Пятая передача

До гонки оставалось всего две недели, поэтому Мо заставлял Ову и Лайт тренироваться каждый день минимум по восемь часов. Лайт тоже рвалась в бой. Приходя домой, Ова находил силы только на то, чтобы помыться и доползти до кровати, а Лайт как-то умудрялась построить очередной маршрут, основанный на сочетании всех трасс из прошлых гонок, чтобы завтра гонять Ову по новым дорогам.

В этот раз она заставила ехать по степи, перемежающейся редкими лесными участками. Это выматывало, потому что приходилось постоянно переключаться между режимами вождения.

Быстрее.

Медленнее.

Вторая передача.

Третья.

Четвёртая.

Пятая.

Вторая.

Первая.

Вторая.

Третья.

Четвёртая.

Пятая.

Ова любил держать обе руки на руле, так он чувствовал себя спокойнее, но сегодня ему приходилось держать руку на рычаге переключения передач. Лайт сидела рядом, внимательно всматриваясь вперёд и постоянно бросая взгляд на в свой планшет с маршрутом.

— Пять сантиметров влево!

— Десять направо!

— Влево три! Много! Назад два! Твой глазомер никуда не годится!

Третья.

Четвёртая.

Пятая.

Ова почувствовал, что его рука во что-то упирается. Во что-то тёплое. На долю секунды он скосил взгляд и понял, что это коленка Лайт. Насколько хватало горизонта, впереди была прямая сравнительно ровная дорога, а значит, можно было ехать на пятой. Он было подумал положить правую руку на руль, но она касалась коленки Лайт. Это было одновременно дискомфортно, как бывает дискомфортно прикосновение любого другого человека, и приятно. Причём приятного было больше с каждой минутой.

— Налево! — скомандовала Лайт. — В поле!

Третья передача, и обе руки на руле. По пересечённой местности иначе нельзя.

Четвёртая.

— Ты уверен?

Пятая, и ощущение коленки.

— Эй! Подвеску убьёшь! Тише давай!

Вторая, и обе руки на руле.

— Направо через сто тридцать три метра! Там будет просёлочная дорога.

Третья, четвёртая, пятая!

— Обеими руками рули, придурок! Не время понтоваться!

— Ладно, ладно, — Ова послушно положил обе руки на руль и бросил быстрый взгляд вправо вниз.

Ноги Лайт были всё в том же положении. Только положи руку на рычаг переключения передач и…

— Направо!!! ААААА!!!

Следующий день отдыхали, потому что Мо занимался ремонтом. Он, конечно, долго орал, прежде чем отпустить Ову и Лайт домой, но даже его возмущение иссякло.

В отремонтированной машине, казалось, ничего не изменилось. В этот раз Лайт направила их в пустыню. На всех девятнадцати предыдущих гонках это финальный этап проходил именно в пустыне, а значит, к нему нужно было подготовиться лучше всего.

Ова газанул сразу.

Первая, вторая, третья, четвёртая, пятая!

Но больше ничего не почувствовал. Ова скосил глаза и увидел, что Лайт сидит как прежде, но что-то изменилось. Его рука почему-то не доставала до её коленки.

Третья.

Четвёртая.

Пятая!

Нет. Коленка слишком далеко.

— Мо сказал, что передвинул нам кресла, — сказал Лайт. — По-моему, так свободнее. А тебе?

— Ну, так… — ответил Ова.

Третья.

Четвертая.

— А твоё кресло он не двигал! — засмеялась Лайт. — Хотела тебя подловить. Зато я теперь могу ещё совсем расслабиться.

С этими словами она сползла чуть вниз, и раскинула коленки пошире.

— Гони! Впереди на целых три километра ровная прямая дорога.

Пятая, и снова коленка Лайт упирается в руку. Ова посмотрел на Лайт. Она посмотрела на Ову. Их взгляды встретились на одну очень быструю долгую секунду. Затем оба вернулись к своим делам: Лайт смотрела в планшет, Ова смотрел на дорогу, держа руль левой рукой, а правую оставив на рычаге переключения передач и чувствуя тепло коленки Лайт.