«Главное – трусы. Главное – контроль». Истории из приграничья и чёрный юмор госпиталя. Интервью с "Ласточкой". Часть 3
В третьей части интервью Ласточка рассказывает о том, что мешает людям в приграничье жить спокойно – от бюрократии до устаревшей системы оповещения. Делится историями из больницы: чёрный юмор ампутантов, абсурд с администратором и разница между «хохлами» и украинцами. А ещё – о ПТСР, планах на будущее и надежде, что день окончания СВО не будет просто формальной датой. Читайте, если хотите понять, что происходит за новостными сводками.
Предупреждение!
Прошу обратить внимание, что Автор не несет ответственности за высказывания и мнение героев интервью, которое Вам может не понравиться. Материал записывается со слов участников интервью, без поправок Автора. Статьи не являются рекламой или призывом к действию.
Вадим Белов: Что могло бы улучшить жизнь людей в приграничье?
Ласточка: Единый канал связи и докладов, а также быстрая и качественная преемственность между военизированными и гражданскими структурами, которые ежедневно взаимодействуют между собой и иногда выполняют общую работу. У каждой структуры есть своя система докладов и своё начальство, которому нужно докладываться и предоставлять отчёты. Прежде чем принять единое общее решение быстро и продуктивно, людям приходится заниматься ненужной работой, которая отнимает время и ресурсы.
Создать доклад, собрать необходимые подписи от людей, которые, выполняя какие-то задачи, могут отсутствовать на местах, потом передать его наверх и ждать, пока ответят, чтобы затем передать информацию дальше. Это потерянное время, от которого зависят жизни людей. Если бы был общий канал связи или уполномоченные принимать решения, получая доклады от разных структур, то многие вопросы решались бы без затруднений и долгих ответов.
Что касается материальных средств, то это стационарные и мобильные системы РЭБ, системы обнаружения. Они тут есть, но их очень мало. Также антидроновая защита на всех гражданских объектах, где присутствует скопление людей, особенно больницы/ФАПы, школы, которые время от времени работают в очном формате, некоторые крупные продуктовые магазины, аптеки и т.д. А также укрытия, в которые не залетят малогабаритные дроны.
Обновлённая система оповещения, в которой сигнал беспилотной опасности будет конкретизированным в зависимости от обстановки. Сирена, оповещающая о беспилотной и ракетной опасности, для нас, как мне кажется, уже не подходит. Она актуальна для тех населённых пунктов, куда долетают крылья. У нас совершенно другая ситуация. Людям нужно знать, о какой опасности идёт речь – о крыльях или FPV. Особенно второе, поскольку с момента сигнала перехвата они долетают за минуты. Это разный уровень опасности, поэтому оценка ситуации и дальнейшие действия будут разными.
На данный момент объективно урона от FPV-дронов гораздо больше, потому что люди не были вовремя предупреждены, либо предупреждение не дошло. У нас есть каналы с оповещением, в некоторых районах выдают рации. Но невозможно целый посёлок оснастить рациями и научить ими пользоваться. Не всегда бывает возможность зайти в местный Telegram-канал, особенно когда выбивают вышки связи и электричество. Поэтому система оповещения об атаках FPV-дронов и налётах гексакоптеров должна быть единой и проходить в таком формате, благодаря которому её будут слышать также, как и воздушную тревогу.
Вадим Белов: Как там со светом, продуктами, транспортом?
Ласточка: С продуктами конкретно в моём населённом пункте всё хорошо. Поставки всего необходимого регулярные, и на моей памяти ещё не было дефицита. Что касается света – подстанцию выбивают часто. Эпизоды, когда мы полностью сидели без электричества дольше нескольких суток, бывали, но в последнее время редко. В основном могут выбить на день, максимум на два. Но мы привыкли и адаптировались. Общественный транспорт отменяют, когда идёт непосредственная атака FPV. Иногда отменяют один рейс, но сейчас стали отменять на целый день.
Вадим Белов: Можешь ли ты рассказать несколько историй из жизни там?
Ласточка: Я так даже не вспомню. Здесь обычные бытовые моменты иногда становятся интересными историями из-за обстановки. Наверно, лучше тут просто ссылку на канал оставить или вообще без этого вопроса.
(Далее Ласточка прислала несколько коротких историй из своего телеграмм-канала.)
История 1. Страхам нужно не в глаза смотреть, а делать из этого мемы. Самые лучшие мемасы получаются у тех, кто видел последствия или прожил эту боль. Всё, что нас не убивает, станет мемом. У нас в отделении ампутанты делились на две категории: те, кому просто больно; и те, кому больно, но они уже шутят с безрукими и безногими, чтобы те им подали воды или вышли с палаты. Это был самый чёрный и отборный юмор, и было сложно делать вид, что ты этого не слышала. Парни, жалейте медсестёр и санитарок, вы их ставите в очень неудобное положение.
История 2. Отрыв от реальной работы руками грозит тем, что кто-то со здания администрации спустится вниз, чтобы наорать на медсестру в приёмнике, которая разрезала трусы в лоскуты у привезённого 300-го после прилёта, чтобы осмотреть на наличие повреждений и выполнить все необходимые манипуляции. Этот кто-то обязательно будет усиленно делать вид, что выполняет свою работу, крича на всё отделение, чтобы пациенту вернули его трусы на место. И не обратит внимания, что встал в лужу крови человека, который страдает и которому больно. Но главное – трусы.
Главное – контроль.
Главное – напоминать о себе и не давать расслабляться серой массе.
История 3. Ехала как-то в межпоселковом «пазике» с двумя «СОЧами» со свистнутой рацией. Время было «часпиковое», так что автобус был забит безобидными женщинами и студентами. Эти два чудика со всем важным видом обсуждали свои военные дела. Слушать полубред двух людей на адреналине было невозможно, так как в их рассказе были несостыковки. Приставали к каким-то зумерам, наорали на ребёнка, который громко что-то смотрел в телефоне (цитата: «Я сейчас прирежу весь автобус «нафиг»). Судя по карте, могу предположить, что территориально от штурмов Биба и Боба были далеко. Остаётся гадать об объективности их действий. Интересно, что стало с ними сейчас и доехали ли они до пункта назначения? Иногда вспоминаю этих ребят. Никто не сказал им ни слова тогда. Либо побоялись, либо просто пожалели. Но конкретно этот случай показывает разницу между «травмой» и человеческой натурой. Я сталкивалась со случаями, когда человек, потеряв ноги и руку, не жалуется, что в Москве пир во время чумы. Он спокойно говорит: «Претензий нет. Я за это воевал».
История 4. Ситуация где-то в хирургии: ставим капельницу безобидному гражданскому дедушке. Увидел мой бейдж и с улыбкой спросил, как меня зовут. Старшая подумала, что старый решил одарить своим вниманием, поэтому строго ответила вместо меня мою фамилию. Дедуля сказал, что у него такая же, только заканчивается на «О». С добром добавил, что он – «украинец». В целом очень вежливый и приветливый. Это я к чему. Есть разница между «хохлами» и украинцами.
Вадим Белов: Носишь ли с собой аптечку? Если да, то что в ней?
Ласточка: Когда я только переехала сюда, под воздействием опыта, полученного за лентой, носила с собой аптечку полной комплектации первого и второго эшелонов из расчёта на то, что буду оказывать помощь себе и тем, кто рядом. За лентой ты мог оказаться на дороге или в голом поле, куда гражданская СМП не ездит вообще, а с военными связаться будет проблемно или невозможно из-за отсутствия связи. Но со временем, вникнув в обстановку, я поняла, что тут достаточно иметь при себе средства для остановки кровотечения. Я ношу с собой турникет, жгут-альфа, гемостатический бинт для тампонады, бинт для наложения тугой повязки, ИПП. Посёлок не очень большой, гражданская СМП доезжает быстро, также рядом всегда ребята на транспорте, которые из любой точки эвакуируют 300-х гражданских/военных и довозят за минуты. Эвакуация в черте городских условий проходит гораздо быстрее и качественнее.
Вадим Белов: Имела ли опыт общения с бойцами с ПТСР?
Ласточка: Я не знаю, был ли у этих бойцов поставлен конкретный диагноз, но я однозначно общалась с теми, у кого были возможные симптомы ПТСР. Я видела, как развивается состояние панической атаки, когда боец из-за проблем с речевым аппаратом после контузии не может сформулировать и произнести простое предложение, даже назвать своё имя. По глазам видно, что он хочет сказать, но, открывая рот, просто мычит. И затем впадает в ужас.
Я видела человека на больничной койке, который пытался покончить с собой после того, как очнулся в госпитале и узнал исход своего ранения. Некоторые ребята рассказывали, что не могут закрывать глаза по ночам, потому что сразу же встают ужасные картины, увиденные за лентой, поэтому пытаются справиться с помощью алкоголя. Я не знаю, можно ли всё из этого назвать конкретным посттравматическим расстройством, которое приобретает хроническую форму и будет с человеком до конца жизни. Для кого-то подобные состояния – это временный вопрос и являются периодом адаптации, когда приходится учиться жить заново в гражданских спокойных условиях.
Также я хочу сказать, что ни разу не видела человека, который нанёс бы физический вред окружающим из-за своего состояния. ПТСР иногда не бывает явным чужому глазу. Даже если человек кажется полностью здоровым, в пределах своей квартиры будет медленное самоуничтожение. У меня были подозрения, что некоторые бойцы, с которыми мы поддерживали связь после возвращения, оказываясь наедине с собой, падали в бездну.
Вадим Белов: Как дела у брата?
Ласточка: Сейчас он служит в подразделении, стоящем на защите нашего неба. Морально переживает не самое лучшее время, так как много переживаний насчёт того, что не видел, как росла дочь, которая уже скоро пойдёт в первый класс. Но его дома ждёт любящая и заботливая жена, которая всегда была поддержкой и опорой и никогда не показывала свою слабость. Настоящая русская жена солдата.
Мой брат сменил несколько специальностей и выполнял боевые задачи и на ЛБС, и в тылу. К настоящему моменту имеет ценный опыт в нескольких специальностях. Несмотря на это, остаётся скромным и не любит публичность. Неохотно соглашается, когда в отпуске приглашают на мероприятия для ветеранов СВО или на «Разговоры о важном» в нашу родную школу. Ни разу не надевал форму и всегда идёт по гражданке. Это тот человек, который мало расскажет про свои дела, но расскажет о подвигах своих сослуживцев.
Вадим Белов: Какие планы на будущее?
Ласточка: Если говорить в общих чертах, то планы самые приземлённые. Создать семью, куда я буду вкладывать свою любовь и душу. Реализоваться в профессиональной сфере и затем передавать опыт тем, кому это действительно нужно. В ближайшее время буду подтягивать свою физическую подготовку, а также готовиться к выпускным экзаменам. Ну и продолжать по возможности помогать людям тем, чем смогу.
Вадим Белов: Каким видишь для себя окончание СВО?
Ласточка: Смотря о каком конце идёт речь. Я думаю, меня никогда не отпустит то, что я видела и что прожила. Даже после того, как формально объявят окончание спецоперации, борьба тех, кто принял в ней участие, будет продолжаться ещё какое-то время. Возможно, всю оставшуюся жизнь. Я не знаю, как можно объяснить состояние, когда ты не принимала участие с оружием в руках и не вытаскивала на себе кого-то с поля боя, но при этом война также оставила какую-то дыру в душе. Для меня в какой-то степени окончанием будет тот момент, когда однажды я смогу сказать, что полностью всё отпустила и прожила, и моя жизнь снова будет наполняться яркими красками. И тьма вокруг начнёт рассеиваться.
Не знаю, кем я буду к моменту официального окончания СВО, но надеюсь, что стану достойным человеком, чтобы упомянуть имя тех, кого рядом с нами нет.
Также я надеюсь, что эта дата не будет формальным календарным днём, про который знает узкий круг людей. У нас должен быть и день траура, и день победы.
Для меня официальный день окончания СВО будет особенным и важным. Я очень его жду и верю, что когда-нибудь он настанет.
Телеграмм-канал "Ласточки": https://t.me/lastochka_nebo. Рекомендую!
От Автора блога: Сегодня гостья завершила рассказ своей истории, а я напоминал себе, что мой дневник ждёт своего читателя. Эта книга — не про "кого-то", она про меня. И я хочу, чтобы она была настоящей. Помочь ей стать реальной просто: приобрести шеврон «Дневника штурмовика». Каждая продажа — шаг к печати. Тираж ограничен, повторного выпуска не планирую. Спасибо, что вы со мной. Приобрести шеврон можно тут.
Скоро выйдет новое интервью. Подписывайтесь!
Телеграмм-канал "Ласточки": https://t.me/lastochka_nebo. Рекомендую!
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить!
Поддержать развитие канала можно тут👇👇👇
2200 7010 6903 7940 Тинькофф, 2202 2080 7386 8318 Сбер
Благодарю за поддержку, за Ваши лайки, комментарии, репосты, рекомендации канала своим друзьям и материальный вклад.
Каждую неделю в своем телеграм-канале, провожу прямые эфиры с участниками СВО. Ссылка: https://t.me/dnevnik_shturmovika