Россия уже практически «углеродно нейтральная» страна, даже если этого не замечают. Но расслабляться не стоит.

Когда говорят о странах с хорошей экологией, Россию редко называют такой в СМИ — более того, некоторые доморощенные на Западе обвиняют Россию в разжигании климатического кризиса, указывая, будто ей это выгодно как нефтегазовой державе. Но на самом деле Россия — единственная из крупных экономик мира, которая уже практически достигла «углеродной нейтральности», а возможно, имела её всегда.

Сравнительный анализ: эмиссия и поглощение

Обратимся к данным, которые обычно приводят в качестве критерия «углеродного следа» — общую эмиссию углекислого газа в мегатоннах тонн за год, оценив крупнейшие экономики мира — КНР, США, ЕС, Индию, Россию и Японию — по состоянию на 2021 год по данным базы данных EDGAR¹:

• Китай — 12466,32 Мт (32,93 % от мировых выбросов), для простоты возьмём цифру в 12,5 млрд тонн;

• США — 4752,08 Мт (12,55 %), для простоты — 4,75 млрд т;

• Евросоюз — 2774,93 Мт (7,33 %), для простоты — 2,8 млрд т;

• Индия — 2648,78 Мт (7 %), для простоты — 2,65 млрд т;

• Россия — 1942,54 Мт (5,13 %), для простоты — 1,95 млрд т;

• Япония — 1084,69 Мт (2,87 %), для простоты — 1,1 млрд т (относительно низкий показатель благодаря тому, что Япония делает ставку на технологии улавливания CO₂ (например, проект «Tomakomai CCS»)).

Но для полного понимания вклада в мировую эмиссию углекислого газа стоит отметить тот факт, что углекислый газ ежедневно поглощается растениями, и особый вклад в этот процесс вносят три силы — Мировой океан, леса и болота. Легче всего оценить вклад лесов, о нём можно дать следующие данные по поглощению:

• Китай — площадь его лесов составляет около 220 млн га (но она растёт благодаря программам лесовосстановления и озеленения), которые поглощают примерно 1,2 млрд тонн, общий баланс сильно негативный — -11,3 млрд тонн;

• США — имеют леса общей площадью ~310 млн га (включая Аляску), которые поглощают примерно 0,8 млрд т (важно отметить, что леса США сильно страдают от пожаров — поэтому чистый показатель поглощения снижается), общий баланс тоже остаётся сильно негативным — -3,95 млрд т;

• Евросоюз — леса общей площадью ~160 млн га поглощают ~0,4 млрд т углекислого газа, поэтому, хотя Скандинавия и Прибалтика работают как «углеродные губки», в целом ЕС остаётся нетто-эмитентом с общим балансом -2,4 млрд т;

• Индия —площадь её лесов составляет 76 млн га и стремительно сокращается, пока они ещё поглощают ~0,2 млрд тонн, что незначительно снижает баланс до -2,45 млрд т;

• Япония — хотя леса занимают площадь ~25 млн га, они стареют и теряют эффективность, поэтому поглощают лишь ~0,1 млрд т и оставляют баланс на уровне -1,0 млрд т;

• Россия — имеет самую большую из перечисленных стран площадь лесов — 816 млн га — а также большое число болот, и суммарно они поглощают 1,5–2 млрд т, и она оказывается единственной из ведущих стран с минимальным отрицательным или даже слегка положительным балансом эмиссии углекислого газа — от -0,45 до +0,05 млрд т. Это ещё не полная углеродная нейтральность, но уже близко. Мы единственные в списке, чьё поглощение сопоставимо с выбросами. Если бы все страны вносили такой же вклад в поглощение CO₂, как Россия, Парижское соглашение было бы выполнено уже сейчас!

Но угрозы остаются

Леса — одно из главных богатств России. Пока ЕС тратит €500 млрд на сокращение выбросов, Россия бесплатно компенсирует 80% своих выбросов лесами. Но этот дар можно потерять — и тогда весь мир почувствует последствия. Серьёзной проблемой являются пожары, уничтожающие в худшие годы до 10 млн га леса (как в 2021-м). Поэтому первоочередной задачей нашей природоохранной политики должно являться данные не столько сокращение выбросов, сколько сохранение и восстановление лесов.

Кроме того, стоит обращать особое внимание на судьбу пресной воды. 20 % мировых запасов воды находятся в России — в современных условиях это ресурс колоссальной ценности, намного превосходящий нефть или газ. Нельзя допустить, чтобы этот ресурс погиб из-за загрязнения.

Усиленно бороться следует и с эрозией почв — деградация почв на юге грозит снижением урожайности на 15–20 %, что грозит продовольственным кризисом и России, и миру.

Наконец, даже при сохранении статуса «углеродного донора» игнорировать энергопереход нельзя. Это и вопрос экономики — спрос на нефть и газ неизбежно упадёт, нужно искать альтернативу (водород, атомная энергия на экспорт). Это и вопрос технологических стандартов, являющихся условием доступа на многие иностранные рынки. Наконец, это вопрос нашей репутации — лидерство в сохранении лесов в сочетании с развитием чистого транспорта необходимо для образа России как экологической державы.

Заключение

Представьте: Россия — это гигантская губка, которая впитывает мировой углекислый газ. Но если мы продолжим вырубать леса и отравлять почву, губка превратится в решето. Наша цель — не просто «не мешать» природе, а усилить её способность спасать планету. Сначала — спасти леса и почвы (это наше конкурентное преимущество). Параллельно — перестраивать транспорт и энергетику (это наше будущее). Такой подход превратит Россию в экологического лидера Евразии.

¹ EDGAR — здесь: база данных выбросов для глобальных атмосферных исследований (Emission Databese for Global Atmospheric Research).

© Александр Кафеев, 2026. При перепечатке ссылка на автора и исходный пост обязательна. Нарушение преследуется по ст. 1301 ГК РФ.