Дубина

На самом деле меня больше нет, так что и этих записей, вообще-то, нет тоже. Но где бы меня ни было, тут есть пара листов бумаги и огарок свечи.
Я не хотела управлять рукой, нет, правда, была не готова. Мне сколько там, 19, и я хочу слушать а не приказывать. Кажется, я больше вам ворчливая сестра, чем командир. Была.

Кроткая, это тебе, объясни остальным. Только как-то попроще, без соплей, которые я тут развела. Хотя ты и не прочитаешь. Потому что ты не только брат, но и сестра.

Вот что я узнала:

Все братья - братья. Тот кто предает - не брат, а брат не предает.
Если много думать - болит голова и портится желудок, а уж длинные разговоры портят досуг и приводят к сверблению в копчике.
Везде есть хорошие люди, есть плохие. Даже среди магов есть люди, а есть звери. Но без смысла мы все просто банда дураков с железками.
Черный отряд - наш смысл. Не весь, но стержень. Мы люди, но мы братья.

Помнишь, когда пропали в ночи Ливер и Гобыль, я зажгла свечу. У нас была традиция такая, бабушка моя в деревне всегда когда кто-то надолго уезжал, ночами свечу в окне оставляла, мол этот свет к дому приведет. И чего я вспомнила эти глупости, зажгла и сама сразу посмеялась, задуть хотела. А ты словно тогда поверила, и задуть не дала. Свечка коптила, капала на пальцы воском. Свечка мешала иногда, отсвечивала не в нужный момент. Но горела. И Гобыль вернулся. А Ливер умер, но ведь и он вернулся, живой.

Вера в Черный отряд, как я ее чувствую и хочу рассказать, она как свечка в ветреный день, дрожит на ветру, порой и вовсе слепит, мешает. Но без нее я никогда не вернусь, и никто не вернется. А пока она горит мы всегда возвращаемся.
Чернильными буквами на старой бумаге, золотыми буквами на белом.
Не задувай ее.