Блеск и нищета Факела / 2000
Данные воспоминания Владислава Семёнова, пресс-атташе Факела в 1999-2001 гг., были опубликованы «Новой газетой» в Воронеже в номерах 21, 23, 25, 27, 29 (24 марта-21 апреля 2006 г.)
В НОВИЧКАХ
Год 2000. Неизменная ротация состава. Ушли люди, честно выполнившие свою работу. Со многими, правда, ушла в небытие какая-то аура несгибаемой силы духа. Как, например, с Юрием Шишкиным (ныне тренером вратарей самарских «Крыльев»). Вот кого нужно было пытаться оставить в команде хотя бы на тренерской должности! Были потери серьёзные и не очень. Так, несмотря на клятвенные заявления в патриотизме, в очередной раз отправился «покорять» Москву Щёголев. Тем временем Заложных вёл тяжёлые и продолжительные бои на селекционном фронте. Помню, радовался как ребёнок, когда удалось за копейки вырвать у «Балтики» Виталия Сафронова. Говорил: «Влад, я такого игрочище привёз. Сам увидишь». Увидел. Лучшего бомбардира «Факела» да и «Труда» за всю историю выступлений в высшей лиге. Ставший любимцем болельщиков Сафронов на футбольном поле выкладывался без остатка. А на трибунах уважительно говорили: «У Виталика два сердца».
Пришли Горбачёв, Зазулин, техничный и быстрый, но не забивной Юминов, один из покорителей «Барселоны» экс-армеец Александр Гришин, с внешностью богемного художника и визуально казавшимся избыточным весом. Диагоналями метров на тридцать как рукой мячи забрасывал, меняя направления атак.
В рамке - лебединая песня Гончарова. По большому счёту, нигде впоследствии этот голкипер не заиграл. С юмором у Димы был полный порядок. Как у всех москвичей. Помню, наблюдая, как молодая официантка в гостиничном ресторане судорожно мечется между столиками, подсчитывая порции, Гончаров изрёк: «Этому дала! Этому дала! У этого стоит...»
В общем, будущее команды в высшей лиге пусть и не внушало особый оптимизм, но и опасений уж точно не вызывало. Тем не менее, рубка за каждый сантиметр поля, скорость мышления и исполнения от первой лиги отличались, как небо от земли. Много всего вместил тот памятный сезон.
Красивая, выстраданная победа в домашнем матче над ЦСКА и не менее запоминающиеся, драматичные события вокруг поля. Когда под напором разбушевавшихся армейских фанатов с Северной трибуны гроздьями посыпались сотрудники милиции, зам. начальника УВД Сергей Пашнев на практике применил в стране ещё одно воронежское ноу-хау. Первая премия в номинации «Я коней напою». Из брандспойтов пожарных машин.
В Москве на легендарной арене в Петровском парке «Факел» полностью переиграл «Динамо». На мой взгляд, лучший по качеству игры выездной матч в исполнении команды Нененко. Красивые кружевные комбинации, «спартаковские» стеночки и забегания, бенефис Игоря Захарова на правом фланге. В центре поля Сёмин играл, как Бог. Раз за разом своими умными пасами-конфетками словно ножом масло разрезал оборону бело-голубых. Эх, если бы не два шальных, абсолютно нелогичных гола Ролана Гусева, не унести динамовцам ноги! Так близка была первая в истории победа в Москве в высшей лиге! Савик Шустер на НТВ сравнил «Факел» с испанской «Валенсией». А после матча у автобуса «Факела» одна из болельщиц, представительница воронежской диаспоры в Москве, крикнула президенту клуба: «Юрий Михайлович! Поздравляю!» Батищев лишь развёл руками: «С чем? Ведь не выиграли же...» В ответ услышал: «Зато теперь Москва знает, что такое «Факел!».
Мне же игра запомнилась ещё и тем, что пришлось вести свой первый репортаж на «Радио 101»: у Александра Павловича Дробышевского на родине в Белоруссии умерла мама, и он прямо из гостиницы перед игрой уехал на похороны.
Приходилось получать и звонкие оплеухи. В Махачкале тактически подкованный и отменно готовый физически «Анжи» раскатал нас 4:0. То и дело менялись флангами Агаларов и Сирхаев, впереди блистал «Пейджер» - Ранджелович...
В Питере «Факел» вообще разорвали в клочья. Прощальный матч Панова перед отъездом в «Сент-Этьен». Помню, после провала 0:5 я иронично писал в отчёте о матче, что киевско-спартаковским сплавом (а именно так, восторженно, отзывался об игре «Факела» корреспондент журнала «СЭ-Футбол» Дмитрий Туманов) и не пахнет. Точнее, «киевской» составляющей, подразумевавшей мощную фланговую игру, мгновенный переход от обороны в атаку, прессинг и отменную физическую готовность. А все эти кружева и мелкий перепас в центре поля эстетичны, но не практичны, если попадаешь под хорошо отлаженную игровую машину. С «Зенитом» как раз и попали под такой каток. Нененко обиделся.
Тем временем стало очевидно, что команде банально не хватает «физики», а в чём-то и свежих идей.
Заложных убедил руководство клуба пригласить из Брянска Игоря Белановича (возглавляемое им «Динамо» было в тот момент одним из лидеров во второй лиге). Яркого представителя «киевской школы», концепцию которого очень ёмко обрисовал один из игроков лискинского «Локомотива»: никакой возни дыр-дыр в центре поля, «встали на рельсы» и поехали. Тренировки «Факела» стали другими - и по динамике, и по направленности. Команда стала «на ходу», говоря футбольным сленгом. То, что Беланович - бесспорно, талантливый специалист, он впоследствии успешно доказывал в брянском «Динамо», которое вывел в первую лигу. И закрепился там, имея под рукой материал уровня КФК. Похоже, именно с приходом Белановича на пост второго тренера в «Орёл» связана впечатляющая победная серия команды Шелеста на финише прошлогоднего первенства.
НАЧАЛО КОНЦА
После дозаявочной компании из команды уволили тренера-селекционера Александра Заложных. Перед изложением подробностей позволю себе небольшое лирическое отступление.
Во многих бюджетных командах, и это не секрет, в штате присутствуют так называемые «пассажиры». Родственники либо друзья по партийно-комсомольской линии нынешней номенклатурной бизнес-элиты из областной администрации, как правило, на хороших должностях и сытых окладах. А то что, «фишки» во время тренировки не могут правильно расставить на футбольном поле, это не беда. В Воронеже наличие таковых - явление строго обязательное. Один из таких «шептунов» побежал наверх жаловаться на Заложных. Мол, игроков привозит не тех, что нужно. Да ещё и деньги с них берёт за трудоустройство. Вообще-то и до «Факела», и после Петрович многим игрокам помогал как агент. Обладал редким даром предчувствия, впишется ли данный футболист в концепцию командной игры. К нему многие и сейчас продолжают обращаться за помощью. Кто-то естественно благодарил, как благодарят своего врача выздоравливающие пациенты, тут уж дело сугубо добровольное и зависит от внутреннего воспитания.
Криминала в таких «души прекрасных порывах», учитывая, что получал Заложных в «Факеле», как и весь обслуживающий персонал, жалкие гроши, не было никакого. Тем не менее, сверху последовала команда: «Убрать!». Дробышевский, который постоянно ездил с командой на выезды и незашоренным взглядом мог оценить профессионализм каждого, был в шоке: «Как можно было увольнять этого доброго увальня, славного весёлого человека? Я слишком поздно узнал, я бы пошёл к Голиусову и не допустил...» Но было поздно. Мог ли отстоять Заложных главный тренер команды? Учитывая тёплые отношения Нененко с первым лицом области - бесспорно. Своих вообще-то не сдают. Нененко сдал, а почему - стало ясно позднее.
Я курил на крыльце офиса. Петрович шёл к машине в тренировочном костюме с надписью «Факел» Воронеж» на спине. Своей неизменной, слегка вразвалочку, походкой, чуть осунувшись, держа в руках трудовую книжку. У меня, человека отнюдь не сентиментального, предательски застрял комок в горле.
Батищев, надо отдать ему должное, «шептуну» Петровича не простил. Он вообще терпеть не мог блатных, а приходилось. Значительно позже, на одной из планёрок вкрадчиво, почти ласково поинтересовался у Муштакова: «Вячеслав Михайлович, вы когда будете в областной администрации в приёмной у такого-то?». А затем, перейдя на рёв, добавил: «Вот возьмите с собой за руку товарища С., отведите его в приёмную, и оставьте его там на…!».
В августе 2000 многие впали в эйфорию. В Воронеже был повержен «Спартак». Даже корреспондент «Спорт-Экспресса» Анфиногентов, ошалев от увиденной игры, обрамлявших её шоу парашютистов, байкеров и фейерверка, всеобщего ликования и народного гуляния на улицах города, на первой полосе газеты выдал «шапку»: «Как на Елисейских полях!» Гол забил Юрий Шуканов - последний, кого успел привезти в «Факел» Заложных. На пресс-конференции после матча Нененко озвучил мысль о двух сбывшихся мечтах: вывести «Факел» в высшую лигу и обыграть «Спартак». Мечты оказались слишком приземленными. Ведь ещё классики говорили: «Проси невозможного - получишь многое». Тем не менее, Остапа понесло… Валерий Георгиевич оторвался от земли.
Как человек ярко окрашенный, он, конечно, по-своему привлекателен. Вот только любит вокруг себя рабов. Тех, кто, обняв планшет, десять раз уточнит распорядок дня, услужливо заглядывая в глаза великому «коучу». Тех, кто сойдётся чуть ли не в рукопашную с нападающим Сергеем Булатовым в холле базы команды во время просмотра игроками матча еврокубков. «Георгич сказал: в 23:00 отбой!». Из-за пятнадцати минут было устроено шоу с отбиранием пульта от телевизора… Тот, кто отстаивает своё мнение, не только нежелателен, но и крайне опасен. С метафорой «двум медведям в одной берлоге делать нечего» из команды убрали Белановича. Оказывается, в тот момент, когда Заложных настоял на приглашении Белановича, Валерия Георгиевича озарила мыслишка, что его банально подсиживают. Всем спасибо, все свободны, хей, хей! Причём всё скрывалось за сакраментальной формулировкой «по семейным обстоятельствам». Зачем обывателям знать, что и в нашей семье происходят эти мещанские катаклизмы?
Ещё одно, сугубо воронежское изобретение, к которому Нененко вместе с финансовым гением Чуйко и Батищевым приложил руку. Экономия фонда заработной платы. Сытые премиальные себе и игрокам. Все остальные - мусор. Наверное, руководствовались фразой Олеси Судзиловской из фильма «Мусорщик»: «Самое главное и правильное, быть счастливым самому. Здесь и сейчас, а всё остальное - не важно!» Интересно, когда выписывали себе премиальные за победу над «Спартаком», не дрогнула ли рука вождей в ведомости напротив фамилии Владимира Черных? Данилыч, или, как звали его болельщики, «Борода», водитель командного автобуса. Четверть века вкалывающий для «Факела», днём и ночью кого-нибудь отвозил, встречал, провожал, лёжа на земле, ремонтировал автобус…
Пока едины, мы непобедимы? Если игроки, видя, как работает массажист команды, и, зная, сколько он за это получает, скидываются и покупают человеку скромный автомобиль российского производства, нормальным руководителям должно быть унизительно стыдно.
В августе умер бывший администратор «Факела» Андрей Ликонцев. Я просил перед матчем объявить минуту молчания. Нененко сослался на плохую примету: мол, объявляли минуту молчания о погибших моряках подводной лодки «Курск» и не выиграли. Потом что-то мямлил на пресс-конференции, что команда посвящает победу памяти Андрея. Да только кто об этом слышал, и кто об этом написал?
ПОСПЕШИТЕ ВОСХИТИТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ, ИБО УПУСТИТЕ РАДОСТЬ
Андрей Ликонцев. Славный, доброй души человек. Боец невидимого фронта. Один из винтиков махины под названием футбольный клуб. Где, как на производстве, каждая деталь должна быть идеально подогнана, иначе - ступор. Работал на износ 24 часа в сутки. Сборы, визы, загранпаспорта, закупка формы для команды, гостиницы и чартеры для выезда команды. Встречал, размещал, провожал судей. Нянчился с игроками. Кому билеты домой, кому права и документы на машину, кому квартиру снять. При этом успевал активно обеспечивать тренировочный процесс - так сказать, мячи, фишки и манишки. Зимой, возле дома, Ликонцева сильно избили и ограбили. Казенные деньги, находившиеся при нём, впоследствии удалось вернуть. Помню, вместе с его женой Ириной каждый день ездили в областную больницу проведывать Андрея. После выписки из больницы Андрея уволили из «Факела». Для него, вкладывавшего в работу всю душу, это был сильный удар. Говорят, все болезни от нервов. Андрей сгорел очень быстро. Летом лёг в больницу «Электроника». Врачи разрезали и зашили. Что-либо делать было уже бесполезно. Страшный диагноз - рак. Об этом знали только жена и близкие друзья. Андрей тогда ещё ни о чём не догадывался. На его день рождения мы приехали поздравить Ликонцева в больницу. Я и моя жена Наталья, Коля Бичёв, Олег Рябченко, Сергей Булатов, ещё кто-то из клуба. Я позвонил на «Русское радио» Михаилу Сергееву, попросил поздравить в эфире тяжело больного друга. Видно, что-то не так было в моём голосе, коль Мишель спросил: «Речь идёт о жизни и смерти?» Поставил грустную, пронзительную песню (у Андрея в палате был маленький приёмник). Мы стояли на больничном балконе, слушали. Курили и смотрели на сумасшедшее, серое небо Бога, который придумал жизнь и смерть, чтоб развлекаться там, на небесах.
Потом я часто вспоминал стихи театра-студии КВН из Днепропетровска:
Человек, он на «зоне»,
Ну а Бог, он на «вышке»,
А мы, типа, за счастьем
В никуда, а спешим.
Постепенно из «Факела» стали уходить хорошие люди. Валерий Кустов и Олег Рябченко, начальник рекламного отдела. Именно они первыми заполнили периметр вокруг поля рекламными щитами. Сталкиваясь на первых порах с насмешками и непониманием (наследство эпохи Дондера), тем не менее, зарабатывая для клуба деньги на рекламе. Потом ушёл бухгалтер Николай Бичёв, до этого массажиста Юрия Панкова сменил очередной «пассажир».
Кислорода в клубе становилось всё меньше, как на подводной лодке «Курск».
Все эти людские потери аукнулись на следующий год. А тогда у вождей была эйфория. Не обошлось и без везения.
Чудил в Элисте Илюмжинов и «Уралан», не переживший нашествия Буняка и Ко «отвалился» задолго до финиша. Лишь Борман и его нижегородский «Локомотив», используя все возможные средства, пытался спихнуть в пропасть первого дивизиона «Факел» или «Крылья Советов».
Когда летели в Нижний, самолёт уже практически коснулся аэродромной полосы, но вдруг, убрав шасси, вместо посадки набрал высоту и ещё добрых полчаса кружил над Волгой. Оказывается, на взлётной полосе появился посторонний человек, и в салоне шутили, что это агент Бормана проводит психологическую атаку перед игрой. На обратном пути стало не до смеха.
Ан-24 попал в грозовую полосу, и его трясло так, что многие мысленно попрощались с жизнью. Юрий Шуканов был бледный, как полотно (он вообще тяжело переносил полёты). И дело не в аэрофобии, просто кто-то из родственников погиб в авиационной катастрофе. Потом у Шуканова долго держалась температура, а врачи лишь разводили руками: «Нервный стресс».
В Москве, в гостинице «Измайлово», пересеклись с самарскими «Крыльями». «Факел» к тому моменту прописку в элите впервые в истории сохранил. Питомцы Тарханова нервничали, чувствуя за спиной горячее дыхание Бормана.
В номер к врачу «Факела» Владимиру Васильеву зашёл в гости доктор «Крыльев» Юрий Михайлович Кутузов. Встреча двух аксакалов спортивной медицины. По стажу работы в футбольных командах рядом с ними никто и близко не стоял. Глядя на меня, Кутузов спросил: «Ты вот молодой, всё бегаешь, всем помогаешь. Сколько тебе платят?» Я ответил: «Две тысячи». Кутузов пожал плечами: «В принципе нормально. У меня три тысячи». Краткая ремарка от Васильева: «Так у Влада зарплата в рублях». Немая сцена…
Владимир Васильевич Васильев. Или просто Василич, как ласково называли его игроки. Человек огромной внутренней культуры и редкой порядочности (наверное, от того, что по рождению не местный). Двадцать с лишним лет в «Факеле». Специалист высочайшего класса, пользовался безграничным доверием игроков. Всегда ставил здоровье футболистов выше командного результата, да и собственного здоровья тоже. Любой восстановительный препарат сначала вкалывал себе, смотрел на симптомы и последствия. И только после этого назначал футболистам. Посему вопросы: «Василич, а для чего то и это?», - практически никто не задавал. В его гостиничный номер с трудом втискивались огромные баулы с медикаментами, витаминами, да и банальными бутербродами, печеньем, шоколадом и сгущёнкой, которыми Василич подкармливал всех желающих в дальней дороге. Даже ночью никогда не закрывал комнату на ключ. 24 часа в сутки к нему тянулась паства. Травмированные - на процедуры, прочие просто пообщаться, попить чайку и излить душу. Тренер-врач был прекрасным психологом и своеобразным буфером между главным тренером и игроками, которые прекрасно знали, что ничего из высказанных упрёков и обид не уйдёт за стены этого гостиничного номера.
Ну, а главное, Василич - интеллигент до мозга и костей - мог поддержать беседу на любую тему, являл собой кладезь футбольных баек и занятных историей, наконец, здорово играл в шахматы. Потому с ним было интересно, легко и светло на душе всем. После того, как убрали Заложных, общение с Василичем лично для меня было единственной отдушиной. Чувство самоуважения, присущее профессионалу, не позволяло ему быть рабом. Своё мнение высказывал прямо и жестко. В частности, требовал достойной оплаты труда не только себе, но и массажистам команды, администратору и прочим. Этим ужасно раздражал руководство клуба и главного тренера. И ещё требовал элементарных условий для работы, хотя бы просторного гостиничного номера, в который, кроме холодильника, кровати и огромных сумок, смогли бы втиснуться пара-тройка человек. Руководство, размещая свои богемные задницы в номерах «люкс», сими банальными мыслями голову себе забивать не удосуживалось.
В конце сезона Василич написал заявление об уходе. Это был ещё один тяжелейший удар, невосполнимая потеря.
Позже он вместе с Заложных работал в «Уралане» у тренера Павлова, затем в Новороссийске, в прошлом сезоне консультировал «Луч-Энергию». В Воронеже не то что бы не востребован. Просто за прошедшие годы ничто в воронежском околофутбольном мирке не изменилось. Не изменился и Нененко. Вообще классики писали, что человек с годами не меняется, а просто пытается убежать от своей судьбы.
Перед глазами образ Паниковского из бессмертного «Золотого телёнка». «Это мне, это опять мне, это Остапу Ибрагимовичу, снова мне, мне… А кто такой Козлевич?! Не знаю я никакого Козлевича!» Раздербанив «бабки» по себе, всё та же песня о нищей бюджетной команде, о жестокой экономии фонда заработной платы. Нужны не профессионалы, а те, кто согласится работать за гроши. Исключительно из любви к чужому искусству отмывания денег.
Немного нарушая хронологию, замечу, что в начале 2001 года на место Василича пригласили из Питера врача. В общем-то, неплохого человека, а вот специалиста… Виталий Сафронов высказался жёстко: «Это не врач, это - слесарь! Врачом был Василич…». Забавно, но в конце года для гастролёра нашлась двухкомнатная квартира. Продал её за полтора десятка тысяч долларов и с чувством выполненного долга («Факел» вылетел в первую лигу) отправился дальше колесить по стране, а позднее добрался даже до армянского чемпионата. Для гастролёров и блатных средства всегда находились. Для Василича - нет. Чисто воронежский жлобский менталитет.
Осенью 2000 года Юрию Рогулькину удалось воплотить в жизнь свою давнюю мечту. На Центральном стадионе удалось организовать благотворительный матч в честь ветеранов воронежского футбола. Многих искали по всей стране, от Москвы до Урала. Была проделана огромная подготовительная работа, написан душевный сценарий праздника, с конкурсами и выступлениями артистов, который вёл Александр Чувардин. «Факелу» противостояла команда, относительно недавно завершивших свои выступления игроков. Её помог собрать Владимир Проскурин.
Смотрикин, Радин, Красов, Иванов, Андронников… По одному они выходили из тоннеля под Восточной трибуной под музыку «Виват король» и «Команда молодости нашей», под овации шли по футбольному полю, и в честь каждого небо озаряли вспышки салюта. С помощью Александра Гудкова удалось найти и пригласить старейшину. Чемпион России 1934 года в составе воронежского «Динамо», обладатель Кубка России 1939 года Сергей Ильин. Опираясь на палочку, он шёл по зелёному газону, и в глазах у него стояли слёзы. Наверное, ветеранам этот вечер запомнился не столько финансовой помощью, полученной из рук губернатора Шабанова. Для некоторых, как впоследствии оказалось, звучал последний салют в их честь.
Продолжение следует…