Возрождение культуры семьи и общины в контексте СО — 1.4

Авторы: Ольга Кухтенкова, Наталья Геда

1.4. Большая черепаха или Ценности как базис и стержень семейной культуры.

Ценностями являются вещи, явления, установки, цели, принципы, которые соединяют человека со смыслом его жизни. В конечном итоге, мы избираем в качестве ценностей то, что делает нас людьми и объединяет с другими, мы ценим то, что сближает нас с нашими идеалами. «Ценности выражают определенные типы отношений между людьми, и именно таких отношений, которые не разъединяют, не отчуждают человека от других людей, от природы и от самого себя, а напротив, объединяют людей в общности, такие, как семья, народность, нация, общество в целом, включая, как говорил П. Флоренский, в это единство человечности весь мир». [8]

Макс Шелер, мыслитель рубежа XIX и XX вв., выделял ценности 4-х уровней, определяя меру культурности и духовности человека по тому, какой уровень для него приоритетнее:

1) Гедонистические ценности полезности: удовольствие и страдание, воспринимаемые как нечто самостоятельное, как цель и антицель сами по себе.

2) Витальные ценности, связанные с целостностью нашего бытия: здоровье, благополучие, успех, достаток или богатство, наличие семьи.

3) Духовные ценности этики, права, эстетики, чистого познания – благо, истина и красота как высшие ценности.

4) Ценности святынь, священного и святости.

Гармоничное существование человека предполагает наличие ценностей всех этих уровней, находящихся при этом в строгой иерархии. Высшее может потребовать пренебречь низшим, но не во всех случаях. Ценности более высокого порядка вбирают в себя ценности более низкого и часто поддерживаются ими, например, здоровый образ жизни приносит удовольствие и радость. Служение священному или следование духовным ценностям приносит чувство счастья. Однако, в тех случаях, когда возникает противоречие, культурный человек отодвигает более низкие ценности ради более высоких. В некоторых случаях конфликт ценностей может быть ложным. Как правило это жизненные ситуации, в которых приносимая жертва на самом деле не нужна или противоречит той ценности, ради которой приносится. [9]Проще говоря, цель не оправдывает средства. В конечном итоге, вам предстоит определять свою систему ценностей и принимать решения в соответствии с ней.

Российские культурологи (Селиванов В.В., Большаков В.П., Иконникова С.Н. и др. [10]) определяют уровни культуры иначе:

1) Витальный уровень. Витальные ценности включают то, что обеспечивает само существование человека. Витальные потребности являются базовыми для любого человека, проистекают из самого желания жить. Человек, для которого витальные ценности становятся основными, стремится к сытости, плотскому наслаждению жизнью, а следовательно – к обогащению как средству достижения избранных целей. «Здесь мы можем встретить жестокость и цинизм, бездушие и беззастенчивый прагматизм, крайние формы эгоизма и все виды преступности, пренебрежение ко всем формам духовной жизни и надругательство над духовными ценностями общества. Вот мир, который в конечном счете создает для себя человек, вставший на путь оголтелого накопительства и соответственно этому остановившийся на первой ступени культурного развития, лишь одним отличаясь от животного – соревновательным превосходством в силе и наглости». [11]

2) Уровень специализированной культуры или уровень самореализации. Ценность специальности или самореализации представляет собой стремление к самораскрытию, возвышающее человека от базовых биологических потребностей к сферам науки, искусства, спорта. Это уровень творчества и достижений как таковых. Однако самореализация как высшая ценность может приводить к жестокости и безразличию, творчество может становиться бесплодным или даже разрушительным, если оно никак не связано с благом окружающих людей. Интересы и работа могут цениться выше людей, человек может жертвовать ради них не только своими витальными потребностями, своей жизнью, но и жизнями близких.

3) Уровень полноценной культуры учёные громко именуют уровнем духовной элиты. «Элитарная культура складывается из непрерывного творчества человека во всех сферах его бытия, однако его взгляд на мир тонко подмечает особенности той человеческой среды, с которой он себя идентифицирует, в которую он погружен. В этом случае он освобождается от груза эгоистического неприятия окружающих людей, определенного отчуждения от их судеб, но в своем отношении к людям он проявляет знание жизни и осознанность, осмысленность любого поступка, продуманность и одновременно – необходимость помощи и поддержки, оказываемой в той или иной форме. Элитарная культура предполагает наличие взаимосвязи, гармонии внутреннего и внешнего мира человека, уравновешенность сил и взвешенность отношений. Это своеобразный предел духовной зрелости, который не закрывает путь дальнейшего развития, а наоборот, открывает на этом уровне бесконечный простор жизни и творчеству». [12]

Третий уровень характеризуется устремлённостью к другому человеку. Потребность этого уровня – потребность в жизни другого человека, увлеченность жизнью другого, направленность на человека как такового в любой деятельности. «Собственно культурой, на высшем ее уровне, физическая и умственная культура становятся только, если они обретают ориентированность на другого человека, нравственный и эстетический смысл. Так, тело должно быть здоровым и красивым (в том числе и в свободе движений), чтобы твое нездоровье и уродство не отягощали жизнь других, не оскорбляли их взгляд и вкус. Важно, чтобы твоя телесность была радостной и для тебя, и для окружающих. Культура мысли на этом уровне предполагает способность человека к ее вольному полету с такими характерными для него особенностями, как целостность охвата действительности, широта кругозора, благородное умение мыслить так и выражать мысль (соответственно ее предмету, задаче, условиям) таким образом, чтобы она была доступна другим людям, волновала их, как интересная и нужная им.

Вообще, в культуре очень существенно умение выразить себя: в словах, позах, жестах, взглядах, поступках, отношениях, – в том, что называют поведением. Еще раз напомню, что культура – это во многом и есть формы, разнообразные (знаковые и значимые) формы выражения, в которых могут существовать духовные ценности. Но формы, создаваемые в жизни людей, становящиеся устойчивыми (традиционными) могут по-разному наполняться содержанием. А могут оставаться и почти пустыми, культурнобессодержательными, формализуясь до предела.

Для низшего уровня культуры свойственна как раз бедность форм выражения себя: плохое владение ими, их искажение. В то время как есть развитый выразительный литературный язык, у многих людей в ходу неряшливая, грубая, бранная (порой без всякой нужды, по привычке и только), путанная речь, с неправильным употреблением слов, выражений, ударений.

Существует множество этикетных традиций и правил. Но в массе люди до сих пор не умеют культурно есть, красиво и свободно сидеть, стоять, двигаться, носить одежду. Все это огрубляет, обедняет обстановку общения людей между собой. Во всем этом проявлен уровень культуры, граничащий с бескультурьем.

Однако, можно уметь говорить правильно, вести себя согласно этикету и не находиться на высоком уровне культуры, усвоив лишь внешность культурных форм и прагматически используя их, поскольку это выгодно. Высокая культура проявляется тогда, когда, во-первых, формы эти внутренне органичны для человека, стали вполне его формами поведения: он просто не может вести себя иначе. А во-вторых, когда они помогают ему в любой обстановке оставаться воистину человеком, – содержательно, в отношениях с другими людьми, у которых в ходу могут быть иные культурные формы, иные формы выражения себя». [13]

Третий уровень характеризуется устремлённостью к другому человеку. Потребность этого уровня – потребность в жизни другого человека, увлеченность жизнью другого, направленность на человека как такового в любой деятельности. «Собственно культурой, на высшем ее уровне, физическая и умственная культура становятся только, если они обретают ориентированность на другого человека, нравственный и эстетический смысл. Так, тело должно быть здоровым и красивым (в том числе и в свободе движений), чтобы твое нездоровье и уродство не отягощали жизнь других, не оскорбляли их взгляд и вкус. Важно, чтобы твоя телесность была радостной и для тебя, и для окружающих. Культура мысли на этом уровне предполагает способность человека к ее вольному полету с такими характерными для него особенностями, как целостность охвата действительности, широта кругозора, благородное умение мыслить так и выражать мысль (соответственно ее предмету, задаче, условиям) таким образом, чтобы она была доступна другим людям, волновала их, как интересная и нужная им.

Вообще, в культуре очень существенно умение выразить себя: в словах, позах, жестах, взглядах, поступках, отношениях, – в том, что называют поведением. Еще раз напомню, что культура – это во многом и есть формы, разнообразные (знаковые и значимые) формы выражения, в которых могут существовать духовные ценности. Но формы, создаваемые в жизни людей, становящиеся устойчивыми (традиционными) могут по-разному наполняться содержанием. А могут оставаться и почти пустыми, культурнобессодержательными, формализуясь до предела.

Для низшего уровня культуры свойственна как раз бедность форм выражения себя: плохое владение ими, их искажение. В то время как есть развитый выразительный литературный язык, у многих людей в ходу неряшливая, грубая, бранная (порой без всякой нужды, по привычке и только), путанная речь, с неправильным употреблением слов, выражений, ударений.

Существует множество этикетных традиций и правил. Но в массе люди до сих пор не умеют культурно есть, красиво и свободно сидеть, стоять, двигаться, носить одежду. Все это огрубляет, обедняет обстановку общения людей между собой. Во всем этом проявлен уровень культуры, граничащий с бескультурьем.

Однако, можно уметь говорить правильно, вести себя согласно этикету и не находиться на высоком уровне культуры, усвоив лишь внешность культурных форм и прагматически используя их, поскольку это выгодно. Высокая культура проявляется тогда, когда, во-первых, формы эти внутренне органичны для человека, стали вполне его формами поведения: он просто не может вести себя иначе. А во-вторых, когда они помогают ему в любой обстановке оставаться воистину человеком, – содержательно, в отношениях с другими людьми, у которых в ходу могут быть иные культурные формы, иные формы выражения себя». [14]Наконец и сами духовные ценности понимаются по-разному людьми, находящимися на разных уровнях культуры. «И уж если речь зашла о свободе, то ведь и она бывает по-разному реализованной, применительно к культуре. Опять-таки, низший уровень обнаруживается, если ценна свобода такая и постольку, какая и поскольку удобна, выгодна. В рамках существующих в обществе норм (если эти нормы не стали внутренне органичными для человека) – свободы или нет, или она существенно ограничена, для пользы дела.

На втором уровне культуры свобода (воля!) – самоценна. И на нем появляется искушение осуществлять свободу любой ценой. В том числе и в любви. И это порой страшно. И только на третьем уровне культуры свобода проявляется как ничем не связанное выражение человечности человека. Это – его возможность и способность, желание и умение реализовать себя (жить!) естественно по-человечески в отношении к миру, к другим людям. И совсем не обязательно при этом противопоставление себя существующим традициям, нормам. В той мере, в какой существующие традиции и нормы способствуют бытию и развитию культуры, они могут быть своими для культурного человека, не мешая его свободе, а помогая ей оформляться». [15]

Культура – прожитая, прочувствованная, воспринятая как натура - делает человека свободным. Зная этикет и умея общаться, он способен выражать себя соответственно обстановке и выбирать подходящие формы обращения к людям. Культура сообщает человеку чувство собственного достоинства, поэтому он не боится делать выбор и следовать своим решениям. Прививая детям культуру, родители должны учить их не зависеть от чужих мнений, а разумно сообразовывать своё поведение с окружающей обстановкой. Это значит уважать других, вести себя благоразумно, но не изменять себе.

Здесь мы снова возвращаемся к главному – человеческим отношениям. Если родители хотят воспитать в ребенке достойного человека, они должны свои главные усилия прилагать не к набору знаний и не к поступлению в вуз на престижную профессию (хотя и это может быть важно), а к воспитанию способности любить и жить вместе с другими людьми. В общем-то, с точки зрения антропологии все утверждения о том, что специализированная школа (или интернат), государство и общество воспитывают граждан лучше семьи, не имеют под собой оснований. Вполне вероятно, что специалист лучше знает свой предмет, чем рядовой родитель. Но знания, которые он передает, могут оказаться бесплодны или даже вредны обществу, если получивший их был лишён семейной школы отношений.

Семья – это не только место, в котором люди ежедневно живут вместе, ежедневно учатся отношениям, это ещё и идеал нерушимости этих самых отношений. Каким бы романтизмом ни называл современный человек супружескую верность до гроба, каждый из нас понимает, что создающий семью человек всегда надеется на нерушимость уз, хоть эта надежда и не всегда оправдывается. Каждый рождающийся ребенок уверен (что бы ни говорили об этом иные психологи) в том, что отношения его родных – несломимая крепость, поскольку любовь и верность – это единственное, на что можно полагаться в этом мире.

Любовь – то, что наполняет и является смыслом существования семьи. Это не та любовь, которая волнует чувства молодых людей (хотя и она тоже) и не та любовь, которой – при помощи биолого-психологических механизмов – наполняется сердце родителей новорождённого. Как ни прекрасны эти чувства, они подвержены изменениями и угасанию. Семья является оплотом самой удивительной и настоящей любви – когда люди принимают на себя ответственность за другого человека на всю жизнь, до тех пор, пока это вообще возможно, когда они посвящают себя заботе о другом, вплоть до самопожертвования. Только такая любовь может быть двигателем истории и развития человечества, и её-то оплотом и является семья. Поэтому разрушение семьи – это разрушение культуры и уничтожение человечества.

Для многих слова «долг» и «обязанность» звучат трудно и никак не вяжутся с возвышенностью любви. Однако взаимное стремление заботы всегда приносит плод в виде взаимопонимания, утешения и счастья. Человеку всё по плечу тогда, когда его родные – на его стороне, готовы всегда быть с ним, бороться за него, быть верными ему, во что бы то ни стало. Все поколения одной семьи должны объединяться во время становления её новой нуклеарной ячейки и воспитания детей. Многие семьи болеют не только разобщённостью, они забыли, что стоять друг за друга горой – это то, что может семья, даже если в ней случаются разногласия. Наши семьи разучились быть вместе – самые тяжелые, сложные и важные моменты своей жизни они проживают в совершенно чуждой обстановке, с чужими людьми, по чужим обычаям – от рождения в роддоме один на один с врачами, которых видишь первый раз, до смерти в больнице. Многие проблемы с образованием, трудоустройством, карьерой и воспитанием детей в настоящее время происходят из неумения членов расширенной семьи быть друг другу опорой. Общество дошло до того, что считает семью и детей помехой образованию и творчеству, хотя во все века семья считалась колыбелью любых достижений человека, жёны и мужья – главными помощниками, а дети – верными наследниками.

Потребительство и использование – болезни нашего времени. Это два порока, замещающие в обществе место любви как культурного явления. Использование и готовность быть использованным стала нормой отношения к человеку, что особенно проявляется в двух сферах – деловой и сексуальной. В книге «Любовь и ответственность» Кароль Войтыла (будущий Папа Иоанн Павел II) весьма точно описывал психологию стыда: стыд – это страх использования и последующего отвержения. Каждый человек ощущает себя достойным любви, поэтому стыд, как страх поругания любви, является таким сильным чувством. Бесстыдство подростков и молодых людей, которое ужасает многих представителей старшего поколения, связано с отсутствием у них представления о достоинстве любимого человека, и с тем, что они считают нормальным всеми своими действиями предлагать самих себя для использования другими. [16]

Основой внутреннего достоинства и непоколебимости убеждений в человеке, прежде всего, является опыт «долюбленности», как это называют некоторые современные психологи и родители. Кроме того, достоинство укрепляется в чувстве крепости и верности отношений в собственной семье, твёрдости родительских убеждений, богатой культурной среде, глубоко пережитых представлениях о целях человеческого существования. В разном возрасте человек может акцентировать своё внимание на разных ценностях, но не потеряться в жизни ему поможет лишь опыт проживания высших человеческих ценностей, данный ему в семье.

Надо сказать, что семья сама по себе является величайшей культурной ценностью, так как она соприкасается с ценностями всех уровней (в христианской культуре включает и уровень святынь, так как семья имеет статус домашней церкви). Ещё одной опорой человеческого достоинства (осознание которого лучше всего защитит ребенка от того, чтобы «вляпываться» в дурные истории и компании) является представление о святости жизни. В сущности, человек обладает достоинством потому, что он живёт на свете, и тому, что, когда он пришёл в мир, он был принят, и сам этот факт подтверждает высочайшую ценность его существования. Представление о нормальности абортов и химической контрацепции в семье равносильно приговору: «Ты родился лишь потому, что тебе повезло. Другим твоим братьям и сёстрам не повезло. Потому что жизнь как таковая не настолько свята, чтобы сохранять её в той семье, в которую она решила прийти». Несладко бывает людям узнать, что они родились в браке после череды абортов, и постоянно возвращаться к мысли, что их рождение – случайность, «милость», а не таинство.

Семья должна стоять на страже ценности самой жизни, так как великое таинство рождения человека совершается в семье. Важно, что для сохранения себя и продолжения себя в новых поколениях семья не может выступать против жизни. В культуре семьи нет места абортам, химической и хирургической контрацепции (особенно учитывая, что первая на 99% фактически представляет собой аборт и наносит серьезный вред женскому здоровью), эвтаназии. [17] Нет нужды спорить о душе или о том, с какого момента человек становится человеком. Всем известно, что все признаки человеческого и вся информация о зачатом человеке присутствует с первых секунд зачатия. Тот, кто рождается человеком, не может быть чем-то другим до того, как произошли роды. [18] Культура семьи – это культура добрачного целомудрия, ведь слово «целомудрие» тоже, по сути, означает целостность личности. [19] Личность не «раздает» себя направо и налево, а отдаёт раз и навсегда, только в рамках устойчивых отношений, готовых с созданию общности из двух людей и их возможных потомков. [20] Личность не допускает использования себя и использования другого в потребительском смысле. Целомудрие означает внутреннюю собранность человека, которая включает в себя сдержанность в проявлении всех страстей, а более всего – искренность и верность в отношениях, будь то дружба, брак или монашество. [21]

Итак, подведём небольшой итог. Базисом культуры семьи является система ценностей, которую члены семьи принимают и в соответствии с которой хотят строить свою жизнь.

Основными формами семейной культуры являются искусство, миф и ритуал, понимаемые максимально широко и философски:

- как совершенствование в умениях, гармоничная среда существования,

- миропонимание,

- правильное действие (поведение).

Для того, чтобы начать осмысленно формировать культуру своей семьи, можно отталкиваться от одного из определений культуры, представляя её

- как способ двигаться к цели существования,

- как воплощение системы ценностей,

- как символическое пространство,

- как осмысленную и целенаправленную деятельность.

Основная цель и ценность культуры семьи, как мы сами полагаем, заключается в созидании самой человечности. Именно семья отвечает за то, являются ли её члены достойными (истинными) людьми.

***

Книги, упомянутые в сносках, можно найти в интернете.

8. См. Большаков В.П. Культура как форма человечности. Учебное пособие. - Великий Новгород: НовГУ имени Ярослава Мудрого, 2000. – С. 20.

9. Поскольку примеры таких ситуации нужны развёрнутые, мы выносим их в сноски. Среди нас есть люди, которые посвящают свою жизнь служению всему обществу, спасению людей, науке, религии или искусству. Такое призвание легко может вступить в противоречие с семейными обязанностями. Люди с таким призванием, если они хотят создать семью и боятся одиночества, должны целенаправленно искать себе понимающего спутника, постараться обеспечить всё необходимое для семьи в условиях своего длительного отсутствия, не пренебрегать близкими в трудных ситуациях. Существует не так уж много случаев, в которых, например, ради научного эксперимента или экспедиции необходимо оставить умирающего родителя или лишить супруга-инвалида необходимого ухода. Большинство религий почитают заботу о родных, рождение детей, попечение о родителях священным долгом. В религиозной практике существует и предписание оставить родных ради исполнения религиозной миссии, но оно не абсолютно. По крайней мере, если бросать близких в тяжёлых обстоятельствах без помощи ради религиозного подвига не считается априори правильным с точки зрения религиозной этики.

10. Теория культуры. Под редакцией С. Н. Иконниковой, В. П. Большакова. Учебное пособие. – СПб.: Питер, 2008.

11. Там же.

12. Там же.

13. См. Большаков В.П. Культура как форма человечности. Учебное пособие. - Великий Новгород: НовГУ имени Ярослава Мудрого, 2000. – С. 16.

14. Там же.

15. См. Большаков В.П. Культура как форма человечности. Учебное пособие. - Великий Новгород: НовГУ имени Ярослава Мудрого, 2000. – С. 16.

16. Кароль Войтыла. Любовь и ответственность. – М.: Кругъ, 1993.

17. Понятно, что есть различные веские причины задерживать рождение детей. Но для этого есть неабортивные способы, такие как естественное планирование семьи, основанное просто на знании работы женского организма.

18. Весьма значимый правовой инцидент произошёл в Америке в 2013 г. Врач абортивной клиники в Филадельфии был осужден за убийство, поскольку аборты совершались не обычным образом, внутриутробно, а так: вызывались преждевременные роды, после чего родившегося ребенка убивали. Этот случай фактически является признанием в том, что все правовые рассуждения о том, что внутриутробно до определенного срока эмбрион не является человеком – условность и демагогия.

19. Подробнее об опасности сексуального опыта вне устойчивых отношений см. у Ньюфелда, а также в программных выступлениях и статьях Мириам Гроссман на тему так называемого «сексуального просвещения» https://www.pro-life.by/analyst/doktor-miriam-grossman-seksual-noe-p/

Новое исследование доктора П. Харден на эту тему: https://ifamnews.com/ru/poter-devstvennosti-v-bolee-vzroslom-vozraste-povsaet-verotnost-uspesnogo-mocionalnogo-i-intellektualnogo-razviti

20. Профессора Шэрон Сэсслер и Дэниэл Лихтер из Корнелльского университета совместно с доктором Фенабой Аддо из Висконсинского университета подтвердили гипотезу о том, что ранняя интимная близость вредит взаимоотношениям и, более того, способна стать причиной последующих конфликтов и разводов, так как преждевременно связывает тех, кто не подходит друг другу, задолго до того, как те могли бы узнать друг друга лучше. Sharon Sassler, Fenaba R. Addo, and Daniel T. Lichter, “The Tempo of Sexual Activity and Later Relationship Quality,” Journal of Marriage and Family 74 [August 2012]: 708-725.) - Статья доступна платно по адресу - http://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1111/j.1741-3737.2012.00996.x/abstract

21. «Секс - это мощный связующий элемент, укрепляющий межличностные связи, вызывающий чувство единения и слияния, создающий единое целое. Неважно, насколько непродолжительными или невинными были сексуальные взаимоотношения, секс формирует из участников пару. Сексуальный контакт объединяет своих участников, даже если они не готовы к этому, не хотят этого и не осознают. Исследования доказали то, в чем большинство из нас убеждается на собственном опыте: занятия любовью связывают людей, вызывая в человеческом мозге мощнейшие эмоции привязанности». «Секс не только привязывает людей друг к другу, он еще и ведет их на опасную территорию, где больно ранят чувства и разбивают сердца. Люди, связанные сексом, не смогут безболезненно расстаться. Секс сближает, и любого рода расставание неминуемо вызывает боль и психологический надрыв. Эти ощущения знакомы многим взрослым. Неоднократно пережитые расставания и чувство отверженности, если они следуют за сильной привязанностью, основанной на сексе, могут создать такую уязвимость, которую невозможно пережить. Такие испытания могут повлечь за собой психологические травмы и эмоциональное ожесточение <…> Одним из самых тяжелых последствий эмоционального ожесточения является то, что секс теряет свою связующую силу. В долгосрочной перспективе, наступает душевное онемение, и это лишает молодых людей возможности создавать отношения, в которых присутствует настоящий эмоциональный контакт и духовная близость. В конечном счете, секс становится процессом, не связанным с глубокими переживаниями. Он даже может вызывать привыкание, потому что секс сразу же подавляет жажду привязанности, не утоляя ее. Отделение секса от уязвимости может способствовать сексуальному раскрепощению, но источником этого раскрепощения станет эмоциональная бесчувственность <…> С точки зрения привязанности и уязвимости, самый безопасный секс - это не секс как средство создания отношений, но секс в контексте уже сформировавшейся, надежной, приносящей удовлетворение связи. Нам необходима уверенность в том, что наши отношения с любимыми находятся на желанном уровне. В этом случае, секс становится заключительным актом привязанности, подтверждением обладания исключительным правом, таким образом, замыкая пару. Секс может быть безопасным настолько, насколько мудры участники пары». Г. Ньюфелд, Г. Мате. Не упускайте своих детей. – М.: Ресурс, 20. – С. 221-226.