Плачь | Экстра 2 (Новелла)
Матиас медленно повернул голову в сторону смеха. Его ассистент, который стоял рядом с ним и докладывал о каких-то деловых вопросах, тоже повернулся, чтобы посмотреть на Лейлу.
Лейла перевела взгляд с двух мужчин на столб на противоположной стороне беседки, где, заложив руки за спину, стоял Феликс фон Герхардт и серьёзно наблюдал за ними. Казалось, он почти понял, о чём они говорили. Матиас проследил за взглядом Лейлы и усмехнулся, увидев Феликса.
Вместе с помощником присутствовало несколько слуг. Быстро оценив ситуацию, они тихо удалились, предоставив семью из трех человек самим себе под навесом.
— Посмотрите на это, — сказала Лейла, подходя к отцу и сыну. — Полагаю, ты тоже не можешь жить без Феликса, да?
Феликс обернулся и, увидев, что его мать улыбается ему, широко раскинув руки, взволнованно подбежал к ней и бросился в её объятия.
Наслаждаясь видом матери и сына, Матиас положил документы, которые держал в руках, на стол рядом с собой. Он решил не говорить Лейле, что это было решение няни вывести Феликса в сад. Он не хотел портить прекрасное выражение радостной признательности в её глазах.
— Я должна тебе кое-что сказать, — сказала она, относя Феликса к столу и усаживаясь с ним напротив Матиаса. Её зеленые глаза блестели от возбуждения. — Попробуй угадать, что это, — добавила она тихим, таинственным тоном.
Вместо того чтобы показать, что он уже знал, что она собирается сказать, Матиас подыграл ей, нахмурив брови.
— Хм...
Феликс, который до этого хихикал и дёргал мать за заплетенные в косу волосы, заметил серьёзное выражение лица отца и тут же нахмурился, подражая ему.
— Я сдаюсь. Почему бы тебе не рассказать мне, Лейла? — Сказал Матиас, наклоняясь вперёд, чтобы показать свой интерес к тому, что она хотела сказать.
Она застенчиво улыбнулась, и вскоре её щеки стали ярко-красными.
— Лейла, — одними губами произнёс он, и на его губах появилась улыбка. — Лейла. Моя Лейла.
***
Поезд из столицы прибыл на вокзал Карлсбара. Группа сотрудников Арвиса во главе с дворецким Хессеном поспешила выстроиться в очередь перед вагоном специального класса. Многие прохожие на платформе, заметив толпу слуг, с надеждой посмотрели на дверь поезда. Вскоре они заметили лицо молодого человека, которого ожидали увидеть: герцога Герхардта, герцога Арвиса. Несмотря на то, что они были рады видеть его, они были ещё больше рады видеть новую герцогиню и их сына.
— Здравствуйте, ваша светлость, — сказал Хессен, кланяясь своему господину, как всегда, с предельной вежливостью. Слуги, стоявшие позади него, тоже поклонились.
Лейла всё ещё не привыкла к такому обращению. Она нервно сжала руку Матиаса. Платформа перед вагоном специального класса уже была заполнена людьми, которые пытались хоть мельком увидеть молодую семью Герхардт.
Пока Лейла пыталась отдышаться, Матиас кивнул в ответ на приветствие дворецкого. Он казался очень расслабленным, как будто даже не замечал толпы зевак.
Другими словами, он вёл себя как истинный джентльмен, которого привыкли ожидать жители Карлсбара.
Пока зрители обменивались выжидательными взглядами, Матиас шагнул вперёд. Его пренебрежение к зрителям делало его элегантные движения ещё более впечатляющими, когда он вёл свою жену сквозь толпу. Все рефлекторно расступились, освобождая им дорогу.
Герцог Герхардт выглядел очень достойно, и его поведение совершенно не походило на поведение человека с недостатками, каким его изображали в слухах о его скандальном браке. То же самое можно было сказать и о герцогине. На ней был бирюзовый сарафан, Лейла фон Герхардт выглядела как любая другая леди её возраста. Несмотря на свой новый статус герцогини Герхардт, она явно была той же юной леди, которая выросла в лесу Арвиса, под присмотром садовника.
Затем внимание толпы переключилось на няню, следовавшую за парой, и, в частности, на будущего герцога, которого она несла на руках.
Голубые глаза маленького мальчика сияли от восторга, когда он осматривал окрестности. Ходили скандальные слухи, что новая герцогиня была соблазнительницей, которая обманула герцога и заставила его взять ребенка от другого отца. Однако теперь, когда все увидели невероятное сходство между герцогом и наследником, этим слухам можно было решительно положить конец.
Прежде чем покинуть это представление, Феликс фон Герхардт радостно помахал зрителям. Это невинное представление было встречено восторженным смехом толпы.
— Наконец-то в Карлсбаре наступило лето, — сказал один из зрителей.
— Вы правы, — ответил кто-то ещё.
Для жителей Карлсбара возвращение в Арвис гениев "Дома Герхардт" ознаменовало ежегодное начало лета в этом северном городе.
Посмотрев некоторое время в окно машины на проплывающий мимо пейзаж, Лейла внезапно повернулась к Матиасу и спросила:
— Помнишь подарок, который ты обещал мне?
Матиас, который уже смотрел на свою жену, слегка наклонил голову в ответ.
— Ты сказал, что мы могли бы поехать на пикник в эти выходные. Мы трое, — напомнила она ему.
Выражение её лица становилось вчё более серьёзным, а он продолжал молчать.
Тем временем он просто наслаждался красотой её изумрудных глаз, хотя сейчас они казались немного темнее, чем обычно.
Хвастаясь перед ним своими оценками, она взволнованно добавила, что подумала о подарке, который хотела бы получить от него. Она хотела отправиться на пикник в лес Арвиса, только втроём.
— На этот раз я действительно покажу вам поле со всеми цветами, — осторожно добавила она. — Летом в Арвисе так много красивых цветов!
Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что она имела в виду. Она улыбнулась, и он понимающе кивнул.
«Лейла,» — подумал он, — «ты понимаешь, что спасла мне жизнь, когда сказала, что привязанность, которую ты проявляла ко мне перед тем, как мы расстались, не была ложью?»
— Не притворяйся невежей, — сказала она, прищурившись и внимательно изучая выражение его лица.
— Ты что, издеваешься надо мной, да? — спросила она тем же строгим тоном, каким отчитывала Феликса.
Однако, в отличие от Феликса, Матиас рассмеялся в ответ, отчего она почувствовала себя глупо.
— Я помню, Лейла, — наконец сказал он.
Его неожиданно мягкий тон заставил её вздрогнуть.
Он перестал улыбаться и, глядя на неё спокойным, задумчивым взглядом, добавил:
— Я помню о тебе всё.
Её часто переполняли эмоции, когда он говорил ей такие глубокие вещи таким сухим, будничным тоном.
— Ты почти провёл меня, — сказала она более решительно, чем раньше. — Но я знаю, что ты просто дразнишь меня.
— Неужели? — лукаво ответил он, по-прежнему глядя ей прямо в глаза.
Она решительно смотрела на него в ответ, пока, наконец, не выдержала и не отвела взгляд. В последнее время подобные моменты случались всё чаще - моменты, в которых было и комфортно, и неуютно одновременно. Это озадачило её, но не расстроило.
Пока она размышляла над этим странным чувством, машина свернула на Платанус-роуд. Они были почти у ворот Арвиса. Улыбка вернулась на её лицо, когда она выглянула в окно.
— Посмотри, Феликс! Разве это не прекрасно?
Сидя на коленях у матери, Феликс с изумлением смотрел на то, на что она указывала.
— Это платан [1], — сказала она. — А эта птичка? Это дрозд. Те маленькие белые цветочки называются "дыхание младенца".
Феликс лепетал вместе с матерью, изо всех сил стараясь повторить слова, которым она его учила.
Лейла, смеясь, мягко поправляла его произношение, и он смеялся вместе с ней. Их общий смех сделал лето Арвиса ещё прекраснее.
Пока Матиас слушал этот прекрасный звук, его взгляд остановился на том месте на дороге, где несколько лет назад его жизнь перевернулась с ног на голову, когда Лейла упала с велосипеда. В его памяти всё ещё были живы звуки вращающихся в воздухе колёс перевёрнутого велосипеда, шелест листьев на ветру и, самое главное, биение его сердца.
В то время он полагал, что его страсть к Лейле - всего лишь преходящее чувство, которое скоро пройдёт. Вместо этого она стала доминировать во всей его жизни. Теперь он воспринимал эту страсть как неотъемлемую часть себя, и ему нравились те прекрасные дни, когда он жил под её влиянием.
Оставив позади Платанус-роуд, машина проехала через сияющие ворота Арвиса и направилась к особняку.
Элис и Катарина стояли перед парадным входом в особняк, готовые приветствовать семью. После того, как няня вынесла Феликса из машины, он сразу же попал в руки бабушки Элис.
— Добро пожаловать домой, Матиас, — сказала Катарина, лучезарно улыбаясь своему внуку. Её лицо сохраняло доброжелательность, когда она повернулась к новой герцогине. — И добро пожаловать домой, Лейла.
Это приветствие разительно отличалось от того холодного, которым она поприветствовала Лейлу прошлым летом.
Элис фон Герхардт, которая раньше никогда не пыталась скрыть своего недовольства невесткой, теперь тоже не проявляла к ней ничего, кроме теплоты.
Прежде чем войти в особняк, Лейла на мгновение задержала взгляд у подножия лестницы. Это было то самое место, где много лет назад, когда она была маленькой сиротой, она со страхом и любопытством смотрела на молодого герцога.
Кто бы мог подумать, что эта юная девушка станет следующей герцогиней? Если бы кто-то предсказал ей это тогда, она бы подумала, что это бред.
На самом деле, она всё ещё с трудом верила, что это правда.
Подумать только, после всего того времени, когда она могла быть с Матиасом только в тени, она теперь жила с ним при ярком дневном свете, как его жена, герцогиня Лейла фон Герхардт! Иногда всё это казалось сном. В такие моменты именно Матиас обычно возвращал её к реальности.
— Лейла?
Она медленно повернула голову на звук голоса мужа. Она сделала глубокий вдох, а когда выдохнула, окружающее снова стало для неё ясным.
Пара бок о бок вошла в главный холл особняка. Роскошная мраморная лестница и ослепительный свет люстры были такими же пугающими, как и всегда, но Лейла не обращала на них внимания, пока шла. Вместо того чтобы позволять этим вещам отвлекать её, она мысленно составляла список всего, что хотела бы сделать этим летом.
«Когда мы втроём отправимся на пикник, нам следует прогуляться по тропинке, где растут кусты шиповника. Поле в конце этой тропинки с березами и фиалками прекрасно, как на картине. О, а когда солнце начнёт садиться, мы сможем понаблюдать за стаями птиц, летающими над рекой Шултер. Но самый красивый вид открывается с большого дерева у реки. Справится ли Матиас с этим?»
С выражением серьёзной озабоченности на лице она прошептала:
— Мэтти? — Он посмотрел на неё. — Ты умеешь лазать по деревьям? — спросила она, стараясь говорить, как можно тише, чтобы её не услышали Элис и Катарина, которые шли впереди них.
Он слегка нахмурился.
— Если ты не знаешь, как это делается, я могу научить тебя, — добавила она, по-прежнему сохраняя совершенно серьёзный вид. — Тебе бы этого хотелось?
Мгновение он тупо смотрел на неё, не веря своим ушам.
— Я не буду заставлять тебя делать это, если ты, конечно, не хочешь, — поспешила добавить она. — Я буду уважать твои желания. — Она чувствовала, что с каждым своим словом загоняет себя всё глубже и глубже в яму, но отступать было некуда.
Тем временем пара дошла до коридора, который соединял центральную лестницу с гостиной.
Внезапно он почтительно склонил голову и сказал:
— Я выполню любой ваш приказ, ваше величество.
Выражение смущения появилось на её лице, когда она поняла, о чём он.
— Не делай этого! — одними губами произнесла она. Не обращая внимания на её мольбу, он добавил:
— Моя королева.
Он шептал так тихо, что его могла слышать только Лейла, но это не мешало ей чувствовать себя неловко.
Она сердито посмотрела на него, но он только улыбнулся в ответ.
«Какой же он странный парень,» — подумала она, подтверждая это для себя, прежде чем, наконец, начала смеяться.
В этот момент Элис и Катарина оглянулись на неё. Она сразу поняла, почему они смотрели только на неё. Как только они начали поворачиваться, Матиас перестал улыбаться и принял величественную позу, глядя на неё с таким видом, словно понятия не имел, почему смеется его жена.
Вместо того чтобы отругать невестку, Элис повернулась к малышу, которого держала на руках, и сказала:
— Феликс, твоя мама, кажется, сегодня в хорошем настроении. — С этими словами она повернулась обратно.
Лейла чувствовала себя дурой, смеясь в одиночестве, но она знала, что попытка объяснить ситуацию только усугубит ситуацию.
Как только его мать и бабушка снова отвернулись от них, Матиас одарил хмурую жену ещё одной спокойной улыбкой.
Подавив желание крикнуть всем правду, она просто сжала руку своего раздражающего мужа.
Она чувствовала, что лето обещает быть долгим.
*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*
[1] Платан (лат. Platanus) — род деревьев; единственный ныне существующий представитель семейства Платановые (Platanaceae). Многие виды — ценные декоративные растения, используемые в городском озеленении и для обогащения воздуха кислородом.
*.·:·.✧-------------—————--—✧.·:·.*