Плачь | глава 121 (Новелла)

Хотя война началась только между двумя странами, вскоре она распространилась по всему континенту. Всё началось с того, что Ловита, возглавлявшая Южный альянс, объявила войну империи Берг, сильнейшей из северных стран.

В ответ Берг объявил войну Ловите.

Из-за сложной системы международных договоров и союзов по всему континенту, остальные страны вскоре также оказались втянуты в войну, разделив континент на две противоборствующие силы.

В тот же день, когда император Берга выступил перед людьми и решительно объявил о мобилизации, Матиас получил ещё одну новость. Он узнал, что родственник Билла Реммера, уроженец Ловиты, проживает в городе Сиенна, на южном побережье Ловиты.

До войны Ловита была соседней страной, которую любой житель Берга мог посещать по своему усмотрению. В одночасье она стала вражеским государством, что сделало невозможным дальнейшее расследование. Однако Матиас не возражал против этого, поскольку у него уже была вся необходимая информация. Теперь, когда он знал, куда убежала Лейла, ему просто нужно было найти способ отправиться туда самому.

— Вы серьезно, капитан Герхардт? — Спросил Матиаса генерал, скептически посмотрев на него. — Как я уже упоминал, этот район, вероятно, станет жестоким полем битвы.

— Да, я знаю.

Чрезмерно спокойный ответ Матиаса ещё больше озадачил генерала. Как офицер, Матиас, если бы захотел, мог легко получить должность в тихом подразделении снабжения, подальше от авангарда. Генерал порекомендовал ему это. И всё же Матиас настоял на том, чтобы его отправили на передовую.

— Я собираюсь отправиться в Сиенну.

Застигнутый врасплох настойчивостью Матиаса, генерал средних лет в конце концов сухо рассмеялся.

Шестому пехотному полку Бергской империи под командованием Матиаса было поручено прорвать правый фланг линии фронта и продвинуться на юг, чтобы захватить военно-морскую базу Ловита. Их конечной целью была Сиенна. Если бы армия Берга смогла захватить там военно-морскую базу, это значительно ослабило бы все силы Южного альянса.

— Если вы действительно этого хотите, я думаю, нет смысла пытаться остановить вас, — сказал генерал, подписывая своё согласие на документах, которые принес Матиас. — Полагаю, мне не следует удивляться. В конце концов, вы же Герхардт, — добавил он, как будто это имя всё объясняло.

По мере того как империя Бергов на протяжении многих поколений росла и становилась самой богатой и могущественной страной на континенте, она вела бесчисленные войны, и семья Герхардт с готовностью отправляла своих сыновей на эти войны. Молодые люди из семьи Герхардт сражались на более ожесточенных фронтах и завоевали больше славы и почестей, чем даже принцы императорской семьи. Все аристократы в Берге точно знали, как создавались эта история и честь.

Матиас отдал честь генералу и покинул кабинет.

Некоторые офицеры-аристократы, увидев его, начали перешептываться, но он не обратил на них внимания и небрежно прошёл мимо. Он выглядел так, словно вышел на неторопливую послеобеденную прогулку. Как только он оказался вне пределов слышимости, они начали сплетничать о нём в полную силу.

— Я мог бы поклясться, что слышал, что он был тяжело болен и оставался дома, чтобы поправиться. Это была ложь?

— Нет, я уверен, что это правда, что он был болен…

— Но почему он сейчас выглядел таким счастливым? Дом Герхардт связан с военной промышленностью или что-то в этом роде?

— Я уверен, что так и есть. В какой отрасли у них нет бизнеса? Но, несмотря на это, его вот-вот отправят на поле боя, и он выглядит так, словно направляется на пикник. У него всё в порядке с головой?

— Возможно, он думает, что его судьба как Герхарда спасет его от смерти на поле боя. Хотя, конечно, у предыдущих герцогов в его семье всё складывалось не так хорошо.

Они продолжали обмениваться ехидными замечаниями ещё долго после того, как он скрылся из виду. Они не могли понять его беспечного отношения, учитывая, что судьба распорядилась так, что они все рисковали своими жизнями ради чести семьи.

— Успокойтесь. Герцог Герхардт нам не враг, — наконец сказал один из офицеров.

После этого замечания чрезмерная критика Матиаса со стороны группы быстро утихла, и мужчины погрузились в испуганное молчание. После этого долгое время никто не произносил ни слова.

— Как такое могло случиться? Я не могу в это поверить, — сказала Элис фон Герхардт, снова заливаясь слезами. — Как в наше благополучное время могла разразиться варварская война, Матиас?! — Она посмотрела на своего сына налитыми кровью глазами.

Вдова Герхардт и другие присутствующие родственники выглядели такими же растерянными. Только Матиас, тот, кто на самом деле собирался отправиться на войну, выглядел более или менее нормально, сохраняя спокойную, исполненную достоинства осанку и вежливую улыбку на лице на протяжении всего общения.

— Фронт военных действий проходит к югу от границы Берг-Ловита, поэтому боевые действия не доходят до Арвиса. Я знаю, что война, казалось, разразилась внезапно, но тучи войны сгущались уже много лет. Военные планы каждой страны уже были защищены, и у нашей компании уже был разработан план действий на случай непредвиденных обстоятельств.

Он говорил так же спокойно, как и на деловых встречах.

— Неизбежно, что сырьевой сектор нашей компании столкнётся с некоторым ущербом, но прогнозируется, что наши зарубежные нефтяные месторождения будут в безопасности от последствий войны. Потери не будут огромными. Правление приостановило планы компании по освоению болот к северо-востоку от Карлсбара, но проект возобновится, как только закончится война.

Матиас продолжил в том же духе, представив подробный отчет обо всех действиях, которые он предпринял, чтобы справиться с международными потрясениями, возникшими после того, как начало войны привело фондовый рынок в замешательство.

В день объявления войны, когда Матиас вышел из своей комнаты, он выглядел ухоженным и вовсе не был похож на больного, казалось, он не был особенно обеспокоен этими новостями. Он просто спокойно начал готовиться к тому, чтобы внести свой вклад в войну. Его лицо всё ещё было заметно измождённым, но к глазам вернулся живой блеск, так что он больше не выглядел болезненно.

— И поскольку в каждом подразделении нашей семейной компании есть своя структура управления, всё должно идти гладко даже в моё отсутствие. Мы также разработали систему подготовки специально для этого.

— Компания - это одно, но не придется ли нам поторопиться со свадьбой сейчас? — Спросила вдовствующая герцогиня Герхардт, к которой вернулось некоторое самообладание. — В сложившейся ситуации проведение церемонии в запланированное время представляется невозможным, поэтому нам лучше завершить все дела, прежде чем ты отправишься на войну.

— Если вы беспокоитесь о наследнике... — Матиас на мгновение замолчал и посмотрел на членов своей семьи. — Я не смогу надолго откладывать свой отъезд. Нет никакой гарантии, что я смогу произвести на свет наследника за это время, поэтому я не думаю, что было бы разумно торопиться со свадьбой.

— Но, Матиас...

— Предположим, что мы с Клодин поженились, а потом я ушел на войну, так и не родив сына, и не смог вернуться. Клодин была бы одинокой вдовой, прожившей со своим мужем самое большее несколько недель. На мой взгляд, это было бы слишком жестоко по отношению к Клодин и семье Брандт.

Даже когда он размышлял о своей возможной смерти, он не выказывал никаких признаков страха или душевной муки. Он демонстрировал всё самообладание и добродетель, которые его воспитывали в соответствии с его воспитанием.

— Конечно, я должен подчеркнуть, что считаю своим долгом вернуться домой целым и невредимым. Будьте уверены, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы это произошло, бабушка.

При этих словах на его лице появилась нежная улыбка. Однако его тон был решительным и упрямым, как бы указывая на то, что для пересмотра нет места. Пока все остальные молчали, он продолжил свой доклад.

— Однако, если случится худшее, я подготовил план действий на случай непредвиденных обстоятельств, который поможет вам найти достойного наследника из числа ближайших родственников.

Элис всегда гордилась своим сыном, но, наблюдая, как он спокойно отчитывается перед семьей, она почувствовала себя виновато. Конечно, он был идеальным герцогом, таким же, какими были его отец и дед. Однако, если смотреть на него как на обычного человека, была ли его жизнь действительно полноценной?

Когда она задумалась над этим вопросом, у неё снова потекли слёзы. Однако она не могла заставить себя задать вопрос, который мучил её изнутри:

«Тебе действительно нужно идти на поле боя?»

Они были Герхардтами. Фамилия всегда была важнее личных чувств,

— Когда мой покойный муж, твой дед, был герцогом и началась война, он без колебаний сражался за империю и отдал свою жизнь, — Сказала вдова Герхардт, пристально глядя на своего внука.

Поколения Герхардтов потратили столетия на то, чтобы создать репутацию, которой семья пользуется и по сей день. И они приняли на себя все обязанности, связанные с этой честью.

— То же самое можно было сказать и о твоём отце, — добавила вдова Герхардт. Выражение скорби промелькнуло на её лице, когда она подумала о смерти своего сына, прежде чем она взяла себя в руки. — Эти жертвы заставляют меня гордиться тем, что я Герхардт. Мои муж и сын были храбрыми и благородными людьми, и я никогда не перестану гордиться ими. Но, несмотря на это, Матиас... — Её голос слегка задрожал. — Я бы очень хотела увидеть, как ты состаришься. Тебе не кажется, что Арвису нужен хотя бы один портрет пожилого, седовласого герцога среди всех молодых герцогов, украшающих его стены?

— Это хорошая мысль, — заметила Элис, улыбаясь вместе со свекровью. — Ты унаследовал свои волосы от моей семьи, Матиас, так что, если хочешь, чтобы у тебя были седые волосы, тебе придётся прожить ещё долго.

Она небрежно указала на свои волосы. Даже в её зрелом возрасте они были блестящими и черными.

— Да, бабушка, мама, — ответил Матиас, улыбаясь каждой из бывших герцогинь по очереди. — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы это произошло.

***

— Ты, должно быть, счастлив. Тебе вновь удалось избежать брака, — съязвила Клодин.

Граф и графиня Брандт покинули зал, оставив в гостиной только Матиаса и Клодин.

Свадьба временно откладывалась. Хотя Клодин была недовольна этим, решение её семьи не изменилось. Если бы Матиас отправился на войну сразу после свадьбы и погиб в бою, Клодин осталась бы бездетной вдовой. В этом случае аристократический титул семьи Герхардт перешёл бы к другому члену семьи Матиаса, что делало бы брак Клодин и Матиаса практически бессмысленным.

Граф Брандт настаивал на том, что лучше всего было бы отложить свадьбу ещё раз и надеяться на лучшее в будущем.

В конце концов, нет ничего постыдного в том, чтобы отложить свадьбу, когда идёт война. Самой большой опасностью была семья Герхардт, которая, возможно, хотела во что бы то ни стало провести свадьбу, чтобы произвести на свет наследника. К счастью, они сказали, что будут уважать мнение семьи Брандт.

Уважение - это слово резануло слух Клодин, когда она услышала, как её отец произнёс его с облегчением.

— Я ничего не знаю об этом, — ответил Матиас. — Кто бы обрадовался такому трагическому событию, как начало войны?

От его расстроенного поведения, которое он демонстрировал в тот день, когда впервые сказал Клодин, что намерен разорвать помолвку, не осталось и следа. Судя по всему, он полностью пришёл в себя. Тем не менее, Клодин чувствовала, что внутри он ничуть не изменился.

— Как я уже говорила тебе в тот день, — сказала она, — я не позволю разорвать нашу помолвку, что бы кто ни делал и что бы ни говорил. Я буду терпеливо ждать твоего благополучного возвращения, чтобы ты наконец смог стать моим мужем.

— Использование предлога войны для расторжения помолвки - лучший способ для тебя и твоей семьи сохранить лицо.

— Теперь ты беспокоишься обо мне и моей семье? Когда ты стал таким самоотверженным, герцог Герхардт? — усмехнулась она.

Как всегда, он смотрел на неё холодным, бесстрастным взглядом. Сейчас эти голубые глаза казались ей совершенно нечеловеческими.

— Ты, наверное, хочешь свалить вину за побег Лейлы на меня. Думаешь, что если разорвёшь нашу помолвку, то она вернется к тебе. Но ты ошибаешься. Это было не из-за меня, ты сам виноват. — Её глаза начали наполняться слезами. — Если ты откажешься от своей красивой фамилии Герхардт, то под ней ты просто чудовище. Хладнокровное чудовище.

*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*