Очарованные магией VIII. Его призраки

И без того волнующаяся Мерилиан разнервничалась ещё больше, когда подошла к двери лектория и заметила, что внутри не горит свет. Она всё равно постучала, теша слабую надежду, что Лиарендил откроет ей, но изнутри никто не отозвался. Очевидно, что в кабинете его не было. Но куда он мог уйти без ключа от дома? Мерилиан так долго гуляла с Талиэль, так наслаждалась городской беззаботностью Дня Солнца, что не заметила, как наступил вечер. Хоть она и не хотела признаваться себе в этом, но знала, что намеренно оттягивала момент встречи с магистром, чтобы избежать неловкости. А теперь из-за своей глупости наверняка создала ему ещё больше проблем!

Босмерка глубоко вдохнула, успокоилась и подумала: «Ничего, если он не может попасть домой, просто схожу к нему, отдам ключ и извинюсь. Но сначала загляну в приёмную Архимага, узнаю. Без паники, Мерилиан, у тебя же всегда всё под контролем».

Решив так, Мерилиан вышла из пустынного коридора здания с аудиториями и направилась к Башне Архимага. Едва взойдя по ступенькам и приоткрыв тяжёлую дверь, она услышала строгие мужские голоса и замерла. Её всю пробрало дрожью от ледяных, гневных интонаций магистров.

— Не вы отдаёте здесь приказы, Лиарендил, — сурово напомнил Раминус Полус. — И не вам решать, как действовать археологическому обществу.

— Я лишь просил ничего не трогать до того, как я переведу текст. — Лиарендил старался сохранять спокойствие, но Мерилиан всё равно не узнавала его голос. Она ещё никогда не слышала, чтобы Лиарендил говорил настолько холодно, устало и разочарованно.

— Не забывайте, что вы не единственный, кто владеет айлейдисом.

Лиарендил сразу же парировал:

— Но, похоже, единственный, кто обладает здравым смыслом.

Мерилиан тихо сделала шаг назад, едва не промахнувшись ступенькой. Воздух вокруг накалился, как знойным полднем перед грозой. Заявить такое Раминусу Полосу было одинаково смело и безрассудно.

Мастер-Волшебник проговорил с нажимом:

— Попридержите свой альтмерский пыл. Иначе рискуете остаться без работы.

— Лучше я останусь без работы, чем несколько человек снова пострадают или погибнут из-за неверно расшифрованной надписи! — Лиарендил вовсе не терял терпение или самообладание, но он заговорил громче, и в его голосе мелькнули нотки отчаяния и страха. — Я не первый год занимаюсь этим, магистр, и знаю, о чём говорю. Раз уж вы доверили мне эту работу, так не мешайте работать. На мне лежит ответственность за всё, что касается текстов Беллеагеа, поэтому и приказы буду отдавать я.

Полус ответил кратко:

— Вы создаёте проблему на пустом месте.

— Нет, это не пустое место, — не согласился Лиарендил. — Это опаснее, чем вы все думаете. Слава Зарксу, в этот раз никто не пострадал, но впредь, прежде чем отдавать какие-то распоряжения, касающиеся артефактов, спросите меня об этом.

— Непременно, — ядовито процедил Мастер-Волшебник, ясно давая понять, что больше нет смысла продолжать этот диалог.

Мерилиан спустилась ещё на ступеньку и в спешке прошла чуть дальше вдоль башни, чтобы остаться незамеченной. Почти сразу же хлопнула дверь. Она видела, как Лиарендил вышел на улицу и направился к своему кабинету, каким нервным и нетерпеливым был его шаг, а поэтому хотела бы дать ему время остыть и подождать его где-нибудь. Наверное, так в самом деле было бы лучше, но… она услышала много того, чего не должна была слышать, и понимала, что сейчас Лиарендила ни в коем случае нельзя оставлять одного.

Она осторожно пошла за ним, а когда он зашёл к себе, выждала пару минут и робко постучала.

— Да? — раздражённо долетело из-за двери.

Мерилиан собрала всю свою волю и зашла внутрь.

— Магистр Лиарендил, к вам можно?

Он спросил прямо:

— Принесла ключ?

— Угу…

Она приблизилась к нему медленно и осторожно, будто к спящему горному льву, положила ключ на край стола, отпрянула. Лиарендил заметил её странное поведение. Он поднял на неё взгляд и вяло усмехнулся, признаваясь:

— Извини, день был паршивым.

— Если хотите, можете рассказать мне.

Он отмахнулся.

— Не бери в голову. Иди.

Мерилиан потопталась на месте, обвела погруженную в полумрак аудиторию растерянным взглядом и вдруг нашла то, что искала.

— Ой, смотрите! Ваши очки. Вечно оставляете их не на месте, а потом забываете.

Она подошла к парте в первом ряду, взяла хрупкую оправу с прозрачными стёклышками. Такие вещи делались на заказ у редких мастеров и были очень дорогими. Когда Мерилиан повернулась к Лиарендилу, чтобы передать ему очки, увидела, как он улыбается. Это и было целью её дурачества.

— Спасибо, — равнодушно поблагодарил он, убрал очки в красивый футляр и с любопытством снова уставился на неё. — Уходить не собираешься, да?

Она помотала рыжими космами. Лиарендил терпеливо вздохнул, поднялся, вышел из-за стола. Мерилиан почувствовала, как участилось сердцебиение, когда он начал медленно приближаться. До катастрофы не дошло. Лиарендил остановился прямо перед ней, сложил руки на груди, прислонился к своему столу.

— Ты с огнём играешь, Мерил…

Пока всё совсем не вышло из-под контроля, Мерилиан потупила взгляд и тихо призналась:

— Я слышала ваш разговор с магистром Полусом.

— Ясно, — только и сказал он.

Мерилиан пришлось продолжить, хотя говорить об этом было очень непросто:

— Я не глупая, Лиарендил. Вы дважды обмолвились, что в этот раз никто не пострадал. Вы поэтому не любите экспедиции? Вы… потеряли кого-то?

Он отвернулся от неё, посмотрел в окно, будто искал ответ в рассыпающемся по зелёным листьям деревьев золоте заката. Несколько минут молчания растянулась в вечность. Мерилиан уже начала ругать себя, что влезла не в своё дело. Ей не следовало поднимать эту тему, она должна была просто вернуть ему ключ! Наверное, стоило извиниться и уйти, однако Лиарендил вдруг очень медленно кивнул.

— Не просто потерял, — произнёс он неожиданно хрипло. — Я был причиной их гибели.

К нему подбежала высокая светловолосая эльфийка в длинной тёмной тоге мага. Лиарендил давно её заметил и остановился, дожидаясь. В её руках была стопка бумаг.

— Лиарендил! Тебе просили передать.

Она сняла с вершины своей бумажной башни конверт и передала его брату.

— От Мастера-Волшебника? — догадался он.

— Да. Что там?

Лиарендил улыбнулся.

— Это моё письмо. Тебе не надо знать.

— Эй, ты!..

По праву старшей она могла бы высказать ему что-нибудь эдакое, но выражаться в приличном обществе не пристало, да и не соответствовало образу важной чародейки.

Лиарендил вскрыл конверт, быстро пробежался взглядом по тексту и объяснил, сжалившись над любопытством сестры:

— Это насчёт экспедиции в обнаруженный под Олд Руном храм. Из-за того, что магистр Арсиэнтел сейчас где-то в Хай Роке, гильдия просит меня заняться древними надписями на стенах.

— Смотри, не зазнавайся, — напутствовала Элирэн, но сама улыбнулась, радуясь достижениям брата.

Он всё равно посетовал:

— То же мне, родня. Нет бы гордилась!

— Я всегда тобой горжусь, малявка.

Элирэн почти поймала его, чтобы потрепать по макушке, но Лиарендил жил с ней не первый год и прекрасно знал все её хитрости. Он ловко увернулся, предупреждающе вытянул руку и потребовал:

— А ну прекрати! Как дитя малое, честное слово!

Эльфийка приняла серьёзный вид и шутливо поклонилась:

— Прошу простить меня, магистр Лиарендил, вы же у нас такая важная фигура в Фёстхолде!

Он не был каким-то особенно важным альтмером в гильдии, нашлись бы маги и поважнее, но Лиарендил был неплох в Изменении, а ещё отлично владел древнеальдмерским языком. Элирэн тоже была хорошей чародейкой, блестяще владела школой Разрушения и притом обладала исключительной харизмой, за которую её все любили.

— Ладно, — сдалась она, — Мне пора бежать на лекцию, ученики ждут.

И она унеслась прочь таким же стремительным вихрем, каким и появилась.

Снова оставшись в одиночестве, Лиарендил убрал конверт и решил наведаться в архивы. В академии была самая большая библиотека во всём Фёстхолде, такой могли позавидовать самые безумные коллекционеры древних фолиантов, редких трактатов и первых изданий, но альтмера привлекали отнюдь не рукописные страницы, скопившиеся на деревянных полках. Он открыл дверь и, поднявшись по винтовой лестнице на второй этаж, остановил взгляд на девушке, притаившейся тенью возле одного из стеллажей.

Она любую свободную минуту проводила в библиотеке. Никогда не менялась. Ища что-то, она задумчиво изучала названия, перебирала испачканными в чернилах пальцами корешки книг, смахивала пыль с обложек. Она всегда так увлекалась книгами, что переставала замечать мир вокруг.

Он тихо приблизился, сел за её стол и, пока она была занята, смог обо всём забыть и любоваться ею. Она не отличалась какой-то невероятной привлекательностью, была слишком бледной для альтмерки, волосы у неё были тёмные, а не золотые, да и худышкой её нельзя было назвать, хотя на островах эталоном красоты были стройные эльфийки. Но как она была прекрасна в своей неудержимой страсти к книгам, какой искренней была её улыбка, как мило она смущалась перед Лиарендилом, и каким большим и добрым было её сердце!..

Все вокруг думали, что Лиарендил просто развлекается, пытаясь обольстить эту серую мышку. Но он правда с ума по ней сходил.

Она обернулась, увидела его и вздрогнула, едва не выронив с таким трудом найденную книгу.

— Силы Магнуса, ты напугал меня!

Лиарендил улыбнулся.

— Добрый вечер, Вилария.

На стол перед ним лёг толстый том «Подлинной Барензии». Сколько раз она уже читала эту книгу? Сто? Пятьсот? Лиарендил всегда считал, что в этом тексте слишком много лишнего, но Вилария просто обожала «Барензию».

Он поймал её руку. Вилария смутилась и убрала за ухо выбившуюся из косы прядь волос.

— Приходи ко мне сегодня, — без улыбки попросил он.

Эльфийка подняла на него взгляд, и в её глазах блеснула яркая искорка. Для приличия она всё же уточнила:

— А как же Элирэн?

— Она будет у своей подруги.

Вилария предприняла ещё одну попытку:

— Но я хотела почитать…

— Бери с собой. Почитаешь мне вслух.

Искорка обернулась настоящим пожаром. Вилария поставила обе руки на стол, наклонилась к Лиарендилу и встревоженно уточнила:

— Правда? Ты правда этого хочешь?

— Всем сердцем, — ответил он и добавил про себя: «Лишь бы ты была рядом».

А сам подумал, сможет ли он хотя бы два абзаца этой чуши вытерпеть. Но вытерпит и больше, лишь бы сделать её счастливой.

Вилария вкрадчиво пообещала:

— Обязательно приду.

На прощание снова коснувшись нежной руки девушки, Лиарендил улыбнулся ей и вышел из архивов.

Когда он вернулся домой, сразу же достал из шкафа все свои книги по прото-альдмерису (только такого рода книги были в его домашней библиотеке), чтобы повторить всё, что было ему известно. Он волновался, потому что ему ещё ни разу не приходилось в одиночку переводить древние альдмерские тексты в настоящих исследованиях. Теперь пришло время применить свои знания на практике.

Открытие этого древнего храма многое значило для учёных Саммерсета. Это могло продвинуть их на несколько шагов вперёд в изучении собственной истории, а также приблизить к познанию древней магии. Альдмеры были потрясающими чародеями, но многие их знания были утеряны с течением лет, и на сегодняшний день никто даже представить себе не мог, какая сила таится в старинных артефактах, что изредка обнаруживаются в самых разных частях островов. В эту экспедицию собиралась большая группа магов, поскольку и руины обнаруженного рядом с Олд Руном храма впечатляли своими размерами.

Лиарендил провёл остаток дня за книгами, хотя очень часто его мысли уходили от главной темы повествования. Поэтому он даже не заметил, как за окном наступил вечер, и удивился, когда в дверь дома постучали.

Сняв очки, Лиарендил поторопился открыть девушке. Темноволосая эльфийка скромно поздоровалась, перешагнула порог, и Лиарендил тут же притянул её к себе, прильнув в поцелуе к сладким губам и на ощупь закрывая дверную задвижку за её спиной.

Олд Рун давно остался позади. К охраняемой несколькими боевыми магами территории приближалась небольшая группа чародеев из Академии Фёстхолда, которая считалась одним из главных научных центров не только Ауридона, но и всего Саммерсета. Лиарендил спешился, передал поводья первому подбежавшему стажёру и, ни на кого не обращая внимания, посмотрел на зияющий мраком проход в пещеру. Было сложно поверить, что прямо под ним находилось древнейшее поселение альдмеров, столько лет сокрытое от глаз современных эльфов.

За спиной послышался голос сестры:

— Страшно?

— Отнюдь. Волнительно — пожалуй.

Она тихо засмеялась.

— Идём. Самое интересное ещё впереди.

Чародеи спустились в пещеру. Вдоль стен были развешаны магические огни, разгоняющие царящий вокруг подземный мрак, но от древнего хлада мало что могло спасти. Изредка учёным попадались на пути одинокие боевые маги, скучающие за рутинной работой вроде таскания ящиков с инструментами и провизией. Вскоре под ногами стали появляться полуразрушенные каменные ступени, ведущие в один из подземных залов храма, в котором был поставлен главный лагерь магов со всеми необходимыми лабораториями, телепортами и инструментами. Лиарендил поднял взгляд к своду потолков и на мгновение замер, пораженный красотой зрелища. Раньше ему казалось, что самое красивое здание, которое только может существовать на островах, — это Академия Фёстхолда. Он ошибался. Потолок в этом зале был украшен звёздными камнями, которые были разбросаны в беспорядке, но плотно скапливались в центре, где была подвешена металлическая люстра. По бокам стояли узкие колонные с тонкой искусной резьбой. Не только Лиарендил впечатлился. Элирэн за спиной восторженным шёпотом воззвала к одному из богов.

К магистру Виллему, который возглавлял их небольшую группу из Фёстхолда, подошёл молодой паренёк-имперец.

— Магистр! Мы как раз ждали вас. Можете располагаться в шатрах семь и восемь, — он указал на них рукой, — после вас ожидает Мастер-Волшебник Миралдур в зале Альд. Вы всегда можете найти меня здесь, если я вам понадоблюсь.

— Благодарю-благодарю, — скучающе пробасил в ответ старый бретон. — Лиарендил, Арэндион и Кобус, вы со мной. Дамы, ваш шатёр рядом.

Девушки, перешептываясь и тихо смеясь, удалились. Лиарендил не стал никого ждать и, быстро бросив свои вещи, отправился в Первый зал, о котором говорил встретивший их парень. Однако добраться до цели ему было не суждено, потому что единственный проход преградили несколько человек, несущих огромный железный ящик на деревянных брусьях. Им сопутствовал хриплый женский голос:

— Осторожнее, скамповы дети! Осторожнее! Маги-специалисты, тоже мне! Не могут аккуратно доставить артефакт к телепорту!

Через пару секунд Лиарендил смог увидеть эту строгую даму. Это была ещё достаточно молодая данмерка, одетая в простые рубашку и штаны, а не в робу, как большинство учёных здесь. Она была хороша собой, но её насмешливый взгляд и скривлённые в дерзкой полуулыбке губы сразу говорили о том, что эта особа обладает чрезвычайно непростым характером.

Данмерка небрежно стянула перчатку и устало провела рукой по коротким чёрным волосам. Её причёска тоже удивила Лиарендила, потому что эльфийки на Саммерсете и Ауридоне любили длинные пышные косы, но никак не разбросанные мальчишеские локоны.

— О боги мои! Грязекрабы с Аскадианских островов справились бы с этой задачей лучше! — взмолилась данмерка, эмоционально подняв глаза к несуществующему небу. — Осторожнее ставьте, во имя аурил! В чём я так провинилась, что мне в помощники дали именно вас?

Закончив отчитывать подопечных, леди недовольно посмотрела по сторонам, словно ища кого-то, и её пристальный алый взгляд остановился на Лиарендиле.

— Эй, красавчик, где даэдра носят этого идиота, который должен следить за телепортом?

Лиарендил тоже растерянно осмотрелся.

— Не знаю, я никого здесь не видел.

— Тогда активируй двенадцатый периферический поток первой линии. А вы прочь отсюда!

Едва перепуганные стажёры разбежались, она опустила активирующий рычаг рядом с телепортом. Лиарендил никогда раньше не имел дела с подобными установками, но тем не менее подошёл к панели управления и выполнил указания данмерки, полагаясь на логику и полученные в академии теоретические знания о телепортации. Платформа мгновенно вспыхнула синим магическим светом, с тихим низким гулом перенося ларец в другое помещение.

— Слава Альмсиви! Хоть у кого-то тут нормально функционируют мозги. — Данмерка выключила телепорт и снова повернулась к эльфу. — Ты недавно здесь?

— Мы только что прибыли с магистром Виллемом.

— Правда? Это чудесно, с ним должен быть специалист, который поможет мне с переводом надписей на плите. Честно говоря, не думала, что у меня самой возникнут с этим трудности.

Лиарендил не стал сразу признаваться, что речь о нём, с любопытством уточнил:

— Что было в этом ящике?

Женщина легко поделилась:

— Камни небесного происхождения с мощной магической энергией внутри. Мастер-Волшебник приказал отправить их в фёстхолдскую лабораторию.

— Я никогда не видел вас раньше в Фёстхолде.

— Так и на альтмерку я не похожа. — Она с улыбкой протянула ему руку. — Селвилара из Вивека, декан имперского археологического общества. Здесь по поручению Университета Таинств, слежу за тем, чтобы идиоты, вроде этих четырёх, ничего не повредили.

Лиарендил усмехнулся и пожал ей руку. Имперцы всегда суют нос в дела Саммерсета, чародеи из Университета Таинств невыносимо горды и заносчивы, поэтому тут их терпеть не могут. Но эта эксцентричная дама Лиарендилу нравилась.

Он тоже представился:

— Лиарендил, маг гильдии Фёстхолда. Специализируюсь на магии Изменения и прото-алдьмерисе.

Данмерка прищурила глаза, словно не веря, что этот юный высший эльф сможет справиться с тем, с чем она сама не справилась, и протянула:

— Отли-ично… Тогда идём, я покажу тебе.

Селвилара надела пыльную перчатку и быстро направилась в зал Альд, не позволяя Лиарендилу как следует что-либо рассмотреть. Однако после он понял, что красота древнего храма — ничто по сравнению с тем, что на самом деле привлекло внимание учёных. У дальней стены главного зала возвышался белокаменный пьедестал, на котором стоял чёрный кристалл, окутанный магическим сиянием. От чародеев его отделял узкий мост, но путь к нему был преграждён древним магическим барьером. Лиарендил неосознанно замедлил шаг, неотрывно смотря на могущественный артефакт.

Пока Лиарендил заворожённо любовался кристаллом, Селвилара подошла к Мастеру-Волшебнику и сообщила:

— Магистр Миралдур, я нашла вашего языковеда.

Лиарендил опомнился, посмотрел на магистра и уважительно склонил голову. Альтмер ничего не ответил археологу и приблизился к молодому магу.

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько это открытие важно для Саммерсета. Сюда приехали лучше специалисты со всех островов и даже из Университета Таинств, так что не заставляй всех их ждать. Приступай к работе.

Лиарендил знал, какой ответ нужен Миралдуру. Он ещё раз поклонился и уверенно сказал:

— Вы можете не сомневаться во мне, я не подведу. Покажите мне надпись.

Миралдур остался доволен решимостью молодого специалиста и указал на тяжёлую каменную плиту, на которой были высечены древние руны альдмериса.

— Нам удалось перевести только малую часть текста, — сказал он. — Некоторые слова для нас и вовсе остались неизвестными.

Лиарендил подошёл к надписи, внимательно изучил каждую руну.

— Что это за кристалл? — спросил он, не отрываясь от текста.

— Двебал, древний источник силы. Альдмеры использовали такие для безграничной магической подпитки своих храмов. Предположительно, он черпает энергию из подземных потоков, но от нас они скрыты. Мы надеемся, что именно этот двебал поможет нам, наконец, понять суть магии наших предков.

— Он передаёт силу в камни на потолке? — догадался Лиарендил. — И уже они рассеивают её по всему залу?

— Ты быстро схватываешь, — похвалил его Мастер-Волшебник. — Этот кристалл является чем-то вроде панели управления. Он фокусирует на себе энергию и уже потом перенаправляет её в нужное место. Именно поэтому альдмеры старались сохранить его любыми способами, ведь разрушение двебал привело бы к уничтожению всего ниум.

— Если именно подземный камень держит на себе весь город, то почему остальные найденные на островах храмы до сих пор сохранились?

Миралдур был терпелив к любознательности подопечного, казалось, ему даже нравилось отвечать на вопросы. Он щедро делился своими знаниями:

— В остальных городах нет такого скопления магии, как здесь.

— Это очень похоже на систему, которую использовали айлейды, — вспомнил Лиарендил. — Их города тоже подпитывались одним источником.

— Но в отличие от айлейдов, альдмеры пользовались подземной магией, а не магией звёзд. И двебал помещали только в определённых местах.

— Раньше такие кристаллы уже находили?

— Известно только три двебал, но все они изначально хранились в Ордене.

— Нет вероятности, что Псиджики и сейчас явятся сюда и свернут все наши исследования?

— У нас приказ императора, — строго отрезал Миралдур. — Так что Псиджики не осмелятся предпринимать что-либо.

— Магистр, — Лиарендил посмотрел на маячившую вдалеке Селвилару, вздохнул и осторожно поинтересовался: — а эта имперская данмерка… она здесь тоже по приказу императора?

— Она хороший учёный, — спокойно ответил Мастер-Волшебник. — Это лучшее, что могли нам предложить имперские маги, и у неё нет цели разнюхивать здесь о нашей работе. Можешь доверять ей.

Лиарендил, поняв, кивнул.

— Хорошо. Я и не смел сомневаться. — Он быстро свернул опасную тему и указал на плиту: — Это что-то вроде инструкции по управлению защитой.

Миралдур благосклонно улыбнулся.

— Я надеялся, что это так. Чтобы попасть к двебал, нам нужно снять барьер, но как это сделать, нам не известно.

— Я займусь этим. Для меня не составит труда перевести этот текст на современный эльфийский.

В зале Альд собрались все самые сильные маги, обладающие необходимым для ритуала запасом энергии. Они стояли перед барьером, внимательно слушая указания Мастера-Волшебника, а он лично каждому отдавал распоряжения. Лиарендил стоял третьим слева и свои обязанности он очень хорошо знал, потому что сам обсуждал этот обряд с Миралдуром. Он чуть наклонился вперёд, чтобы увидеть остальных. Его сестра была практически в самом центре, перед мостом, рядом с двумя другими магами Разрушения.

— Нашёл время разглядывать эльфиечек! — вдруг весело шикнул на него стоявший рядом Арэндион. — У нас тут такое важное задание, а он от девчонки глаз не отводит.

Лиарендил устало закатил глаза и процедил сквозь зубы:

— Это моя сестра, идиот. И кто из нас ещё о девчонках думает…

Арэндион только сделал вид, что слова Лиарендила смогли как-то пристыдить его, но сам ещё больше заинтересовался красивой молодой эльфийкой. Лиарендил не стал обращать на него внимания. Этот парень вообще был не во вкусе Элирэн.

Он задумался об обряде. На словах это казалось несложным, но на практике всё могло пойти не так. Для начала мистики должны были перекрыть доступ энергии к камням в потолке, на которые Лиарендил сразу обратил внимание. Эти стекляшки вовсе не были простым украшением, они перенаправляли энергию двебал и тем самым создавали барьер. По приказу Миралдура маги занялись этим.

После того как их работа была выполнена, в дело вступали остальные. Они должны были гасить магические лучи, отходящие от двебал к уже нефункционирующим проводникам, потому что если энергию кристалла оставить без присмотра, то любая другая магическая сила будет уничтожена им. Как и сам маг, обладающей этой силой.

Лиарендил постарался отбросить мрачные мысли и полностью сосредоточился на поступающих от двебал магических потоках. Он медленно гасил их, подавляя собственной энергией, и чувствовал, как стремительно начинает слабеть, хотя предпочёл ничем не выдать собственной слабости.

Он видел, как маги Восстановления создавали свой собственный барьер. Этот щит, мерцая волшебством, сплетался из магических нитей между чёрным кристаллом и альдмерским барьером, чтобы защитить и магов, и сам двебал от последствий, к которым могут привести дальнейшие действия чародеев.

И последними ударили разрушители. Мощной атакой они прорвали изначальный защитный барьер, отчего он начал медленно трескаться, словно тонкое стекло от удара. Лиарендил заворожённо смотрел на всё это действо, одурманенный царящей в воздухе магической силой. Ему ещё никогда не доводилось участвовать в обрядах такого масштаба.

Неожиданно лопнул щит, поставленный магами Восстановления. Он исчез, испарился, словно был разрушен с противоположной стороны, и это не было запланировано. Все поняли, что происходит. Двебал — мощнейший магический накопитель — выходил из строя и начинал подавлять своей силой абсолютно всё, что стояло у него на пути.

Кто-то запаниковал. Его страх передался на другого. На третьего. Лиарендил стоял не шевелясь.

Глухо вскрикнув, кто-то упал на пол.

Кто-то в испуге бросился к выходу.

Миралдур кричал, отдавая распоряжения, приказывая магам взять себя в руки, и целители, опомнившись, снова попытались поставить щит. Им это удалось, но — лишь на пару секунд. Древний кристалл, лишённый своих проводников — магических камней, выливал в пространство вокруг изначальную энергию, величественную и смертоносную. Он был пульсирующим сердцем, от которого отрезали все сосуды. Он выплёскивал оставшуюся в нём кровь наружу, заливая всё вокруг ярко-красными пятнами.

Лучи, которые до этого времени сдерживали запаниковавшие и отступившие маги, с вдвое большей силой ударили в кого-то из других чародеев. Кругом поднялся шум, маги кричали в страхе и отчаянии, стонали от боли.

Лиарендил стоял, не шевелясь, и не мог понять, как это произошло. Он не мог найти причину. Они действовали точно, слаженно, без единой ошибки. Что могло пойти не так?

Из оцепенения его вырвал гневный голос Мастера-Волшебника:

— Элирэн, не вздумай!

Лиарендил мгновенно нашёл взглядом сестру. Она бросилась по мосту к двебал, стремясь приблизиться к пьедесталу. Лиарендил вдруг с ужасом понял, что именно она хотела сделать, и рванул за ней следом.

Элирэн первой подбежала к двебал так близко, насколько это было возможно, а потом собрала остатки своих сил и вылила их в камни, которые так старательно выводили из строя мистики. Она полностью освободила себя от энергии и стала идеальным проводником для магии двебал. Кристалл, найдя для себя этот проводник, ударил в него всей своей мощью. Последнее, что успела сделать Элирэн, — это направить ворвавшуюся в неё силу в нужное русло и вернуть защитный барьер. После этого она так и осталась стоять на месте с широко распахнутыми глазами и поднятыми руками.

Лиарендил остановился. Ноги подкосились.

Кто-то подхватил его под руку, сквозь густую пелену он услышал голос Селвилары:

— Оставь её, ей уже не поможешь. Нужно спасаться самим!

— Она моя сестра…

— Она уже не твоя сестра! Она лишь проводник энергии, который скоро будет разорван изнутри. У нас минута, чтобы покинуть помещение! — Данмерка встряхнула его, чтобы пришёл в чувства. — Быстро! На выход!

Как они выбрались из древнего храма, Лиарендил не помнил. Очнулся он уже под синим весенним небом. Он сидел на земле, рядом была Селвилара. Она крепко сжимала его запястье и что-то говорила. Лиарендил не слушал.

— Лиарендил, — данмерка заглянула в его глаза, — мне надо перевязать твои руки.

Он неохотно посмотрел на свои ладони. Они были в ожогах от магической энергии, которую он столько времени пытался сдерживать, но боли Лиарендил не чувствовал. Он незаметно кивнул тёмной эльфийке, понимая, почему никто не хотел прибегать к магии Восстановления. После такого мощного взрыва любая магия была для них опасна.

— Посмотри на них, — учёная кивнула на остальных чародеев. — Если бы не твоя сестра, они бы все были мертвы.

— Сколько погибло?

— Семеро.

Лиарендил с болью закрыл глаза. Семь магов погибли в этом подземелье, включая его сестру. Но как? Где он ошибся?..

Он обвёл взглядом оставшихся. Измученных. Несчастных. Потерявших друзей. Среди выживших не было Мастера-Волшебника Миралдура. Арэндиона тоже нигде не было видно.

Когда Селвилара закончила с его руками и ушла помогать другим, Лиарендил опустился на траву и закрыл глаза. После этого дня он больше никогда не сможет спокойно думать о магии. Тот, кем он был раньше, умер вместе с Элирэн.

Замолчав, Лиарендил отвернулся к тёмному окну и поджал губы. Сердце громыхало в груди, как ненормальное. Руки были ледяными. Кто вообще просил его обнажать перед Мерилиан душу? Это была не та история, которую нужно рассказывать девушке. Нашёл на кого вылить свои страхи и боль…

Он не смотрел на неё, но заметил, как она сделала неуверенный шаг. Лучше бы ей совсем уйти, однако она не позволила ему произнести это вслух, и в следующее мгновение Лиарендил почувствовал нежное тепло её тела, согревающее и успокаивающее, пахнущее летними цветами и старинными книгами, сладкими зельями и яблочным бренди. Мерилиан обняла его, прижалась щекой к вздрагивающей от учащённого сердцебиения груди, завела ладони за спину и вечность ничего не говорила.

Лиарендил затаил дыхание, боясь вспугнуть её. Он замер, не зная, как быть, но Мерилиан не отстранялась, и тогда он осторожно положил руки ей на плечи.

Девушка прошептала:

— Мне так жаль… Мне так жаль, что всё это случилось с тобой. Что ты всё это время носишь в себе эту боль…

— Это уже былое, — сказал он как можно легче и безразличнее, но притворство не удалось. Мерилиан посмотрела на него снизу, глаза её блестели.

— Какая разница, насколько давно это случилось. У таких событий не бывает срока годности.

Лиарендил кивнул, соглашаясь, но всё же признался, чтобы попытаться хоть как-то развеять сгустившееся вокруг облако скорби:

— Время и правда лечит. После этого случая я стал болезненно относиться к магии, боялся смотреть на древние тексты и несколько лет занимался вообще другим. Но вот я здесь и, несмотря ни на что, чувствую себя на своём месте.

Мерилиан робко отпустила его, сделала шаг назад. Лиарендил через силу ей улыбнулся.

— Но ведь в случившемся нет вашей вины…

Лиарендил долгие годы считал, что не заслуживает даже просто хорошего отношения к себе, какая уж тут любовь. Он ушёл от Виларии и больше не впускал в сердце ни одну девушку. Он бросил Академию Фёстхолда, порвал все связи, переехал в другой город. Он жил нелюдимым затворником не один год. И вот посмотрите на него: расстроился, что Мерилиан снова начала обращаться к нему на «вы».

Он был благодарен ей за ту доброту и нежность, которую она искренне ему дарила. Мерилиан и правда верила в его непогрешимость, и, не желая больше держать от неё тайн, Лиарендил признался:

— Нет, Мерилиан. В том, что случилось, ответственность лежит только на мне. Я ещё долго возился с той надписью, пытался понять, где же ошибся, и оказалось, я неверно перевёл одно-единственное слово. Прото-альдмерис непростой язык, одна лишь приставка может полностью изменить смысл глагола. После разрушения барьера нужно было прекратить сдерживать силу двебал и снова направить её в те камни-проводники. Я перевёл это как “продолжать сдерживать”. И это убило семь хороших магов.

Не зная, что сказать, она опустила взгляд и тихо повторила:

— Мне очень жаль, Лиарендил.

Он шагнул к ней. Коснулся пальцами её острого подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза. Было ли у него хоть какое-то право даже просто стоять с ней рядом, не говоря уже о чём-то большем?

Не было.

Поэтому он не сделал того, чего так хотел, и лишь пообещал:

— Клянусь тебе, Мерилиан, я больше никогда не повторю подобной ошибки. Никогда.