изучение практики современных традиционных гончарных мастерских.

***

Египет является особенно интересным случаем, поскольку он никогда не был богат древесиной: обязательно нужно было изыскивать альтернативы ей. Дефицит деревьев в Египте часто отмечается в работах о древнем и современном Египте (например, Aldred 1961, 55; El Hamamsy et al. 1992, 93–5).

Орошаемые площади страны отданы под сельскохозяйственные культуры, главное дерево здесь пальма, наряду с редкими сикоморами и акациями, а остальные земли страны не в состоянии поддерживать что-то серьёзнее кустарников. В общем, хотя Египет мог и может производить древесину для топлива, это, безусловно, исторически бедная древесиной страна, без лесов в качестве источника дров.

И всё же, Египет тысячелетиями производил глиняную посуду в огромных количествах.

Ученые, кажется, немного уделяли внимания тому, благодаря какому же топливу это оказалось возможным. Например, в крупной вводной работе о древнеегипетской керамике посвящённая обжигу глава ничего об этом не говорит (Николсон 1993). Более сосредоточенный на энергетике и топливе Роджер Бэгналл говорит: «Научная литература замечательно лишена комментариев…» (Bagnall 1993, 41, note 184).

***

Здесь мы собираемся исследовать традиционные мастерские, которые до сих пор работают в западной дельте Египта, чтобы понять, чем могли топиться печи древнего Египта и, возможно, даже в более лесистых условиях.

На учебных семестрах по гончарному делу у участников раскопок в Германии всегда были популярны посещения традиционных гончарных мастерских в Шедии, в западной дельте Египта.

Посещаемые мастерские расположены в четырех местах в западной дельте (рис. 6.1): артель в Ифдине, занимающийся металлообработкой отдельная мастерская на окраине Дисуга, мастерская в Рахманее, артель Даманхур и артель в Гезира Иса вблизи Дилингата.

Все мастерские в основном похожи. Каждая отдельная мастерская обслуживается мастером гончаром и членами его семьи. Они целиком обслуживают рабочий процесс, но и некоторые другие члены семьи, занятые работой где-то ещё, в трудные моменты могут быть призваны на помощь.

Например, в Идфине одна мастерская обслуживалась мужчиной, двумя его сыновьями и братом, а соседняя мастерская принадлежала его двоюродному брату. В одной мастерской под Даманхуром мастерами-гончарами были дядя с племянником, а другой управляли братья. Женщины к работе оказались привлечены только в Гезира Иса: для второстепенной задачи, разгрузки печи. Мастерские чаще размещены вдалеке от жилья, хотя мастерская в Рахманее находится на улице с домами.

Артели производят грубые типы сосудов (рис. 6.2). Ифдина изготавливает цветочные горшки, блюда для приготовления рыбы, поилки для птиц, кувшины для воды и т. д. Гезира Иса специализируется на деталях голубятен (важного элемента египетской деревни) на цветочные горшках и кувшинах для воды.

У Даманхура и Раманеи - широкий диапазон, включающий несколько более утончённые сосуды. Единственное же добавленное художественное оформление в любой из артелей состоит из беловатого узора, в основном нанесенного в виде полос или волнистых линий.

Все гончары используют глину с полей поблизости. Они не указали ни одного источника, который предпочитали бы, по-видимому, потому что нет особой разницы между глинами, образованными в течение тысячелетий осадком от ежегодных разливов Нила.

Они работают исключительно на (гончарном) круге. Нет никаких свидетельств о слепленных вручную или отлитых в формы сосудах. Они ведут обжиг в вертикальных печах почти конической формы с прямым соединением двух камер (рис. 6.3).

Сами гончары видят различие между своими артелями в том, сколько усилий прилагается для очистки глины. Например, гончары в Ифдине и Рахманее подчеркнули, что последние улучшают свою глину больше, чем в Ифдине.

Действительно, приёмы очистки глины являются основной чертой, которой отличаются производственные центры. Рахманея обладает комплексом отстойников. Такие же комплексы можно было наблюдать у артелей вблизи Даманхура.

В одном месте помощник в залитом чане стоял, просеивая глину которую складывал в другой чан. В других чанах глинистую суспензию оставляли сохнуть до растрескивания поверхности. Затем куски вынимали.

В Гезира Иса гончары просто разбивают глину, по-видимому, удаляя крупные включения вручную. То же самое происходит в Идфине. Нигде нет ничего, вроде отстойника. Вода поступает в работу для разминания и протирания глины, смешанной с пеплом из печей в Гезире Исе, а в Идфине – с навозом, и опилками в качестве возможных размягчителей помимо пепла.

Мастерские в артели около Даманхура прилагают ухищрения и в процессе сушки. При каждой мастерской есть крытые и открытые площадки для сушки, где сосуды переставляют по мере необходимости.

А вот в Гезира Иса не оказалось крытого места для сушки. В Идфине тоже сушка происходит просто где попало на открытом воздухе. В Раманее есть площадки для сушки и под кровлей, и на открытом воздухе, и, хотя кажется, что там и тесновато, из доступной площади извлекается максимальная польза.

Обжиги часты. В Идфине может быть до двух или трех в неделю, около 400 маленьких горшков или 200–250 больших в каждой загрузке. После предварительного разогрева они сжигают топливо только в первые часы, например в Идфине – порядка пяти часов, с расходом 10 кг каждый час.

В качестве топлива в различных местах (рис. 6.3 и 6.6) упоминались отходы от прессованного сахарного тростника, обрезки хлопковых кустов и рисовая шелуха, которые сегодня являются отходами от обычных для дельты культур.

Иногда мои вопросы о топливе казались им забавными, и мне отвечали, что, если гончарам не хватит топлива, они отрубят ветку с близлежащего дерева или соберут тростник вдоль канала. Короче говоря, добыча топлива не является проблемой для гончаров в западной дельте.

Классический рассказ о современных традиционных гончарах Египта, основанный на сделанных между 1978 и 1980 годами наблюдениях (хотя и опубликованный почти на 20 лет позже), касается «Аль-Касра» в оазисе Дахла (Henry Henein 1997). Очевидно, что в нём гораздо подробнее рассказано о гончарах и их мастерских, чем здесь возможно рассказать о том же в западной дельте, но основное – роднит эти две области, говорит о том, что и вызванные гончарными мастерскими западной дельты соображения должны найти более широкое применение. Автор пишет, что гончары Аль-Касра 35 лет назад разжигали топливо прямо в основной печи, чтобы укрепить нижние слои горшков, несущие вес верхних; в Гезира Иса горение длится всего два часа. Похоже, идея состоит в том, чтобы быстро довести печь до достаточно высокой температуры, чтобы она затем обжигала сосуды сохранённым теплом. Примерно через 24 часа печь уже достаточно холодна для выгрузки изделий.

Что касается топлива, все артели согласны в одном: в Идфине нам рассказали, что гончары не любят использовать газ, потому что он более дорог, чем традиционное топливо и потому что, как они говорят, обожжённая на газе посуда придаёт дурной вкус приготовленной в ней пище. И вот, хотя правительство и запретило другое топливо, они обжигают газом лишь изредка.

Обрезки древесины обычно являются предпочтительным топливом (рис. 6.3 и 6.5). Гончары покупают их у мебельщиков. Опилки – еще одно хорошее топливо (рис. 6.4), и оно является единственным, используемым в мастерской в Дисуке.

Каждую единичную загрузку топлива, гончары в Идфине и Раманее оценивают приблизительно в 150 кг или пятнадцать ходок тачки определённого объёма (Henry Henein 1997, 69–70).

Однако проблема не в недоступности топлива. Они используют тамариск и солянку (кустистое растение, характерные для засоленных оросительными стоками территорий) и, при необходимости, малоценные кустарники. Проблема – в трате времени и усилий, необходимых для сбора топлива и его транспортировки к печам на спинах ослов. Один гончар с большой семьей и с несколькими ослами на подмоге могли обеспечивать обжиг раз в неделю, тогда как другой мог проделать это только раз в месяц.

Нужно было понять, насколько транспорт всё ещё важен для Аль-Касры. Кажется, раньше он должен был быть важнее для дельты, чем сейчас. Мне говорили, что теперь, когда есть автомобили и телефоны, всё стало проще. Но как в старину, не без помощи транспортных животных, конечно же! В общем, поставщиков топлива можно найти, обзвонив округу, а не объезжая её в поисках.

***

Вот какое ещё свидетельство касательно топлива в древнем Египте тоже соответствуют тому, что обнаруживается в современных мастерских западной дельты. Недавние раскопки на участке работ Академии в Мареотиде, месте производства амфор около Александрии, показали, что основным топливом наряду с разными кустарниками здесь был тростник (Pichot & Şenol 2014, 230–1; Pichot & Flaux 2015, 267–8).

Р.Ж.Форбс утверждает, что в экономии топлива в древнем Египте и за его пределами большую роль играли отходы сельского хозяйства (Forbes 1966, 14). Роджер Багналл, посвятивший раздел топливу в Римском Египте, предполагает, что использовались мусор, мякина, навоз и импортируемая из южной части Малой Азии древесина (Bagnall 1993, 41).

Существует папирологическое доказательство того, что топливом для обжига керамики в Оксиринхусе (Хансон, 1978) была мякина – предполагается, что приведённые в этих хорошо известных папирусах сведения касаются использования гончарных мастерских (Кокл, 1981, 94).

В Восточной Мармарике вдоль северо-западного побережья, где производство амфор было широко распространено, несмотря на засушливую или полузасушливую природу, ботанический анализ выявил в качестве (основного) топлива тамариск, а в вероятные виды топлива определил солому, кустарник, обрезки виноградной лозы, навоз и другие отходы сельского хозяйства (Möller & Rieger 2012, 160–1; Möller & Rieger в этом томе).

Пример современных традиционных гончаров западной дельты даёт нам несколько тезисов в отношении топлива для гончарного производства, которые стоит иметь в виду в археологической сфере:

• Более чем вероятно, что гончары в древнем Египте пользовались источниками топлива, подобными тем, которыми пользуются в западной дельте и сегодня.

Райс считает, что наблюдаемое сегодня в дельте использование гончарами топлива, получаемого из побочных продуктов других видов деятельности типично для окраин крупных торговых регионов (Rice 2005, 176), но не очевидно, что оно же не типично и там, где такие побочные продукты есть вообще.

• Хотя дрова могут быть предпочтительным топливом в большинстве мест по всему миру, вполне возможно поддерживать процветающее и устойчивое производство глиняной посуды в условиях отсутствия древесины.

Доступность дров не является обязательным условием для производства глиняной посуды, и их отсутствие не исключает возможности производства керамики в регионе.

• Деятельность центра по производству керамики не обязательно истощает окружающие природные ресурсы и не оказывает большого воздействия на окружающую среду, за исключением выброса дыма в воздух. Действительно, будут такие случаи, когда гончары истощат запас дров и откажутся от производства. Хотя они могли бы найти устойчивые источники топлива для своих печей, даже на долгосрочную перспективу.

• И наконец, далеко не провоцируя разрушения окружающей среды или даже её изменения, приобретение топлива для гончарного центра может практически не оставить следов в ландшафте. Конечно же, идущие в печь ремесленные и сельскохозяйственные отходы, или кустарник, не обнаруживаются повсеместно. Кто-нибудь замечает их отсутствие на сцене в современном Египте? Было бы невозможно увидеть их исчезновение и при изучении древнего пейзажа. Только сами следы обжига в археологических отчётах могут быть единственным прямым доказательством существования топлива.

***

Описанные выше наблюдения касаются топлива для гончарных печей. Древний Египет нуждался в топливе и для других видов деятельности - например, для обогрева купален, работы с металлом и для производства стекла. Использовались ли те же источники топлива, что и для печей? Багналл указывает и на использование мякины обмолоченного зерна для нагрева воды в купальнях (Bagnall 1993, 41).

Конечно, дров для других целей в стране было нужно не больше, чем для печей. Но всё же, не только гончары задавались вопросами о топливе.

***

Примечания

Я благодарен египетским друзьям и коллегам, которые меня сопровождали и были переводчиками во время визитов в мастерские:

Мохамеду Кенави (который откликнулся на мое предложение выступить с докладом на конференции по печам для посуды в Фаюме),

Фади Фариду и, в частности,

Алаа Эл-Нахасу (который как сын гончара смог ответить на многие вопросы).

Я благодарю коллег и друзей из проекта Schedia, которые во время посещений мастерских сделали для меня фотографии:

Клеменс Бертрам и особенно

Хайке Мёллер (чья презентация на конференции по древним местам обжига в Восточной Мармарике была дополнением в нашем общем «Fuel­ling kilns in a wood-poor environment».

***

Литература

Aldred, C., 1962. The Egyptians. London: Thames & Hudson.

Bagnall, R., 1993. Egypt in Late Antiquity. Princeton: Princeton University Press.

Cockle, H., 1981. Pottery Manufacture in Roman Egypt: A New Papyrus. Journal of Roman Studies 71, 87–97.

Cuomo di Caprio, N., 1979. La cottura della ceramica: I combustibili. Rei Cretariae Romanae Fautorum Acta XIX/XX, 236–9.

Cuomo di Caprio, N., 2007. La ceramica in archeologia 2. Antiche tecniche di lavorazione e moderni metodi d’indagine. Rome: L’Erma di Bretschneider.

Cuomo di Caprio, N., 2017. Ceramics in archaeology from Prehistoric to Medieval times in Europe and the Mediter­ranean. Ancient Craftsmanship and Modern Laboratory Techniques. Rome: L’Erma di Bretschneider.

El Hamamsy, L.S., M. Jones, D. Hopwood & S.G. Shetler, 1992. Egypt. Physical and human geography, in The New Encyclopedia Britannica. Macropedia 18. Chicago: Encyclopedia Britannica, 92–104.

Forbes, R.J., 1966. Studies in Ancient Technology IV. Leiden: E.J. Brill.

Hanson, A.E., 1978. Chaff and Pottery in the Oxyrhynchite Nome PMich. Inv. 157, in Le monde grec: pensée, lité­rature, histoire, documents. Hommages à Claire Préaux, eds. J. Bingen, G. Cambier & G. Nachtergael. Brussels: Éditions de l’Université de Bruxelles, 609–10.

Henry Henein, N., 1997. Poterie et potiers d’Al-Qasr. Oasis de Dakhla. (Institut Français d’Archéologie Orientale – Bibliothèque d’Étude 116.). Cairo: Institut Français d’Archéologie Orientale.

Nicholson, P., 1993. The Firing of Pottery, in An Introduction to Ancient Egyptian Pottery, eds. D. Arnold, & J. Bourriau. (Deutsches Archäologisches Institut Abteilung Kairo, Sonderschrift 17.) Mainz am Rhein: Verlag Philipp von Zabern), 103–20.

Pichot, V, & C. Flaux, 2015. Les fours à amphores du Haut- Empire du site d’Akadémia (Maréotide): campagne de fouille et carottages 2014. Bulletin de Liaison de la Céramique Égyptienne 25, 259–76.

Pichot, V. & K. Şenol, 2014. The Site of Akademia: The Amphora Workshop of Apol(l)ônios. First Excavation Campaign (July–August 2012). Bulletin de Liaison de la Céramique Égyptienne 24, 225–39.

Rice, P., 2005. Pottery Analysis: A Sourcebook. Chicago & London: Chicago University Press.

Rieger, A.-K. & H. Möller, 2011. Kilns, Commodities and Consumers: Greco-Roman Pottery Production in East­ern Marmarica (Northwestern Egypt). Archäologischer Anzeiger 2011(1), 141–70.

Shepard, A.O., 1956. Ceramics for the Archaeologist. (Carnegie Institution of Washington Publication 609.) Washing­ton, DC.

***

Kilns in a wood-poor environment: traditional workshops in the western delta of Egypt, Archer Martin

McDonald Institute for Archaeological Research, 2019

***