Фоторепродукция нотного автографа С.С. Прокофьева (музыка «Александра Невского»)

Фоторепродукция нотного автографа С.С. Прокофьева (музыка «Александра Невского») с дарственной надписью С.М. Эйзенштейну

Фоторепродукция нотного автографа С.С. Прокофьева (музыка «Александра Невского»), image #1

Фотобумага, картон, фотопечать черно-белая. СССР, Москва, около 1962

В рабочем кабинете своей квартиры на Потылихе рядом с красочными листами графики Эйзенштейн повесил листок нотной бумаги с наброском музыкальной темы и надписью: «Дорогому и замечательному Сергею Михайловичу, вместе с Александром Невским изничтожившему свинью (в единственном и множественном числе). СПРКФВ 20 нбр 38».

Сергей Прокофьев! Так, оставив от имени лишь согласные звуки - «непреклонную суровость структуры», — композитор расписывался. «Из творчества композитора — как из подписи, откуда исчезли гласные, — изгнано всё зыбкое, преходящее, случайно-капризное», — писал Эйзенштейн о друге и соратнике в эссе «ПРКФВ» (1942-44). И соотносил его метод с теми областями искусства, где похожим образом авторы улавливают «структурную тайну явления»: с византийским каноном в иконописи, с исканиями художников-авангардистов и, конечно же, с кинематографом, в который так органично вошло «ослепительное сверкание музыкальной светописи Прокофьева».

Фильм «Александр Невский», первая совместная работа Эйзенштейна и Прокофьева, вышел в прокат 1 декабря 1938 года. В ноябре («нбр 38») создатели картины уже могли поздравлять друг друга с победой. Фильм прошёл все этапы приёмки. Какую же «свинью» изничтожил Сергей Михайлович, по выражению композитора? Только ли это образ боевого порядка тевтонских рыцарей в антифашистском, по своей сути, фильме? Эйзенштейн и Прокофьев не просто работали вместе. Они были единомышленниками, понимали друг друга с полуслова. На что намекает Сергей Сергеевич?

Недавно, весной 1937-го, запрет фильма «Бежин луг» едва не стоил Эйзенштейну жизни. Шли годы сталинского террора. Уже были арестованы многие деятели культуры, в том числе и друзья Эйзенштейна (это если говорить только об интеллигенции). Руководитель Главного управления кинофотопромышленности Борис Захарович Шумяцкий, невзлюбивший независимого кинорежиссёра, во многом лично организовал кампанию против Эйзенштейна, даже положил Сталину на стол подготовленный приказ об аресте мастера. И просчитался. Рассерженный тем, что кто-то за него решил судьбу подданного (да не простого, а автора «гордости советского кино» – «Броненосца “Потёмкин”»!), вождь не подписал приказ и – более того – дал режиссёру шанс «исправиться»: снять фильм на военно-патриотическую тему. Мастера спас и тактический ход, подсказанный И.Э. Бабелем: личное письмо Эйзенштейна Сталину, где режиссёр заявлял, что чувствует в себе силы ещё не на одного «Потёмкина». А Шумяцкий через несколько месяцев – в начале 1938 года – пал жертвой собственных амбиций: как многие активные и «слишком» самостоятельные партийные работники, он был репрессирован.

Эйзенштейн попробовал добиться разрешения на картину о братоубийственной гражданской войне в Испании. Здесь действительно вновь зазвучала бы подлинная тема «Потёмкина», кроющаяся за рассказом об эпизоде Первой русской революции: тема братства, призыв прекратить насилие. Получив отказ, Эйзенштейн взялся за предложенный ему сюжет об Александре Невском. По сценарию древнерусский князь дает бой тевтонам на их территории, на льду Чудского озера. Режиссеру в ситуации постоянного идеологического «присмотра» тоже предстояло применить военную хитрость, сражаться на чужой территории, не допуская неприятеля на свою – на территорию свободного творчества. Требуемая идея фильма, к счастью, совпадала с личным устремлением: осуждение нацизма, призыв к сплочению для защиты родной земли. Ограниченный во времени, технических средствах и выборе сюжетных ходов, режиссёр сознательно работал «по канонам» русского лубка, фрески и житийной иконы. Недаром святой благоверный князь Александр Невский считался покровителем семьи его матери, купцов Конецких... А внутри канона мастер смог осуществить творческие эксперименты и наконец выпустить свой первый завершенный звуковой фильм. С помощью «Александра Невского» была посрамлена «свинья во множественном числе» — все те идеологи, чиновники, цензоры, которые шельмовали режиссёра за «формализм» в «Бежином луге». Обманув их бдительность, Эйзенштейн на деле и не думал отступаться от своего творческого кредо.

Победа была и в сохранении самой возможности работать — на будущее, во исполнение «положенного и возложенного». Решающий бой мастера с тоталитаризмом был ещё впереди — в шедевре, созданном в годы Великой Отечественной и тоже с участием Прокофьева: в ленте «Иван Грозный». В Алма-Ату, в эвакуацию, по просьбе Сергея Михайловича прислали из московской квартиры и автограф с музыкой «Невского» — вместе с фотопортретом Чарлза Чаплина, который был на стене рядом, над кабинетным роялем. Чаплин перед войной сделал свой антифашистский фильм: «Великий диктатор».

Оригинальный листок с нотной записью Прокофьева 1938 года был, к сожалению, утрачен в 1960-е. Но у вдовы Эйзенштейна П.М. Аташевой оставалась чёрно-белая фотокопия, сделанная для публикации в третьем томе собрания сочинений режиссёра (М.: «Искусство», 1964). Она хранится в Музее кино на правах оригинала.

Музыковеды Светлана Савенко и Марина Нестьева помогли нам распознать набросанную композитором мелодию. Это тема народных музыкантов. В переломный момент Ледового побоища они подбадривают русских воинов и теснят музыку врагов, играя скоморошьи напевы на дудках и бубнах.

Фоторепродукция нотного автографа С.С. Прокофьева (музыка «Александра Невского»), image #2

Послушать её можно здесь (таймкод — 1:10:30 – 1:11:01)

Вторая вариация этой мелодии появляется в финале, в сцене празднования победы.

Фоторепродукция нотного автографа С.С. Прокофьева (музыка «Александра Невского»), image #3

Послушать её можно здесь (таймкод — 1:46:04 – 1:47:04)

На листке, как полагает Савенко, – именно она: Прокофьев преобразует тему, доводя её до почти «астрального» звучания. А дудки старика-скомороха в момент, когда он на экране поворачивается к нам, поразительно напоминают знаменитый фронтальный план орудий «Потёмкина». Кстати, «старик» – прозвище (с молодых лет) самого Эйзенштейна. На переходе к общему плану народных гуляний «крупный план» звучания дудок и бубнов подхватывается оркестром. Прислушавшись, начинаешь понимать, что эта мелодия означает: её ритм – ритм смеха.

Хранитель фонда «Музей С.М. Эйзенштейна» Вера Румянцева

*Полностью первую версию эссе «ПРКФВ» с комментарием можно прочитать здесь:

http://www.kinozapiski.ru/data/home/articles/attache/304-313-102.pdf

*Подробная статья Льва Рошаля об истории фильма, его удачах и противоречиях здесь: http://www.kinozapiski.ru/ru/article/sendvalues/1051/

170 views·4 shares