Американский Трюффо или человек 30-х в Новом Голливуде. Краткий обзор фильмографии Богдановича

Из всех ключевых режиссеров Нового Голливуда (иронично, что обзор его фильмографии я пишу последним) Питер Богданович сильнее прочих напоминает своих французских коллег по Новой Волне. Начинал он как киножурналист, что характерно для французских, а не американских «волнистов», причем писал статьи, рецензии и эссе в такие культовые киножурналы, как американский Film Comment и французский Cahiers Du Cinema. Однако работа кинокритика была для Богдановича не самоцелью, а лишь ступенью к карьере фильммейкера. Богданович даже вступил в качестве со-основателя кузницы кадров Американского киноавангарда «Кооператива кинематографистов» вместе с Йонасом Мекасом, Шёрли Кларк и другими культовыми андеграундными кинематографистами. Правда, пути Богдановича, мечтавшего о Голливуде, и авангардистов, мечтавших Голливуд если не разрушить, то создать его контркультурную альтернативу, быстро разошлись.

Человеком, позволившим Богдановичу начать кинокарьеру, стал Роджер Корман, «школу которого» прошла едва ли не половина Нового Голливуда. Молодой киножурналист выпавшим шансом воспользовался, освоив профессию режиссера по ускоренному кормановскому курсу и сняв свой полнометражный дебют, наделавший в 68-м немало шуму и привлекший к Богдановичу вниманием голливудских студий.

В дальнейшем Богданович зарекомендовал себя, как самого ретроориентированного режиссера своего поколения, раз за разом обращавшегося к духу и кадру Золотого Века Голливуда, 30-х и первой половины 40-х. С каждым новым фильмом социальных высказываний в его лентах становилось всё меньше, синефильского эскапизма – всё больше. В этом отношении Богданович сильно напоминает своего Французского коллегу Франсуа Трюффо, который начав с эстетских «новых» фильмов к середине 60-х перешел к постановке «кино папиков». Спустя 10 лет по другую сторону Атлантики этот путь повторил Богданович.

К слову, это одна из причин, почему я не особо люблю ни Трюффо, ни Богдановича, что тем не менее не умаляет их вклад в кинопроцесс и несомненные достоинства их ранних лент.

Это спонсорская публикация, написанная при финансовой поддержке читателя «Справочника кинопижона», решившего сохранить инкогнито. Снова его поблагодарю, в том числе и за то, что тема обзоров режиссеров «Нового Голливуда» оказалась закрытой. Да есть немало интересных фильмейкеров, работавших на периферии (Артур Пенн, Боб Фосси, Майк Николс), но главные акторы разобраны.

Это выборочный обзор фильмографии Питера Богдановича, снявшего без учета документальных и концертных лент, а также работы над сериалами 16 полнометражных игровых фильмов для большого и 6 для малого экрана. Из них я смотрел 14, на которых остановлюсь в обзоре.

Мишени (Targets), 1968

Формально полнометражным дебютом Богдановича считается «Путешествие на планету доисторических женщин», сделанный для Роджера Кормана, но поскольку данное кино представляет собой монтажку фильма Павла Клушанцева «Планета Бурь» с несколькими дополнительно снятыми сценами, то настоящим дебютом стоит признать второй проект режиссера, тоже снятый под руководством Кормана. Впрочем, степень творческой свободы Богдановича была достаточно высока, чтобы финальный результат оказался 100% авторским кино. «Мишени» - фильм о смене эпох, фильм ужасов и метакомментарий к жанру хоррора. Как и большинство дебютов французских нововолнистов, фильм Богдановича балансирует между признанием в любви старому, доброму кино, за которое в данном случае отвечает Борис Карлофф, и разочарованным взглядом на современность, которую в фильме символизирует стрелок.

Последний киносеанс (The Last Picture Show), 1971

Настоящим хитом и прорывом для режиссёра стал его первый студийный фильм. «Последний киносеанс» - это чистой воды ранний Трюффо, своеобразная вариация на тему саги об Антуане Дюамеле, с поправкой на то, что персонажи живут не в Париже, а в маленьком техасском городке в 50-х. Нарративно «Последний киносеанс» представляет собой Teen Movie, в категорию «авторского кино» его позволяют определить выверенный чернобелый визуал, отсылающий и к американским кумирам Богдановича, Форду и Уэллсу, и к опоминавшейся выше французской новой волне, а также специфические авторские интонации, смешивающие в сюжете элементы ностальгической пасторальности с неочевидной, но едкой сатирой на тихий омуты американской глуши.

В чем дело, док? (What's Up, Doc?), 1972

После двух успешных авторских лент Богданович наконец решает снять то кино, которое всегда любил, - скрюболл. «В чём дело, док?» представляет собой очевиднейший пастиш на пулемётные ромкомы Говарда Хоукса конца 30-х. С одной стороны, фильм стал творческим и финансовым успехом, войдя в пятерку самых кассовых лент 1972-го. Со сценарием, диалогами и необходимым для жанра высокоскоростным темпом у третьей полнометражной работы Богдановича тоже всё в порядке. Однако 100% успехом «дока» я всё же не назвал бы. Дело в исполнителях главных ролей, Райане О’Ниле и Барбре Стрейзанд, которые на свои роли не подходят чисто физиогномически, играя персонажей, которые должны быть очаровательны, но оказываются невыносимы отвратны в предложенных режиссером образах.

Бумажная луна (Paper Moon), 1973

«Бумажный луна» - четвертый фильм Богдановича, его третий кассовый хит подряд, и, на мой взгляд, его Opus Magnum. Многие считают таковым «Последний киносеанс», но я выберу «луну». Режиссер снял почти безупречное роуд-муви, действие которого происходит в эпоху Великой Депрессии, а сценарий отправляет в автопутешествие по Канзасу 30-х непутевого отца, перебивающегося продажей библий и его юную дочь, с которой он раньше никогда не виделся. Примечательно, что главные роли сыграли настоящие отец и дочь, Райан и Татум О’Нилы. В «Бумажной луне» Богдановичу удалось наиболее гармонично объединить в рамках одной картины два своих главных кинематографических источника вдохновения: Французскую Новую Волну и кино Золотого Века Голливуда.

Дейзи Миллер (Daisy Miller), 1974

Первый относительный неуспех Богдановича. Сибилл Шепард режиссер открыл в «Последнем киносеансе» (режиссёр в 70-х на фоне раннего и быстрого финансового успеха наслаждался «комплексом Пигмалиона»), но в «Дейзи Миллер» он решил выстроить вокруг актрисы весь фильм, что стало не самым удачным решением: прилично играть Сибилл научилась только в конце десятилетия, а в роли титульной героини этой экранизации Генри Джеймса выглядит откровенно неуверенно. Кроме того, пятый фильм Богдановича оказался слишком старомодной для середины 70-х костюмной мелодрамой: фильмом не плохим, но явно несоответствующим заданной предыдущими четырьмя лентами планке.

Наконец-то любовь (At Long Last Love), 1975

Джукбокс-мюзикл, основанный на песнях Кола Портера, в момент выхода стал огромным кассовым и еще большим критическим провалом. Богданович снял почти «Шоугёлз» 70-х. Как и в случае с не сразу принятой классикой Верхувена, отношение к этой ленте десятилетия спустя улучшилось. Есть только одно отличие: «Наконец-то любовь» - плохое кино. Далеко не худшее из снятого в Голливуде 70-х, но назвать его хорошим язык тоже не поворачивается. Если даже закрыть глаза на откровенно посредственно интегрированные в сюжет песенные номера и неоднозначное пение исполнителей главных ролей, особенно Шепард и Рейнольдса, остается общая хаотичность и затянутость, которые невозможно компенсировать ничем. В принципе точно так же снимали мюзиклы и в 30-е, и тогда это работало. Но, во-первых, Рейнольдс и Шепард – Не Астер и Роджерс; во-вторых, между 30-ми и 60-ми кино проделало колоссальный путь.

Торговцы грезами (Nickelodeon), 1976

Седьмой фильм Богдановича оказался еще одним коммерческим провалом, но при этом весьма неплохим фильмом. Режиссер окончательно порывает со своим временем и снимает кино о «старых-добрых» временах, вдохновленное не менее «старым-добрым» Голливудом. На уровне сюжета «Торговцы грёзами» - это почти эпического размаха лента о рождении кино в начале 1910-х, завершающаяся кинопоказом «Рождения нации» Гриффита, символизирующего для Богдановича рождения кино как искусства. На уровне формы – получился водевиль братьев Маркс с небольшими вкраплениями комедий Любича. На удивление бодрое кино, балансирующее между наивностью и пошлостью, но в последнюю всё-таки не скатывающееся.

Святой Джек (Saint Jack), 1979

После двух коммерческих фиаско подряд режиссёр возвращается к Роджеру Корману и снимает свой, пожалуй, самый необычный фильм. «Святой Джек» - совместный продюсерский проект Кормана и Хью Хефнера, снятый с минимальным бюджетом и Беном Газзарой в роли сутенера, заключающего фаустианский контракт с ЦРУ в Сингапуре во время Вьетнамской войны. Получилось неожиданно холодное и жесткое для обычно склонного к сентиментальности Богдановича, больше напоминающее не самый удачный фильм Кассаветиса (сходство усиливает и тот факт, что исполнитель главной роли, Газзара, сыграл похожего персонажа в «Убийстве китайского букмекера» тремя годами ранее), чем то, что обычно снимает сам режиссёр.

Все они смеялись (They All Laughed), 1981

Возвращение к игривой скрюбольности середины 70-х. «Все они смеялись» входит в шорт-лист любимых фильмов Квентина Тарантино, но сам по себе фильм скорее своеобразен, чем хорош. Эксцентричный и эклектичный актерский состав, в котором нашлось место заметно постаревшей иконе 50-х и 60-х Одри Хепберн, одному из знаковых лиц Нового Голливуда Бену Газзаре и будущей звезде комедии 80-х Джону Риттеру, разыгрывает на экране сложносочиненную историю подозрений и адюльтера прямиком из 30-х, но стилистически фильм принадлежит своему времени смены культурных эпох, когда место Нового Голливуда стал занимать High concept 80-х.

Маска (Mask), 1985

Первый с 1973-го года коммерчески успешный фильм Богдановича оказался конъюнктурной слезовыжималкой о страданиях «на лицо ужасного, доброго внутри» героя. Конечно, без авторского прикосновения к материалу не обошлось, но ситуацию кардинальным образом это не меняет. Лучше предпочесть пересмотреть линчевского «Человека-слона», чем это кино Богдановича.

Незаконно твой (Illegally Yours), 1988

Коммерчески провальная и не оставившая особого следа в истории комедия. Не смотрел – пропускаю.

Техасвилль (Texasville), 1990

Густонаселенная персонажами «Последнего киносеанса» мелодрама о кризисе среднего возраста. Достойный кандидат в список сиквелов, о существовании которых практически все забыли. Как-то составлял подобный, и, что примечательно, тогда совсем забыл о существовании «Техасвилля». К слову, «Техасвилль» весьма и весьма неплох. Если не цепляться к максимально простой форме, от нововолновых операторских изысков не осталось и следа, и не испытывать изначального отвращения к мелодраме, можно увидеть недурно снятое и отлично сыгранное кино о крушении надежд молодости и милой психопатии, которой охвачены жители маленьких южных американских городков.

Безумные подмостки (Noises Off...), 1992

Богданович всегда был неравнодушен к скрюболлам и, шире, эксцентрическим комедиям с высоким темпом действия, и в 1992-м снял свой лучший фильм в жанре. Де-факто, «Безумные подмостки» - производственный фарс о тяжкой работе театрального режиссера, вынужденного иметь дело с целой ватагой «альтернативно одаренных» лицедеев. Богданович использует старый-добрый прием, снимая почти в реальном времени: после короткой экспозиции, обрисовывающей характеры героев, действие переключается в зрительный зал и за кулисы спектакля, где градус безумия превышает все разумные пределы и в лучших эпизодах вызывает к жизни духов братьев Маркс и Говарда Хоукса.

То, что называют любовью (The Thing Called Love), 1993

Не смотрел – пропускаю.

Учителю с любовью 2 (To Sir, with Love II), 1996

Телесиквел фильма Джеймса Клавелла 1967-го года с вернувшимся Сидни Пуатье. Не смотрел – пропускаю.

Цена рая (The Price of Heaven), 1997

Телефильм. Не смотрел – пропускаю.

Спасатели: Истории мужества (Rescuers: Stories of Courage: Two Women), 1997

Телефильм. Не смотрел – пропускаю.

Жестокий город 2: Рождественский убийца (Naked City: A Killer Christmas), 1998

Телефильм канала Showtime, эксплуатирующий славу великого нуара Жюля Дассена. Не смотрел – пропускаю.

Чудесное превращение (A Saintly Switch), 1999

Телефильм. Не смотрел – пропускаю.

Смерть в Голливуде (The Cat's Meow), 2001

Вторую половину 90-х Богданович провел на телевидении, об этой стороне его карьеры ничего сказать не могу, а в большое кино вернулся только в 2001-м с ретродетективом, основанном на реальных событиях. Зная интерес режиссёра к ранним годам Фабрики грёз, нет ничего удивительного в том, что именно он взялся за историю таинственного и нераскрытого убийства, случившегося на яхте Уильяма Рэндольфа Хёрста в 1924-м. К сожалению, у Богдановича ничего кинематографически интересного не получилось: кино вышло пресным и формалистским.

Суета (Hustle), 2004

Телефильм с Томом Сайзмором в роли (видимо) именитого бейсболиста. Не смотрел – пропускаю.

Мисс Переполох (She's Funny That Way), 2014

Последний фильм режиссёра, вышедший уже после того, как про него забыли практически все. «Мисс переполох» - классический выход на бис, ни на что претендующий эксцентрический скрюболл с Оуэном Уилсоном и Имоджен Путс, который с легкостью мог быть снят и в 70-х, и в 80-х, и в 90-х. Вероятно именно в непритязательности и в отсутствии амбиций кроется прелесть фильма, который выигрышно смотрится на фоне тяжеловесных лент других фильммейкеров Нового Голливуда, снятых в 2010-х и 2020-х. Фильм, который не ощущается последним, стариковским, завещательным. С другой стороны, «В мисс Переполох» слишком много Любича и слишком мало Хоукса, но это больше вопрос вкуса.