«На страже искусства»

Я, как и все сербы, рожденные в 1990-е, совершенно не помнила, какой же Он на самом деле — «Народни музеj» града Белграда?..

Как известно, последние полтора десятка лет эта важнейшая достопримечательность города находилась на реставрации. Точнее, такой была официальная версия. Отчасти, конечно, — правдивая.

Однако по скромным оценкам обывателей, вся реставрация могла бы занять года три, от силы — лет пять. Что же в действительности происходило за стенами Музея всё прочее время оставалось (остаётся и останется) загадкой и интригой.

Но это уже не важно.

28 июня этого года Музей гордо распахнул свои двери для всех страждущих и первые несколько дней даже впускал этих страждущих бесплатно. Перед входом выстроилась зачарованная очередь. Стойко выдержала испытание огнём и водой (то есть солнцем и ливнем, конечно).
Тротуар улицы Васы Чарапича, ведущий ко входу в Музей, выстлали ковровой дорожкой ярко-синего цвета, для того, чтобы очередь в полной мере ощутила свою избранность. В день открытия подготовили лазерное представление на площади перед Музеем. Многократно пригласили белградцев, посредством всех возможных СМИ, поскорее прикоснуться к прекрасному и посетить, посетить Музей во что бы то ни стало!…

Шутки в сторону, Музей действительно стоит посетить.

Он очень лаконичен и уютен. Добрая порция замечательной сербской живописи приправлена несколькими зёрнышками европейских «великанов», вроде Моне, Гогена, Кандинского и пр. По зёрнышку с каждого. Но оттого и общий вкус — лишь изысканней и тоньше, уж простите мне мои кулинарные метафоры.
Персонал в музее — услужлив, эрудирован, отвечает на вопросы. Залы в музее — светлые, просторные. Цены на билеты — смешные (300 динаров, или что-то вроде того). В общем, всё располагает к тому, чтобы посещать Музей много раз и всегда радоваться его историческому открытию.

Но не Гогеном единым сыт посетитель Музея…

Главное, что перевернуло моё посетительское воображение и решительно затмило впечатления, подаренные визитами в Эрмитаж, Бельведер и Лувр, скрывалось под кодовым словом SECURITY (или «охрана», если по-нашему). Хотя, что же я вас обманываю. Никуда это «главное» не скрывалось, конечно. Оно кричало, взывало, вопияло и бросалось в глаза с первой минуты погружения в искусство :-)

«Главное» — это бравые парни (в широком смысле слова) от 35 лет и до того возраста, что безжалостно ограничен пенсией, в тёмно-синей форме, напоминающей полицейскую, с жирными белыми буквами SECURITY на спине.

Нет, они вовсе не ожидали высокопоставленного гостя (типа Вучича), не осуществляли попытку пресечения музейной кражи (не дай Бог и впредь), не были готовы отвечать на вопросы (для этого к каждому залу в Музее приставлена парочка искусствоведов), не были вызваны по тревожному сигналу (мало ли что). Они перемещались по залам широкой и твёрдой поступью, с полным осознанием ответственности и долга.

Бравые молодцы, вскормленные балканскими матерями, напоенные горным воздухом, обласканные южным солнцем. Серьёзные загорелые лица, решительная походка, зоркие взгляды.
Поневоле взгляд с полотен Савы Шумановича нет-нет да и соскальзывает на них — могучих сыновей Родины. Смотришь и думаешь — как же ты поистине велика, маленькая моя, наивная и славная Сербия.

Уже по прошествии нескольких недель я понимаю, что никакое погружение в искусство в тот день и не состоялось бы без строгого надзора Секьюрити. Я вообще не понимаю, как мы раньше погружались в искусство. Это ведь всё равно, что искать морскую звезду без акваланга. Или тушить пожары без респиратора.