Бог шельму метит. Часть 5

Было бы неправильно сказать, что прокуратура, получив в производство дело об убийстве Розмари Андерсон, потёрла руки и удовольствовалась признанием Джона Баттона в наезде на подружку.
Нет, прокурор, получивший дело, славился своей объективностью и педантичностью, он в годы Второй Мировой войны повоевал лётчиком-истребителем в Великобритании, затем экстерном досдал школьные экзамены и поступил в Университет Западной Автралии, много и честно работал и заслуженно снискал репутацию человека, который не позволит себя дурачить. Получив в свои руки дело, в котором преступник признавал вину буквально в первые часы после задержания, прокурор, разумеется, заинтересовался подоплёкой произошедшего. Он настоял на новом тщательном сборе и изучении улик и открывшаяся картина заставила по-новому взглянуть на инцидент, жертвой которого стала Розмари.
Осмотр места происшествия у железно-дорожной станции "Шэнтон-парк" показал, что кровавый след вдоль дороги имеет протяженность около 65 м. То есть наезд на Розмари не привёл к моментальной потере девушкой сознания - нет! - она некоторое время сохраняла способность передвигаться и пыталась уйти прочь с места инцидента. Водитель автомшины для того, чтобы сбить Розмари, частично съехал с битумного покрытия и двигался так на протяжении нескольких десятков метров. Он не пытался тормозить, также по оставленным следам можно было понять, что машину не заносило. Это позволяло предположить, что наезд был умышленным!
Далее. Допрос свидетелей, сидевших в автомобилях впереди и позади "симки", дал довольно схожий результат - все они в один голос утверждали, что увидели Джона Баттона в то время, когда он начинал переноску тела Розмари Андерсон будучи на удалении 2-3-х метров от своей машины. Но самое крупное пятно крови находилось на удалении всего 18 дюймов (~45 см.) от проезжей части. Обвинение считало, что это пятно образовалось в то время, когда Розмари, потеряв сознание, упала на грунт лицом вниз. У неё помимо сильно поврежденного затылка были повреждены левые висок и бровь, обильно кровоточившие. Именно оттуда и натекала кровь, оставив большое пятно на песке.
Но если Розмари первоначально упала в полуметре от дороги, а свидетели увидели Джона Баттона с девушкой на руках в 3 м. от презжей части, стало быть... стало быть он первоначально понёс её вовсе не к своей автомашине! Обвинение вполне разумно предположило, что арестованный планировал положить тело Розмари на рельсы, благо до железной дороги было совсем недалеко. Её гибель под колёсами поезда прекрасно замаскировала бы устроенный Баттоном наезд. И всё бы наверняка так и случилось бы, если б только на месте происшествия не появились свидетели. Появление двух автомашин спутало злоумышленнику все карты, он был вынужден на ходу менять план и изображать из себя доброго самаритянина, спасителя невинных, каковым вовсе не являлся.
Баттона в ходе следствия и впоследствии в суде неоднократно спрашивали о том, почему он не обратился за помощью к людям, сидевшим в автомашинах рядом м его "симкой"? Почему он не попросил их вызвать полицию и "скорую помощь"? Почему он не повёз Розмари в больницу, а направился на дом к частнопрактикующему врачу, не имевшему под рукой ни рентгеновского аппарата, ни серьёзной анестезии, ни аппарата вентиляции лёгких? Джон в ответ блеял, мычал несуразное и объяснить своё поведение не мог.
Его поведение выглядело так, словно он не хотел спасения Розмари, а лишь тянул время и имитировал бурную деятельность.
Соображения, изложенные выше, послужили основанием для переквалификации состава вменявшегося Джону Баттону преступления. Если изначально его брали под стражу по обвинению в непредумышленном убийстве, то затем переквалифицировали обвинение на умышленное убийство.
Имелись, правда, и кое-какие непонятные нюансы. На том участке дороги, где была сбита Розмари Андерсон, криминалисты обнаружили 17 (sic!) фрагментов стекла, пластика и металла, по всей видимости происходившие от автомашины, совершившей наезд. Предположение это полностью подтвердилось после того, как был сделан анализ на групповую принадлежность крови, найденной на упомянутых фрагментах. Кровь имела группу А - и именно такую группу крови имела Розмари Андерсон. Проблема для обвинения заключалась в том, что "симка" Баттона не имела отсутствующих фрагментов, как отечалось выше, там даже стекло поврежденного блока фар осталось целым! Это противоречие обвинение никак объяснить не смогло и попросту его проигнорировало.
Суд над Джоном Баттоном проходил в конце апреля - начале мая 1963 г. Поскольку обвиняемому грозила смертная казнь, процесс проводился в Верховном суде штата. В самом начале процесса Баттон заявил о своей полной невиновности, от дачи показаний в ходе суда он не отказывался. Нельзя не отметить вполне благожелательного отношения судьи к обвиняемому, так, например, в самом начале процесса он удовлетворил ходатайство защиты о запрете стороне обвинения упоминать о признании Баттоном факта наезда на Розмари. В дальнейшем, правда, суд вернулся к этому вопросу, кстати, не без подачи защиты, принявшейся педалировать тему про "давление полиции" на подсудимого.
Судья заинтересовался этим вопросом и лично взялся выяснять, как же детективы "давили" на Баттона, когда, где и как именно? Может быть, сажали на бутылку? А может быть, он сам на неё садился? Или, быть может, нечто непотребное полицейские творили посредством своих штатных дубинок? Удивительно, но подсудимый во время этого допроса повёл себя как настоящий телёнок. Или баран. Извините, но подобное сравнение прямо просится с языка! Вместо того, чтобы честно рассказать о своих эмоциях, о пережитых во время допроса испуге, растерянности и дезориентации, сослаться на вполне понятный по-человечески шок, вызванный сообщением о смерти Розмари, Баттон начал попросту блеять и понёс совершеннейшую чепуху. Он заявил, что детективы были "недружественны"... Но детективы и не должны быть дружественны с подозреваемым! Он рассказал, что перед тем, как усадить его на заднее сиденье своей машины, один из них вытащил оттуда винтовку 0.303-го калибра и спрятал её в багажник машины... Но неужели полицейские должны были оставить подозреваемого с винтовкой на коленях? Баттон на голубом глазу заявил, что детективы не слушали его ответы и по несколько раз задавали один и тот же вопрос... Да, всё правильно, есть такая тактика полицейского допроса. И более того, такие же точно приёмы повтора используются в самых разных психологических тестах. И это не является пыткой! Честное слово, читать про такие "пытки" - кровь из глаз! Просто диву даёшься, как человек 19-ти лет от роду может на голубом глазу пороть такое в ту минуту, когда решается его судьба?! На секс с несовершеннолетней у него ума и фантазии хватало, а признаться судье в собственном испуге - нет.
В какой-то момент судье надоело слушать эти отчаянные бредни и он постановил зачитать присяжным протокол второго допроса Баттона, тот, в котором подозреваемый признавался в наезде. То есть судья после личного общения с обвиняемым переменил первоначальное решение и посчитал, что этого персонажа жалеть не надо, а стало быть, пусть присяжные знают всё.

Процесс закончился осуждением Джона Баттона и сие следует признать вполне ожидаемым. Честное слово, молодой человек наговорил много такого, чего говорить не следовало ни во время следствия, ни в суде. Присяжные постановили переквалифицировать обвинение с "умышленного убийства" на "неумышленное" и 6 мая 1963 г. судья милостиво приговорил Баттона к 10-летнему сроку лишения свободы.
Учитывая тяжесть обвинения и весомость собранных доказательств, приговор следует признать очень и очень мягким. Защита была настолько довольна исходом процесса, что уговорила Джона и его родственников не пытаться подавать на апелляцию, ибо попытка отменить приговор с большой вероятностью закончилась бы успехом; приговор бы отменили, но новый оказался бы не в пример строже.
Чтобы закончить о Джоне Баттоне и его осуждении можно упомянуть о двух любопытных деталях. Они ни на что не влияют, но интересны как своего рода юридические казусы.
Первый из необычный казусов связан с тем, что старшина присяжных при первоначальном оглашении вердикта ошибся и заявил, что жюри признало подсудимого невиновным. Выяснилось это не сразу, прошло секунд 10 или больше, в течение которых судья задавал дополнительные вопросы о распределении голосов и тому подобном, а помощник адвоката, не сдержав эмоций,даже воскликнул "Слава Богу!". Баттон уже поверил в то, что сейчас отправится домой... после чего всё перевернулось строго наоборот и оказалось, что ему предстоит вернуться в тюрьму на 10 лет.
Такого рода ошибки случаются очень-очень-очень редко, строго говоря, это единственный случай такого рода. известный автору, присяжные обычно не ошибаются до такой степени при оглашении вердикта.
Другой интересный момент связан с заключением судебно-медицинской экспертизы. Она, напомним, констатировала, что Розмари была девственна, но Джон Баттон впоследствии признал, что жил с нею половой жизнью и занимался сексом в традиционной форме. Данное противоречие не является непримиримым и хорошо известно медицинской науке, оно находит объяснение в особенностях строения половых органов партнёров. Известны даже случаи, когда формально девственные женщины оказываются беременны - этот казус интересен своей аномальностью. Заключение судмедэксперта, заявившего, что Розмари Андерсон не жила половой жизнью и была невинной девушкой, очень помогло Джону Баттону, поскольку если бы присяжные и судья узнали, что он поддерживал интимные отношения с 17-летней школьницей, то он бы никак не смог бы получить столь мягкий приговор.
На этом пока отвлечёмся от горькой судьбинушки Джона и скажем несколько слов о событиях, разворачивавшихся в пригородах Перта весной и летом 1963 г.
А об этом можно сказать многое, поскольку в то время прокатилась волна дерзких и даже циничных краж. Таинственный преступник, пугавший жителей Перта и его окрестностей на протяжении пары последних лет, словно потерял страх и принялся действовать так, как не делал этого прежде. Он стал входить в дома и совершать кражи, пренебрегая тем, что внутри находились их обитатели. 19 марта неизвестный вор вошёл в дом №5 по Данкли-авеню (Dunkley Avenue) в городке Эпплкросс (Applecross), снял с вешали мужскую шляпу, забрал с тумбочки в прихожей наручные часы и мелочь, спокойно повернулся и вышел вон. В это время в прихожей находилась 4-летняя девочка, которая, увидев мужчину, закричала "Папа! Папа!" Её папа в это время находился в другом конце дома.
Через 10 дней ситуация повторилась в доме №9 по Твиддэйл-роад (Tweeddale road) в том же Эпплкроссе. В вечернее время в доме находилась мать с двумя малолетними детьми, они смотрели телевизор в гостиной. Неизвестный проник в помещение кухни и принялся там шарить. Он успел взять мелкие деньги, оставленные на столе, как в кухню вошла 5-летняя девочка, явившаяся на кухню для того, чтобы отнести младшему брату кусок пирога. Увидев в темноте мужчину, девочка радостно закричала "Папа вернулся!", но неизвестный тут же вышел через дверь чёрного хода во двор. Девочка во двор не пошла, но подбежала к приоткрытому окну и принялась кричать "Папа, ты куда?" Она так и не поняла, что увидела чужого человека.
Минуло ещё несколько дней и вечером 1 апреля, около 22 чаов, всё в том же Эпплкроссе произошёл во всём похожий инцидент. Случилось это в тихом и спокойном районе в центре города в доме на Маклеод-роад (Macleod road), где семья из 4-х человек также смотрела телевизор. Сквозь шум телепрограммы им как будто бы послышались некие звуки из спальни. Хозяйка дома прошла в комнату, ничего подозрительного не увидела, за исключением открытого окна. Женщина закрыла его и вернулась в гостинную. А поутру её муж, работник раположенного неподалёку банка, с удивлением обнаружил, что исчезло его пальто. После непродолжительных поисков оно оказалось найдено на дорожке у дома, из его внутреннего кармана пропал кошелёк с деньгами.
Обо всех этих инцидентах немедленно оповещалась полиция. То, что преступник входил в дома, зная, что внутри находятся их обитатели - а не знать этого он не мог, поскольку в комнатах горел свет и звук работающего телевизора был хорошо слышен! - однозначно свидетельствовало о его растущей дерзости и готовности перейти к насилию. Ведь если бы он был не готов защитить свою свободу силой, то не стал бы так рисковать. Налицо была очень опасная тенденция в поведении преступника, его следовало поймать до того, как он причинит ущерб здоровью ставшему на его пути человеку. Вместе с тем, было понятно, что вор пока стремится уклоняться от встречи со взрослыми обитателями домов, хотя было неясно, как долго он будет следовать этой условно "мирной" тактике.
Но 10 апреля произошло по-настоящему пугающее вторжение.
В тот день около 17 часов, т.е. совсем не поздно, супруги Томпсон, проживавшие в доме №107 на Анджело-стрит (Angelo street) в Южном Перте, говтовились в ужину. Леонард с дочерью и двумя сыновьями находились в гараже, а его жена Филлис вместе с 12-летним Нейлом возились на кухне. В это время в кухню из гостинной вошёл неизвестный мужчина, в руках которого Филлис увидела... портфель Леонарда, своего мужа.
Момент был очень напряженный, Филлис понимала, кто перед ней - это же, кстати, понял и сидевший у стола сын! - и невозможно было предугадать дальнейшее поведение этого человека. Можно было закричать, позвать на помощь мужа и сыновей, старшему из которых было 19 лет, но подобное развитие событий могло закончиться большой бедой. Никто не мог сказать, чем вооружён злоумышленник и как он себя поведёт, испугавшись преследования.
Неизвестный с поразительной наглостью поинтересовался именем хозяйки дома, затем уточнил, где находится её супруг, после чего задал вопрос о количестве детей и их возрасте. Сохраняя полное самообладание, Филлис ответила на все заданные вопросы, не демонстрируя паники или какой-либо нервозности. Неизвестный выслушал женщину, приблизился к ней и... поставил у ног Филлис портфель, который держал в руках. После этого он быстро вышел через чёрный ход на задний двор.

О происшедшем немедленно была поставлена в известность полиция. Детективы не сомневались в том, что собеседник Филлис заочно уже хорошо им знаком. Мужчина ростом 175-177 см., в возрасте 25-30 лет, худощавого телосложения, подвижный, в шляпе с широкими полями, светлом костюме с тонким галстуком-селёдкой и в расстёгнутом тёмном шлаще - такого рода описания имелись в распоряжении правоохранительных органов во множестве. Но показания Филлис Томпсон и её сына Нейла оказались исключительно ценными по той причине, что они были первыми свидетелями, столкнувшимися со злоумышленником вплотную, что называется, глаза в глаза. Они не только видели этого человека, но и слышали его голос!
Согласно показаниям Филлис и Нейла Томпсон, мужчина вошедший в кухню имел очень отталкивающую внешность. Помимо неприятного колючего взгляда, он имел приметный дефект, уродовавший его лицо - заячью губу. После того, как полицейские услышали о заячьей губе, всё встало на свои места, теперь-то стало понятно, почему вор нуждался в маске!
После инцидента в доме Томпсонов в течение следующего месяца последовала целая череда разного рода подозрительных инцидентов, в которых фигурировал молодой мужчина с заячьей губой.
7 мая неизвестный влез в дом на Орронг-роад (Orrong Road) и принялся обследовать спальню, в которой спали женщина и её сын, 7-месячный малыш. Женщина проснулась, приняла вора за своего бывшего мужа, с которым переживала весьма конфликтный развод, и... напала на него! Не надо смеяться, желание отомстить бывшему мужу придаёт силы даже самым слабым женщинам! Она толкнула ногой детской манеж и тот откатился, ударив неизвестного, а женщина, пользуясь секундным замешательством противника, попыталась дотянуться до его лица. В результате борьбы неизвестный бежал из дома, а в руках женщины остался подгузник, которым мужчина закрывал нижнюю часть лица. Когда женщина сорвала эту импровизированную маску, то поняла, что вторгшийся в её дом человек вовсе не является бывшим мужем. Только тут она испугалась по-настоящему.
По описанию свидетельницы, человек, с которым она боролсь, имел какой-то дефект в нижней части лица. Ввиду плохой видимости она затруднилась сказать, какого рода был дефект, но у допрашивавших её детективов практически не было сомнений в том, что проникший в её дом вор был тем самым мужчиной с заячьей губой, с которым пришлось столкнуться Филлис Томпсон.

Прошло совсем немного времени и поздним вечером 10 мая с подозрительным мужчиной с заячьей губой столкнулся владелец дома №16 по Клифф-вэй (Cliff Way) в городе Клермонт (Claremont) Сэм Кларксон (Samuel Clarkson). Это был зажиточный район, в котором проживали очень состоятельные люди. Кларксон занимал важную должность в крупной международной компании, занимавшейся поставкой горнопроходческого оборудования. Этот мужчина, много лет проработавший в шахтах, был под два метра ростом и имел крутой нрав. Немногим после 22 часов он вышел во двор своего дома, чтобы проверить отключена ли на ночь система полива газона. Обходя дом, он столкнулся с низкорослым субтильным мужичонкой, стоявшим за кустами и рассматривавшим дом по соседству.
Кларксон сразу почувствовал неладное и пригрозил неизвестному, что если тот попытается бежать, то он его догонит и отделает так, как его никогда прежде не били. Хоть Сэм и был крупным менеджером, но шахтёрской лексикой владел в совершенстве, да и интонации мог подобрать соответствующие моменту. В общем, проверять серьёзность подобного обещания неизвестный не рискнул. Он остался на месте и был вынужден ответить на все вопросы владельца дома.
Он сообщил Кларксону, что ничего дурного не планировал и вовсе не следил за домом по соседству. Далее уточнил, что выпил лишку в одном из баров в Клермонте и сейчас пытается уехать домой. Ему, дескать, сказали, что надо пройти по этой улице, чтобы выйти к автобусной остановке, вот он и пошёл. А к кустам он приблизился единственно потому, что хотел справить малую нужду... Мужчина явно испугался мощной фигуры Кларксона, лепетал тихо и бессвязно и выглядел в ту минуту довольно жалко. Кларксон сказал ему, что хорошо запомнил его лицо и если только тот ещё раз появится в этом районе, то очень пожалеет о своей неосторожности.
С тем и отпустил.
Закончив обход газона, Сэм вернулся в дом и стал обдумывать произошедшее. И чем больше думал, тем больше ему не нравился увиденный в кустах парень. После некоторого раздумья, Кларксон позвонил в полицию и рассказал об инциденте. Он хорошо рассмотрел и запомнил собеседника, у того была заячья губа, сбивчивая и невнятная речь, широкий, сидевший мешком костюм и галстук-селёдка. В своём рассказе полицейским Кларксон признал, что его больше всего сбило с толку самообладание неизвестного мужчины. После того, как Сэм его отпустил, тот пошёл по улице неспешной расслабленной походкой. Если бы тот побежал, то Кларксон за ним бы непременно погнался, но... мужчина с заячьей губой казался до такой степени спокойным, что на какое-то время полностью усыпил все подозрения Сэма. Рассказ Кларксона предствлял для полиции большую ценность, на следующий день его обстоятельно допросили детективы, занимавшиеся расследованием краж из жилых домов в окрестностях Перта. По результатам допроса стало ясно, что у полиции появился ещё один отличный свидетель, способный опознать "косорылого", как назвали бы такого красавца в России, если б только того удалось задержать.
История странных встречь, однако, на этом отнюдь не закончилась!
Прошло совсем немного времени и "косорылый" попал в ещё одну очень неприятную ситуацию, едва не повернувшую его жизнь в весьма неожиданное русло.
В ночь на 14 мая неизвестный вор с заячьей губой столкнулся с Чарли Бартоном (Charlie Burton) и, безусловно, запомнил эту встречу на всю оставшуюся жизнь. Чарли был немного параноиком из числа тех, про которых шутят: "даже если он параноик, это не значит, что за ним не следят". В годы молодости Бартон служил в австралийском морском спецназе - кстати, у автралийцев есть своя интересная и оригинальная школа морских диверсантов с самобытным опытом, берущим начало ещё в годы Второй Мировой войны. Повоевали они потом и в Корейской войне, и в Индокитае помогали американцам. Бартон выслужил по контракту два срока, был инструктором парашютной и специальной морской подготовки. Те, кто занимался единоборствами, знает, что всех мужчин, способных драться, можно условно разделить на две большие не совпадающие группы: "сильные" и "резкие". Бартон в свои 42 года, по-видимому, был не просто "резким", а "злым и резким". И к тому же, немного параноиком, о чём сказано было выше.
Примерно в 00:30 он подъехал к своему дому №180 по Бейкер-роад (Barker Road) в городе Субиако. Пока его супруга Анна открывала ворота, Чарли оставался за рулём автомашины и обратил внимание на худощавого мужчину, остановившегося за кустами в некотором отдалении. Бейкер встревожился, но поскольку попытка спрятаться за кустами была ненаказуема, никак не отреагировал. Подъехав к дому и оставив машину на пятачке перед гаражом, мужчина быстро поднялся в спальню на втором этаже и стал у окна, через которое можно было наблюдать за двором и улицей.
Через несколько минут терпение Бартона оказалось вознаграждено. Чарли увидел, как через калитку во двор вошёл тот самый мужчина, что прятался за кустами. Подозревая, что неизвестный попытается угнать автомобиль, Бартон пулей полетел на улицу, Анна помчалась следом за ним. Неизвестный мужчина, правда, интереса к автомашине Бартона не выказал - войдя во двор, он двинулся в сторону кустов, росших в углу, как из-за угла дома выскочил разъярённый Бартон.
Как таковой схватки не получилось - Чарльз сбил неизвестного с ног, ударил несколько раз в голову, потом перевернул лицом вниз и придавил к земле. Его колено упиралось в основание черепа неизвестного и Бартон был готов убить его при малейшей попытке сопротивления. Для этого ему даже напрягаться бы не пришлось, достаточно было перенести вес на ногу и всю работу сделала бы сила тяжести. Придавленный коленом Бартона мужичонка расплакался и запричитал: "что я тебе сделал? за что ты меня бьёшь?" Он явно был потрясён мгновенной расправой и не пытался сопротивляться.
Анна Бартон побежала вызывать полицию, а Чарльз продолжал удержить неизвестного. Тот стонал, хныкал и в конце концов обмочился. Мужичонка выглядел очень жалко - худосочный, с обезображенным заячьей губой лицом, в мокрых штанах, он невнятно бормотал слова извинения и уверял, что ничего дурного не замышлял... Чарльз постепенно успокоился, он сообразил, что мужчина на самом деле к автомобилю не подходил, а стало быть, он явно не угонщик!
Особой жалости к неизвестному Бартон не испытывал и без раздумий передал бы его полиции, но по закону подлости полицейские в ту ночь в Субиако все оказались на вызовах и оперативный дежурный просто не нашёл свободного патруля, который можно было бы направить на Бейкер-роад. Чарльз продержал неизвестного минут восемь-десять, а потом отпустил.
Полиция прибыла спустя 20 минут со времени звона Анны. Если бы не это досадное стечение обстоятельств, эта история закончилась бы там и тогда. Но Господь Бог, по-видимому, посчитал, что подобная концовка будет преждевременна и потому убийца получил получил возможность счастиво избежать разоблачения. Из описания неизвестного мужчины, данного четой Бартон, детективы поняли, что супруги столкнулись с тем самым вором-"домушником", которого прежде был замечен на Анджело-стрит, Орронг-роад и Клифф-вэй.
Кстати, чтобы внести полную ясность в этот инцидент, следует пояснить, что злоумышленник действительно не планировал угонять автомобиль четы Бартон. В ту ночь он преследовал более экзотическую цель, решив, что приехавшие посреди ночи супруги захотят заняться сексом, мужчина намеревался понаблюдать за ними через окно спальни.
В череде тех довольно необычных событий имели место и другие любопытные инциденты. Вор с заячьей губой через несколько дней был пойман хозяином дома во время обыска платяного шкафа. Вор не стал отнекиваться и выдумывать какие-то байки - всё было очевидно без слов! - но принялся рассказывать о своей несчастливой жизни и голодающих детях. Хозяин дома оказался до такой степени растроган, что не тлько не сообщил полиции о случившемся, но даже очистил свой холодильник и вручил вору мешок с продуктами, приговария "накорми детей!"
Другой любопытный инцидент приключился днём 1 июня. В тот день около полудня мужчина с заячьей губой влез в дом №9 по Данбар-роад в Клермонте. Здание было удалено от дома Сэмюэла Кларксона примерно на 1,5 км. В доме №9 по Данбар-роад проживала богатая девушка, выходившая замуж 1 июня, о чём сообщалось в местной прессе в разделе светских новостей. Несложно было догадаться, что во время свадебой церемонии и последующего банкета дом будет пуст. Около полудня в доме появился худощавый мужчина в расстёгнутом тёмном плаще, костюме - двойке, с узким галтуком на шее. На голове он носил шляпу с широкими полями, не соответствовавшую фасоном костюму и плащу. Лицо его было очень неприятным, уголки рта резко опускались вниз, сейчас его лицо сравнили бы с грустным смайликом. Мужчина рассеяно бродил по дому, переходя из комнаты в комнату, открывал шкафы и тумбочки, казалось, он что-то искал.

За ним наблюдал из дома по соседству студент, готовившийся к экзамену. Он сидел с книгами в глубине комнаты перед панорманым стеклом и видел все перемещения "косорылого", благо расстояние до окон, в которых тот появлялся, не превышало 15 метров. Однако, появление этого человека никаких подозрений у студента не вызвало. Во-первых, в последние перед свадьбой дни в доме №9 постоянно появлялись новые люди, непрерывно шла какая-то движуха, так что всех незнакомых запомнить было просто невозможно. Во-вторых, в доме находились 4 собаки - это были шумные и бестолковые пикенесы - и поскольку они никак не реагировали на мужчину в шляпе, стало быть, он был им знаком.
Мужчина походил по дому минут 40, а потом исчез также незаметно, как и появился.
На следующий день студент стал свидетелем феерического шоу, когда проживавшая в доме №9 Валда Дагг, наследница многомиллионного состояния, обнаружила втржение постороннего. Из дома пропало очень немногое - только наличные деньги - но тот факт, что некто открывал и рассматривал закупленное перед свадьбой постельное бельё, гардины, столовые приборы и прочие, скажем аккуратно, предметы личного обихода, вызвало у Валды гневное бурление душевных недр. Вызванная ею полиция обследовала дом более двух суток, в тщетных попытках обнаружить отпечатки пальцев.
Разумеется, опрашивались и соседи. И вот тут-то возник сосед-студент с рассказом о 40-минутной экскурсии по дому некоего мужчину со страныым ртом. Хотя свидетель ничего не сказал о заячьей губе - он просто толком не рассмотрел подобные детали - детективы сразу поняли о каком специфическом признаке идёт речь.
Таким образом полиция не в первый уже раз столкнулась с очень необычной реакцией собак на разыскиваемого преступника. Тот, кто читал книгу "История Гиены. Хроника подлинного расследования" наверняка проведёт аналогию с изложенной там историей сексуальных преступлений в Калифорнии во второй половине 1970-х гг., а именно - с описанной там странной особенностью, присущей преступнику, на запах которого необычно реагировали собаки. Правда, аналогия эта не совсем точна - в случае Гиены собаки не успокаивались, а напротив, странно возбуждались. Реакция собак на запах калифорнийского преступника была столь необычной, что появилась даже версия наличия у преступника серьёзного гормонального нарушения, меняющего состав крови (как известно, естественные запахи млекопитающих обуславливаются именно этим фактором). В данном же случае мы видим нечто схожее, хотя и с противоположным знаком, а именно - в нескольких разновременных эпизодах наблюдалась однообразная реакция собак, но не агрессивно-возбужденная, а скорее умиротворенно-равнодушная.
Автор считает необходимым сразу отметить, что чёткого объяснения отмеченному феномену не имеет. Повседневный опыт подсказывает, что отмеченная реакция разных собак представляется чем-то весьма необычным, но с чем она может быть связана - непонятно.
В этом месте наверное уместно сделать и ремарку немного другого свойства. Из приведнных примеров - а они перечислены отнюдь не все, имелось, как минимум ещё два случая спонтанных столкновений "косорылого" с жильцами домов, в которые он пытался влезть - мы можем сделать важный вывод. К лету 1963 г. правоохранительные органы Западной Автралии уже хорошо представляли, кого же они разыскивают. И найти этого человека они могли - подобная задача не представлялась чем-то сверхъестественным.
Человек, подозреваемый в большом количестве правонарушений, имел особую примету, причём неустранимую, не какую-то там татуировку или выбитый зуб. Заячья губа, другое просторечное назвние "волчья пасть", или же хейлосхизис - это серьёзный и хорошо распознаваемый дефект, выражающийся в несростании тканей верхней челюсти и носовой полости, при котором образуется расщелина (расщепление) в верхней губе и пространстве над нею. Данный дефект имеет генетическую природу, замечено, что дети с хейлохизисом обычно рождаются у женщин старше 35 лет, злоупотреблявших в период беременности медицинскими препаратами, имевших травму плода или проблемы нервно-психического плана. Помимо чисто внешней неэстетичности, данный дефект чреват для ребёнка проблемами другого рода - неправильным дыханием, осложнениями, связанными с питанием и развитием челюстного аппарата, зубов, прикуса и т.п.
Хейлохизис встречается довольно редко - 1 случай на 1 тыс. - 3 тыс. деторождений, что превращает его в отличный ориентирующий признак, важность которого для полиции сложно переоценить. К началу лета 1963 г. в Перте и пригородах проживало около 700 тыс. человек, а это означало, что общее количество людей с заячьей губой должно было составлять около 700 человек или даже менее. Разумеется, не всех их следовало проверить. Полиция неплохо знала приметы того, кто ей был нужен, кроме того, разыскиваемый с большой вероятностью должен был оказаться ранее судимым. На то, что этот человек - уголовник со стажем, указывал ряд косвенных доводов, в частности, активность (он ходил воровать, словно на работу), специфическая находчивость (он не терялся в конфликтной или опасной ситуации, "включал дурака", плакал и т.п.), а также неплохие навыки вора-"домушника". Если у этого человека имелось уголовное прошлое, стало быть, он попадал прежде в поле зрения правоохранительных органов. Вряд ли в районе Перта одновременно могло быть много таких преступников, даже если таковых и насчитывалось 10, 15 или 20 - всех их можно было быстро отыскать и предъявить для опознания свидетелям.
Подобная мера представляется очевидной и не совсем понятно, почему полиция не пошла по такому пути. Скорее всего, инициативу такого рода сдерживало понимание того факта, что ни один судья в штате не санкционирует арест подозреваемого, без достаточного на то обоснования. Для того, чтобы проводить опознание обвиняемого свидетелем в большинстве случаев необходим арест первого, в Австралии забрать человека с улицы и отправить в полицейский участок для следственных действий без надлежащего определения его правового статуса нельзя. По-видимому, именно казуистический и чрезмерно усложненный порядок задержания и ареста сдерживал ретивость полиции и не позволил в конце весны 1963 г. пойти описанным выше путём.

15 июня 1963 г. произошло нападение, напомнившее жителям Перта и его окрестностей о том, что жестокий взломщик остаётся на свободе и по-прежнему очень опасен. Трагические события развивалсь неожиданным образом и завершились финалом, который трудно было предполагать.

Вечер накануне завершился для жителей дома №101 по Смит-роад (Smyth road) в Недлендсе вполне обыденно. Дом был небольшим, всего на 4 квартиры, квартиру "С" на первом этаже с окнами на север занимали 3 девушки: Кэтлин Фергюсон, Триш Мерфи и Кармел Мадлен Рид (Carmel Madeline Read). Первая работала в фармацевтической компании в городе Клермонте, вторая - была студенткой Университета Западной Австралии, а третья также была связана с этим университетом, но она там не училась, а работала в деканате, если точнее, она занимала должность старшего помощника декана.

О Кармел Рид следует сказать несколько слов, важных в контексте описываемого. В июне 1963 года она была ещё совсем молода, ей шёл 21-й год. Кармел закончила католическую школу при женском монастыре и хотя должность её в администрации университета носила звучное наименование, на самом деле работа, порученная Кармел, носила сугубо технический характер. Родом она была из деревни, точнее, с фермы, ей был знаком сельский труд, да и в школе она активно занималась спортом. При росте 177 см. Кармел была физически сильна и здорова, про таких женщин говорят, что в голодный год их можно впрягать в однолемешный плуг вместо лошади. В общем, Кармел была девушка серьёзная, благонравная, с такой не следует шутить в стиле "девушка, дайте стакан воды, а то так хочется жрать, что переспать не с кем!" Ибо за такие шутки в зубах бывают промежутки...

Следует указать и на кое-какие детали иного рода. Кармел спала в одной комнате с Кэтлин Фергюсон, а Триш Мерфи занимала отдельную спальню. В квартире сверху проживали 3 девушки, а квартиру напротив занимала семейная пара. Кармел Рид была очень осторожна и следила за криминальными новостями, она знала о "Пертском Монстре" и постоянно напоминала соседкам о том, чтобы те не забывали закрывать окна и двери.

В ночь на 15 июня Кэтлин Фергюсон отмечала свой 21-й день рождения в обществе своего жениха и его многочисленных родственников. На вечеринке присутствовала и Кармел, около 2 часов ночи она засобиралась к себе домой на Смит-роад. Кэтлин осталась в доме родителей жениха до утра, а Кармел вызвался проводить брат жениха. Он довёз девушку до дома и вместе с нею вошёл в квартиру. Убедившись, что всё в порядке, молодой человек уехал, оставив Кармел одну. Впрочем, если быть совсем точным, то девушка осталась не одна - в спальне через коридор спала Триш Мерфи. В 02:45 Кармел улеглась в кровать, проверив перед тем окна и двери. Всё было заперто за исключением небольшого окна в гостиной, оставленного на ночь приоткрытым. Эпитет "небольшое" надо понимать буквально, окно действительно было небольшим - 30 см. в ширину и 75 см. в высоту (т.е. 1 фут на 2,5) - хотя опрометчиво было думать, что в подобное отверситие не протиснется спортивный мужчина.

Около 04:45 Кармел была разбужена шумом в гостиной. Не разобравшись спросонья, она задала какой-то вопрос, что-то очень простое, вроде, "ну кто там?" и тем самым выдала себя. Конечно, в её положении было бы гораздо разуменее не обнаруживать до поры до времени своего бодрствования, притворяясь спящей, но в ту минуту девушка об этом просто не подумала. После её слов шум моментально стих и вот тут-то Кармел сообразила, что поступила весьма неразумно. Сон моментально соскочил с неё, она села на кровати. Секунду или две девушка раздумывала над тем, как поступить дальше, но делать ничего не пришлось - события далее стали развиваться безо всякой инициативы с её стороны.
В дверях спальни появился мужчина в чём-то длинном, вроде плаща или пальто. Кармел видела его только долю секунды, потому что он сразу же включил фонарик и направил луч света ей в лицо. Девушка закричала и, дабы заслониться от света фонаря, схватила одеяло и выставила его перед собой, наподобие щита. Неизвестный подбежал к ней и ударил в область сердца чем-то острым, что Кармел приняла за нож. Испытанная ею боль оказалась очень сильной, опасаясь второго удара, девушка сначала упала на бок, потом скатилась на пол, а затем резко встала в полный рост. Страх быть изнасилованной придал ей мужество и силы. Она бросилась к входной двери, удерживая в руках одеяло и заслоняя им лицо и грудь от ударов неизвестного мужчины.
Понятно, что одеяло - защита так себе - но оно мешало противнику нанести акцентированный удар. Уже возле самой входной двери мужчина изловчился и ударил своим орудием в скулу Кармел с левой стороны и по тому, как двигалась рука, девушка поняла, что ей противостоит человек сравнительно небольшого роста. В принципе, в другой ситуации она попыталась бы дать негодяю отпор, но в ту минуту она опасалась ножа в его руке и просто хотела убежать. Однако, она быстро сообразила, что бегство на улицу её не спасёт - нападающий сможет зарезать её и там! - для спасения Кармел необходим был кто-то, кто отвлечёт внимание преступника.
Перед входной дверью Кармел резко развернулась и подалась на своего противника, сильно толкнув его и сбив с ног. Девушка побежала вглубь квартиры, в спальню Тришы Мерфи. Последняя, разумеется, слышала крики, но приняла героическое решение спрятаться под одеяло. Кармел вытащила её за волосы с воплем "нас никто не спасёт, если мы не станем защищаться!" и, надо сказать, в этом она была безусловно права! Схватив с прикроватной тумбочки книгу, Кармел стала бить её корешком в стену с таким расчётом, чтобы стук услышали соседи. При этом она кричала: "Звоните в полицию! Звоните в полицию! Полиция!" Затем с книгой наперевес, Кармел вышла в коридор. Она была готова использовать книгу, как оружие - кстати, неплохая идея для девушки! - но драться не пришлось... Квартира оказалась пуста.
Сообщение о нападении в доме №101 по Смит-роад было зарегистрировано в дежурном журнале оперативного дежурного полиции Недлендса в 04:55. В течение одной минуты поступили 3 телефонных звонка - из квартиры, явившейся местом преступления, а также квартир по соседству. Кстати, надо отдать должное соседям, точнее, соседу: когда из квартиры "С" раздались крики, единственный мужчина, проживавший в доме, схватил нож и бросился на помощь, хотя жена и пыталась его удержать.
В течение 4 минут к дому прибыли 5 патрульных полицейским машин. По иронии судьбы буквально за 2 или 3 минуты до нападения на Кармел Рид мимо дома проехал патруль, направлявшийся в сторону боулинга, расположенного совсем неподалёку. Если бы эта машина чуть подзадержалась, то убегавший преступник выскочил бы из дома прямо ей под колёса.
Кармел Рид была убеждена, что преступник колол её ножом, однако при её осмотре выяснилось, что это было не совсем так. Вернее, совсем не так! На теле девушки не оказалось ни одного пореза, при этом имелось не менее 6 чётко локализованных кровоподтёков почти правильной круглой формы. Они располагались на груди слева, нижней челюсти слева, в области левого виска и на предплечьи правой руки. Непонятно было, чем же именно эти синяки были оставлены. Поначалу полицейские думали, что преступник унёс орудие с собой, и лишь после осмотра квартиры они нашли правильный ответ на эту загадку.
Оказалось, что неизвестный использовал в качестве оружия зонт, найденный в гостинной. Используя его узкий металлический наконечник как копьё, он нанёс несколько весьма болезненных ударов, а покидая квартиру, оставил зонт у двери.
Осмотр места преступления не привёл к обнаружению отпечатков пальцев, не связанных с жильцами. Ни Кармел, ни Триш не обнаружили пропаж чего-либо из принадлежащиего им имущества. А вот Кэтлин Фергюсон, будучи вызваной в квартиру, сообщила о том, что её сумочка почему-то оказалась на полу у кровати - хотя она не оставляла её там! - и из неё пропали наличные деньги. При этом очки и косметические принадлежности остались на своих местах. Это означало, что преступник провёл в квартире некоторое время до того, как его присутствие обнаружила Кармел. Данный вывод подтвердила и другая деталь - неизвестный покинул квартиру беззвучно, не затратив время на открывание входной двери. Между тем, по уверению Кармел, дверь была оставлена на ночь запертой на два замка и цепочку. Это означало, что злоумышленник, проникнув в помещение через окно гостинной, первым делом озаботился открыванием двери, заблаговременно подготовив тем самым путь собственного отступления.
Подобная предусмотрительность, как, впрочем, и отсутствие отпечатков пальцев, свидетельствовала о криминальной опытности этого человека.
Потерпевшая дать описание напавшего не смогла - её рассказ о внешности неизвестного свёлся лишь к замечанию, что тот, судя по всему, был ниже ростом. Видела она этого человека долю секунды, после чего тот ослепил её светом фонаря. Может быть, девушка вспомнила бы какие-то детали при допросе под гипнозом, но полиция Завадной Австралии была не готова использовать в расследовании подобного рода новации.
Кармел Рид опасалась того, что преступник будет считать её опасным свидетелем и однажды вернётся, чтобы устранить потенциальную угрозу с её стороны. Девушка категорически запретила полицейским сообщать журналистам какие-либо данные о себе и буквально в течение суток сменила место проживания. Последующие месяцы она находилась в тревожном состоянии и принимала меры предосторожности, граничащие с паранойей. Особую проблему для неё составило то, что она не хотела тревожить родных и близких, а потому скрыла от них произошедшее.
Нельзя не отметить проявленных Кармелой бойцовских качеств - самообладания и готовности сопротивляться нападающему до последней возможности. Если бы не энергия и находчивость девушки, случившееся в ночь на 15 июня могло иметь совсем иной исход. Тем не менее, следует признать, что практической помощи следствию девушка оказать не смогла и данный инцидент никак не приблизил правоохранительные органы к разоблачению таинственного преступника.
Шла зима 1963 г. (не забываем, что в южном полушарии период июнь - август является зимним). В районе Перта было прохладно, вечерами и по ночам шли дожди, иногда очень обильные, с сильными грозами и штормовым ветром. В июле "Пертский Монстр" несколько раз попадал в ситуации, напоминавшие те, что имели место в апреле - мае.
Один раз он пытался открыть заднюю дверь отдельно стоящего дома и в эту минуту ему навстречу вышла хозяйка. От неожиданной встречи на долю секунды растерялись оба, неизвестный опомнился чуть ранее и бросился прочь через двор. Женщина не пыталась его преследовать или кричать, но сразу же закрыла дверь и вызвала полицию.
В другой раз мужчина наблюдал из кустов за окнами квартиры, в которой проживали 4 студентки. Те заметили подглядывавшего и, вооружившись спортивным инвентарём, дружно выскочили из дома. Неизвестному пришлось убегать от девушек, что вызвало у них приступ веселья.

Полицейские, правда, восторга их не разделили и здраво указали студенткам, что подобного рода выбегания в темноту с бейсбольными битами в руках могут иметь совсем не тот результат, на который рассчитывают участники забега. Деревяшку могут отнять и не просто побить ею, но и использовать в качестве орудия сексуальной агрессии, что будет совсем уж обидно. Ну, а если говорить серьёзно, то девушкам следовало устроить перед окном небольшое шоу с раздеванием, дабы максимально увлечь вуайериста, и тем временем вызвать полицейский патруль. Глядишь, история "Пертского Монстра" на этом бы и закончилась! К сожалению, девушкам немного не хватило смекалки...
Полицейские не сомневались в том, что обоих описанных выше случаях женщины сталкивались с одним и тем же преступником. Об этом свидетельствовало совпадение описаний неизвестного. А продемонстрированная им трусость на самом деле могла быть не только трусостью, но и чем-то иным, а именно - свидетельством рациональности поведения. В обоих случаях он понимал, что его попытка остаться незамеченным провалилась, а потому дальнейшая активность в это время и в этом месте теряла всякий смысл. А потому предпочительнее было бежать, а не нападать...
Минул июль, заканчивалась первая декада августа 1963 г. Вечером 9 августа супруги Дауды - Карл и Венди (Carl & Wendy Dowd) - были отправились на вечерину, которую никак нельзя было пропустить. Карл Дауд делал хорошую карьеру в компании по производству женского белья "Hickory" и уже 4 года возглавлял её местное отделение, переехав для этого в Перт из Мельбурна. От корпоративной "party" уклониться было никак нельзя, строго говоря, Карл Дауд этим мероприятием дожен был руководить.
Супруги арендовали просторный дом по адресу №37 Вейвелл-роад (Wavell Road) в Дэлкейте (Dalkeith). Это был зажиточный, тихий и безопасный район, "Пертский Монстр" здесь не появлялся, а если о каких-то кражах из домов полиция и узнавала, то не связывала их с его активностью.

Супруги Дауды были молоды, энергичны и вели активный образ жизни. Понятно, что 8-месячный сын Митчелл несколько ограничивал их мобильность, поэтому супругам пришлось озаботиться поиском подходящей няни. Рассмотрев несколько кандидатур, Карл и Венди в конце концов остановили выбор на Ширли МакЛеод (Shirley McLeod), студентке 2-го курса Университета Западной Австралии.
Ширли происходила из простой семьи: отец - водитель автобуса, мать - домохозяйка. Страший брат Ширли учился на адвоката в юридической школе, младший был ещё школьником. Кроме того, у Ширли были два сводных брата и сёстра, дети её матери от первого брака. Все дети хорошо учились - это была своего рода семейная традиция. Ширли планировала стать социальным работником, а пока изучала педагогические науки, психологию и лингвистику, а также некоторые естественнонаучные дисциплины, в частности, антропологию и зоологию. Она имела определенный опыт работы няней, причём ранее управлялась с тремя малышами одновременно, так что ей бы не составило труда побыть несколько часов с маленьким Митчеллом.
Вечером 9 августа ей предстояло в первый раз выйти на работу. Она приехала к 7 часам вечера, как и было условлено, с собой принесла сумку с книгами, рассчитывая почитать в то время, когда малыш будет спать.
Большое внимание Ширли уделила безопасности, она попросила Карла Дауда в её присутствии проверить все окна и двери, дабы не сомневаться в том, что они заперты. Карл, хотя и проверил их ранее, ещё раз прошёл по дому в обществе Ширли, демонстрируя ей, что всё в порядке. То, как пристрастно девушка отнеслась к вопросу безопасности, очень проимпонировало супругам. Хотя они и считали, что бояться нечего, но как известно, береженого Бог бережёт.
В этом месте необходимо сделать небольшое уточнение, дабы читатель понял, что Ширли вовсе не страдала паранойей и не была чрезмерно мнительна. У девушки имелись весьма серьёзные основания бояться "Пертского Монстра", причём основания личного, так сказать, свойства.
Дело заключалось в том, что Ширли была лично знакома с Джоном Старки, тем самым студентом, что был убит таинственным преступников в День Австралии. Нет, он не пытался ухаживать за Ширли и их отношения всегда оставались сугубо дружескими, но они посещали одни и те же лекции и Джон даже несколько раз брал у Ширли конспекты. То есть их знакомство было отнюдь не шапочным... Убийство Джона потрясло девушку, что легко понять - она жила в спокойном и полном дружелюбия мире и вдруг немотивированная жестокость неведомого изувера вторглась в её жизнь и вырвала из круга знакомых хорошего и доброго парня. Ширли осталась под сильным впечатлением от произошедшего и все последующие месяцы жила в страхе перед неведомым "Пертскми Монстром".

Может показаться невероятным, но существовала и другая причина для волнения Ширли. Обстоятельства сложились так, что она оказалась в курсе малоизвестных деталей расследования убийства Джиллиан Брюэр. Да-да, той самой девушки из семьи миллионеров, что была забита топором в собственной кровати в декабре 1959 г., о чём сообщалось в начале настоящего очерка. Отец молодого человека, ухаживавшего за Ширли, являлся социальным работником, представлявшим интересы Дэррила Бимиша, осужденного в 1961 г. за убийство Брюэр. Он хорошо знал Бимиша, регулярно встречался с ним как во время следствия, так и в тюрьме, и не раз рассказывал сыну и Ширли как о расследовании этого преступления, так и тюремной обстановке, в которой оказался его подопечный. Девушка выказывала искренний интерес к деталям, связанными с этой историей и сильно переживала, ассоциируя, по-видимому, себя с жертвой.
Поэтому напряженно-взволнованное состояние, связанное с пребыванием Ширли в новой обстановке и продемонстрированное во время общения с хозяином дома, имело под собой гораздо более серьёзные основания, нежели можно было подумать.
В общем, МакЛеод пообщалась с супругами Дауд и проводила их в поездку. Те прошли в гараж через внутренню дверь, заперли её за собой, уселись в автомашину и... тут Венди вспомнила, что что-то забыла в доме. Что именно, сейчас уже неважно, важно то, что она вылезла из машины, торопливо прошла в дом, затем прибежала обратно и дверь из дома в гараж не затворила. В принципе, её могла бы запереть Ширли, если бы её предупредили о необходимости это сделать, но Карл Дауд заверил девушку, что при отъезде они закроют за собой и дверь, и гаражные ворота. Торопясь, они забыли сделать и то, и другое...
Вечерина удалась на славу! Чета Даудов обещала Ширли вернуться до полуночи, но слово сдержать не получилось, пьянка затянулась и лишь в третьем часу ночи Венди привезла пьяного Карла назад. Тот вбежал в дом первым - очень торопился в уборную! - и, увидев в гостиной Ширли, сидевшую под включенным торшером, крикнул ей из коридора что-то формальное, вроде, мы вернулись, извини, вышла задержка! Ширли ничего не ответила и Карл, озадаченный этим, вошёл в просторную комнату. Ширли сидела в кресле, низко наклонившись, фактически её лоб касался колен. Перед нею стоял журнальный столик, на которой лежала её сумка и книга. Другая книга, видимо, выпавшая из рук, находилась на полу подле ног.
В первую секунду Карл Дауд решил, что Ширли уснула и уронила книгу, но тут же сообразил, на полу вокруг неё большая лужа крови. Хотя он не подошёл к телу и не узнал, как именно умерла девушка, хозяин дома понял, что та мертва и именно убита. Опасаясь, что убийца всё ещё находится в доме, Карл пережил паническую атаку и на какое-то время потерял способность двигаться. В состоянии прострации его обнаружила жена, поднявшаяся из гаража минутой позже. Венди моментально взяла инициативую в свои руки, побежала в спальню сына, убедилась, что с тем всё в порядке и ребёнок мирно спит, после чего позвонила в полицию.
Уже первичный осмотр трупа на месте его обнаружения позволил понять характер произошедшего. Ширли была убита выстрелом из оружия 22-го калибра с неблизкого расстояния ("неблизкое расстояние" - это не корявое авторское словосочетание, а криминалистический термин. Вообще же, дистанция выстрела с точки зрения криминалистики имеет две градации - "близкое расстоянние", при котором на одежду или кожу потерпевшего попадают сопутствующие сгоранию пороха продукты, и "неблизкое", при котором никаких иных следов, кроме входного отверстия, не имеется. Обычно "близкое расстояние" считается равным или менее 1,5 - 2 м. от дульного среза огнестрельного оружия.). Пуля попала точно в середину лба. Зная, как сидела убитая девушка, криминалист определил место, откуда был произведен выстрел. Оказалось, что стрелок находился в доме в глубине коридора, по которому можно было пройти из гостиной в гараж. Скорее всего, убийца находился в темноте, а его жертва хорошо освещалась торшером, Ширли спокойно читала, уверенная в полной безопасности, и даже не подозревала о появлении чужака.

Тщательный осмотр дома убедил криминалистов и детективов в том, что неизвестный преступник к убитой девушке не подходил. По-видимому, он прошёл из гаража в дом, увидел Ширли, выстрелили в неё и... бежал обратно через гараж.
Картина произошедшего в точности напоминала то, что происходило в День Австралии: ночной бродяга появляется из темноты, производит единственный выстрел в лоб и убегает. Помимо схожей манеры действия обращало на себя и совпадение калибра оружия. Практически никто из правоохранителей не сомневался: "Пертский Монстр" вернулся!
На расследование его очередного преступления были брошены все силы. Дом Даудов был тщательнейшим образом исследован в результате чего были получены два важных результата. Первый: был найден отпечаток пальца, не соответствовавший ни одному человеку, бывавшему в здании. Второй результат оказался намного более важным, хотя в ту минуту этого никто ещё не знал: гильзы на месте преступления не оказалось! Это означало, что преступник её с собою унёс.

Это был интересный поворот. В распоряжении правоохранительных органов имелась гильза от патрона 22-го калибра, найденная в кустах между домами, в которых в День Австралии были убиты Джордж Уолмсли и Джон Старки. Полиция не сомневалась в том, что её унёс и затем выбросил в кусты убийца. По-видимому, у него была манера подбирать гильзы, что он и сделал в доме Даудов. Полицейские буквально на коленках исползали весь район вокруг дома №37 по Вейвелл-роад, но гильзы не отыскали. И на время про неё забыли...
Когда судебный медик извлёк из черепа Ширли МакЛеод убившую её пулю, следователей ждал новый сюрприз. Оказалось, что убийца использовал патроны, отличавшиеся от тех, какими он стрелял в День Австралии. Пуля имела медную оболочку и хотя её носик был расплющен ударом о кость, тем не менее на боковой поверхности имелся отпечаток полей нарезов ствола, позволявший идентифицировать оружие. Разумеется, в том случае, если бы его удалось отыскать.
Для расследования убийства Ширли была создана группа из 50 полицейских, в состав которой были откомандированы детективы самых разных полицейских подразделений. Они работали по 12 часов, разделившись на две смены. В течение первой недели расследования были опрошены около 8 тыс., которые потенциально могли бы сообщить важную информацию о Даудах и МакЛеод. Впоследствии было сообщено, что данное расследование явилось крупнейшим в истории правоохранительных органов Западной Австралии. Сразу скажем, что свидетелей отыскать не удалось за исключением единственного человека, проживавшего через один дом от места убийства, заявившего, будто в ночь на 10 августа он слышал некий звук, похожий на звук выстрела. Полиция не очень-то поверила этому свидетелю, поскольку в ночь убийства был сильный ливень с грозою и мужчина мог банально ослышаться. Кроме того, патрон 22-го калибра является боеприпасом низкой баллистики и в принципе малошумен, а потому сложно было представить, чтобы выстрел внутри дома с закрытыми окнами и дверями можно было расслышать на удалении 100 м. в другом доме с закрытыми окнами и дверями.
Утром 16 августа на большом совещании с участием руководства правоохранительных органов штата Западная Австралия было принято решение провести сплошное дактилоскопирование жителей Коттесло и Недлендса. Отпечатки пальцев должны были сдать все лица мужского пола в возрасте от 14 до 60 лет. Целью этого мероприятия являлось обнаружение человека, оставившего неопознанный отпечаток пальца в доме Даудов. Руководители следствия считали, что отпечаток мог принадлежать убийце, который с высокой вероятностью проживал в Недлендсе или Коттесло. Данное мероприятие представлялось кратчайшим путём выявления преступника, хотя, разумеется, оно базировалось на нескольких принципиальных допущениях и успеха не гарантировало. Например, могло оказаться, что необходимого совпадения отыскать не удастся. Или же, что совпадение будет найдено, но в результате проверки выяснится, что человек, оставивший отпечаток, побывал в доме совешенно случайно, скажем, будучи стекольщиком или же грузчиком, переносившим мебель.
Тем не менее, попытаться следовало.
Уже во второй половине дня полицейские стали совершть домовой обход, в ходе которого дактилоскопировали всех подходящих лиц мужского пола. В случае отсутствия их по месту проживания, членам семьи вручалась повестка, в которой мужчина обязывался явиться в полицейский участок в течение недели.
В тот же самый день 16 августа произошло другое важное событие, повернувшее расследование в новое русло и в конечном итоге предопределившее его исход. Супруги Кинеры (Keehner), пожилая пара, имевшая привычку гулять по вечерам, обнаружила во время прогулки винтовку 22-го калибра. Винтовка марки "винчестер" лежала в кустах на на малолюдной и тихой улице Руквуд (Rookwood str.) в районе Маунт-лоли к северу от Перта в том её месте, где проезжая часть резко понижалась в направлении реки Свэн (деталь эта важна, обратим на неё внимание!). Пенсионеры не стали забирать винтовку с собой, а оставили её в кустах и, вернувшись домой, сообщили о находке в полицию.
Приехал полицейский, усадил Уилльяма Кинера в коляску своего мотоцикла и попросил показать "те самые кусты". Найдя в них винтовку, полицейский забрал её в участок, поблагодарив 84-летнего дедушку за содействие.
На необычную находку руководство обратило самое пристальное внимание и попросило криминалистов провести баллистическую экспертизу винтовки вне очереди. Уже к полуночи был предварительный результат - найденная супругами Кинерам винтовка явилась орудием убийства Ширли МакЛеод.
Вот так поворот!

После этого открытия следовало хорошенько подумать, как поступать далее. Очень соблазнительной представляась идея вернуть оружие обратно в кусты и поглядеть на того, кто за ним явится. Задумка казалась слишком хорошей для того, чтобы оказаться успешной на практике, но почему бы не попробовать? После некоторых колебаний, связанных с обсуждением и согласованием деталей, было решено ловить убийцу с поличным, т.е. в момент его возвращения к орудию убийства.
Реализована эта задумка была следующим образом: "винчестер" спрятали на том же самом месте, где его нашли пенсионеры, и дабы преступник не убежал с винтовкой, к ней привязали на длинной леске груз 40 кг. Согласитесь, бежать по пересеченой местности с винтовкой в руках, когда за ней волочится свинцовая чушка размером с поросёнка, довольно проблематично. Для слежкой за кустами был оборудован круглосуточный пункт наблюдения, в котором дежурили 2 патрульных. Пункт находился на территории домовладения супругов Дэвис несколько в стороне от кустов. Днём полицейские должны были вести наблюдение за улицей и кустами, замаскировавшись в положении лёжа, в тёмное время суток им разрешалось вставать. Ввиду дождливого времени года, очень желательной представлялась палатка, но её невозможно было поставить незаметно со стороны улицы. Поэтому было разрешено в тёмное время суток на небольшой высоте от земли натягивать полог, который следовало убирать на восходе солнца. Одному из полицейских разрешалось в тёмное время спать, для чего имелся спальный мешок. Для поддержки пары наблюдателей в районе засады постоянно находились 3 радиофицированные автомашины с парой патурльных в каждой.
Владельцы участка - Эдди и Норин Дэвис (Eddie and Noreen Davis) - были приведены к присяге, которой обязались хранить тайну о проводимой с их участием полицейской операции. Полицейские входили в их дом, соблюдая требования конспирации, т.е. по-одному и будучи одетыми в штатское, но перед тем, как занять позицию в саду, облачались в форму. Это было обязательное условие проведения операции, призванное осложнить в суде защиту задержанного, если бы только тот попытался оказать сопротивление.
Итак, с 17 августа на улице Руквуд начала действовать полицейская засада, но одновременно с этим проводилась и иная оперативно-следственная проверка, обусловленная обнаружением спрятанного ружья.
Владельцем оружия оказался некий Гэррик Агнью (Garrick Agnew), довольно известный предприниматель, руководитель крупной компании, занимавшейся торговлей автомобильным запчастями. Это был весьма импозантный мужчина, сильный, крупный, в прошлом - член олимпийской сборной Австралии по плаванью. Гэррик заявил об исчезновении принадлежавшего ему ружья "винчестер" 22-го калибра 13 августа 1963 г., т.е. за 3 суток до его обнаружения и спустя 3 дня после того, как выстрелом из этого ружья была убита Ширли МакЛеод.
Когда полиция стала работать с заявлением Агнью, начались пречудесные открытия. Или совпадения, если угодно! Согласно версии Гэррика, он улетел из Австралии 29 июля, а возвратился 10 августа, через днеь обнаружил исчезновение ружья и отправился в полицию. Т.е. получалось, что на время убийства Ширли МакЛеод заявитель имел alibi, причём шикарное, железобетонное - он был за пределами страны!
Всё было вроде бы хорошо, но... Детективы не без удивления выяснили, что Гэррик Агнью был хорошим другом четы Дауд! Тех самых Карла и Венди, в доме которых погибла Ширли! Неожиданный поворот, правда? Гэррик был женат, но славен своими походами "налево". Быть может, его дружба с четой Дауд являлась лишь маскировкой интимной связи с Венди? Ведь именно Венди перед самым отъездом вечером 9 августа прошла из гаража в дом и оставила незапертой дверь. Нет ли во всех этих совпадениях сговора? Полицейские, сложив два и два, заподозрили, что убийство Ширли МакЛеод могло быть лишь имитацией нападения "Пертского Монстра", повторявшее его действия в День Австралии.
Могло ли быть так, что хищение ружья из дома Агнью устроил сам же Агнью, причём проделал это способом, исключающим его формальное обвинение (он находился за границей!).
Агнью проживал в доме №17 по Пирс-стрит в Коттесло на удалении менее 2 км. от мест нападений "Пертского Монстра" на Ника Огаста и Ровену Ривз, а также Брайана Вейра в День Австралии. По словам Гэррика ружьё он хранил в шкафу в прихожей, в которую можно было попасть через ближайшую к воротам дверь.

Подобная небрежность сразу вызывала подозрение в своей умышленности.
Чем больше детективы разбирались с этой историей, тем больше их настораживали разного рода совпадения. Версия о причастности Агнью к убийству Ширли МакЛеод всё более крепла. Понятно, что лично Гэррик никого пальцем не тронул, но он мог всё спланировать и опосредованно предоставить наёмному убийце оружие, просто сообщив где тот может без особых хлопот достать винтовку. Следствие допускало, что Агнью мог преследовать разные цели. В том случае, если он действовал вместе с Венди Дауд, конечной мишенью должен был стать её муж, которого предполагалось в последующем каким-то образом скомпрометировать в глазах полиции. Если же никакого сговора между любовниками не существовало, то мишенью могла стать именно Венди и убийца банально ошибся, убив одну молодую женщину вместо другой.
В последней декаде августа Карл и Венди Дауды вновь были вызваны на продолжительные допросы, во время которых выяснялись всевозможные аспекты их семейной жизни. Супруги не могли понять, в чём именно и почему их подозревают, но догадались, что следствие заложило необъяснимый зигзаг.