Попытка египетской трасологии
О.В.Кругляков, июль 2020
Издавна зрела идея попытки описания и классификации видов обнаруживающихся в Египте древних следов воздействий на каменные конструкционные материалы с целью поставить точку в определении инструментов, которыми эти следы могли быть оставлены.
Подвижки есть, кое-каких материалов о предмете накоплено: даёт результаты подробное изучение инструментальных следов на изделиях и сооружениях, и в самом Египте, и в египетских отделах музеев, и, наконец, следов оставляемых в процессе экспериментов, поставленных со стремлением соблюсти технические возможности мастеров в соответствующие эпохи древности. Сделанные из накопленной информации выводы разрозненно отражены в статьях, посвящённых каждому виду работ с камнем, который описывала соответствующая публикация. Погружённый в тему читатель обнаружит здесь многие повторы.
И вот, теперь – компиляция на основе уже осмысленного опыта и уже описанного взгляда на проблему.
Эффективности, производительности, тонкостей технологии работ здесь касаться не станем. Речь пойдёт только об идентификации типов работ и инструментов по оставленным ими на камне следам.
Алгоритм идентификации рабочих приёмов и инструмента – от следа. С максимальной подробностью, доступной нашему пониманию порядка вещей.
Показываем след – описываем его – анализируем и понимаем, каким инструментом он оставлен, или мог быть оставлен, какой способ использования этого инструмента применён.
***
1.Дробление
На левом снимке сетка отметин – язвочек от ударов на верхней поверхности базальтового пола царя Усеркафа, базальтовый осколок, подобранный в песке и монета в один египетский фунт, около 3см в диаметре. Справа сетка таких же отметин на поверхности окварцованного песчаника. Породы разные, а воздействия те же – удары. Следы одинаковы по причине петрологии: эти породы мелкозернисты.
По принципу взаимодействия с горной породой в египетских каменоломнях в первом приближении орудия делились на два класса: дробящие и долбящие (скалывающие). В египетских каменоломнях прочных пород камня практически до эллинистического периода единственной идентифицируемой сегодня методикой при проходке было ручное дробление породы каменными молотами. Удары, но отнюдь не клевки остроконечным носиком инструмента.
Дробящими ударами рабочие превращали приповерхностные слои массива мелкозёрной породы (кварцита, песчаника, или базальта) в песок, оставляя на стенах выработки и поверхности заготовки изделия характерные следы в виде язвочек – лунок, именно таких, какие показаны только что на фотографиях.
Вообразим очень небольшую объёмную область массива породы, ограниченную сверху плоской площадкой удара.
От вертикального удара в площадку векторы сил внутри этой области распределяются в виде нижней половинки эллипсоидного «ежа» векторов. Каждый удар создаёт систему нормальных и касательных напряжений, вызывающих сдвиги, расцепление цементных спаек - отделение друг от друга и расползание зёрен; под плоской площадкой удара нарушается сплошность массива.
Нарушение сплошности камня под пятном удара происходит без внедрения, вонзания инструмента в массив. Внутри каменного массива местное дробление, дробление локальной области на части происходит точно так же, как происходило бы при ударе по "свободному" каменному осколку вне массива, разбиванием его на мелкие части.
После одного – десяти – ста попаданий молота в одно место расцепившиеся минеральные зёрна под ним либо высыпались тут же, либо, имея разрушенную ударами структуру связей, высыпались, вымывались, выдувались со временем. Образовалась луночка - язвочка.
Язвочки ударов отделены друг от друга бортиками. Как соты. Уровень края бортика – прежний уровень поверхности. Появившийся бортик тут же совершенно естественным образом сбивался молотом – отбойником и образовывались следующие язвочка и её бортик, но глубже на одну «глубину язвочки». Таким способом и убирался ненужный слой породы. Видимые сегодня бортики язвочек – последний оставленный нам древними каменотёсами "предыдущий" уровень поверхности мелкозернистого каменного массива.
На стенках карьера окварцованного песчаника остались характерные для работы дробилками, как и в гранитных карьерах, восходящие выемчатые полосы. Профиль полос в точности таков же, как в древних гранитных карьерах: плавные впадины и чуть заостренные выступы:
Но здесь – полосы с высыпавшимися язвочками ударов, характерными только для мелкодисперсных, песочных структур (зёрна гранита преимущественно крупнее пятна удара молота и вероятность образования таких язвочек существенно ниже, она исчезающе мала).
Не станем углубляться в подробности, но, когда говорится «песчаник», следует понимать, что песчаники – осадочные горные породы, агрегат связанных минеральным цементом обломочных зерен размером от 0,1 мм до 2 мм (песчинок). И для Египта характерны преимущественно кварцевые песчаники, где более 90% обломочного материала составляет кварц, если совсем приблизительно и совсем грубо – кварцевый песок.
Прочностные параметры, в конечном итоге, определяются именно типом связывающего кварцевые зёрна цемента. Хуже они у песчаников с глинистым цементирующим веществом, лучше – у песчаников с кремнистым и карбонатным цементом. Вот несколько особняком от крохких песчаников и стоит очень распространённый в Египте окварцованный песчаник – твёрдый плотный песчаник, в котором цементирующим кварцевые зёрна веществом является осаждённый кварц же.
Прочность у окварцованного песчаника существенно выше, чем у песчаника. Археологи, копающие в Египте, именно эту породу называют кварцитом, что неправильно: пустоты между зёрен не позволяют ему, ни иметь прочности каварцита, ни, соответственно, кварцитом являться.
Прочностными параметрами пород определяются инструменты и приёмы для их добычи, и области использования.
– относительно крохкие обычные песчаники применялись в строительстве (подавляющее большинство монументальных сооружений Египта после периода царствования Хатшепсут – из песчаников). Характерные язвочки дробления на песчаниковых блоках кладки (Рамсес-III, Западные Фивы). Часть стены отшлифована.
– окварцованный песчаник – преимущественно в скульптуре. На чуть тронутом шлифовкой затылке знаменитой головки Нефертити язвочки дробления:
Для пород, имеющих более крупнозернистую (по сравнению с размерами пятна удара) структуру, описанная природа возникновения язвочек не характерна. У того же гранита (даже «мелкозернистого») зёрна по сравнению с базальтовыми и песчаниковыми – огромны. Слева габбро — долерит (разновидность базальта), справа — гранит:
А характер разрушений под воздействием удара иной: в месте удара у гранита происходит отшелушивание чешуек камня, образуется пятнышко. В "ближайшей глубине" под пятном удара всё иначе, поскольку структура не мелкозерниста.
Для карьеров, где проходка велась только что описанным дроблением, характерна структура организации рабочих мест (это – тоже привлекающие наше внимание следы), связанная с особенностями использования «коротких» инструментов: дробящий молот представлял собой удерживаемый непосредственно в руках камень. На снимке «поработавшие» долеритовые молоты:
В таком карьере для нанесения инструментом дробящих ударов требовалась пространство, где один рабочий мог бы стоять, сидеть, разворачиваться, замахиваться и т.п., находясь здесь длительно. Отсюда и габариты такого рабочего места примерно 75 на 65 см, где каждый рабочий дробил гранит на индивидуальном прямоугольном участке площадью около 0,5 м2. Каждая видимая сегодня в гранитном карьере Асуана на дне отделительной траншеи группа размерами примерно 75*65см из четырёх почти квадратных лунок образовывала рабочее место одного человека. Стандартное рабочие место, почти квадрат, на котором с началом дробления образуются четыре похожие размерами лунки:
Прямоугольники, квадраты дают максимально удобное распределение рабочих участков по заданной площади работ. Каждый из четырёх «внутренних квадратиков» – площадка с нормально доступной из сидячего положения поверхностью для дробящих ударов удерживаемым в руках камнем – молотом. На своём прямоугольнике 75*65 сантиметров асуанский рабочий мог, не мешая при этом соседям, работать, поочерёдно меняя четыре позиции.
Ударная обработка "локальным дроблением" - измельчением приповерхностных областей каменного массива, была вообще основным, широко применявшимся методом крупномасштабных работ с любыми породами камня в Египте, особенно, в самые древние периоды его истории.
***
2.Долбление
Теперь – об инструментальных следах в каменоломнях менее прочных пород, крохких песчаников и известняков. Использовавшиеся в Египте инструменты для долбления такого камня: зубила, долота (в терминологии историков Египта «долота» – длинные зубила, своего рода ломы) и кирки.
При описанном выше "местном дроблении" - дроблении внутри ограниченной области массива, частицы сами раздвигают друг друга и рвут связи между собой без внедрения инструментального острия.
Долбление – разрушение сплошности камня именно внедрением инструмента в каменный массив. Внедрение, вонзание — раздвигание зёрен в стороны проникшим в массив острием инструмента, выкалывание.
Сначала поверху вдоль всего каменного массива долотами, или кирками сверху вниз прорубалась вертикальная прямолинейная в плане траншея-щель. На втором этапе сверху вниз же прорубались траншейки-щели, в плане перпендикулярные первичной. И в заключение прорубалась горизонтальная щель, подсекающая получающиеся кубики снизу. Становилось возможным вынуть эти кубики и оттащить их в сторону. Результат выглядел, как ступень на стене, на заднем плане которой создалась новая вертикальная стенка, вся в штрихах от продвижения долот, или скольжения кирок.
От долот штрихи на стене выборки чаще относительно регулярны, относительно прямолинейны и характерны поперечными «запинками» поскольку долото движется вглубь толчками от ударов колотушкой по затыльнику:
Следы от кирок несколько более хаотичны и несколько изогнуты и гладки на протяжении траектории скольжения кирки по стене выборки до момента удара в дно:
Далее вдоль получившейся штрихованной инструментами стеночки вниз прорубали щель-траншею нового, второго, яруса. Прорубали поперечные щёлки - траншейки, горизонтально подсекали снизу и этот ярус. Отделяли и оттаскивали в сторону новый рад кубиков. На стене под прежней штрихованной горизонтальной полосой появилась новая штрихованная полоса, отделённая от первой, верхней, узким порожком. Дальше – следующий ярус. Таким образом, на стене ясно отразились несколько этапов общепринятой и общеизвестной методики добычи камня. Несколько ярусов «отнятия» от стены блоков песчаника (или известняка, если речь об известняковых карьерах).
В случае ручной добычи, песчаник, известняк и камни других податливых пород именно так добывают и сегодня.
Структура рабочего места в отделительных траншеях известняковых карьеров у северной грани пирамиды Хафра, или в вади эл-Джарф – древняя предшественница асуанской, она тоже для работы «коротким инструментом», классическим инструментарием каменотёса и скульптора всех эпох древней истории Египта, действительно коротким зубилом и деревянной колотушкой (mallet).
Причина тратить усилия на измельчение вокруг заготовки гигантских объёмов камня, обращаемого в труху и совершенно бесполезного в таком виде – отсутствие во времена IV династии кирок и длинных долот. Отделять от массива заготовки изделий могли только проделывая широкие траншеи и спускаясь в них с короткими медными зубилами и, возможно, каменными рубилами с рукоятями, или без.
***
Помним, что долбление – разрушение сплошности камня именно внедрением острия инструмента в каменный массив. Внедрение, вонзание — раздвигание зёрен в стороны проникшим в массив острием инструмента, выкалывание.
Долбление, колка камня – метод, применявшийся в Египте для грубой площадной обработки несравненно реже дробления, но всё же применявшийся.
Два снимка, храм Хатхор, Дендера. На левом одиночные глубокие выколы песчаника зубилом. Это — совсем не язвочки местного дробления! На правом – выколы многозубчатым инструментом, троянкой.
Ниже в левой части снимка – фрагмент очень грубо обработанной долблением вертикальной полосы, выступающей из песчаниковой боковой стены первого пилона храма Рамсеса-III (для перевязки с примыкающей оградой из сырцового кирпича). Следы глубокого вонзания острия инструмента. В правой части обдирка, или, вероятнее даже отёсывание:
***
4.Отёсывание
Когда не было надобности в создании визуально эстетичной поверхности, но была надобность плотно, без явного зазора составлять камни, их поверхности, которым предстояло соприкоснуться, не опиливали и не шлифовали, а только отёсывали.
Как плотницким теслом стёсывали приповерхностный слой древесины, так и поверхности граней грубо вырубленных из скального массива каменных блоков податливых пород камня отёсывали - выравнивали скользящими движениями широкой рабочей кромки зубила. Сегодня такое «тесло по камню», «стамеска по камню» носит название скарпель (иногда – скрапель).
Отёсывание вынутых из массива каменоломни каменных блоков могло быть фактически заключительной стадией добычи, а могло осуществляться уже в месте использования. Следы этого рода обработки не так очевидно прочитываемы, как следы шлифовки, или, например, опиливания. А в межблочных швах сегодня их можно различить только на блоках разрушенного строения, или на вынутых из кладки не разрушенного.
Вот пример обработки боковой поверхности блока на месте использования – следы площадного долбления и отёсывания (Дендера, храм Хатхор):
Интересным примером легко обнаруживаемых сегодня следов отёсывания могут быть полоски рустов, обрамляющие оставшиеся так и не обработанными поверхности блоков некоторых строений. Лицевую поверхность стенового блока до установки часто оставляли практически необработанной, предохраняя её тем самым от разрушающих случайностей погрузочных, транспортировочных и установочных работ. Но, при этом, присоединительным элементам такого блока рустовкой заранее придавалась упрощающая его установку в стену геометричность.
На снимке (Западные Фивы, пилон Птолемеев в комплексе Мединет Абу) видны обрамлённые рустовочными полосами практически необработанные лицевые поверхности стеновых блоков и уже обработанные почти до плоскости рустов блоки:
Полосы рустов создавались относительно грубым отёсыванием, предполагавшим, что окончательно вся поверхность стены позже окажется выровненной начисто в единую плоскость и поверхности рустов окажутся нивелированными с нею. Выступавшие вперёд до установки элементы лицевых поверхностей стёсаны, Дендера, Маммизи:
***
5.Косое скалывание - ещё один ярко выраженный способ ударной обработки камня. В чём-то родственно отёсыванию.
Jean-Pierre Protzen, Inca Quarrying and Stonecutting: …Обкалывание таким способом, в сущности, является процессом дробления камня. Однако, если при работе отклонить направление удара молота на угол в 15 - 20 градусов от нормали к обрабатываемой поверхности, начинают отлетать тонкие чешуйки и обкалывание значительно ускоряется.
Еще более эффективность удара повышается отклонением его направления примерно до 40-45 градусов перед самым касанием поверхности. Это достигается поворотом запястий в последний момент. Механизм этого процесса объясняется просто. Когда удар направлен нормально к поверхности, вся его сила расходуется на сжатие, которое крошит камень (а в худшем случае может даже расколоть его). Если направление удара отклоняется от вертикали, сила удара раскладывается на составляющие сжатия и сдвига. Чем больше становится угол отклонения линии удара от нормали, тем составляющая сдвига становится больше. Эта сдвиговая составляющая силы удара и скалывает мелкие чешуйки...
Наверное, следовало бы к словам Протцена добавить, что при подробно описанном здесь выше "лобовом" местном дроблении целевая область именно потому и дробится - крошится на мелкие частицы, что оказывается на линии удара между молотом и наковальней - массивом камня.
При косом скалывании на линии приложения вектора сдвиговой силы позади целевой области массива может и не оказываться: происходит не дробление области, а её выбивание наружу, скалывание - выкалывание.
Показанная здесь раковистая поверхность тёмного включения публично назначена быть срезом заподлицо со стеной. Срезом твёрдого включения.
Срез? Когда вы режете сыр, поверхность среза выглядит так? Вообще, срез хоть чего-нибудь, хоть когда-нибудь бывает таким? Вот именно, нет! Да потому, что это не срез. Это след дробления, а вероятнее – косого скалывания выступающей из стены кремнёвой конкреции.
То есть, дробления - скалывания не знакомых нам мелко- и крупнозернистых пород, а кремня. Обладающего гораздо большей сплошностью скрытокристаллического минерала сложного состава, конкреции в массиве осадочных пород, состоящей в основном из микроскопических зерен кварца, халцедона и т.п.
Песчаники и базальты от лобовых ударов осыпаются, гранит отслаивается чешуйками. Их прочность на сопротивление удару определяется прочностью не зёрен, а скрепляющих зёрна цементов. Из кремня (его твёрдость по Моосу – 7), практически сплошного кварца, лобовыми, или косыми ударами выбиваются крупные осколки. Отсюда и своеобразность поверхности – грубая раковистость:
Заподлицо? Ясно различимо (несмотря на солевые выцветы), что эти «срезы» лежат глубже видимой поверхности. Почему глубже – тема для совсем другого обсуждения, не входящего в тематику этой статьи.
***
6. Шлифовка
Участок восточной стороны входного базальтового порога верхнего храма царя Хуфу. Какие-то наслаивающиеся заходы… Заходы чего?
Часто вот эти и подобные им поверхности принимают, хуже того, пытаются выдавать за плоскости спила. Разглагольствуют о том, что будь это следы ручного пиления со свободным абразивом, сколько же времени нужно было пилить, не замечая ошибок.
При этом не оговаривают, что, видя только щель надпила, внутри которой таится движущееся полотно пилы, ни заметить ошибки такого типа, ни пытаться их исправлять не возможно!
Или возможно?
Присмотритесь, придумайте, что именно заметив и какими именно манипуляциями с полотном пилы это замеченное можно было бы менять!
Не оговаривают и главного – окажись такая поверхность плоскостью спила камня, она была бы просто гладкой! Густо усеивающих её язвочек (причины и принципы их появления подробно описаны выше) быть не могло бы, поскольку до распила камня внутри каменного массива нанести язвочки дробления, следы которых после распиливания камня стали бы видны, простите, было невозможно... Внутри массива-то!
На снимке – следы ошибок при обдирке, грубой шлифовке. А скорее даже при опиливании – обдирке, преследующей цель не столь эстетическую, сколь практическую – доводку конфигурации поверхности после дробления для стыковки её с примыкающими элементами конструкции храма.
На снимке слева природные «стенки» египетского базальтового карьера. За первой стенкой видна вторая, правее – третья, вдалеке – четвёртая. Рабочие царя могли сколоть (или разобрать, если поддавался) передний слой стенки, предварительно пронумеровав каждую глыбу.
Линии многих естественных расколов-трещин естественного базальтового массива часто не прямолинейны и имеют раскрошившиеся из-за температурных сжатий - расширений края. Чтобы швы будущего пола сверху выглядели аккуратно, их во многих случаях следовало дополнительно дорабатывать. Как следовало дорабатывать и восходящие стенки ниже видимых на поверхности пола швов.
Эксперимент показывает, что египетские базальт и гранит очень хорошо шлифуются тёрками из кварцита или песчаника.
***
Два следующих снимка дают внятное, абсолютно доходчивое разъяснение происхождению очень и очень распространённого в Египте типа следов обработки поверхностей. Выше разобраны закономерности, способствовавшие появлению на поверхностях язвочек. Если после такого дробления поверхность шлифовать, но не снимать при этом слой камня до полного исчезновения язвочек дробления, получится шлифованная поверхность, усеянная остатками этих язвочек – их донышками.
На первом снимке пример прошлифовки только верхнего края уже обработанной ударами восходящей поверхности базальтового блока (пол храма царя Усеркафа в Саккаре), сквозь поверхность шлифовки сквозят донышки язвочек дробления:
Усеркафов же блок, у которого для стыковки с соседним после обработки дроблением отшлифована практически вся восходящая поверхность, но отшлифована совсем слабо, во многих случаях сквозят не только донышки, но и язвочки почти целиком:
Здесь старались улучшить смыкание рёбер блоков, сходящихся в шве на поверхности пола, нарушая описанную в отчёте историка Вито Мараджиоглио последовательность действий «дробление после шлифовки»: …можно отметить, что стороны базальтовых блоков были почти сплошь опилены, а затем зазоры устранены ударами молота. Спилы сделаны не вертикально, а почти всегда слегка наискось. В результате, получившийся у некоторых блоков остроугольный верхний край затем правился ударами, очевидно, чтобы добиться тонких и аккуратных швов между блоками. В других случаях, где опиленная часть оказалась выпяченной наружу, всё её «лицо» спрямляли ударами…
«По Мараджиоглио», – дробление после шлифовки и «не по Мараджиоглио», – шлифовка после дробления.
Для шлифовки больших площадей с целью «выдерживания плоскости», по-видимому, использовали шлифовальные плиты из какой-то разновидности египетских песчаников (экспериментально проверено, что египетский базальт прекрасно шлифуется египетским окварцованным песчаником). Шлифовальные плиты в каких-то случаях могли быть и из мягкого камня и применяться с подсыпкой грубого (наждак) или тонкого (песок) абразива.
Свободным абразивом они тоже шлифуются хорошо. Большие тяжёлые шлифовальные приспособления могли выглядеть как эти три плиты в раме, шлифующие большой каменный блок (слева, реконструкция).
Ударная же обработка базальта, конечно, более груба, зато гораздо более эффективна и гораздо более быстра. То есть, более технологична.
Ещё пара снимков.
На левом, вверху – дробление после шлифовки, внизу поверхность отшлифована движениями инструмента в разных направлениях не тронутой предварительным дроблением поверхности камня вынутого из массива.
На правом вверху – следы многократных «заходов» шлифовального инструмента на прежде обработанной ударами поверхности. Повсеместно сквозь плоскости шлифовки проглядывают следы глубоких ударных язвочек. Здесь – шлифовка после дробления. Внизу прижим шлифовального инструмента был ослаблен, и шлифовка не смогла добраться большой группы ударных отметин.
Такое происходило часто, на обработанной дроблением поверхности оказывались дробившиеся с особым энтузиазмом места, до дна которых жёсткой шлифовальной плите при последовавшей обработке добраться не удавалось:
В зависимости от конкретных обстоятельств, после дробления мог потребоваться следующий этап обработки - шлифовкой. А потом опять ударный. А потом… опять могла быть шлифовка. Как определять и отличать следы этих двух последовательностей событий – ясно. Единого рецепта на количество и чередование типов работ при выравнивании каменных поверхностей наверняка не существовало. Трудно сейчас предположить, в каком именно случае точность сопряжения шва в полу, обеспечиваемая шлифовкой могла признаваться избыточной, и удовлетворялись просто изъязвлёнными ударными поверхностями.
***
7.Шлифовальное (стыковочное) пропиливание
Эта статья следов сверлений и пилений на каменных изделиях и строениях Египта не касается. Им уделено немало внимания в других публикациях:
vk.com/@chtomoglidrevnie-granit-mednaya-trubka-abraziv
vk.com/@chtomoglidrevnie-granit-mednaya-shlicovka-abraziv
Но существует одно очень специфическое использование пиления в обработке каменных поверхностей, поверхностей стыкуемых между собой.
Непосредственно под восходящим стыком блоков пирамиды заметен неглубокий надпил в поверхности предыдущего слоя:
Если, плотно сдвинув друг с другом шершавые после отёсывания бока поверхности двух блоков, пропилить стык тонким двухсторонним плоским напильником и после этого опять сдвинуть блоки, шов получится очень плотным. Швы облицовки египетских строений весьма плотны в результате применения пропиливания пильным полотном со свободным абразивом. Идёт такое пропиливание легко, поскольку нет надобности тратить усилия на разрушение сплошности камня на пути пилы: она довольно свободно идёт вниз, сглаживая абразивом неровности поверхностей, между которыми движется.
Надпил на снимке - брачок, ошибка, след излишне ретивого шлифовального пропиливания, когда рабочая кромка полотна пилы, пройдя уже обрабатываемый стык, коснулась подложки.
К слову, обнаружение признаков шлифовального пропиливания швов облицовки неожиданно подсказало, что её установка была не только не последним этапом возведения пирамиды, но и не заключительным этапом установки даже очередного слоя кладки. Ведь шлифовальное пропиливание стыков облицовки требовало наличия свободного пространства для продольных вылетов полотна пилы и размещения рабочих по обе стороны её гряды. Вывод следует автоматически…
Шлифовальное пропиливание использовали не только в облицовке известняковых и песчаниковых строений, строений из податливых пород камня. Его признаки обнаруживаются в облицовке пирамид царей Хафра и Менкаура из гранита - и здесь встречаются характерные ошибки со случайным надпиливанием камней лежащего ниже слоя.
А вот утверждать, что шлифовальное пропиливание использовали при укладке базальтовых камней в храмовые полы тяжело. Иногда такая мысль закрадывается, но развить её не дают, например, следы смен направления движения «пилы», вплоть до перпендикулярного прежнему. И прежде всего то, что при пропиливании непременно требовались бы пространства для вылетов полотна пилы и размещения рабочих, а потенциальные плоскости пилений пересекаются под непредсказуемыми углами и любое пропиливание в таких условиях не осуществимо:
***
Поверхность этого базальтового «стола» (цокольный блок в храме царя Ниусерра, Абусир) публично назначена быть плоскостью спила, сделанного дисковой пилой диаметром 9 (девять!) метров (высота кругового сегмента 1см, длина 60см), либо, как уступка, пилой маятниковой длиной (радиусом качания) 4,5 метра (D=L^2/4h+h, где D – диаметр круга, сегмент которого имеет хорду L и высоту h).
Радиус почти в три дамских роста. Пила была так изящна, так женственна!
А между тем, публика ясно видит следы язвочек дробления, которым на спиле взяться неоткуда. Но думать и понимать, что именно она видит, публика не настроена, или не приспособлена!
Эта поверхность была обработана, а вероятнее всего, и создана дроблением, а затем грубо и не слишком пристрастно отшлифована плитой, которая обеспечила появление «параллельных самим себе» бороздок и «втёрлась» в сколы на краю блока, образовав там буртик:
По следующему снимку ясно, что траекторию движения плиты довольно беспорядочно меняли и ослабляли прижим у краёв – заметна лёгкая вогнутость поверхности между левым и правым краями:
***
Видимая на следующем снимке песчаниковая поверхность (Осирион, Абидос) тоже назначена быть плоскостью спила. Нормальная фикция. Никакая пила, ни прямая, ни дисковая, ни какая другая здесь не применялась. Следы внятно гласят о совершенно других видах механического воздействия. На не слишком старательно обработанной обдиркой поверхности видны не только не сгладившиеся следы язвочек дробления. Поверхность плоскостью вообще так и не стала: она покрыта выемками и буграми, которые вместе со следами дробления необъяснимы на спиле. Судя по ним, обдирка-шлифовка велась здесь не плитой большой площади, а ручными тёрками, которыми невозможно было создать обширную плоскость. В скользящем освещении ясно различимы многочисленные огрехи шлифовки, когда мелкие тёрки вторили неоднородностям фактуры поверхности:
Ниже — облагораживание лицевых поверхностей (Осирион, Абидос) установленных в стену в «транспортировочной конфигурации» песчаниковых блоков: чистовое дробление и шлифовка. Кое-где сквозь плоскость шлифовки и здесь сквозят донышки язвочек дробления.
***
Слева хорошо уже знакомые язвочки дробления на внутренних поверхностях саркофага царя Тети (Саккара). Знакома и шлифовка со сквозящими язвочками дробления. Здесь она — под надпись. Этот царский саркофаг выполнен из очень широко применявшегося в Египте камня, граувакки. Граувакка – ещё одна разновидность песчаников, но песчаников тёмных, иногда, почти чёрных.
Западная внешняя поверхность саркофага Тети, его юго-западный угол. В левой верхней части снимка видно пятно почти сошлифованных язвочек дробления, но изогнутые борозды справа внизу, конечно же, назначены быть следом дискового пиления базальта!:
Хотя они – вполне традиционные следы шлифовки после обработки дроблением. Нормальные ошибки шлифовки, следы многократных заходов плиты.
***
О внешней поверхности северной торцевой стороны саркофага в пирамиде царя Хуфу археолог Питри пишет:
Рис.1. Спил в граните, торец саркофага Великой пирамиды. Уход пилы чересчур велик - двухкратен.
«Fig.1» (слева) к которому относится показанное выше описание Питри, и гипсовый слепок, сделанный им с фрагмента торца царского саркофага:
Так Питри живописует (W.M.F. РETRIE, THE PYRAMIDS AND TEMPLES OF GIZEH, 1883) приёмы, коими оставлены эти следы:
У западного края северного торца есть место, где пила слишком глубоко уклонилась в гранит и была возвращена рабочими обратно; но это новое её позиционирование оказалось всё ещё слишком уклонённым, и, пройдя ещё на два дюйма вниз, они отступили во второй раз, получив ширину итогового надпила более, чем на 1/10 дюйма (2,54мм) больше, чем следовало.
Питри полагает, наверное, что за ошибочным отклонением полотна пилы вбок и обоими этапами его возвращения в правильное положение рабочие, виртуозно им управляя, наблюдали через зазоры между ним и стенками надпила. И нам следует увериться, что, глядя в щель надпила, в которой двигалось полотно пилы, рабочие сумели отследить две ошибки такого масштаба (суммарно — 2,54 мм!) и перенаправлением полотна пилы внутри надпила исправили их!
В общем понятно, в действительности, обработанные традиционным для Египта дроблением боковины саркофага шлифовали не без традиционных же ошибок — шлифовальная плита после добавления порций свежего абразива, заработала эффективнее и смогла снять лишнее. В несколько заходов, традиционно…
На следующем снимке борозды на внешней поверхности западной стенки гранитного саркофага царя Хуфу, тоже назначенные Питри быть следами пиления. В действительности, конечно же, и здесь это следы движений большой тяжёлой шлифовальной плиты:
***
Чтобы по следу расшифровать, какой инструмент был применён и каким именно образом, неплохо, прежде всего, понимать, что именно видишь. А чтобы понимать, что видишь, надо иметь некоторую техническую подготовку – техническую эрудицию.
А чтобы внятно объяснить, что именно увидел – непременно владеть технической терминологией, иначе, «как судно назовёшь, так оно и поплывёт». И это не придирки к мелочам, потому что слова не мелочь! Если говорим о дроблении, негоже путать его с долблением. Если говорим о шлифовке, негоже принимать её за спил. А спил, в свою очередь, совсем не пропил! А если говорим о срезании, надо понимать, что говорим и не о пилении, и не о скалывании! И так далее. Ну, чтоб быть понятым, а заодно, чтоб в глазах нормального слушателя – читателя не быть образцом перманентного позора.
Честное слово, это очень удобно, когда окружающие однозначно и правильно понимают о чём идёт речь!
***
В публикации использованы фотографии «ЛАИ», «Исиды», авторские и неавтоизованные с просторов и-нета.
***