Македония против косовских боевиков

На фоне напряженности, которая значительно выросла после заявлений правительства Косово с требованием перерегистрации документов сербов, проживающих в сепаратистском регионе, полезно изучить контекст сербско-косовской конфронтации. Уже были две хорошие статьи на эту тему (здесь и здесь), однако все они обошли важное событие после получения Косово де-факто независимости от Сербии — конфликт косовско-албанских боевиков и Македонии в 2001 году. Албанское меньшинство в этой истерзанной войной стране было обласкано американскими истеблишментом до такой степени, что даже современные неоконсерваторы сочли бы это несколько чрезмерным: и это, вполне естественно, является причиной конфликта с самого начала.

Конституция Македонии закрепляла (и закрепляет) права албанцев говорить и получать начальное и среднее школьное образование на своем родном языке. Македонское государство довольно щедро субсидировало средства массовой информации на албанском языке, включая газеты на албанском языке, радио- и телевизионные программы. Flaka, крупная газета на албанском языке, получала 67% своих операционных расходов из государственного бюджета. Отчет Хельсинкской группы по правам человека по Македонии подтвердил, что «несмотря на государственное финансирование, Flaka остается независимой редакцией и, по словам ее заместителя редактора Даута Даути, никогда не подвергалась вмешательству со стороны государства». В то время как македонский, что неудивительно, является официальным языком Македонии, то есть языком, на котором ведется государственная деятельность – права меньшинств использовать родные языки защищены: албанский и другие языки официально используются не только там, где большинство жителей составляют албанцы, но и «там, где проживает значительное число жителей, принадлежащих к [албанской] национальности, их язык также используется официально, в дополнение к македонскому языку и кириллице, на условиях и в порядке, определенных законом». Но этого было недостаточно для албанских националистов, которые составляли около 30 процентов населения.

Предоставленных прав оказалось мало албанцам, которые вступили в бой с македонскими войсками за контроль над Тетово, вторым по величине городом Македонии: их целью являлась не интеграция в македонское общество, а языковое, культурное и, в конечном счете, политическое отделение от македонского государства и объединение с «Великой Албанией». Но сначала немного предыстории.

Центром албанского ультранационализма долгое время было двуединое требование об отдельном университете на албанском языке и этнических квотах в македонской гражданской службе, причем первое служило передаточным звеном для второго. Но правительство Македонии – коалиция, включающая Албанскую демократическую партию, – воспротивилось этому требованию, справедливо опасаясь атомизации своей страны. В конце концов, классификация македонского как отдельного языка, уникального для себя, как английский, французский и немецкий, является довольно натянутой: он больше похож на региональный диалект с сербохорватским и болгарским влияниями. Действительно, что касается болгар, то они считают, что такого языка, как македонский, не существует, а есть только диалект болгарского: сербохорватские говорящие в самой Македонии придерживаются аналогичного мнения. Хрупкость этого языкового национализма, кроме того, усугубляется исторической реальностью, что Македонии как отдельного государства не существовало со времен Александра Македонского: её возрождение Тито и югославскими коммунистами было всего лишь грубой попыткой вмешаться на стороне коммунистов в гражданскую войну в Греции. Это, однако, не помешало македонским националистам яростно защищать свою (в значительной степени воображаемую) национальную идентичность. Однако по сравнению с подлинным культурным шовинизмом албанских фанатиков национализм македонцев — всего-лишь слабая тростинка, гнущаяся на сильном ветру.

В январе 1995 года в Тетово в Западной Македонии был создан независимый университет на албанском языке. Открытие университета стало поводом для беспорядков, в результате которых погиб один человек: хотя правительство не запрещало открытие университета на албанском языке, оно также не согласилось финансировать его за счет налоговых поступлений — «упущение», которое возмутило протестующих, которые вышли на улицы. ОБСЕ вмешалась, согласилась выступить посредником в этом вопросе и предложила компромиссное решение, согласно которому в Тетово будет основан частный университет на средства европейских финансовых «доноров». Это было отвергнуто албанцами и самопровозглашенным ректором университета Тетево, который согласился бы ни на что меньшее, чем на субсидируемый государством университет, который, кроме того, гарантировал своим выпускникам определенную долю государственных рабочих мест.

То, чего добиваются албанские радикалы в Тетово стало ясно из доклада, опубликованного Международной Хельсинкской федерацией по правам человека (IHF), которая направила в Тетово делегацию, состоящую из бывших университетских профессоров и администраторов. Согласно их отчету, они «были удивлены тем, что у двух ведущих должностных лиц Университета Тетово не было под рукой никаких документов, касающихся имен и квалификации преподавателей, предлагаемых программ и курсов, а также состава и интеллектуальных качеств студенческого контингента. Действительно, вопреки тому, что говорилось в опубликованном заявлении, описывающем визит, нам не дали подробных ответов на все наши вопросы. Мы все еще ждем письменной информации».

Все, что нужно знать об «университете Тетово», содержится в одном абзаце отчета IHF: «В то время как официальные лица Университета Тетово отрицают создание параллельного учебного заведения и указывают, что учебное заведение является двуязычным в принципе и на практике, те же официальные лица говорят об обучении студентов, которые будут практиковаться в профессиях (юриспруденция, медицина и т.д.) как члены специфически албанской общины. Продолжение существования учебного заведения перед лицом препятствий было названо «святым путем», и на стене деканата появилась карта с изображением Великой Албании»

Короче говоря, «университет» с самого начала предназначался в качестве базового лагеря для албанских повстанцев. Далекие от того, чтобы позволить себе мирно ассимилироваться в македонское общество, албанские националисты стремились ассимилировать большую часть Македонии в «Великую Албанию». Партизанская война, которую в 2001 году вела «Армия национального освобождения», базирующаяся в западной Македонии, была прообразом двух печально известных инцидентов, один из которых произошел в Гостиваре в июле 1997 года, когда албанский мэр поднял над городом албанский флаг, а за попыткой македонской полиции сорвать его последовали беспорядки в в результате чего 3 человека были убиты и еще много ранено. Городской совет, который проголосовал за поднятие двуглавого орла албанского экспансионизма, также проголосовал за поднятие турецкого флага — шаг, осужденный турецким послом, который заявил, что вывешивание флага где-либо за пределами своей страны является нарушением конституции Турции. Тем не менее, флаги не были сняты: затем парламент принял закон, запрещающий развевание иностранных флагов над общественными зданиями, и полиция вмешалась, чтобы обеспечить соблюдение закона. В Тетово мэр города аналогичным образом бросил вызов как парламенту, так и высшему суду страны — Конституционному суду. В своем неповиновении эти местные чиновники символически провозгласили свою политическую цель: распад македонского государства.

В ответ на эти действия все западные СМИ начали вопить о том, что в Македонии начнется этническая чистка. Например, лондонская Times опубликовала такую статью:

Вчера на пыльной боковой дороге в мрачном коммерческом районе Скопье балканское проклятие этнических чисток наконец-то пришло в Македонию. Фарад Ин, испуганный владелец магазина средних лет, поспешно упаковывал свои товары и готовился закрыть свой магазин, одно из последних албанских помещений, все еще работающих. «Выпей немного персикового сока, — сказал он, протягивая мне коробку из стопки в его магазине. — Я никак не могу перенести [все коробки] до крайнего срока сегодня вечером. Кто знает, что останется от этого места к утру?’» Причина его страха стала ясна, когда он достал бумажник и развернул краткое уведомление. Сообщение, скопированное и расклеенное на витринах магазинов по всему району, было от теневой группировки, называющей себя «Македонское военизированное формирование 2000». Они приказали всем албанским предприятиям закрыться, иначе они подвергнутся обстрелу.

Подобно какому-нибудь циничному голливудскому писателю-халтурщику, штампующему шаблонные сценарии, авторы сценария «Этничская чистка в Македонии» придерживались того, что работало в прошлом. Это сработало в Боснии, где боснийские мусульмане рассказали о 8000 убитых гражданских лиц в Сребренице, забыв, правда, добавить, что до этого эти «святые воины ислама» напали на 42 окрестные сербские деревни и убили более 3000 сербских жителей (и, как оказалось, число погибших в Сребренице в четыре раза меньше от заявленного числа). Это сработало в Косово, где албанцы рассказывали самые невероятные истории о геноциде с самым невозмутимым видом (история о геноциде в Косово также вызывает много сомнений). Американская и европейская аудитория купилась на все это, по крайней мере, на то время, которое потребовалось, чтобы превратить Югославию в руины и завоевать Косово. Давайте назовем это «Балканское проклятие» – приятный штрих роскошной вульгарности в голливудском стиле – и наполним его всеми уже знакомыми персонажами. Плохие парни – это, конечно же, злобные расистские македонские «военизированные формирования», чьи теневые «эскадроны смерти» нацелились на мусульманских героев этой докудрамы — бедных, угнетенных, вечно преследуемых албанцев.

«Македонское военизированное формирование 2000»? Если вы верите в это, тогда вы поверите во что угодно. Если предполагается, что «2000» означает, что группировка была основана в соответствующем году, то это не слишком убедительно, тем более что никто никогда не слышал о ней раньше. «Македонское военизированное формирование 2000» – это просто плод воспаленного воображения репортера.

Затем события начали развиваться очень быстро. В 2001 в Тетово вспыхнуло насилие и, в конечном итоге, сотни бойцов «Корпуса защиты Косово» – их оружие, боеприпасы, униформа и обучение были оплачены американскими налогоплательщиками – пересекли границу с Македонией, что было равносильно открытому вторжению, не столкнувшись, по-видимому, ни с какими проблемами со стороны более чем 20 000 военнослужащих НАТО, которые должны были исполнять «миротворческой долг». Как выразились редакторы Reality Macedonia: «Одна вещь не ясна: если предполагалось, что войска НАТО будут защищать границу между Македонией и Косово, то как и почему косовские войска смогли пересечь границу и открыто напасть на Македонию?»

На самом деле, ответ очевиден. НАТО хотело уничтожения Македонии или, вернее, не хотело чтобы армия Косово проиграла. Советник по национальной безопасности Кондолиза Райс лично вмешалась в попытку убедить Украину прекратить продажу оружия македонской армии, и когда в июне 2001 года группа из 400 бойцов армии Косово была окружена в Арациново, НАТО приказало македонским силам сдержать их атаку, пока колонна автомобилей армии США спасала осажденных боевиков. Позже выяснилось, что 17 американских военных советников были внедрены в армию боевиков в Арациново, иными словами, по всей видимости, американцы занимались тем, чем занимались во время бомбардировок Югославии: помогали террористам.

Почему террористам? Ну, дело в том, что значительная часть боевиков из армии Косово ранее была связана с бен Ладеном и «Аль-Каидой». Об этом подробно пишет Питер Дэйл Скотт в своей книге «The Road to 9/11: Wealth, Empire, and the Future of America». Джеймс Биссетт, бывший посол Канады в Югославии, сообщал: «Многие члены Освободительной армии Косово прошли обучение в лагерях террористов в Афганистане». В марте 2002 года Майкл Штайнер, администратор Организации Объединенных Наций в Косово, предупредил о «переносе афганской опасности в Европу», поскольку в регионе были обнаружены ячейки террористов, обученных и финансируемых «Аль-Каидой». Тем временем Марсия Куропе в Wall Street Journal написала, что «египетский хирург, ставший лидером террористов, Айман Аль-Завахири управлял лагерями подготовки террористов, фабриками по производству оружия массового уничтожения, а также сетями по отмыванию денег и торговле наркотиками по всей Албании, Косово, Македонии, Болгарии, Турции и Боснии». Йосеф Бодански, директор Целевой группы Конгресса США по изучению нетрадиционных методов борьбы и терроризма, подтвердил, что: «Арабские афганцы бен Ладена также взяли на себя доминирующую роль в подготовке косовских боевиков … [К середине марта 1999 года в армию Косово входили] многие элементы, контролируемые и/или спонсируемые разведывательными службами США, Германии, Великобритании и Хорватии».

Это ни в коем случае не смущало НАТО. В 2001 году канадский военный корреспондент Скотт Тейлор сообщил после визита в Тетово, что «нельзя отрицать наличие огромное количество оружия, поставляемого НАТО [косовским] партизанам». Это не удивительно, поскольку британские инструкторы SAS и американские инструкторы Delta Force готовили бойцов армии Косово еще в 1996 году. ЦРУ оказывало военную помощь группировкам джихадистов до и во время бомбардировок 1999 года, включая выдачу военных учебных пособий и полевых консультаций, под прикрытием наблюдателей из ОБСЕ.

В конце 1990-х годов британская разведка также направила британско-пакистанских джихадистов в Косово под прикрытием гуманитарных конвоев для продолжения войны против Сербии. Депутат от лейбористской партии Мичер далее пишет, что «в течение почти десятилетия США помогали исламистским повстанцам, связанным с Чечней, Ираном и Саудовской Аравией, дестабилизировать бывшую Югославию. Повстанцам также было разрешено продвигаться дальше на восток, в Косово», и что «бывший федеральный прокурор США Джон Лофтус сообщил, что британская разведка использовала «Аль-Мухаджирун» в Лондоне для вербовки исламистских боевиков с британскими паспортами для войны против сербов в Косово».

Группировка «Аль-Мухаджирун» была создана в 1996 году в Великобритании сирийским священнослужителем Омаром Бакри Мохаммедом, который, как подробно описывает журналист Нафиз Ахмед, долгое время был информатором британской разведки, регулярно встречаясь с агентами MI5 на протяжении 1990-х годов. Сам Бакри признал свою роль в подготовке джихадистов для отправки за границу. В мае 2000 года он объяснил The Guardian, что у «аль-Мухаджируна» есть сеть центров по всему миру, разделенная на два крыла: «Есть сеть Да'ва (распространения) и есть сеть джихада». The Guardian отмечает, что Бакри «признал, что существует глобальная сеть агентов, имеющих связи с военными лагерями, некоторые из которых работают из Великобритании».

Бакри уехал из Великобритании в Ливан через месяц после терактов 7 июля 2005 года, в ходе которых террористы-смертники атаковали лондонскую транзитную систему, убив 52 человека. Хотя бывшие члены «Аль-Мухаджирун» участвовали в нападении, британские официальные лица не помешали Бакри покинуть Великобританию. К 2009 году ливанские силы безопасности обвиняли Бакри в подготовке членов «Аль-Каиды».

Наличие прямого союза террористов и НАТО не является открытием. Американцы продолжают такую политику в Йемене, где поддерживаемые США Объединенные Арабские Эмираты и Саудовская Аравия вступили в союз с «Аль-Каидой на Аравийском Полуострове» и суданскими террористами.

Только в случае с Македонией, склепать историю о воображаемом геноциде и «умеренных повстанцах» (по аналогии с поддерживаемой США «Свободной сирийской армией», единственное отличие которой от ИГИЛ состоит в том, что у них будут демократические выборы того, надо ли будет отрезать 2 или 3 пальца за нарушение шариата) не получилось, поскольку зверства боевиков были слишком очевидны. Террористы начали минировать религиозные объекты, такие как церковь Святого Атанасия, резиденцию Полог-Кумановской епархии Македонской православной церкви в деревне Лешок, а затем осквернили церковь Святого Георгия в деревне Малая Речица. Мотель Brioni в Тетово подвергся особенно жестокому нападению: двое дежурных охранников были привязаны к стене и подорваны взрывчатыми устройствами.

29 июля министр внутренних дел Македонии Любе Бошковский сам стал жертвой покушения со стороны албанских боевиков: его автомобиль попал в засаду, когда он ехал навестить беженцев, возвращающихся в свои дома. Охранники Бошковского вступили в ожесточенный бой с террористами на главной дороге, ведущей из столицы Скопье в Тетово.

10 августа восемь македонцев были разорваны на куски по дороге в деревню на мине, смертоносный акт, который произошел как раз в тот момент, когда командиры армии Косово громче всех заявляли о своей приверженности «миру», а Запад настаивал на немедленной капитуляции македонцев практически перед всеми албанскими требованиями. Ответственность за эти действия взял на себя новый игрок, «Албанская национальная армия». Одна партизанская армия якобы разоружалась, в то время как другая появилась из ниоткуда и продолжало то, на чем остановилась другая: это уловка настолько глупая, что в нее никакой здравомыслящий человек не поверит.

Но это неважно: виноваты македонцы, если верить липовой прессе. Естественно, организация Human Rights Watch – одна из самых больших сторонниц войны в Косово – лидировала с выходом отчета, в котором подробно описываются предполагаемые македонские «зверства» в деревне Люботен. Македонское правительство утверждает, что его операции были направлены против боевиков повстанцев, а не против гражданских лиц, но, как обычно, у албанских националистов другая история, и [UK] Telegraph охотно рассказала эти небылицы, как будто они находятся хотя бы в нескольких световых годах от истины.

В отчете Telegraph есть несколько проблем, не последней из которых является его наглая односторонность. Показания сторонников албанских повстанцев воспринимаются как евангелие, а с македонцами – как нам сказали – связаться для комментариев «не удалось». Говорят, что ребенок был убит гранатой, которая предположительно взорвалась посреди толпы детей, игравших в «кольцо вокруг рози» на деревенской площади. Как ни странно, этот ребенок, по-видимому, безымянен, но можно предположить, что The Telegraph не слишком давила на албанских свидетелей по этому вопросу. Никакой конкретики нету, доказательств причастности македонской армии к этому тоже.

Что практически в каждом новостном сообщении об этом инциденте не упоминается, так это то, что Люботен, расположенный всего в 10 километрах от столицы Скопье, долгое время считался ничейной территорией, уж точно не находящейся под контролем правительства. Иностранные репортеры часто встречались с боевиками в Люботене, а оттуда их сопровождали вглубь территории повстанцев, где они проводили восторженные интервью с различными командирами. Люботен находится на переднем крае правительственной войны против партизанского мятежа.

Конфликт Македонии и албанских боевиков был забыт, поскольку доказательств предполагаемых преступлений македонцев было катастрофически мало, чтобы снова обмануть общественность. Тем не менее, он служит ярким напоминанием того, что террористы закрепились в центре Европы под прикрытием НАТО и только их уничтожение принесет мир на Балканы.