Неонатальная энцефалопатия из-за дефицита глутаминазы у новорождённого мальчика

Источник кейса: журнал Clinical Case Reports

Перевод клинического случая предоставил - врач клинической лабораторной диагностики Зайцев Евгений Геннадьевич

В мире медицины редкие заболевания представляют особый интерес из-за сложности их диагностики и лечения. Одним из таких случаев является история новорождённого мальчика, родившегося в срок от родителей, состоящих в близкородственном браке. Мальчик появился на свет путём экстренного кесарева сечения на 39-й неделе беременности из-за мекониальной жидкости. При рождении его вес составил 2750 граммов, длина — 46 см, а окружность головы — 34 см.

Клиническая картина

Сразу после рождения ребёнок потребовал продлённой искусственной вентиляции лёгких из-за слабых дыхательных усилий и был переведён в отделение интенсивной терапии новорождённых. Несмотря на удовлетворительные показатели кислотно-основного состояния крови (pH 7,16, избыток оснований -12,5), у него наблюдались низкие оценки по шкале Апгар: 4 на 1-й минуте и 6 на 20-й минуте.

На фоне общего гипотонуса и ступора у мальчика были отмечены минимальные реакции на боль, редкие спонтанные движения и эпизодическое открывание глаз. Неврологическое обследование выявило сохранённые зрачковые и сухожильные рефлексы. На 12-й день жизни у пациента начались рефрактерные многофокусные миоклонические судороги, которые не поддавались стандартной противосудорожной терапии.

Уникальность случая и генетический аспект

Особенностью данного случая является редкое генетическое заболевание — дефицит глутаминазы, вызывающий неонатальную энцефалопатию. Глутаминаза — это фермент, отвечающий за превращение глутамина в глутамат, основной возбуждающий нейротрансмиттер в мозге. Недостаток глутаминазы приводит к дефициту глутамата и накоплению глутамина и глицина в спинномозговой жидкости, что нарушает нормальное функционирование нервной системы.

Генетическое исследование выявило гомозиготную нонсенс-мутацию в гене GLS (Chr2.190895625 C>T), приводящую к преждевременной остановке синтеза белка на 169-м кодоне (p.Arg169Ter). Оба родителя были носителями этой мутации, что объясняет возникновение заболевания у ребёнка.

Лабораторные исследования

Анализ спинномозговой жидкости показал повышенные уровни глутамина (1507 μmol/L при норме 231–638 μmol/L) и глицина (109 μmol/L при норме 2–14 μmol/L). Электроэнцефалограмма выявила паттерн "вспышка-подавление", характерный для тяжелой энцефалопатии. МРТ головного мозга показала гипоплазию мозолистого тела, отсутствие миелинизации в определённых областях и упрощённый рисунок извилин.

Эмоциональные аспекты переживания семьи

История семьи усложнялась тем, что ранее у родителей уже был ребёнок с похожими симптомами, который скончался в возрасте трёх месяцев. Повторение трагедии стало тяжёлым эмоциональным испытанием для семьи. Неопределённость диагноза у первого ребёнка и беспомощность перед лицом болезни усиливали стресс и чувство потери у родителей.

Значение своевременной диагностики

Сложности в диагностике редких нейрометаболических нарушений, особенно в странах с ограниченным доступом к современным методам генетического анализа, часто приводят к задержке в постановке правильного диагноза. В данном случае использование экзомного секвенирования позволило не только установить точную причину заболевания, но и предоставить родителям генетическое консультирование для будущих беременностей.

Заключение

Этот клинический случай подчёркивает важность интеграции современных генетических методов в практику неонатологии. Своевременная и точная диагностика таких редких заболеваний, как дефицит глутаминазы, имеет решающее значение для прогнозирования исхода, выбора тактики лечения и планирования семьи. Улучшение доступности генетических исследований может существенно повысить качество медицинской помощи и снизить эмоциональное и физическое бремя для семей, столкнувшихся с подобными заболеваниями.