День падения Берлинской стены

По иронии судьбы 9 ноября 1989 года Гельмут Коль, федеральный канцлер Германии, прибыл в Варшаву с официальным визитом. Бывший советник канцлера Хорст Тельщик, сопровождавший его 9 и 10 ноября 1989, вспоминает о тех днях, проведенных в Польше.

9 ноября 1989 года произошло важное историческое событие: в полдень канцлер Гельмут Коль, возглавляющий немецкую делегацию, прилетел в Варшаву с пятидневным визитом.

Польша была первой страной Организации Варшавского договора, которая провела свободные выборы. В ходе них Движение солидарности одержало победу, а Тадеуш Мазовецкий был назначен первым премьер-министром от Демократической партии. На сей раз Советский Союз не вмешивался, как это было, например, при Леониде Брежневе в августе 1968 года при подавлении «Пражской весны». Михаил Горбачев сдержал свое слово: уже в 1985 году он объявил своему союзнику, что больше не будет вмешиваться во внутренние дела страны.

Обещание Горбачева

Горбачев так же поступил и по отношению к Венгрии, где в 1989 году была разрешена многопартийная система, объявлены свободные выборы, а затем в четыре этапа были открыты границы, что позволило десяткам тысяч граждан ГДР бежать через Австрию в ФРГ. Этот опыт Польши и Венгрии внушил канцлеру уверенность в том, что Советский Союз больше не будет вмешиваться во внутреннее развитие ГДР.

Канцлер Гельмут Коль приехал в Варшаву, чтобы приветствовать первое демократическое правительство в странах Варшавского договора и вывести немецко-польские отношения на новый уровень, которые должны были получить тот же вес, что и немецко-французские отношения. По этой причине этот визит в Польшу имел большое политическое значение.

Первые переговоры федерального канцлера с новым премьер-министром Тадеушем Мазовецким, а затем с лидером «Солидарности» Лехом Валенсой и лидером сейма «Солидарности» Брониславом Геремеком состоялись во второй половине дня. Заявления Валенсы в ретроспективе оказались пророчеством: продолжающееся массовое бегство граждан ГДР в Федеративную республику и массовые демонстрации в ГДР Валенса назвал началом процесса, который приведет к воссоединению Германии. Он сразу же спросил Коля, что он хотел бы сделать, если ГДР откроет границу? Не должен ли он тогда возвести стену на границе с Польшей? Валенса волновался. Он не ошибался, считая, что события в ГДР могут отодвинуть на второй план интересы Польши.

И Берлинская стена пала

Через несколько часов после пресс-конференции Гюнтера Шабовского в Восточном Берлине пала стена. Гельмуту Колю сразу стало ясно, что ввиду этих событий ему придется тактично прервать свой визит в Польшу и как можно скорее вернуться в Берлин. Ему удалось это сделать, дав обещание польским коллегам приехать на следующий день. И он сдержал свое слово.

Кроме того, перед ним возникла и техническая проблема: прямой перелет из Варшавы в Берлин на правительственной машине бундесвера в то время был невозможен. Только самолетам союзников было разрешено летать непосредственно в Берлин. С помощью американского посла в Бонне удалось пересесть на американский самолет, ожидавший в Гамбурге, днем 10 ноября, и вовремя добраться до Берлина. После приземления в аэропорту Темпельхоф делегация поехала прямо в ратушу Шенеберг. Несколько тысяч берлинцев уже собрались там и встретили Гельмута Коля пронзительным свистом. Но он не проявил никаких эмоций. Его сторонники рукоплескали бывшему канцлеру Вилли Брандту, а самого канцлера Гельмута Коля беспощадно освистывали на протяжении всей его речи.

Во время выступления Вилли Брандта меня неожиданно вызвали к телефону. Посол СССР Юлий Квизинский попросил меня передать федеральному канцлеру еще до его выступления срочное послание Михаила Горбачева: все должно быть предотвращено сейчас, а не тогда, когда начнется «хаос». Канцлер должен успокоить народ. Я протиснулся сквозь толпу ораторов на маленьком балконе ратуши, чтобы передать сообщение Гельмуту Колю. Он призвал участников акции к осторожности, напомнил о важности задачи «шаг за шагом обдумать путь к общему будущему». Но свист продолжался.

Приветствия для Коля из «другого Берлина»

«Другой Берлин» собрался в Мемориальной церкви кайзера Вильгельма (Gedächtniskirche) и приветствовал Гельмута Коля громкими аплодисментами. После второго митинга он попросил своего водителя избавиться от эскорта берлинской полиции и поехать к контрольно-пропускному пункту Чарли (Checkpoint Charlie). Он остановился в нескольких сотнях ярдов от КПП, и мы продолжили путь пешком. Толпы и колонны Трабантов (прим. марка машины, производившаяся в ГДР) устремились к нам навстречу. Как только люди узнали о приезде Гельмута Коля, они окружили его, прикасались к нему, смеялись и одновременно плакали. Крики «Гельмут, Гельмут» неслись по улице. Вернувшись в машину, канцлер, все еще глубоко впечатленный волной сочувствия восточных берлинцев, с удовлетворением отметил: «Здесь ощущается, что люди действительно думают».

Тем не менее канцлер знал, что теперь он не должен принимать поспешных решений: опасность была слишком велика, нельзя было подавать «ложные сигналы» и еще больше разжигать эмоции. Восток и Запад теперь будут внимательно следить, извлекут ли немцы уроки из истории. Гельмут Коль, однако, не сомневался в том, что «мировая история пишется сейчас». Никто не мог назвать дату объединения Германии, «но колесо истории сейчас вращается быстрее».

Горбачев: теперь все быстрее

11 ноября состоялся важный телефонный разговор федерального канцлера с советским Генсеком Михаилом Горбачевым, в котом последний отметил, что изменения в Восточной Европе сейчас происходят намного быстрее, чем они оба предполагали на недавней встрече в Бонне в июне 1989 года. Каждая страна устанавливает свой собственный темп. ГДР сейчас нужно время для выполнения далеко идущей программы трансформации к свободе, демократии и отказу от плановой экономики. Теперь все стороны должны проявить ответственность и осторожность. Это исторические изменения в направлении новых отношений и нового мира.

Но очевидная беспомощность руководства ГДР, а также продолжающийся и растущий отток этнических немцев из этой страны побудили канцлера представить 28 ноября в бундестаге план из десяти пунктов о создании общегерманской федерации. В этом плане не было временных ограничений, чтобы не оказывать давления на партнеров на Востоке и на Западе, процесс должен был происходить в течение пяти – десяти лет. В итоге объединение Германии длилось всего 329 дней и прошло в абсолютно мирной обстановке: в стране не прозвучало ни единого выстрела.

Хорст Тельщик, родившийся в 1940 году, был близким советником Гельмута Коля с 1972 года. В 1983 году он стал заместителем руководителя Федеральной канцелярии. В 1989/90 был Специальным представителем по переговорам с Польшей, а также участвовал во всех внутренних немецких и международных переговорах, которые привели к единству Германии 3 октября 1990 года. С 1999 по 2008 годы Хорст Тельщик возглавлял Мюнхенскую конференцию по безопасности.

Оригинал статьи читайте здесь:

https://www.dw.com/de/gastbeitrag-der-tag-als-sich-die-mauer-öffnete/a-51142949

Перевод: Марина Бахарева