24/7 или история сиамских близнецов.

«Мы такие с ним друзья

Куда он, туда и я»

С.В. Михалков

«Вторая половинка есть у таблетки, мозга… А я родилась изначально целой»

Ф. Раневская

Бытует мнение, что по-настоящему любящие друг друга супруги максимум из возможного времени поводят вместе. У них общие интересы, один на двоих досуг, одна компания друзей. И если нужно где-то быть, а одному вдруг это не интересно, то либо он должен сделать над собой усилие и туда отправиться, либо второй тоже никуда не идет. Потому что если порознь, то как будто и не любовь уже, а неизвестно что, фикция какая-то.

Давайте порассуждаем, так ли обстоят дела на самом деле.

Ранее мы уже говорили про феномен психологического слияния или конфлюэнции.

Слияние – это вид отношений с другим человеком, в которых отсутствует «я», а есть только «мы», в них нет психологических и личностных границ, а также жизнь одного партнера полностью подчинена и обусловлена жизнью другого.

В определенных моментах жизни слияние необходимо. Например, маме новорожденного нужно быть настроенной на него эмоционально, быть как можно более эмпатичной, понимающей, умеющей распознать эмоции и чувства своего дитя. Без этого она не сможет понять и удовлетворить его потребности, что приведет к неприятным последствиям для его развития.

Влюбленные на первых порах находятся в слиянии друг с другом, или с воображаемыми образами друг друга. В первом случае есть большая вероятность продолжения отношений, когда «розовые очки исчезнут», ведь у каждого уже имеется вполне адекватное представление о другом, здесь минимизирован риск разочарования в любимом. Во втором случае будет иметь место довольно болезненное «отрезвление» и встреча с реальным партнером, который вряд ли будет похож на тот образ, что был до этого.

Позитивный аспект конфлуэнтных (слитых) отношений – это, конечно же, способность к близости. Те, кто имеет возможность погрузиться в слияние, точно умеет быть «вместе»: работать в команде, выдерживать долгое время нахождение в обществе других людей, без особого напряжения жить на одной территории с родственниками.

Негативный аспект конфлуэнции – неспособность выстраивать и отстаивать собственные границы, а также различать и соблюдать границы другого человека. Люди, склонные к слиянию, могут жить по принципу «всё вокруг колхозное, значит, и моё», и будут искренне не понимать, почему на них обижаются за то, что они, скажем, сделали уборку в чужом письменном столе, постирали чужое белье, почему, когда они искренне хотят помочь и дают совет, их, в лучшем случае, не слушают и не слушаются. Ярким примером «залипшего» в слиянии человека может служить родитель одного из супруга, который пытается из благих побуждений, конечно же, принять участие в семейной жизни молодой пары.

Так как же отличить любовь от зависимости? Слияние – это как раз про зависимость, так как в нем нет и не может быть. Конструкцией, что называется, не предусмотрено, автономности партнеров.

Обычно вопрос выхода из конфлуэнции в семейных отношениях между супругами встает через несколько лет после начала совместной жизни. Он может выглядеть как некая «усталость» от отношений, как желание «побыть одному», иметь «свои интересы».

Если партнеры оба эмоционально зрелые, то подобный этап будет пройден, и дальше вновь возникнет близость между супругами, но уже немного другого качества: появляется возможность выбирать, каким образом и в какие моменты быть вместе, а когда по отдельности.

Если же хотя бы один из супругов в силу своих личностных особенностей не готов к автономии, то подобный этап отношений доставит много боли и горя, и может быть интерпретирован, как конец любви, привести к разрыву. В данном случае, наверное, хорошо бы найти себе партнера, способного оставаться в слиянии столько, сколько это нужно другому. И такие примеры есть. Существуют пары, которые ни на минуту не расстаются на протяжении долгих лет. И счастливы. Но в таких семьях, как правило, есть трудности не в супружеских, а в детско-родительских отношениях. Часто таким родителям бывает невыносимо признать, что их ребенок вырос и начинает сепарироваться, отделяться, жить свою жизнь. Это может неосознанно расцениваться как предательство с его стороны и караться отвержением.

Вообще выход из слияния с родителями – задача возраста в 3 года, а также в подростковом периоде. Ну, и, конечно, важно прожить стадию монады, а значит пожить отдельно от родителей, не вступив пока в собственный брак. Значимость этого процесса мы уже обсуждали в предыдущих главах, поэтому не будем сейчас подробно об этом еще раз говорить.

Таким образом, мнение, что истинно любящие и «хорошие» супруги везде и всегда вместе, – это миф. Бывают семьи, где каждому нужно, например, малое количество времени проводить без «второй половинки», и тогда может создаваться иллюзия, что супруги неразлучны. Но, как правило, «отдыхать» друг от друга им все равно приходится.

Отдельно хочется сказать несколько слов о наличии или отсутствии общих интересов и принципов. Здесь речь идет уже не только о слиянии, а скорее о схожести жизненных позиций. Как правило, семью не создают люди, не имеющие вообще никаких точек соприкосновения и общих моментов. Они просто ни физически, ни эмоционально, ни психологически не встречаются, «не видят» друг друга. Это как у животных, простите за сравнение, пары создаются не то что с особями своего рода и вида, а даже с теми, кто принадлежит к одной с тобой породе, либо подвиду.

Может случиться так, что молодые люди по-разному смотрят на политическую обстановку в стране, но тогда у них обязательно будет что-то другое общее: отношение к браку и воспитанию детей, любовь к животным, вкусы в музыке или еде. Они найдут «про что быть вместе», но это будет опять-таки не тотальное слияние.

Пожалуй, лучшей иллюстрацией к этому разделу будет вспомнить произведение Антона Павловича Чехова «Душечка»:

«Она постоянно любила кого-нибудь и не могла без этого. Раньше она любила своего папашу, который теперь сидел больной, в темной комнате, в кресле, и тяжело дышал; любила свою тетю, которая иногда, раз в два года, приезжала из Брянска; а еще раньше, когда училась в прогимназии, любила своего учителя французского языка. Это была тихая, добродушная, жалостливая барышня с кротким, мягким взглядом, очень здоровая. Глядя на ее полные розовые щеки, на мягкую белую шею с темной родинкой, на добрую наивную улыбку, которая бывала на ее лице, когда она слушала что-нибудь приятное, мужчины думали: «Да, ничего себе...» и тоже улыбались, а гостьи-дамы не могли удержаться, чтобы вдруг среди разговора не схватить ее за руку и не проговорить в порыве удовольствия:

— Душечка!

Дом, в котором она жила со дня рождения и который в завещании был записан на ее имя, находился на окраине города, в Цыганской Слободке, недалеко от сада «Тиволи»; по вечерам и по ночам ей слышно было, как в саду играла музыка, как лопались с треском ракеты, и ей казалось, что это Кукин воюет со своей судьбой и берет приступом своего главного врага — равнодушную публику; сердце у нее сладко замирало, спать совсем не хотелось, и, когда под утро он возвращался домой, она тихо стучала в окошко из своей спальни и, показывая ему сквозь занавески только лицо и одно плечо, ласково улыбалась...».

Главная героиня, Ольга, живет интересами своих любимых мужчин: отца, супругов и, под конец жизни, воспитанника. И она присваивает их интересы себе, сама начинает искренне думать, как они, наполнять свою жизнь их мыслями, желаниями, идеями, убеждениями. Это яркий пример того, как выглядит личность, для которой единственный способ существования – быть в слиянии. До сих пор, обсуждая эту повесть, люди дискутируют о том, кто она – пустышка, у которой нет никакого своего духовного наполнения, либо самоотверженно любящая женщина, для которой ее любимый – альфа и омега этого мира?

Так и с нашим вопросом. Как «хорошо»? Жить в слиянии? Или достигать автономии в семье? Каждый решает сам и делает так, чтобы быть как можно более счастливым.