архитектура до- и ранне-исламской Аравии
МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА ДО- И РАННЕ-ИСЛАМСКОЙ АРАВИИ.
((The Material Culture of Pre‐ and Early Islamic Arabia))
Barbara Finster
...Монотеизм : Иудаизм и христианство.
В ходе объединения государства при царе Абикарибе Асʿаде в Йемене и в провинциях происходили обращения в иудаизм, возможно, из-за политических факторов (Robin 2003: 151). Начиная с пятого века, не сохранилось никаких посвятительных надписей богам. Их заменили монотеистические надписи, призывающие "Рахманана" или "Зу самави", "Владыку небес". Уже в конце четвертого века храмы были заброшены, а их сокровища разграблены или помещены в государственную казну. Уже в четвертом веке Зафар почувствовал влияние иудаизма; в это время в Байт-Хадире близ Саны существовала еврейская община, которая, очевидно, эмигрировала из Палестины (Gajda 2009: 226-231). Евреи также жили в Наджране и в области Вусаб, к западу от Ибба. Мадхи к юго-востоку от Зафара, племена Мадхидж и Мурад между Наджраном и Марибом, а также Кинда в западном Хадрамауте вместе образовали иудейскую общину. Иудаизм также распространился среди химьяритов , киндитов , бани аль-Харит и Кинана.
*** Синагоги (mkrb) : засвидетельствованы надписями в Zafar, Marib, Rayda, Naʿd, Najr, Dulaʿ, and Tanʿim . В Tanʿim здание обозначено как масджид - термин, который позже стал относиться и к мечетям. В Наджране, вероятно, также были синагоги для еврейских жителей, но до сих пор ни христианские, ни иудейские культовые здания не были обнаружены археологически (Robin 2009b: 209). В одном только Кани (Qaniʾ) было найдено здание, которое может быть христианским, а также раскопанная синагога, датируемая второй половиной четвертого века. Она была прямоугольной в плане (5 × 7,7 м), с портиком и опорами, которые поддерживали, по-видимому, плоскую крышу (Sedov 2005: fig. 75). За иудаизмом и христианством стояли две великие современные державы того периода: Сасанидский Иран и Византия, каждая из которых стремилась одержать верх в борьбе за господство над арабскими племенами. Император Констанций II (337-361) отправил посольство под руководством Феофила Индийского к царю, который разрешил ему построить три церкви для византийских купцов (Nebes 2010: 36). Одна из них стояла в Зафаре, другие - в Адене и Кани. Однако свидетельства раннего христианства до конца пятого века не были обнаружены ни археологически, ни на основе надписей.
С помощью эфиопского негуса на престол взошел христианский химьяритский царь Мадикариб Яфур (519-522). Он поддерживал интересы Византии и предпринял военные походы против Аравии, которые распространялись даже на территорию лахмидских наместников сасанидов в Месопотамии. Таким образом, Йемен вступил в многовековой конфликт между Римом, Византией и Ираном. В качестве реакции против христианского эфиопского правления, Юсуф Асʾар Ятʾар, иудей из племени Язʾанидов или Химьяритов (упоминаемый в арабской литературе как Dhu Nuwas), завоевал Йемен между 521 и 523 годами. Теперь он продвигал иудаизм в качестве государственной религии и преследовал эфиопских и йеменских христиан. В 522 году он разрушил церкви Зафара и Мухи в областях Тихама и Фарасан. В 523 году в Наджране произошла трагическая резня христиан, которые, по сообщениям, были сожжены в своей церкви (Nebes 2010: 43-49). Наджран с его церквями - с незапамятных времен важный торговый город - был важным местом паломничества арабских христиан, а также экономически процветающим городом (Schiettecatte 2011: 295-304). Около 500 года император Анастасий (491-518) послал туда епископа по имени Сильван и таким образом ввел церковную иерархию. После резни император Юстиниан поощрил негуса Эфиопии Калеба Элла Асбеха напасть на Йемен и послал свой флот в поддержку (Bowersock 2013: 92-105). Юсуф Зу Нувас был убит в битве с эфиопами в 525 году. Был установлен христианский правитель, но эфиопский полководец Абраха ( между 535 и 565 гг.) сверг его. Абраха не только захватил царство, но и как преемник химьяритов принял их титулатуру и считал себя законным правителем Аравийского полуострова. Во время его правления было построено множество церквей, например, церковь в Марибе, которая была посвящена около 549 года. Туда приезжали послы византийского императора Юстиниана I, сасанидского правителя Хусрава Ануширвана I (531-579), эфиопского негуса Калеба Элла Асбеха, филархов Гассанидов (византийских вассалов) и Лахмидов, о чем сообщает большая надпись на дамбе Мариба, последняя запись сабейской письменности (Nebes 2004). Таким образом, политическая власть и самовосприятие эфиопского правителя как владыки Аравии стали очевидными.
Господству эфиопов не суждено было продлиться долго. Сасанидский шах, Хусрав Ануширван, отправил Вахриза в Йемен около 575 года, чтобы положить конец эфиопскому правлению. На короткое время в том же году к власти пришел йеменец Сайф ибн ди Язан, который сдал власть персидским сатрапам. В 579 году Йемен окончательно стал персидской провинцией. Последний персидский сатрап, Бадхан, принял ислам, и первая общинная мечеть в Сане (627-628 гг.) была построена в его саду. Культурный ландшафт Йемена решительно изменился с этим развитием, и многие древние города пришли в упадок. После последнего большого прорыва плотины между 575 и 600 годами Мариб также окончательно утратил свое значение. Зафар, столица химьяритов, с его дворцом Райдан, оставался центром царства вплоть до правления Абрахи. Сана была резиденцией правительства при Абрахе и должна была стать - по его словам - важным местом христианского паломничества. Знаменитый замок Гумдан, о котором в арабской традиции говорят как о шедевре арабской архитектуры, был построен, вероятно, около 200 г. н.э. Он сохранился в культурной памяти и стал важным местом паломничества христиан. Сохранившись в культурной памяти, он стал образцом для более поздних дворцов. В литературе восхваляется высота Гумдана, его прозрачная крыша из алебастра и богатое внутреннее убранство. Фасады были покрыты цветной каменной инкрустацией. Предание о том, что по углам самой верхней комнаты с алебастровым потолком стояли бронзовые львы, ревущие на ветру, напоминает те, о которых сообщается в эпиграфическом описании дворца Шурахбиля Яфура в Зафаре. Рисунки на выступе скалы в Джарф аль-Яхуди близ Саны (второй-третий век), вероятно, иллюстрируют Гумдан с его многочисленными сюжетами и статуями горных козлов на вершине террас (al-Salami 2012: 97-98) (рис. 2.7).
*** Церкви : В пятом-шестом веках церкви стояли в Зафаре, Мухе, Иббе, Багдане, Кани и Адене, на Фарасанских островах, в Сокотре и, возможно, в Тихаме. После победы над Юсуфом Калеб Элла Асбеха построил три церкви в Зафаре, а Абраха построил церкви в Марибе и Хамере около 525-530 годов (Robin 2009b: 172). Мечеть Наби Аллах Джарджис или Сарджис в Тариме, Хадрамаут, напоминает о церкви, посвященной этим святым, и свидетельствует о связи с Русафой в северной Сирии (Serjeant 1959). В Наджране стояли три церкви: церковь Вознесения Христова, церковь Пресвятой Богородицы и церковь (мартирион) Святых мучеников и славного Аретаса. Первая из них считалась самой красивой церковью в Наджране. Вероятно, именно в ней христиане, искавшие убежища, были сожжены войсками Юсуфа. Мученический храм Харита ибн Каʿба (Аретаса) был построен его семьей около 525 года. Он был украшен мозаикой и имел покрытие из "золота", что может указывать на кессонный потолок. Фигуры святых из "золота и серебра" можно рассматривать либо как живописные изображения, либо как рельефы (Finster 2010: 75-76). Как резиденция епископа, Наджран должен был похвастаться архитектурой, подходящей для его духовного лидера. Церковь Святой Богородицы находилась за пределами города на стадионе. Книжная культура и богословские знания были частью церковной жизни, что позволило городу стать культурным центром. Можно предположить, что, как и во всех монастырях, тексты переписывались, а культура письма, возможно, способствовала развитию арабского языка из арамейского алфавита. Сегодня, кроме нескольких граффити в виде крестов, о христианской культуре в Наджране свидетельствуют только керамические черепки с крестами и, возможно, могилы некоторых мучеников (Schiettecatte 2011: рис. 9; Zarins et al. 1983: pl. 39). Собор эфиопского правителя Абрахи в Сане известен только благодаря подробному описанию аль-Азраки (девятый век). Сана - как упоминалось ранее - планировалась Абрахой как резиденция епископа. С переводом костей мучеников из Наджрана или Зафара она также стала святым местом паломничества. В описании аль-Азраки неоднозначно говорится о плане церкви. Она, безусловно, соответствует размерам и пропорциям церкви Святой Марии Сионской в Аксуме в Эфиопии (160 × 40 локтей), но она также соответствует церкви Рождества Христова в Вифлееме. Имея три нефа с куполообразным алтарем и, возможно, трансептом, она была обставлена драгоценными материалами. Император Юстиниан прислал мозаику, мрамор и ремесленников. Архитектура церкви следовала эфиопским образцам, а ее украшение мозаикой, мраморной инкрустацией и интарсией было характерно для византийского городского искусства. Звездное небо украшало свод, а три креста занимали центр купола (Финстер и Шмидт 1994). Вопрос о том, действительно ли круглые колонны, покрытые орнаментом из виноградной лозы, и капители в Большой мечети Саны происходят из этого собора, остается открытым (Finster 2010: рис. 9 и 10). В Сане были и другие церкви, аркады которых можно было увидеть уже в десятом веке. В любом случае, две капители с крестами перед михрабом Большой мечети Саны полностью соответствуют моделям в Аксуме.
*** Хиджаз и Ямама : С распространением власти химьяритов на север около 440-450 гг. н.э. под их влияние попали Асир, Хиджаз и Ямама. Около 450 года эта область стала называться территорией "арабов нагорья и побережья", которая находилась под властью Худжридов, выходцев из племени Кинда. Их резиденция находилась в Батн ʿАкиле, месте, которое еще не исследовано археологически. Царство простиралось от Хиджаза до Катара и на севере до границ аль-Мадаина и Тайма. Согласно Прокопию (520 г. н.э.), в шестом веке они также управляли крупными оазисами. Таким образом, племенные регионы, контролируемые филархами на службе трех важнейших политических держав - Химьяра, Византии и Ирана, теперь граничили друг с другом. Каждый из филархов представлял как интересы правителя, так и свои собственные (Robin 2010, 86-88). Были ли Худжриды христианами, до сих пор остается неясным. Христианская принцесса Хинд, которая вышла замуж за Лахмида аль-Мундзира III (р. 503-554 гг. н.э. с перерывами), основала монастырь в аль-Хире, арабская надпись об основании которого была передана (Robin 2008: 186). Христиане и монастыри также засвидетельствованы в Килве, в Мидьяне, в Вади аль-Кура и в северном Хиджазе (Farès 2013; Gilmore et al. 1982: 19 и pl. 19A; Shahid 1989: 294 и 526). Как уже упоминалось выше, после ок. 550 г. на Аравийском полуострове наступил общий упадок. Гегемония Кинды закончилась около 530 года. Византийский император отстранил филархов Гассанидов, обеспечивающих буфер в отношениях с сасанидами, в 5
81-582 гг.Аналогичным образом, сасанидский шах Хусрав Парвиз устранил Лахмидов, которые выполняли аналогичную роль для сасанидов, по политическим причинам в 602 году, стремясь заполнить политический вакуум. Йемен стал сасанидской провинцией, а северные области, как считается, также находились под прямым сасанидским контролем (Retsö 2004: 114-115). Всеобщее отсутствие безопасности, наступившее после ок. 550 г., следует понимать как период "джахилийи" (доисламского невежества), упоминаемый в арабских исторических трудах (Robin 2009a: 11-13; 2012: 29). Аристократия в крупных оазисах Хиджаза была иудеями или склонна к иудаизму. Набатейская надпись в Мадаин-Салихе (Хегра), датированная 356 г. н.э., была написана потомком Самуила, принца Таймы (Robin 2010: 97). Ятриб и Мекка были значительными поселениями, а Таиф, окруженный стеной и имевший крепость, служил летней резиденцией мекканцев. Оазис Думат аль-Джандал с его крепостью Марид был резиденцией царя Укайдира ибн Абд аль-Малика из Кинды, христианина, правившего этим регионом. Будучи важной станцией для караванной торговли, Думат имел знаменитый сук (Loreto 2012: 178). Согласно традиции, в окрестных садах было множество монастырей. Мадаин Салих утратил свое значение для торговли только при Аббасидах, поскольку маршрут был перенаправлен в Ирак. Аль-Мабият (Курх), как говорят, также был торговым центром в доисламский период, который процветал в исламские времена, как и Джураш/Асир (al-ʿUmayr 2010).
*** Ясриб (Медина) : Согласно арабской традиции, Медина состояла из многочисленных поселений, в которых жили различные племена. ʿАус и Хазрадж эмигрировали из Йемена во второй половине пятого века и в Ятрибе встретили более мелкие племенные группы и иудейские племена бану Курайза, бану Надир и Кайнукаʾ. Они либо пришли в Ясриб очень рано после разрушения Иерусалима, либо были арабскими племенами, принявшими иудаизм, что более вероятно. Бану Курайза и Бану Надир занимались сельским хозяйством, а Кайнука - торговлей и кузнечным делом (изготовлением оружия). Говорят, что в Зухре, одном из крупнейших поселений, было 300 ювелиров (Lecker 2009: 31). Тесная связь с Лахмидами из аль-Хиры была неизбежна, поскольку племена должны были платить налоги марзубану аль-бадия, сасанидскому правителю (Kister 1980, III: 145-146). Ясриб был разделен на привилегированный верхний город и нижний город. Будучи не столько закрытым городом, сколько разбросанными кварталами среди полей и садов, он представлял собой богатый оазис. В городском пейзаже доминировали атам (в единственном числе - утум), башнеобразные дома, которые, вероятно, напоминали йеменский тип и первоначально - как и они - носили имена. В поселениях было разное количество атам, но, согласно Ибн Забале (ум. ок. 815 г.), таких зданий было более 90 (Lecker 1995: 32). Кроме того, упоминаются дворцы или замки (арабское qasr, множественное число qusur) и крепости (арабское hisn, множественное число husun), которые также могли служить башнями-убежищами. Простые дома назывались манзиль (множественное число маназиль). Аль-Исфахани в "Китаб аль-Агани" десятого века говорит, что персидские архитекторы построили первую башню с кренами. Кроме того, "набатейцы" были активными архитекторами (Shahid 2002: 73, n.36). Предание о том, что омейядский халиф Муʿавия (р. 661-680) превратил два замка (qusur) в крепость (hisn), предполагает, что термин qasr обозначал замок, защищенный башнями (Lecker 1995: 11). В Аль-Алии, верхнем городе, стояли большие крепости (хусун), в которых были складские помещения и вода. Укрепления в окрестностях имели запасы на год, хранили воду и были практически неприступны. Всего было четыре рынка. После своего прибытия Пророк Мухаммад основал в 630 году новый сук (рынок) , с которого не взимались налоги (Lecker 1986; Kister 1980 IX: 274 и 276). Синагоги и Байт аль-Мидраш (дом обучения или чтения) служили религиозными центрами для еврейских племен и культурной жизни.
Согласно аль-Исфахани, в синагоге можно было увидеть изображение вождя арабских племен Малика ибн аль-ʿАджлана, поэтому очевидно, что изображения, в том числе портреты, считались нормальным явлением (Lecker 1995: 41-42, 1998, III: 264, 271; Shahid 1989: 81, n.76). В пределах города не существовало общепризнанного политеистического святилища. Только с прибытием пророка Мухаммеда из Мекки его имущество, место молитвы и жилые помещения стали центром, объединившим верующих мусульман.
После его прихода изменился и городской пейзаж. Еврейские племена были изгнаны или убиты. Имущество еврейского племени Бану Курайза было разделено между мухаджирун (мусульманскими эмигрантами) (Kister 1990, VIII: 94, 96). Позже третий халиф, Усман, приказал снести дома с башнями, которые были символами племенной автономии (Lecker 1995: 13). Многие мекканцы, и прежде всего Омейяды, перебрались в Медину, где их не приняли и отчасти снова изгнали. Муʿавия ибн Аби Суфьян, крупный предприниматель и впоследствии халиф Омейядов, приобрел и присоединил земли для возделывания. Плотина Садд аль-Ханак близ Медины с надписью свидетельствует о его инвестициях, которые принесли ему, помимо прочего, 150 000 верблюдов нагруженных пшеницей (Аль-Рашид 2008). Он также экспроприировал рынок, созданный Пророком, и построил там два дома. Поздний омейядский халиф Хишам ибн Абд аль-Малик (р. 723-743) снес их и построил на том же участке большой комплекс, состоящий из магазинов на первом этаже и комнат для аренды наверху. Возможно, этот новый центральный сук был похож на вышеупомянутое здание, раскопанное в Карьят аль-Фау (Kister 1980, XI: 13, IX: 275). Как место, освященное памятью Пророка, Медина стала местом паломничества, привлекавшим толпы верующих после его смерти в 632 году. Его усадьба с местом для молитвы и прилегающими домами была построена на ограниченные средства и из местных материалов: глинобитные кирпичи для стен, пальмовые стволы в качестве опор для двухнефного молитвенного пространства вдоль стороны киблы и беседок (так же, как сегодня все еще строятся мечети в Тихаме, на побережье Красного моря в Йемене). Вопрос о том, в какой степени предполагалась более амбициозная или, по крайней мере, прочная архитектура, остается открытым (Johns 1999: 99-102, 108-112). Рост числа верующих вынудил халифов ʿУмара ибн аль- Хаттаба и ʿУсмана ибн Аффана расширить здание в 644 и 648-649 годах, соответственно.
В 706 году халиф Омейядов аль-Валид ибн Абд аль-Малик и губернатор Медины Умар ибн Абд аль-Азиз первыми осмелились построить новое здание, для чего пришлось снести святое место, включая так называемые хижины жён Мухаммеда. Мечеть представляла собой прямоугольник размером около 180 × 210 м, с пятинефным молитвенным залом и внутренним двором с аркадами из нескольких пролетов. Эта новая мечеть с ее высокими колоннами, покрытыми лепниной (naʿura) и несущими потолок, следовала традиционной арабской модели. Только аркады двора, кессонный потолок и мозаики, которые, согласно Ибн Забале (ок. 815 г.), изображали рай, принадлежали к средиземноморской архитектурной традиции (Finster 1972: 133).
*** Мекка : Возвышение Мекки началось с упадка Аль-Хиры, которая ранее была городским центром арабской культурной и политической жизни. Если Ясриб и Наджран с незапамятных времен процветали за счет сельского хозяйства, производства и торговли, то Мекка в шестом веке стала новым меркантильным городом (Potts 1988: 136). Конечно, Мекка изначально не лежала на дороге благовоний, но в шестом веке она имела связи с Сирией, Йеменом и Месопотамией по другим маршрутам. Изначально Мекка не была торговым центром. Вместо этого это был религиозный центр, который паломники посещали в священные месяцы. Вокруг Мекки находились святые места Хира и Мина, которые сейчас объединены в Харам. Город приобрел свое значение при племени пророка Мухаммеда, Курайш, которое пришло к власти в пятом веке и взяло на себя почетную, но и прибыльную обязанность обеспечивать паломников едой и водой. Первоначально считалось, что эту задачу выполняли Джурхумы, а после них - Хузаа , предположительно переселенцы из Йемена. Благодаря переговорам с соответствующими племенами Курайши смогли безопасно провести свои торговые караваны в Сирию, Египет, Йемен и Эфиопию. В период паломничества царил общий мир, поэтому можно было проводить большие рынки, как, например, в Указе, к югу от Мекки. Здесь торговали драгоценностями, духами, текстилем, шкурами (кожей и пергаментом) и многим другим (Groom 1998: 55, Haldon 2010: 57-60; Robin 2012: 29). Примерно после 450 года Кусайи ибн Килаб ибн Мурра, предок Пророка, реорганизовал город, превратив его в значительный религиозный и, следовательно, экономический центр (Shahid 1989: 350). Его четыре сына, один из которых Абд аль-Манаф был прямым предком Мухаммада, взяли на себя обеспечение паломников пищей и водой.
Мекка также была разделена на нижний и верхний город, хотя первый был зарезервирован для влиятельных семей из-за близости к Каабе. Престижный Дар ан-Надва, дом Кусайи ибн Килаба, был местом, где старейшины собирались для консультаций. Он стоял в непосредственной близости от Каабы и позже был приобретен омейядским халифом Муавией за огромную сумму. В нижнем городе, по словам аль-Азраки, дома были ориентированы на Каабу. Жилища (дар) иногда были обширными и имели внутренние дворы для хранения товаров. Аль-Азраки перечисляет дома из пепловой кладки, которые были проданы или сохранены и перестроены как памятные места в исламский период, например, дом Хадиджи, жены Мухаммеда.
В качестве нововведения халиф Муʿавия привлек к себе внимание строительством домов из кирпича и штукатурки. Дар Сад имел фасад со скульптурными камнями, которые, возможно, можно понимать как сполии (Kister 1980, II: 84-85). В Дар аль-мал (сокровищнице) за счет общественных средств содержались бедные и больные. Там же находилась баня. По установившемуся обычаю, товары производились и продавались в определенных кварталах и на улицах (сапожники, кузнецы и т.д.). Еженедельно в определенных районах проводились рынки. Мекка пережила большой экономический подъем во времена халифата Му'авии, который поддерживал ее развитие, покупал, восстанавливал или возводил дома, устраивал колодцы и каналы, а также разводил фруктовые сады на окрестных землях. Он также вложил средства в близлежащюю летнюю резиденцию - Taʾif . О его деятельности свидетельствуют арабские надписи на двух плотинах в окрестностях Медины и Таифа (al-Râshid 2008; Miles 1948). Таким образом, город вырос далеко за пределы своих старых границ, а также в зоны, которые изначально предназначались для паломников. Однако экономический бум вскоре закончился, возродившись лишь в начале периода Аббасидов.
*** Кааба : Кааба была центральной святыней Мекки, которую пророк Мухаммед назвал "байт Аллах" (Дом Бога), и она оставалась центром для мусульманских верующих. Его история, как и история Мекки, передается только через исламские исторические тексты. Вероятно, святилище здесь было центром почитания с ранних времен. Важен также многолетний источник Замзам возле Каабы, который дает слегка соленую воду. Восстановительные работы, проведенные анти-халифом Ибн аль-Зубайром (683-692) после разрушения Каабы Хусайном ибн Нумайром в 683 году во время второй гражданской войны, показали, что первая постройка имела прямоугольный план с апсидой на северо-западной стороне. Все последующие перестройки опирались на этот фундамент. Углы были ориентированы на четыре кардинальные точки, как это было принято в восточном храмовом строительстве. Племени Джурхум приписывается строительство Каʿба, возможно, как храма без крыши, примерно в четвертом или пятом веках. Следующим строителем называют Кусайя ибн Килаба, и именно он посвятил здание "Аллаху". Согласно исламской традиции, его Каʿба без крыши была задрапирована дорогим йеменским текстилем (Wensinck and Jomier 1978: 318; Wüstenfeld 1858: 85). Вероятно, в то время Каʿба приобрела кубическую форму (25 × 20 локтей, высота 9 локтей = 12,5 × 10 × 4,5 м) и образовала замкнутое пространство, в которое можно было войти только с юго-восточного угла. На стенах можно было увидеть портреты выдающихся мекканцев, таких как Кусайи ибн Килаб (Shahid 1989: 81, n.76). После пожара, случившегося около 600 года, здание пришлось перестраивать. Размеры на уровне земли остались прежними, но высота была увеличена до 9 м. Два ряда по три опоры в каждом разделяли помещение; вход в юго-восточном углу был приподнят, и попасть туда можно было только по лестнице. Стены из чередующихся каменных и деревянных блоков соответствовали йеменской или эфиопской строительной традиции. Некий Бакум (Эмбаком), приезжий рабочий из Египта или Эфиопии, назван в качестве мастера-строителя (Creswell 1951). Фрески украшали интерьер; они включали Деву с младенцем, предположительно представленную как Богоматерь в сопровождении ангелов. Также можно было увидеть Авраама и Исмаила, и даже барана - сюжет, который также можно найти в современных церквях, например, на Синае (King 2004). Неизвестно, были ли эти фрески написаны недавно или принадлежали зданию Кусайи ибн Килаба. Считается, что в интерьере также находилось изображение (возможно, скульптура) доисламского божества Хубала (Robin 2012: 33). Пророк приказал убрать все изображения, за исключением Марии и младенца Христа (Rubin 1986).
Значение, приписываемое Черному камню в это время, неясно, но традиция гласит, что Мухаммед сам поместил его в юго-восточном углу, когда строение было перестроено около 600 года его племенем, Курайш (Wensinck and Jomier 1978: 319). Прямоугольный, трехнефный план здания, изогнутый вход в юго-восточном углу, а также размеры святилища соответствуют типу храма, который был широко распространен в доисламский период, например, в Хадрамауте, предшественника которого можно увидеть в храме Маин (Карнау) и в других местах. После разрушения Каабы Хусайном ибн Нумайром в 683 году Ибн аль-Зубайр попытался воспроизвести её "первоначальное состояние", восстановив удаленный апсидальный изгиб (хиджр) и тем самым увеличив здание до 16 × 11,5 м. Он также ввел два входа, расположенных друг напротив друга, чтобы обеспечить легкий проход. Он разрушил прежнюю планировку, устранив три прохода и введя один ряд колонн по оси. Таким образом, пространство осталось нейтральным, без ориентации. Ибн аз-Зубайр привёз древние колонны, капители и даже мозаику из церкви Абрахи в Сане. После победы над Ибн аль-Зубайром в 691 году его соперник, омейядский халиф Абд аль-Малик (р. 685-705), снова отделил Хиджр и тем самым уменьшил длину Каабы до 12 м, но сохранил высоту 13,5 м. Он также приказал замуровать юго-западные ворота. Хиджр, однако, по-прежнему считался частью Каабы, тем более что в нем, как считалось, находились могилы Агарь и ее сына Исмаила (который, согласно мусульманской традиции, построил это сооружение вместе со своим отцом Авраамом). Низкая стена обозначала Хиджр и связывала его с Каабой. Аль-Валид (р. 705-715), сын и преемник Абд аль-Малика, завершил отделку Каабы драгоценными мраморными панелями белого, зеленого и красного цветов, обрамленными золотыми полосами, расположенными в два ряда одна над другой. Под позолоченным потолком, который, вероятно, представлял собой пять прозрачных алебастровых плит, проходила полоса надписей из мозаики. Небольшие золотые пластины покрывали дверь святилища (Finster 1972: 130). Аль-Валид перестроил Масджид аль-Харам, а именно священный участок, окружающий Каабу, в аналогичной манере. Четвертый халиф ʿУсман (644-656) уже заменил прежнюю глинобитную стену крытым коридором, который Абд аль-Малик превратил в перистиль. Аль-Валид создал более пышную аркаду с мраморными колоннами и мозаичными реверансами, которая ограждала священный участок. Красота мрамора и мраморных работ восхвалялась в литературе; мозаики, вероятно, представляли собой "сцены Рая", как в мечети Пророка в Медине (Finster 1972: 129-130). Таким образом, возникло святилище, визуальный язык которого был в значительной степени заимствован из средиземноморской позднеантичной традиции, но центральное место которого, Кааба, твёрдо стояло в арабской традиции.
стр.84
***************************************************************************************************************