Глава 3 ~ Его Глаза

(Болинь Шицзян "Я вверяю тебе свою жизнь")

На четвертый день после операции отец полностью пришел в себя.

Рано утром на обход к нему пришли врачи всех рангов.

Профессор А спросил: "Как сегодня дела?"

Я ответила: "Все в порядке, если не считать метеоризма"

Профессор осмотрел повязку и низ живота : "Метеоризм в норме, он уже может начать пить воду". Мы с мамой облегченно засмеялись. Профессор добавил: "Он идет на поправку. Вы обе хорошо поработали".

Услышав последнюю фразу, стройный и высокий доктор, который стоял позади профессора и, склонившись, записывал в блокнот, поднял голову и улыбнулся мне.

Я не знаю, как описать его глаза. Они были ясными, яркими и нежными. Это напомнило мне стихотворение, которое я читала давным-давно: "Она шла между прекрасным светом и тенью, как будто в безоблачном ночном небе сверкали звезды". В его глазах был бездонный мир, вызывающий неодолимое желание упасть в него.

На секунду я словно потеряла сознание, потом взглянула на его бейдж: д-р Гу Вэй, клинический ординатор. Это был лечащий врач Линя лаоши.

Я никогда не верила в так называемую любовь с первого взгляда, и я также думала, что могу сопротивляться красивой внешности мужчины. Тем не менее, вздох вырвался из моей груди, эти глаза были возмутительными.

5 марта 2009 г.

На пятый день после операции, утром пришла мама, чтобы сменить меня, дать мне возможность отдохнуть. Я взяла в палате яблоко и фруктовый нож, оперлась на перила коридора и медленно начала его чистить от кожуры. Мне больше нравилось чистить фрукт, чем его есть. Контролировать ширину отрезаемой кожуры и наблюдать, как она образует полный круг было для меня способом успокаивать эмоции. Посреди моего занятия, я, к счастью довольно быстро, подняла голову. Доктор Гу был в пяти метрах от меня. Изящный, он ступал тихо, как кошка.

Я быстро подставила ладонь под запястье другой, чтоб закончить свое дело, но в спешке обрезала кожуру так, что та упала на пол. Не могу представить, какое глупое лицо у меня тогда было. Он остановился, сначала посмотрел на меня, потом вниз, на кожуру. Уголки его рта слегка приподнялись: "Чистите яблоко, да?" Доктор, вы были очень вежливы.

Я снова вспыхнула от его взгляда. Моя голова стала горячей: "Хотите яблоко?" - вдруг сказала я, пытаясь вручить ему фрукт.

Он засмеялся : "Нет, спасибо! Я делаю обход"

Когда его белый халат скрылся за дверью соседней палаты, я обнаружила, что яблоко в моей руке было очищено не до конца.

В 9.30 дверь палаты отца распахнулась и в нее зашел человек в хирургическом халате, с наглухо закрытым маской и колпаком лицом. Я стояла, держась за лоб и думала: как так вышло, что я моментально могу узнать человека, которого знаю меньше двух дней, только по его спине и походке? Что бы это значило?

Как сказал Эдвард из "Сумерек": ‘Since I'm going to hell.' [раз уж я попаду в ад].

Доктор Гу, увидев, что Линь лаоши спит, подошел ко мне и передал мне папку, шепотом сказав: "У нас есть новые назначения, в связи с результатами последних анализов вашего отца. Взгляните пожалуйста."

Это был план лечения, в котором были четко записаны названия лекарств. Я склонилась, чтобы изучить его, поставила подпись и посмотрела вверх. Взгляд доктора был направлен вниз, на мою подпись и все, что я видела, были его глаза. Вдруг я в них упала, как в омут, и было ощущение, что мой мозг превратился в пустой, плавающий на поверхности пруда пузырь.

Его глаза два раза хлопнули ресницами. Я быстро пришла в себя: "Спасибо".

"Не за что." Он взял папку и направился к выходу. Пройдя два шага, он обернулся: "Вам бы надо немного отдохнуть, пока он спит".

После ухода доктора Гу я посмотрела на больного отца, провалившегося в сон. Люди подумают, что я не сдержанна?

6 марта 2009 г.

На шестой день после операции Линь лаоши уже начал пить рисовый отвар. Пережиты самые тяжелые дни, теперь с ним все в порядке.

Когда доктор Гу пришел в палату, я сидела на краю кровати и делала отцу массаж точки Цзу сань ли.

Доктор Гу спросил отца: "Как сегодня восприняли дополнительное питание? Чувствуете ли вы желудочно-кишечный дискомфорт?"

"Есть вздутие"- пожаловался Линь лаоши.

- Это нормально, если не будет тошноты и других проблем, то можете добавить еще рисового супа в рацион. Не делайте его густым и не переедайте, надо растянуть во времени этот процесс привыкания к пище.

Он был менее чем в 30 сантиметрах от меня. У меня горели спина и шея от борьбы двух желаний: чтоб он поскорее ушел и чтобы подольше оставался.

Доктор все время улыбался и смотрел на отца: "Позвольте мне спросить, делаете ли вы обычно какую нибудь работу по дому?"

Мама и я одновременно хмыкнули про себя. Папино лицо склонилось низко-низко. Он сказал пару раз: "Я делаю, делаю кое что".

Мама пришла на выручку: "Изредка он готовит".

Улыбка доктора стала шире, обнаружив его белые зубы: "Ваша жена моет и нарезает овощи, а вы их просто жарите?"

Я начала ему поклоняться. Он только один раз прооперировал отца, и уже смог узнать про это, проводя в нашей палате в среднем не более пяти минут каждый день! Тем не менее, мой мозг выдвинул смелое предположение, которое я выпалила : "Выходит, теперь, все студенты- медики проходят курсы по уголовному расследованию и дедуктивному мышлению?"

Когда я закончила предложение, доктор улыбнулся , как и моя мама. Я посмотрела на него с чувством неловкости. Очертание его подбородка было прекрасным, и кожа была хороша.

Доктор попрощался и вышел...

Спустя время мама спросила: "Почему ты хихикаешь?"

- А? Эй, даже доктор видит, как мы с тобой избаловали отца, хаха!

-----------------------------------------------------------------------------------------

Заметки под строкой:

Доктор Гу : "Думаю, вы его избаловали. Но однажды, после четырех операций, сидя и проверяя истории болезней я почувствовал усталость. Подумалось: было бы неплохо, если б меня тоже избаловали."

Перевод на английский: fairishalie & RandomAlex

Перевод на русский: Fotini