Евнухи Поднебесной ч.1
Изначально оскопление - гунсин, входило в список шести самых жестоких кар. Например, император Чжу Цичжэнь (朱祁镇), правивший в 1436–1449-х годах, после карательной экспедиции в Гуйчжоу приказал оскопить 1500 пленных мальчиков мяо. Евнухами могли стать военнопленные и живая дань от вассалов. Но чаще всего обычным делом для бедной семьи было за хорошие деньги продать малолетнего сына в специальное столичное учреждение, где ему делали кровавую операцию, в эпоху империи Цин это была палата «Шэньсинсы». Также недалеко от Запретного города жили два семейства, специализировавшихся на кастрации по заказу.
Иногда семья решалась провести её дома. Именно такой кастрации подвергся Сунь Яотин — последний евнух Китая из свиты императора Пу И.
В 1911 году восьмилетний Сунь был оскоплён собственным отцом. В 1949 году, при коммунистическом режиме, евнухи были объявлены пережитками феодализма и подверглись травле. Многие покончили жизнь самоубийством. Сунь Яотину удалось спастись. Он даже стал знаменит: в 1988 году по его рассказам сняли фильм «Последний евнух Китая». А в 2009-м была опубликована его биография.
По описанию русского врача Владимира Корсакова, оказавшегося в Китае в конце XIX века, сначала производили обезболивание каким-то секретным восточным способом. Затем дело решалось одним ловким взмахом прокалённого на огне серпообразного ножа. В отверстие мочеиспускательного протока вставлялась деревянная или оловянная пуговка в виде гвоздя. Затем к месту увечья прикладывали специальную ворсистую дунчанскую бумагу, смазанную кунжутным маслом с добавлением душистого перца. Листы бумаги выполняли функции компресса, предотвращая заражение.
Забинтованного пациента водили по комнате не меньше двух часов, «давая сокам тела снова принять правильное вращение». Трое суток не разрешали пить. Ну а потом мальчик либо выживал, либо умирал от кровопотери или сепсиса; многие сходили с ума от боли и моральных страданий.
У молодых людей после операции обычно наблюдалось задержание мочи, которое сначала лечили лекарствами, когда же те не помогали, то при всяком посещении, как утверждает В. В. Корсаков, больного били, дабы удалить дурные соки и придать току крови правильное направление. В дальнейшем задержание мочи сменялось недержанием, для которого у китайской медицины, по мнению русского врача, не было лечебных средств. Тогда по сильному аммиачному запаху можно было издалека почувствовать приближение оскопленного.
Выжившие регистрировались уездными властями, а уже те отбирали кастратов для императора. Наиболее удачливые потом всю жизнь кормили всех своих родственников. Высший доступный им ранг был четвёртый — что-то вроде замминистра. Но они пользовались исключительной возможностью крупно подзаработать на взятках.
Кстати, удалённую часть тела, так называемый «нефритовый стебель», евнухи хранили в промасленной бумаге до самой смерти: тело должно было быть захоронено целиком.
В народе евнухи считались людьми жестокими. Типичная картина:
когда императрица Цыси приказала расправиться с одной из наложниц, евнух тут же на глазах у всех задушил вопившую красавицу и спустил тело в узкое отверстие колодца. Его тотчас повысили в ранге.
Многочисленные дворцовые убийства, кражи, пожары — были ли виноваты в них евнухи? Или несчастья только списывали на них?
«Воровство достигло такой степени, — вспоминал Пу И, — что, например, не успела ещё закончиться церемония моей свадьбы, как все жемчужины и яшмовые украшения короны были подменены фальшивыми.»
Комплекс мужской неполноценности расцветал в евнухах махровым цветом, принимая изощрённые формы вплоть до психического расстройства. Сплачиваясь, они начинали жить не по правилам. Патологическое честолюбие толкало их на цветистые интриги. Случалось, сам император начинал мешать их планам — тогда его просто отправляли на тот свет.
Физическая ущербность, подогревающая честолюбие, — не лучший спутник власти. Если евнухам удавалось её узурпировать, это неизбежно имело гибельные последствия. Так, в последние годы правления династии Мин около 90 тысяч евнухов заняли практически все ключевые посты, тихой сапой захватив 24 присутственных места при дворе, 12 департаментов, 8 управлений. Им даже удалось закрепить систему 12 должностей, предназначенных исключительно для евнухов. Казнокрадство было неслыханное! Земли опустошались, провинции безлюдели, трупы умерших от голода валялись на дорогах.
Но разгул евнухов не знал пределов! При том, что за провинности их самих нещадно били палками, жестоко пытали, рубили головы.
Большинство евнухов были долгожителями. Но с возрастом, годам к сорока, они почти неизбежно толстели и начинали походить на старую, дряблую, писклявую бабу; да и в характере у них было немало женского.
После Синьхайской революции 1911 года, династия Цин утратила власть, но сохранила за собою евнухов и Запретный город. В этих условиях евнухи больше не думали о влиянии на политику, или о карьере, и занялись расхищением дворцовых сокровищ. Дошло до того, что евнухи открыли в Пекине ряд антикварных магазинов, в которых продавали картины, свитки и украшения, украденные из Запретного города.
По воспоминаниям последнего императора Пу И, евнух Юань Цзиньшоу зимою каждый день надевал новую драгоценную шубу: из соболя, калана и т.п. У самого Пу И во дворце был украден драгоценный перстень с бриллиантом. В такой ситуации император в 1923 году приказал провести инвентаризацию, однако в ночь на 27 июня её прервал пожар, который помог скрыть следы хищений. В результате Пу И добился изгнания из дворца большинства евнухов, оставив лишь 170 из обслуги наложниц-матерей.
Впрочем, в 1924 году из Запретного города изгнали и самого Пу И, и остававшихся в Запретном городе евнухов. На этом история евнухов в Поднебесной завершилась.