«Бычий цепень. Отпевание», Владислав Погадаев, Евгения Чащина. Рецензия

Вряд ли кто-то будет спорить с тем фактом, что «Бычий Цепень» за номером один от творческого дуэта Владислав Погадаев — Евгения Чащина был лошадкой тёмной до неприличия. Естественно, поддавшись отталкивающему заголовку, читатель ждал от этого комикса болезненной страшилки с подчёркнутым натурализмом, сконцентрированным в акварельных рисунках. А вот чего явно никто не ждал, так это метафорических и глубоких рассуждений о корнях зла. С лёгкой руки Погадаева и Чащиной история мутанта Вани вырвалась за пределы вселенной Молота и попыталась уверенно обосноваться в вечности, подальше от «Голода» и «Паши Техника». Этот комикс обволакивал читателя какую-то беспросветной тоской, рассыпаясь десятком искорёженных болью душ. При этом, несмотря на фантастические элементы, он оставался простым и понятным. Каждому из нас приходилось сталкиваться с обитателями Воскресенска вне зависимости от того, где мы живём. И эта условная близость делала историю более человечной.

Но вселенная Молота не та вещь, от которой можно легко избавиться, спрятавшись в подушку — второй том «Бычьего Цепня» явное тому подтверждение. Нет-нет, бледный юноша с глазами-бусинами и простым русским именем всё ещё главный герой драмы. Вот только вся местечковая маргинальность сменилась ярым мистицизмом, что характерно, тоже местечковым, отдающим тошнотворными городскими байками. Теперь для того, чтобы хоть как-то соотнести себя с героями, придётся проделать массу замысловатых манипуляций, отсекая все волшебные элементы и заменяя их галлюциногенными видениями. Но даже в этом случае вы останетесь всего лишь сторонними наблюдателями. Потому что если первая книга была иносказательной историей о демонах в людских душах, то «Отпевание» — это демонстрация откровенно фантастических тварей. Галерея придуманных монстров, инфернальный паноптикум, мерзкая кунсткамера. Герои «Отпевания» никогда не существовали и вряд ли будут существовать. Но это не означает, что они не хотели бы счастья для себя.

Собственно проблема счастья и становится главной темой второго «Цепня». А где проще всего быть счастливым? Правильно, в кругу семьи, рядом со своими близкими и любящими людьми. Лишившись тех, кто пытался заботиться о нём в меру своего разумения, Ваня остаётся один на один со своим внутренним паразитом. И именно в этот момент в его жизнь влетает ангел милосердия в лице Вари и её приёмного родителя Геннадия Григорьевича. Девушка заботится о больном герое, а после выписки предлагает крышу над головой. История о красавице и чудовище, перенесённая в рамки городских реалий, кажется крайне неустойчивой основой для нового прекрасного мира. Чтобы этот мир стал более дружелюбным, его нужно населить такими же монстрами, каким является сам Цепень. Благо вселенная Молота позволяет извлекать уродцев из пустых рукавов с завидным постоянством.

«Отпевание» ощутимо извращает понятие семьи. Обогретые Геннадием Григорьевичем люди-монстры испытывают чувство благодарности. Они бесконечно преданы своему спасителю, пусть и демонстрируют звериный характер время от времени. И слова-то звучат правильные: кто поймёт тебя, как не те, кто страдает похожим недугом. Там, за пределами маленькой квартирки, испуганные озлобленные люди не готовы принимать тебя таким, какой ты есть. Тут же, в прокуренной квартире, ты наконец можешь быть собой. Не прятаться и не притворяться кем-то другим. Но в подобных речах слишком явно слышатся ноты тоталитарной секты. И единственное, что по-настоящему интересует руководителя такой «семьи» — личная выгода. Это отчётливо видно в эпизоде с пресловутой козлиной маской, перекочевавшей в «Отпевание» (как и упоминания о культе «Голод») из других комиксов «Молота». Геннадий Григорьевич не задумываясь пустит в расход каждого, кто решит встать у него на пути или воспротивится его воли. В такие моменты любящий отец превращается расчётливого тирана, теряя последние человеческие черты. Впрочем, подобные метаморфозы давно стали чем-то обыденным в Ленинске (да, действие второго «Цепня» переместилось из выдуманной деревни в выдуманный город).

Безусловно, безумный сценарий Погадаева является открытым вызовом любому художнику, но Евгения Чащина достойно с ним справилась. На смену деревенской тоске, расплескавшейся невзрачной чернотой по страницам, приходит галлюциногенный угар семейных посиделок. Рисунок дышит, пульсирует, порождая с каждым новым разворотом плеяду образов. Библейские аллюзии, языческие песнопения, ритуальные сношения и нарочито чистое платоническое влечение — всё это переплелось в тугой клубок, словно черви, живущие в Ванином теле. Картинка обладает гипнотическим эффектом. Она неприятна, отталкивающе безобразна, но от неё сложно оторвать глаз. Ты старательно пытаешься избежать встречи взглядами с этой безумной компанией, но подобное маневрирование ещё сильнее затягивает тебя в упоительную трясину. При этом жить здесь, как и в Воскресенске, невозможно. Смрад разложения разъедает глаза, и только смутные образы безостановочно скачут перед тобой. Тьма становится осязаемой, и противиться ей не хватит никаких сил, тем более у больного юноши этих самых сил практически и не было.

Увы, Владислав Погадаев решил, что держать подобного Цепню героя в изолированном замкнутом мирке, отражающем подобно кривому зеркалу нашу повседневность, — непозволительная роскошь. Робкие семена вселенной Молота, как бы невзначай обронённые в первой книге, дали обильные всходы. Вместо истории поиска себя и пресловутой божественной искры мы имеем сюжет о становлении тьмы. Никаких противопоставлений прекрасного и уродливого, Иван должен стать оружием, а для этого надо притупить все возможные эмоции, оставив только звериную агрессию. Комикс всё ещё пестрит авторскими откровениями, но всё чаще рекомендует изучить прочие работы «Молота». Из мрачных маргинальных низов андеграунда история делает уверенный шаг в сторону мейнстрима. Да, пока что весьма оригинального, но всё-таки мейнстрима. И это, к сожалению, убивает изрядную долю изначального обаяния «Бычьего Цепня». Такими темпами он скоро превратится в банальный ужастик с завораживающе-отталкивающим рисунком. А читатель… читатель лишится чего-то очень личного, упёршись головой в жуткое нагромождение кирпичей новой вселенной.

Книга предоставлена на обзор издательством «MOLOT HARDCORP».

Константин Большаков,
ComicsBoom!