Взаимоотношения Сербской королевской династии Карагеоргиевичей с Императорским Домом Романовых накануне и в годы Первой мировой войны
Кузьмичева Людмила Васильевна (Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова)
Сербия и Россия в годы Первой мировой войны были связаны не только общим врагом, союзными обязательствами, но и особыми отношениями между сербской правящей династией Карагеоргиевичей и российским Императорским Домом Романовых.
Карагеоргиевичи официально правили в молодом Сербском княжестве находившимся в вассальной зависимости от Османской империи с 1842 по 1858 гг., а затем почти полвека находились в изгнании. До 1903 гг. в Сербии правила династия Обреновичей – главный соперник Карагеоргиевичей. 29 мая 1903 г., после переворота, в результате которого были убиты сербский король Александр Обренович и его жена королева Драга, к власти в Сербии вернулась династия Карагеоргиевичей во главе с королем Петром.
В России Карагеоргиевичи были хорошо известны. Основатель династии Георгий Пѐтрович по прозвищу Карагеоргий – возглавил в 1804 г. Первое Сербское восстание против турецкого произвола и стал верховным правителем возрожденного сербского государства. Он выступил на стороне России в ходе русско-турецкой войны 1806-1812 гг., а после разгрома восстания в 1813 г. Карагеоргий нашел убежище на юге России, где он и его семья находились под покровительством российского императора. Сербскому вождю и его дочери посвятил свои стихотворения А.С. Пушкин.
Внук Карагеоргия, будущий король Петр и его дети пользовались русским покровительством. В 1890 г. умерла жена Петра Карагеоргиевича княгиня Зорка, оставив сиротами двух сыновей – трехлетнего Георгия, двухлетнего Александра и шестилетнюю дочку Елену. В 1894 году Петр Карагеоргиевич перебрался в Женеву, куда увез и детей. А в 1898 г. он привез их учиться в Россию.
У детей Петра Карагеоргиевича при Дворе Романовых были близкие родственницы – сестры их матери черногорской принцессы Зорки. Великие княгини Милица и Анастасия (Стана), по окончании Смольного института благородных девиц, вышли замуж за представителей Дома Романовых и принимали участие в воспитании своих племянников. Мальчики Георгий и Александр Карагеоргиевичи учились в высших учебных заведениях Петербурга: Александр в Пажеском корпусе, а престолонаследник Георгий в Александровском кадетском корпусе, Елена же воспитывалась при дворе своей тети великой княгини Милицы Николаевны Романовой, жены Великого князя Петра Николаевича.
Елена Карагеоргиевич в 1903 г. покинула Петербург и отправилась вместе с отцом в Белград, где она никогда ранее не бывала. Теперь же ей, юной девушке, выпала трудная задача выполнять обязанности хозяйки сербского Двора при отце-вдовце. Принцесса Елена очень тосковала по России, старалась не забыть русский язык.
В своих письмах к воспитательнице детей великой княгини Милицы, Елена пишет о том, как ей недостает и русской зимы, и русского языка, и русской литературы. Она много читает преимущественно русских авторов, в том числе и входящего в моду Горького и с огромной печалью пишет о смерти почитаемого ею Чехова.
Летом 1911 года Романовы и Карагеоргиевичи породнились. Елена Карагеоргиевич вышла замуж за Князя императорской крови Иоанна Константиновича Романова, старшего сына Великого князя Константина Константиновича.
Объяснение между молодыми людьми произошло в Италии, в Милане в июле 1911 г. Там у своей тетушки, королевы Италии Елены Савойской, Елена Карагеоргиевич с 1906 г. гостила подолгу и очень полюбила эту страну. Иоанн Константинович телеграммой сообщил о помолвке своему отцу.
В Государственном Архиве Российской Федерации хранятся письма Елены к жениху полные любви, нежности. Она писала их по-русски на сиреневых плотных листочках бумаги с гербом Карагеоргиевичей и подписывалась «Ваша Леночка». Елена бесконечно рада была вновь вернуться в Россию, и признавалась жениху: «…Ангел мой, ты послан мне Богом и не знаю, как Его благодарить за такое счастье, которого я недостойна». В начале августа Иоанн Константинович приехал в Белград и был с почестями принят при сербском Королевском Дворе. А 21 августа 1911 г. в Петергофе состоялось венчание, на котором присутствовали сербский король и русский царь. Брат жениха писал, что молодых благословили император, императрица и тетя жениха – греческая королева Ольга. Такой высокий уровень придворной свадьбы свидетельствовал о признании Романовыми легитимности династии Карагеоргиевичей.
Невеста венчалась в русском придворном платье, что свидетельствовало о том, что она принята в Императорский Дом Романовых. Отец жениха подробно описал свадебный наряд Елены: «Голову невесты убирали перед золотым туалетом Анны Иоанновны в комнате между Белой залой и Петровской. При этом присутствовали их величества [...] На голову ей надели диадему из бриллиантов и жемчугов - подарок их величеств и прикрепили кружевную вуаль, принадлежавшую Мамá. Серебряное парчовое платье было удачно. На шее у нее было бриллиантовое ожерелье – подарок Иоанчика».
Этот брак, заключенный по взаимной любви, имел и важный политический подтекст. Россия признавала равнородность династии Карагеоргиевичей, престиж которой был сильно подорван майским переворотом 1903 года, в подготовке которого обвиняли Карагеоргиевичей. Россия и Сербия этим браком подтверждали братские, союзные отношения двух стран.
Брак Елены Петровны и Иоанна Константиновича оказался на редкость счастливым. Молодые искренне любили друг друга, их дети - сын Всеволод и дочь Екатерина скрепили союз Романовых и Карагеоргиевичей. Их сын Всеволод Иоаннович Романов считался реальным претендентом на императорскую корону в России вплоть до самой своей смерти в 1972 г.
Их дочь Екатерина Иоанновна прожила долгую жизнь и умерла в Уругвае в 2007 г. в возрасте 92 лет. В своем официальном сообщении об этом печальном событии Посольство Российской Федерации в Уругвае именует ее последним членом Российского Императорского Дома: «13 марта сего года в Монтевидео скончалась последний член Российского Императорского Дома, двоюродная племянница Императора Николая II, Ее Светлость Княгиня Екатерина Иоанновна Романова. Княгиня оставалась последним Членом Российского Императорского Дома, чье имя (под №55) приводится в Придворном календаре за 1917 год. Ее Светлость родилась 12/25 июля 1915 года в г. Павловске и приходилась праправнучкой Государю Императору Николаю I. (…)».
Итак, Елена Карагеоргиевич вошла в семью известного русского поэта и писателя, писавшего под псевдонимом «К.Р.», крупного деятеля культуры, великого князя Константина Константиновича (1858-1915).
Поэт и драматург, написавший несколько значительных драматических произведений и поэм, президент Академии наук, знаток музыки и хороший пианист, активно переписывавшийся с П.И. Чайковским, великий князь Константин Константинович обладал большим авторитетом в научных, литературных и композиторских кругах. Он пользовался уважением и в раздираемой ссорами Императорской семье, где оставил по себе добрую память как счастливый отец шести сыновей и двух дочерей.
Семья великого князя Константина Константиновича породнилась с сербской королевской семьей Карагеоргиевичей. Но еще за год до этого события в ходе визита в Россию сербский король Петр Карагеоргиевич вел переговоры о возможности брака своего сына престолонаследника Александра и дочери великого князя Константина Константиновича Татианы.
Однако, перспектива видеть свою дочь будущей королевой Сербии не очень воодушевляла Константина Константиновича. Его пугала «шаткость сербского трона». Но уже через год он все же породнился с королем Петром и сербской династией. Татиана же вышла замуж за князя Багратиона сразу же после того, как ее брат князь императорской крови Иоанн Константинович вступил в брак с сербской принцессой Еленой Петровной Карагеоргиевич.
Судьба все-таки привела Татиану в Сербию. Она бежала туда с детьми из революционной России после гибели мужа. Именно здесь, в Сербии, теперь уже в Югославии, ее сын Теймураз Константинович Багратион Мухранский (1912-1992), двоюродный брат племянников короля Александра Карагеоргиевича от его сестры Елены получил образование. Он закончил в Белой Церкви Первый русский великого князя Константина Константиновича кадетский корпус, а затем югославскую Военную Академию, десять лет прослужил в гвардейском конно-артиллерийском полку югославской армии, в рядах которой принял участие в войне против Германии.
Несостоявшийся жених великой княжны Татианы, а теперь король Югославии Александр Карагеоргиевич предоставил убежище ее семье, как и тысячам других русских беженцев. Интересно и то, что князь Теймураз Константинович Багратион-Мухранский первым браком был женат на внучке Николы Пашича – Екатерине Рачич.
Император Николай II с симпатией относился к сербскому престолонаследнику Александру и, когда в 1910 г. тот тяжело заболел, российский император был очень обеспокоен. Эта симпатия проявилась и трагические дни начала Первой мировой войны. Русский император 14 июля 1914 г. получив личную телеграмму Александра Карагеоргиевича с просьбой принять участие в судьбе Сербии в связи с австрийским ультиматумом, ответил: «…Ваше Высочество может быть уверенным в том, что ни в коем случае Россия не останется равнодушной к участи Сербии». Получив эту телеграмму в день объявления Австрией войны Сербии, премьер-министр Никола Пашич говорил взволнованно сквозь слезы «Господи, милостивый русский царь, какое утешение!»
Россия выступила на стороне Сербии, и судьба обеих правящих династий зависела теперь от исхода войны. Возможный разгром Сербии со стороны превосходящих сил мощной Австро-Венгрии угрожал и самому существованию сербской правящей династии. Министр иностранных дел России Сазонов в своих мемуарах утверждал, что одной из целей австрийской политики в ходе войны была замена династии Карагеоргиевичей на немецкую династию.
Следует сказать, что Дом Романовых уже не был единым организмом и не все его члены позитивно восприняли решение императора вступиться за Сербию. Так, великий князь Александр Михайлович, муж сестры государя императора, обвинял государя в том, что он следовал заветам своих отца и деда в деле поддержки и защиты южных славян: «Самая могущественная империя перестает быть таковой в тот момент, когда сентиментальная верность традициям прошлого отклоняется от победоносного шествия вперед».
В семье же великого князя Константина Константиновича горячо приветствовали решение императора. С началом Первой мировой войны на фронт отправились пять его старших сыновей: Иоанн, Гавриил, Константин, Игорь и Олег, а также муж дочери Татианы Константин Александрович Багратион-Мухранский. Двое из них погибли во время боев: осенью 1914 года от ран скончался на фронте молодой и талантливый князь Олег Константинович. А летом 1915 г. погиб князь Константин Багратион-Мухранский.
Княгиня Елена Петровна, проводив мужа на фронт, активно включилась в дело помощи военнопленным и раненым. Под ее покровительством был создан фонд помощи сербским беженцам в России, она занялась организацией полевых госпиталей, содержание которых оплачивала из своих средств. Сама она, рискуя жизнью, выезжала на фронт, работала в госпиталях, встречалась с сербскими солдатами формирующегося Сербского добровольческого корпуса.
Елена очень тревожилась о судьбе своих родных: ее отец король Петр и братья вынуждены были покинуть оккупированную Сербию и совершить тяжелейший переход вместе с остатками своей армии через горы Черногории и Албании. Сербская и черногорская армии разбиты. Ее дед и бабушка – королевская чета Черногории - также покинули свою страну.
Но куда более страшные испытания ждали ее саму в России, где революционная волна смела все, что было ей дорого и привычно. В 1918 г. Елена разделила ссылку своего мужа в Алапаевск. Она, единственная из сосланных членов императорской фамилии чудом избежала мученической смерти. Ее муж Иоанн Константинович вместе с братьями Константином и Игорем были казнены большевиками 18 июля 1918 г. Смерть их была ужасной и мучительной. Их живыми сбросили в шахту под Алапаевском, а затем забросали гранатами.
Елене Петровне за месяц до Алапаевского убийства удалось уехать в Екатеринбург. Она просила разрешить ей ехать дальше, в Петроград, чтобы отыскать своих детей, которые были у бабушки, великой княгини Елизаветы Маврикиевны. В Екатеринбурге она узнала о переводе на тюремный режим ее мужа, двух его братьев Игоря и Константина и других алапаевских заключенных из семьи Романовых. Она решила вернуться к мужу, но была арестована 7 июля 1918 г. и перевезена в Пермь, где была брошена в тюрьму. В общих камерах тюрем Перми и ВЧК Москвы дочь сербского короля Елена Петровна Романова провела полгода.
Немалую роль в освобождении Елены Петровны сыграл отправившейся вслед за ней на Урал и в Сибирь архитектор Сергей Николаевич Смирнов (1877-1958). Инженер, нумизмат, коллекционер древностей, искусствовед, он был до революции личным архитектором семьи великого князя Константина Константиновича Романова и управляющим дворцового комплекса Павловск.
С группой сербских солдат и офицеров он направился в июле 1918 в Екатеринбург для спасения Елены Петровны и ее мужа. Однако сербская миссия вместе со Смирновым и Еленой Петровной были арестованы Уральской Чрезвычайной комиссией и заключены в Пермскую губернскую тюрьму, а в ноябре 1918 перевезены в тюрьмы ВЧК Москвы. Смирнову, обладавшему сербским паспортом все же удалось получить освобождение в марте 1919 г., и он эмигрировал в Югославию. О трагических событиях революции и убийстве Романовых в Алапаевске он рассказал в 1922 г. на Предварительном следствии обстоятельств расстрела царской семьи. Смирнов жил и работал в Белграде с 1919 по 1945 гг., где продолжал вести дела княгини Елены Петровны, одновременно был придворным инженером и архитектором при Дворе Карагеоргиевичей, активно занимался делами русских беженцев в Югославии.
Всю историю ареста сербской миссии и заключения ее сначала в Пермскую тюрьму, а затем в московские тюрьмы, Смирнов описал в книге «Вокруг убийства великих князей», вышедшей на французском языке в Париже в 1928 г. В 2016 г. воспоминания С.Н. Смирнова были опубликованы в Белграде на русском языке по автографу, хранящемуся в его личном фонде в рукописном отделении Национальной библиотеки Сербии.
Поражает мужество, с которым Елена Петровна Романова решилась разделить судьбу мужа. Она дала руководителям Уральского ЧК расписку следующего содержания: «Я, гражданка Королевства Сербского Елена Петровна, по мужу Романова, желая разделить тюремный режим мужа, добровольно возвращаюсь в Алапаевск, где обязуюсь переносить тот же режим, принимая на себя все расходы по моему содержанию. Я обязуюсь не обращаться к защите иностранных посольств, а если таковые сделают шаги в мою пользу, я отказываюсь воспользоваться результатами этих шагов. Елена Петровна Романова Королевна Сербская».
Однако поездка в Алапаевск не состоялась, ибо уже было принято решение об уничтожении всей царской семьи. Елена Петровна, Смирнов и сербские офицеры были арестованы и 21 июля 1918 г. из Екатеринбурга они были отправлены в Пермскую тюрьму. Условия содержания в ней были ужасны. Смирнов рассказывал на следствии: «Положение наше было трагическое. С минуты на минуту мы все ждали смерти. Удалось нам спастись через двоюродную сестру моей жены Ольгу Иосифовну Палтову, проживавшую в Перми. Я написал ей о нашем положении через одного из надзирателей. Она, получив мое письмо, кинулась сейчас же в Петроград к секретарю сербского посольства Анастасевичу, остававшемуся в Петрограде для охраны архива посольства. Был отправлен курьер норвежского посольства в Москву к Ленину.
Мы были зачислены за всечека и 29 октября отправлены в Москву. Там мы сразу же попали к Петерсу. Елена Петровна была 2 ноября отправлена в заключение в Кремль и была освобождена во второй половине декабря. 13 ноября был освобожден майор Мичич с солдатами. Я был освобожден 28 февраля 1919». Любопытно то, как глава ВЧК Петерс объяснял, почему Елену Петровну не выпускают из России: «Мы вместе с Еленой Петровной были у Петерса. На вопрос Княгини, почему нас не отпускают, Петерс ответил: “Потому, что один ваш (сербский) батальон находится на Мурмане с союзниками”. Когда Княгиня сказала, что Сербия не станет воевать с Россией, Петерс ответил: “Да, это мы понимаем, что Сербия не нападет на Россию, но она все же и не оставляет наших бывших союзников”.
Елене Петровне удалось все же вырваться из России и воссоединиться в Швеции со свекровью и детьми. Считалось, что это произошло благодаря усилиям сербского посланника в Советской России М. Спалайковича. Однако последние изыскания сербских историков свидетельствуют, что революционно настроенный сербский посланник занял пассивную позицию по отношению к судьбе Дома Романовых и в том числе и к судьбе Елены Петровны.
Русская княгиня из Дома Романовых, сербская принцесса Елена Петровна долго жила в Великобритании, где учились ее дети. Умерла она в 1962 г. во Франции.
Так тесно переплелись в годы Великой войны судьбы сербской и российской правящих династий, народов Сербии и России.
Сербия не забыла того, что Россия сделала для нее в тяжелые годы войны, и теперь уже она принимала русских эмигрантов, бежавших от ужаса революции и гражданской войны. Образно сказал об этом Иван Шмелев устами своей замечательной няни из Москвы: «Сироты, некому за нас вступиться: небо над нами, вода под нами – только и всего. Правда, не все заграничные такие. Сербушки вон пенсию нашим калекам положили, ихний царь так и указал: “Всех под крыло соберу, угрею”».
Материалы подготовлены сотрудниками сообщества «Академия Сербия». Запрещено любое копирование без указания ссылки на источник.