Новелла: Покорение дворца Яньси
| Story of Yanxi Palace
Автор: Zhou Mo
Переводчик: Melanie
Редактор: Ldc Ldc
Глава 55. Служение больному
Сорняки выросли во дворе, борясь за питательные вещества жасмина.
Женская рука потянулась к кустам, вырывая сорняки одним за другим со стороны цветов, яростно, словно сдерживая глубокую ненависть.
– Кто тебя обидел? Выплёскиваешь свой гнев на кучку сорняков, – раздался внезапно мужской голос.
Вэй Инло оглянулась и увидела Фухэна, стоящего позади неё с улыбкой. Рука протянулась, словно собираясь взять с виска опавший лист, но Вэй Инло увернулась.
– Не разговаривай со мной, – пробормотала она, – сейчас я злюсь, когда вижу мужчин.
Фухэн на мгновение задумался:
– Но разве это не из-за гуйфэй Хуэй?
– ...Благородная госпожа Юй с Пятым принцем чуть не погибли, поэтому она получила некоторое возмездие. – Вэй Инло пришла в ярость от этого имени и продолжила. – Подумать только, прошло всего два месяца, а она снова вернулась! О, да! Одна-две человеческие жизни ничего не стоят по сравнению с её красотой!
Фухэн засмеялся и сказал:
– Она действительно красивее всех цветов…
Увидев, что Фухэн продолжает смеяться, Вэй Инло почувствовала ещё большее раздражение и немного озлобилась, она бросила сорняки из рук в его сторону, холодно сказав:
– Знаешь ли ты, что прошлой ночью императрица целый час ждала императора на ночном ветру, дождавшись новостей, что император поменял путь и направился во дворец Чусю. Ты младший брат Её Величества, как ты можешь смеяться, разве ты не сочувствуешь ей?
– Прежде чем я отвечу на этот вопрос, ты должна сначала ответить на мой.
Фухэну было наплевать на брошенную в него траву. Он просто поднял руку и похлопал себя по груди:
– То кровавое письмо, ты подставила гуйфэй?
Вэй Инло подняла брови. Этот человек действительно сомневался в ней? С холодной усмешкой она ответила:
– Нет!
– Ну тогда хорошо. Всё это было сделано в спешке, слишком преднамеренно. Император мудр, он знает, что кто-то подставил гуйфэй Хуэй, но она действительно слишком своевольна, её следовало проучить! Только… – беспомощно продолжал Фухэн, – её отец, Гао Бинь, открывал реки и строил плотины, управлял Хуанхэ ради людей. Заслуги на многие года. Хотя бы ради Гао Биня императору пришлось простить гуйфэй Хуэй. Теперь ты понимаешь?
Вэй Инло молчала.
– В чём дело? – Фухэн подумал, что Вэй Инло сегодня немного странная. Он не мог не сделать шаг ближе, его голос выражал беспокойство.
Вэй Инло отступила на шаг и пробормотала:
– Всё в порядке, так ты в самом деле подозреваешь меня…
Фухэн не знал, плакать ему или смеяться над этим. Вэй Инло почувствовала облегчение по поводу императора, но рассердилась на себя. Он взял Вэй Инло за руку и объяснил:
– Я не подозреваю тебя. Также, как и император, я подозреваю других…
Вэй Инло не стала спрашивать, кого он подозревает. Дело было решено и не было смысла об этом думать. Лучше сосредоточиться на настоящем и будущем.
– Лучше не говорить об этом. – Фухэн сжал её руку. – То, что ты просила меня разузнать, я выяснил. В ту ночь, когда с твоей старшей сестрой случилось несчастье, никто из императорской родни не покидал пир во дворце Цяньцин!
– Это правда? – Вэй Инло не могла в это поверить.
– Я подтвердил это у главного евнуха, отвечающего за дворец Цяньцин. – Фухэн кивнул головой и сказал: – Правда!
Вэй Инло долго смотрела на него, прежде чем тихо вздохнуть:
– Я верю тебе… Поскольку от главного евнуха дворца Цяньцин не добились ответа, тогда давай начнём с приближённых императора!
Но как подобраться ближе к императору, к его приближённым?
Вэй Инло придумала много способов, однако все они были ею отвергнуты один за другим. Некоторые были слишком очевидны, и её определённо заподозрили бы в скрытых мотивах. Другие слишком медленные, для достижения цели потребуется восемь-десять лет.
Что же делать?
Чем больше думала об этом, тем меньше обо всём остальном, и Вэй Инло была чуть ли не последним человеком во дворце Чанчунь, кто услышала эту новость...
– Император болен? – Вэй Инло была ошеломлена: – Чем?
– Как получилось, что ты узнала такие важные новости только сейчас? – Минъюй уставилась на неё и ответила: – Чесотка!
Вэй Инло немного слышала об этой болезни и знала, что те, кто заразился ею, будут испытывать сильный зуд и неудобство, что большинство больных не могут удержаться от расчёсов, что часто приводит к инфекции, которая усугубляет болезнь и затрудняет её лечение.
– Императрица беспокоится об императоре, желая взять кого-нибудь с собой и переехать во дворец Яньсинь, чтобы позаботиться о нём, – серьёзным тоном сказала Минъюй. – Она выбрала тебя. Немедленно иди и собери свои вещи.
Эрцин сначала равнодушно наблюдала за происходящим, но больше не могла это слушать и безразлично произнесла:
– Минъюй, Её Величество сказала мне оставаться во дворце Чанчунь и попросила тебя собрать вещи и переехать во дворец Яньсинь. Как ты можешь перекладывать эту задачу на Инло?
Вэй Инло посмотрела на Минъюй. Что было на уме у Минъюй, Вэй Инло всё знала. Минъюй, вероятно, боялась заразиться чесоткой от императора, поэтому она попыталась переложить это бремя на кого-то другого.
Но, по мнению Вэй Инло, это вовсе не было бременем.
Напротив, возможность подобраться к императору и его ближайшему окружению… Это была поистине редкая и ценная работа.
– Хорошо, – улыбнулась Вэй Инло, – я пойду, соберу вещи.
Минъюй и Эрцин, которые думали, что она откажется, когда узнает правду, были ошеломлены, и только когда Вэй Инло ушла, Эрцин повернулась к Минъюй со смешанным выражением на лице:
– Теперь ты довольна?
Минъюй отвела взгляд:
– Она сама захотела, я её не заставляла!
– Минъюй, ты всегда обвиняла Её Величество императрицу в том, что она не любит тебя сейчас и отталкивает, но не хочешь подумать о том, что ты сделала? – Эрцин посмотрела на неё странным взглядом. – Как только Её Величества не было в Запретном городе, ты тут же избавилась от императорской жены 3-го ранга Юй и Пятого принца, чтобы остановить бедствие! Теперь тебя просят отправиться во дворец Яньсинь, а ты опять пасуешь! У Его Величества императора острый взгляд, неужели он этого не видит? Не говоря об Её Величестве императрице, даже люди во дворце Чанчунь, посмотри, кто тебе ещё доверяет!
Минъюй потеряла дар речи, глядя на спину Эрцин, когда та уходила. Впервые она с сомнением пробормотала себе под нос:
– Я... Я сделала что-то не так?
Доверие, как вода, всегда сливается в реки или просачивается в пустыню. Услышав отказ Минъюй пойти, императрица просто сказала:
– Я понимаю.
Взгляд её глаз становился всё более и более безразличным. Эти глаза напоминали взгляд Эрцин в то время, заставляя Минъюй чувствовать, будто её ударили ногой под дых, и она поняла, что совершила ошибку и не имеет возможности сожалеть об этом...
Группа немедленно переехала во дворец Яньсинь.
Когда Хунли был болен, императрица была рядом, чтобы утешить его и поговорить с ним, чтобы облегчить его боль, но кроме этого грязная работа стала обязанностью Вэй Инло и других дворцовых служанок.
– Прежде чем императора можно будет намазать лекарством, он должен сначала очистить тело чаем с квасцами. – Придворный лекарь вложил коробочку с мазью в руки Вэй Инло. – После того, как Его Величество закончит купание, нанесите серную мазь на всё его тело. А на поражённые участки в два раза больше.
– Хорошо, – Вэй Инло взяла мазь обеими руками.
Она никогда раньше не видела мужского тела, не говоря уже об обнажённом мужском теле.
Сделав несколько глубоких вдохов, Вэй Инло собралась с решимостью и вошла во внутренние покои дворца Яньсинь.
В покоях было достаточно тепло. Бочку только что убрали, но остатки её тепла ещё висели в воздухе со слабым ароматом чая с квасцами.
В огромном дворце вдалеке сидел только один человек, один, совершенно один.
– Это ты?
Хунли медленно открыл глаза и холодно потребовал:
– Уходи!
Вэй Инло беспокоилась о том, как обслужить голого мужчину. Услышав его слова, она вздохнула с облегчением, положила мазь на стол рядом с собой и ответила:
– Хорошо.
Как только дверь закрылась, она тут же снова открылась, и вошёл Ли Юй.
– Ваше Величество, пусть этот слуга позаботится о Вас.
Ли Юй скрепя сердце приблизился. Но хоть евнух и был осторожен, он всё же причинил боль задев рану на повреждённой коже.
Хунли вздохнул, затем сердито пнул Ли Юя и сказал:
– Убирайся отсюда, позови кого-нибудь ещё!
Из-за двери раздался голос Вэй Инло:
– Ваше Величество, большинство людей из дворца Яньсинь были выведены, остались в основном евнухи. Её Величество императрица беспокоится, что они своими грубыми руками причинят боль императору, поэтому она приказала этой служанке прийти... Если позвать кого-нибудь другого, тогда он будет не лучше главного евнуха Ли.
Для ушей Хунли эти слова ничем не отличались от того, что она воспользовавшись случаем порекомендовала себя. Хунли не знал, какое странное чувство возникло у него в сердце. Он только сказал с улыбкой:
– У тебя не такие грубые руки, как у него?
Вэй Инло не хотела приближаться к этому вспыльчивому человеку, но, если подумать, она пришла сюда, чтобы присмотреться к ближайшему окружению императора. Один из самых важных людей, главный евнух Ли Юй. Он хотел бы переложить на Вэй Инло одну из своих обязанностей. Ей нельзя было отказываться. Ли Юй ничего не сказал бы, но семена обиды были бы посажены в его сердце. Кто знает, когда эти семена прорастут и принесут плоды?
– Раньше эта служанка работала в Вышивальной мастерской, вышивала на тончайших шелках, и, чтобы не поцарапать парчу, Инло привыкла каждый день заботиться о своих руках. Ваше Величество, если Вы не хотите, чтобы главный евнух Ли это сделал, и Вы не хотите, чтобы эта служанка подходила близко, тогда Её Величество императрица придёт и сама нанесёт лекарство.
Хунли на мгновение замолчал. Он не мог позволить императрице приблизиться к нему. Просто поболтать было не проблема, но при нанесении мази она не могла не коснуться раны. Что, если императрица заразится?
– Заходи! – Сказал Хунли с лёгким раздражением: – Нанеси лекарство!
– Слушаюсь.
Со скрипом Вэй Инло снова толкнула дверь, взяла мазь из руки Ли Юя, немного окунула в неё свои длинные чистые пальцы, а затем аккуратно нанесла мазь на больные места Хунли.
Хунли почувствовал тепло на своей ране. Он не знал, было ли тепло из-за мази или из-за пальцев этой девушки.
Как император, Хунли никогда не испытывал недостатка в женщинах. Хунли думал, что привык к женским прикосновениям, но по какой-то причине прикосновения Вэй Инло были для него непривычны.
Хунли никогда раньше не чувствовал себя так. Ему было стыдно и досадно. Он не мог не злиться снова, но когда его взгляд упал на спокойные брови Вэй Инло, это было похоже на то, как степной пожар встречается с проливным дождём, сверкающий снегопад встречается с весенним ветерком. Огонь гаснет, трава растёт, лёд тает.
Вэй Инло подняла глаза, и их взгляды встретились.