Туранизм
Туранизм, также известный как пантуранизм — это националистическое культурное и политическое движение, зародившееся в 19 веке для противодействия влиянию паннационалистических идеологий, таких как пангерманизм и панславизм Он провозгласил необходимость тесного сотрудничества или союза с культурно, лингвистически или этнически родственными народами внутреннего и среднеазиатского происхождения, такими как финны, японцы, корейцы, саамы, cамоеды, венгры, турки, монголы, маньчжуры и другие меньшие этнические группы как средство защиты и продвижения общих интересов и противодействия угрозам, исходящим от политики великих держав Европы. Идея «туранского братства и сотрудничества» была заимствована из панславянской концепции «славянского братства и сотрудничества».
Сам термин происходит от названия географической области Туранская впадина. Термин Туран широко использовался в научной литературе с 18 века для обозначения Средней Азии. Европейские ученые заимствовали этот термин из исторических работ Абу аль-Гази Бахадура; Аннотированный английский перевод его Shajare-i Türk был опубликован в 1729 году и быстро стал часто используемым источником для европейских ученых.
Эта политическая идеология зародилась в работах финского националиста и лингвиста Матиаса Александра Кастрена, отстаивавшего идеологию пантуранизма — веру в расовое единство и будущее величие урало-алтайских народов. Он пришел к выводу, что финны произошли из Центральной Азии (точнее, из горного Алтая) и были далеко не маленьким изолированным народом, а частью более крупного государства, в которое входили такие народы, как мадьяры, турки, монголы и им подобные. Это подразумевает не только единство всех тюркских народов (как в пантюркизме), но и союз более широких туранских или урало-алтайских народов. Считается, что в семью входят все народы, говорящие на «туранских языках».
Хотя туранизм — это политическое движение за объединение всех урало-алтайских народов, существуют разные мнения по поводу инклюзивности. По мнению известного туранца Зия Гёкалпа, туранизм предназначен только для тюркских народов, поскольку другие туранские народы (финны, венгры, монголы и т. д.) слишком различаются в культурном отношении; таким образом, он сузил турнизм до пантюркизма.
«Прямо через Северную Европу и Азию, от Балтики до Тихого океана и от Средиземного моря до Северного Ледовитого океана, простирается обширная группа народов, которым этнологи дали название «урало-алтайская раса», но которые в более общем смысле называются «Туранцы». Эта группа включает в себя османских турок из Константинополя и Анатолии, туркмен из Центральной Азии и Персии, татар Южной России и Кавказа, мадьяр в Венгрии, финнов из Финляндиии и прибалтийских провинций, коренные племена Сибири и даже далеких монголов и маньчжуров. Несмотря на то, что эти народы различны по культуре, традициям и даже внешности, они все же обладают некоторыми хорошо выраженными общими чертами. Их языки похожи, и, что еще важнее, их физическое и психическое состояние демонстрирует несомненное сходство». — Северный отдел туранских языков Макса Мюллера.
Истоки пантуранизма
Концепция урало-алтайской этнической и языковой семьи восходит к лингвистическим теориям Готфрида Вильгельма Лейбница; по его мнению, нет лучшего метода для определения родства и происхождения различных народов Земли, чем сравнение их языков. В его Brevis designatio meditationum de originibus Gentium ductis potissimum ex indicio linguarum, написанного в 1710 году, берет свое начало каждого человеческого языка от одного общего языка-предка. Со временем этот язык предков разделился на две семьи: яфетическую и арамейскую. Семья Яфетов раскололась еще дальше, на скифскую и кельтскую ветви. Члены скифской семьи были: греческий язык, семья сармато-славянских языков (русский, польский, чешский, далматинский, булгарский, словенский, аварский и хазарский), семья тюркских языков (турецкая, куманская , калмыцкая и монгольская), семья финских языков (финский, саамский, венгерский, эстонский, ливский и самоедский). Хотя его теория и группировка были далеки от совершенства, они оказали огромное влияние на развитие лингвистических исследований, особенно в немецкоязычных странах.
Пантуранизм уходит своими корнями в финское националистическое движение феннофилов и фенноманов, а также на работы лингвиста Матиаса Александра Кастрена. Концепция распространения здесь для родственных народов финнов.
Фридрих Макс Мюллер, немецкий востоковед и филолог, опубликовал и предложил новую группировку неарийских и несемитских азиатских языков в 1855 году. В своей работе «Языки места войны на Востоке» он назвал эти языки «туранскими». Мюллер разделил эту группу на две подгруппы: Южный дивизион и Северный дивизион. В конечном итоге его эволюционистская теория о структурном развитии языков, увязывающая растущую грамматическую утонченность с социально-экономическим развитием и делающая языки на «допотопную», «семейную», «кочевую» и «политическую» стадии развития оказались несостоятельными, но его Северный отдел был переименован и повторно классифицирован как урало-алтайские языки. Тем не менее, его терминология прижилась, и термины «туранские народы» и «туранские языки» стали частями общего языка.
Языки Азии и Европы расположены в соответствии с их грамматическими принципами в письме Макса Мюллера шевалье Бунзену о классификации туранских языков, опубликованном в 1854 году.
Как термин арийский используется для индоевропейского языка, туранский используется в основном как лингвистический термин, синоним урало-алтайского.
И урало-алтайский, и алтайский языки остаются актуальными — и все еще недостаточно понятыми концепциями ареальной лингвистики и типологии, даже если в генетическом смысле эти термины могут считаться устаревшими.
Финляндия
Пантуранизм уходит своими корнями в финское националистическое движение фенноманов, а также вработы финского националиста и лингвиста Матиаса Александра Кастрена. Кастрен провел более семи лет полевых исследований в Западной и Южной Сибири с 1841 по 1849 годы. Его обширные полевые материалы сосредоточены на обско-угорских, самодийских, кетических и тюркских языках. Он собрал ценную этнографическую информацию, особенно о шаманизме. Основываясь на своем исследовании, он утверждал, что финский, угорский, самоедский, тюркский, монгольский и тунгусский языки принадлежат к одной и той же «алтайской семье». Он пришел к выводу, что финны произошли из Средней Азии (в Горном Алтае), и они были далеко не маленьким изолированным народом, а частью более крупного государства, в которое входили такие народы, как мадьяры, турки, монголы и т. д. Основываясь на своих исследованиях, он отстаивал идеологию пантуранизма, веру в расовое единство и будущее величие урало-алтайских народов. Отсюда концепция распространилась на родственные народы финнов.
«Я полон решимости показать финскому народу, что мы не одинокий народ из болота, живущий изолированно от мира и от всемирной истории, но на самом деле связаны как минимум с одной шестой человечества». — М. А. Кастрен.
Кастрен придерживался мнения, что Россия систематически стремилась воспрепятствовать развитию в Финляндии более свободных условий, и на основании этого сделал вывод, что финны должны начать готовить восстание против России. По его словам, это должно было быть связано с благоприятным международным кризисом и будет реализовано как всеобщее восстание против русского правления, в котором примут участие нерусские народы от турок и татар до финнов. Это его политическое видение разделяли и некоторые другие интеллектуалы. Фенноманы, такие как Элиас Лённрот и Закрис Топелиус, разделяли это или даже более смелое видение грядущего величия.
«Двести лет назад мало кто мог поверить, что славянское племя займет видное (и постоянно растущее) положение, которое оно занимает в настоящее время в истории культуры. Что, если однажды финское племя, занимающее почти такую же обширную территорию, сыграет на мировой арене большую роль, чем можно было бы ожидать в наши дни? [...] Сегодня люди говорят о панславизме; однажды они могут говорить о панфиннизме или пансуомизме. В таком панфиннском сообществе финская нация должна занимать лидирующее положение из-за своего культурного старшинства [...]» — З. Топелиус.
Венгрия
Венгерский Туранизм (Turanizmus) был романтическим националистическим культурным и политическим движением, которое было наиболее активным со второй половины 19 века до первой половины 20 века. Он был основан на многовековой и все еще живой национальной традиции об азиатском происхождении мадьяр. Эта традиция сохранилась в средневековых хрониках (таких как Gesta Hungarorum и Gesta Hunnorum et Hungarorum, и Chronicon Pictum) еще в 13 веке. Эта традиция послужила отправной точкой для научных исследований этногенеза венгерского народ, возникший в 18 веке как в Венгрии, так и за рубежом. Шандор Кёрёси Чома (автор первого тибетско-английского словаря) путешествовал по Азии с твердой уверенностью, что он сможет найти род мадьяр в Туркестане среди уйгуров. Как научное движение, туранизм занимался исследованиями Азии и ее культуры в контексте венгерской истории и культуры. Политический туранизм зародился в 19 веке в ответ на растущее влияние пангерманизма и панславизма, которые венгры считали очень опасными для государства и венгерской нации, поскольку в стране проживало большое количество этнических немцев и славян. Политический туранизм подчеркивал важность общего происхождения и культурную близость венгров с народами Кавказа, Внутренней и Средней Азии, такими как турки, монголы, парсы и им подобные, и призвали к более тесному сотрудничеству и политическому союзу с ними в качестве средства обеспечения и дальнейшего развития общих интересов и противодействия неизбежным угрозам, исходящим от политики западных держав, таких как Германия, Британская империя, Франция и Россия.
Идея Венгерского института востоковедения возникла у Йену Зичи. Эта идея не сбылась. Вместо этого в 1910 году был основан своего рода лицей под названием Turáni Társaság (Венгерское общество туранистов, также называемое Венгерским азиатским обществом). Туранское общество сконцентрировалось на Туране как на географическом месте, где могли проживать предки венгров.
Движение получило импульс после поражения Венгрии в Первой мировой войне. По условиям Трианонского договора (1920 г.) новое венгерское государство составляло только 32,7% территории исторической Венгрии до заключения договора, и оно потеряло 58,4% своей территори. Более 3,2 миллиона этнических венгров (одна треть всех венгров) проживали за пределами новых границ Венгрии в государствах-преемниках в тяжелых условиях. Старые венгерские города, имеющие большое культурное значение, такие как Пожони (бывшая столица страны), Касса и Коложвар (современные Братислава, Кошице и Клуж-Напока соответственно) были потеряны. В этих условиях ни одно венгерское правительство не могло выжить, не добиваясь справедливости как для мадьяр, так и для Венгрии. Воссоединение мадьяр стало решающим моментом в общественной жизни и политической повестке дня. Возмущение заставило многих отвергнуть Европу и повернуться на Восток в поисках новых друзей и союзников в попытке пересмотреть несправедливые условия договора и восстановить целостность Венгрии.
Разочарование в отношении Европы, вызванное «предательством Запада в Трианоне», и пессимистическое чувство одиночества привели разные слои общества к туранизму. Они пытались искать друзей, родственных народов и союзников на Востоке, чтобы Венгрия могла вырваться из изоляции и вернуть себе заслуженное положение среди народов. Более радикальная группа консервативных, правых людей, иногда даже с антисемитским намеком, пропагандировала резко антизападные взгляды и превосходство восточной культуры, необходимость про-восточной политики и развитие осознания туранского расизма среди венгров.
1 июня 1924 года частными лицами было основано Magyar-Nippon Társaság (Венгерское общество Nippon) с целью укрепления венгерско-японских культурных связей и обменов.
Туранизм никогда не принимался официально, потому что он не соответствовал христианской консерватистской идеологической основе режима, но он использовался правительством как неформальный инструмент для выхода из международной изоляции страны и создания союзов. Венгрия подписала договоры о дружбе и сотрудничестве с Турецкой Республикой в 1923 г., с Эстонской Республикой в 1937 г., с Финляндской Республикой в 1937 г., с Японией в 1938 г. и с Болгария в 1941 году.
После Второй мировой войны Советская Красная Армия оккупировала Венгрию. Венгерское правительство было поставлено под прямой контроль администрации оккупационных сил. Все туранистические организации были распущены правительством, а большинство публикаций было запрещено и конфисковано. В 1948 году Венгрия была преобразована в коммунистическое однопартийное государство. Туранизм изображался и критиковался как исключительно фашистская идеология, хотя роль туранизма в межвоенном развитии ультраправых идеологий была незначительной. Официальный запрет действовал до падения социалистического режима в 1989 году.