Рязанов как режиссер и симптом. Почти хейт-обзор фильмографии

Признаюсь, советское кино по-настоящему открыл для себя не так давно, в последние лет 10. До этого отношение к послевоенному синематографу СССР оставляло желать лучшего. И у этого «желать лучше» были причины, а у причин имена и фамилии. Я бы даже сказал, две яркие фамилии. Во-первых, Андрей Тарковский; во-вторых, герой текущего обзора Эльдар Рязанов. Первый после блестящего старта карьеры и эпохального «Андрея Рублева» отправился снимать советский арт-хаус, бессмысленный и беспощадный, преисполненный поисками духовности, но отыскавший в своем авторе только ницшеанскую бездну.

Путь Рязанова, несмотря на изначальную ориентацию на чисто зрительское, массовое кино, удивительно схож. С середины 50-х по середину 70-х он снимал в основном вполне пристойные, а иногда и выдающиеся комедии, части которых удалось в попасть негласный советский пантеон, части — нет (причем достоинства самих лент в этом играли роль второго-третьего порядка). Однако, в середине 70-х, примерно в то же, что и Тарковский, Рязанов радикально меняет стиль: приходит к почти театральному минимализму, порывая с визуальным и делая ставку на нарративное; и принимается клепать дешевые и выглядящие скверно фильмы, которым удается раз за разом становиться «народными».

Начиная с «Иронии судьбы», Рязанов начинает работать по принципу «пипл хавает», что особенно мерзко, учитывая, на что он был действительно способен. Даже если вынести за скобки весьма специфический «гражданский» и «политический» пафос, позаимствованные Эльдаром у Стэнли Крамера (изначально направленные против правоконсервативного американизма, но в руках Рязанова бьющие уже по левоконсервативным советским кругам, что вместе с местами дословным цитированием метода Крамера, приводило к весьма курьезным результатам, которые многие сочли не багом, а фичей), вопросов к позднему Рязанову много. Если мою главную к Тарковскому можно сформулировать следующим образом: «Какого х… человек, снявший «Андрея Рублева», выдает «Ностальгию» и «Жертвоприношение»?»; то в отношении к Рязанову тот же вопрос будет звучать так: «Как после кинематографически более чем достойных «Гусарской баллады» и «Берегись автомобиля» можно было опуститься до примитива «Служебного романа» и «Жестокого романса»?»

За появление этого не самого комплиментарного и весьма неоднозначного текста могу поблагодарить постоянного читателя и время от времени спонсора «Справочника кинопижона» Егора Трунова. Поблагодарю его за появление обзора фильмографии еще одного ключевого деятеля советского кинематографа. Не так уж часто приходится о них писать, что и понятно — тема не совсем моя.

В течение своей пятидесятилетней карьеры Эльдар Рязанов снял 25 полнометражных игровых фильмов для большого и малого экранов. В обзоре ниже пойдет речь о 20 из тех, что я видел.

Карнавальная ночь, 1956

Полнометражный дебют Рязанова, которому удалось попасть сразу в три «яблочка». Во-первых, попасть в zeitgeist, показав на экране пятидесятническую реальность под «допингом поствоенных эндорфинов», которыми буквально сочились все комедии и фильмы легких жанров этого десятилетия. Уже в 60-х такого не будет. Во-вторых, фильм задал и личный стиль Рязанова, подняв среди прочего тему противостояния бюрократии в различных формах, которая так или иначе будет присутствовать в практически каждом его фильме, снятом в СССР. В-третьих, что следует из первых двух пунктов, «Карнавальной ночи» с ходу удалось стать «народным фильмом», а Рязанова превратить в «народного режиссера», что в его случае было достаточно далеко от истины.

Девушка без адреса, 1958

Второй фильм Рязанова не так известен, как дебют, но не менее любопытен. Режиссер снимает характерный для 50-х безалаберно-экстатический ромком с экзальтированной героиней, пытающейся найти место в Москве и попадающей в ряд почти чаплиновских злоключений, обусловленных в большей степени не суровой реальностью, а избыточной реакцией героини на эту самую реальность. Вторая сюжетная линия сводится к путешествиям её попутчика-кавалера, который в большом городе пытается отыскать героиню, располагая лишь обрывочной информацией. В целом, «Девушка без адреса» — компетентный эскапистский ромком, снятый по 100% голливудским рецептам с аккуратным вкраплением местного колорита и обязательной шпилькой в адрес советской бюрократии.

Человек ниоткуда (1961)

Три года спустя выходит третий фильм Рязанова, в котором режиссер слегка меняет жанр и снимает полнокровный сай-фай в субжанре «потерянных миров» а-ля «Затерянный мир» или «Земля Санникова». Естественно, фантдопущение режиссер использует исключительно в сатирических целях, и за историей о столкновении цивилизаций в очередной раз скрывается наезд на советскую бюрократию. Впрочем, данное обстоятельство на кино как таковое влияет не особо: я бы даже назвал «Человека ниоткуда» самым недооцененным фильмом Рязанова. Как минимум, он лучше почти всего, что режиссер снимет в завершающие 30 лет карьеры.

Гусарская баллада, 1962

После двух достойных, но принятых не так чтобы с всесоюзным восторгом фильмов, Рязанов наконец снимает свой второй безоговорочный народный хит. Надо сказать, что эта травестийная комедия с совершенно необязательными (я бы сказал, даже лишними) мюзикловыми вставками оказалась лучшим фильмом Рязанова на момент выхода. Как минимум с точки зрения постановки, поскольку одновременно с тем фактом, что «Гусарская баллада» окончательно и бесповоротно вошла в коллективное бессознательное, это ещё и наименее авторский фильм Рязанова, в котором, сюрприз, по сценарным соображениям практически отсутствует (не)завуалированная критика текущего режима.

Дайте жалобную книгу, 1965

Не смотрел - пропускаю.

Берегись автомобиля, 1966

Шестой фильм Рязанова и лучшая его режиссерская работа. Без иронии и шуток, «Берегись автомобиля» — почти шедевр, в котором комедиограф позволил себе быть «автором» и во французском смысле слова, буквально сняв кино в нововолновой эстетике. Если вы смотрели «Берегись автомобиля» давно или помните данный образчик «народного кинематографа «по отдельным фрагментам, вы вряд ли замечали то напряжение между формой (не самая дурная, но всё же конвенциональная советская сатирическая комедия) и формой, в которой в некоторых эпизодах можно увидеть ленты Трюффо, а в сцене погони я вообще увидел цитату из годаровского «Альфавилля». Не факт, что эти влияния там прямо были, но факт, что Рязанов имел доступ к базе актуального мирового кино 60-х и особых проблем со знакомством с главными новинками Новой Волны не имел.

Зигзаг удачи, 1968

Тоже очень неплохо снятое кино, менее эстетское по форме, если сравнивать его с «Берегись автомобиля», но явно принадлежащее к «большому синематографу». Примерно в этом месте становится понятно, что роль социального критика Рязанову гораздо интереснее, чем деятельность комедиографа. И с годами первого будет становиться всё больше, второго — заметно меньше. При этом, «Зигзаг удачи» остается удачным фильмом с крепкой режиссурой и отличным кастом. Вопросы вызывает сценарий и морально-этический пафос, но это цветочки в сравнении с будущими «достижениями» Рязанова.

Старики-разбойники, 1971

Советские «Неудержимые» в жанре сатирического кейпера или одна из самых проходных работ советского периода Рязанова. С одной стороны, все слагаемые народно-авторского стиля постановщика в наличии, от написанных специально под разбор на цитаты диалогов до дежурной критики советской палочной системы. Но снято лениво и сигнализирует об усталости Рязанова от кино и явном крене в сторону чистого сторителлинга, пренебрегающего визуальностью лент 50-х и 60-х.

Невероятные приключения итальянцев в России, 1974

Последний хороший фильм Рязанова, после которого стартовал унылый «театр». «Невероятные приключения итальянцев в России» — интернациональная комедийная адвенчура, явно вдохновленная суперхитом Стэнли Крамера «Этот безумный, безумный, безумный мир». Ничего особенного, но технически не хуже, чем в это время работал, скажем, Дино Ризи или другой крупный мастер комедии по-итальянски. Другое дело, что если смотреть данное кино не само по себе, а в контексте фильмографии Рязанова, то становится грустно от многих обстоятельств. В частности, от того, что «Невероятные приключения итальянцев в России» — последний фильм режиссера, где есть внятная операторская работа, какой-никакой экшн и прочие атрибуты старого доброго синематографа.

Ирония судьбы, или С легким паром!, 1975

Вот и пришел тот момент, когда обзор превращается в рубрику «трэш, угар, и любит народ наш всякое говно», поскольку один из самых известных советских фильмов ever на постсоветских широтах, определивший культурный код минимум пары поколений и, похоже, попавший в нерв, примерно как контент группы «Ласковый май» десятилетием позже, на поверку оказывается голимым телеспектаклем. Причем термин «телеспектакль» использован пусть и не в прямом смысле, но неплохо отражает существо вопроса, поскольку процент «кино» в этом опусе ничтожно мал, и даже если вынести за скобки сомнительную алкоромантику, то даже на уровне формы возникают вопросы: а случаем не театр ли это? Поскольку ровно всё показанное в фильме можно легко поставить и представить на театральных подмостках, и делу не помогает статичная камера, будто бы сразу заявляющая: «Хотите кино? Вы не по адресу».

Служебный роман, 1977

«Служебный роман» снят для большого экрана, но выглядит не лучше «Иронии судьбы», а говоря просто — убого. Рязанов идёт по самому простому популистскому, антиавторскому пути, упаковывая в единое целлулоидное пространство сразу два фильма: первый — о невыносимой тоске эпохи брежневского застоя; второй — сказку для женщин постбальзаковского возраста о том, что у них тоже есть шанс. Понятно, что «народную любовь» вызывает второй фильм, но тот факт, что Рязанов упаковал историю о невыносимости советского бытия в формат мелодрамы, говорит о нём не только как о наследнике Билли Уайлдера (подслащивавшего пилюлю) и искусном манипуляторе, но и как о человеке, овладевшем (не)тонким искусством сидеть на двух стульях сразу. Рязанов продолжил оставаться талантливым человеком и далее, вот только к кинематографу эти таланты отношения уже не имели.

Гараж, 1979

Признаюсь, «Гараж» — один из моих гилти-плежа. Рязанов снял на 100% кино того типа, которое я любить не могу и которое подвергал выше субъективированной критике. При этом, нравится оно мне примерно по той же причине, за что «Ирония судьбы» вызывает отторжение. Впрочем, речь не столько о двойных стандартах, сколько об имевшемся у Рязанова таланте оперировать мощными актерскими ансамблями, а в «Гараже» он с кажущимися лёгкостью и непринуждённостью жонглирует десятками ведущих советских лицедеев, репрезентирующих те или иные страты советского общества. Насколько талантливо для ограниченного одним помещением фильма снят «Гараж», настолько наивным, назовём это так, выглядит посыл фильма. Как и любой сатирик, Рязанов хорош в демонстрации того, что пошло не так, но абсолютно беспомощен в прогностической и смыслоутверждающей части. При этом ему не хватает такта ограничиться только первым.

О бедном гусаре замолвите слово, 1980

Телефильм о Российской империи середины 19 века, в которой угадываются черты СССР. Несмотря на ряд интересных актерских работ, у Рязанова получилось унылое телемыло. Слабо на всех уровнях и совершенно «бессмысленно, беспомощно и порочно» на базовом уровне. Понятно, зачем режиссер взялся за исторический материал (с середины 70-х по середину 80-х имперский период истории пользовался популярностью у советского зрителя), но если у того же Марка Захарова получилось снять спорное, но неординарное кино, то Рязанов не сдюжил и с этим.

Вокзал для двоих, 1982

«Служебный роман 2.0». Еще одна мелодрама, адаптированная под «широкие народные массы», в том смысле, в котором их понимал Рязанов и, похоже, не сильно ошибался. Если посмотреть на фильм по сути, то снова станет очевидно, что это очередная чистая эксплуатация эмоций тех, кому немного за 30, и тех, кто лишен не то чтобы высшего образования, но и элементарного вкуса. Причем, в отличие от ранних фильмов, которые были сняты более-менее бодро и не оставляли ощущения затянутости, этот даже для поклонника Лав Диаса, коим я могу себя назвать, банально скучен и растягивает сценарный материал 40-45-минутной короткометражки до двух с половиной часового хронометража.

Жестокий романс, 1984

Следующий фильм Рязанова ситуацию не исправил. Скорее наоборот. «Жестокий романс» — вольная экранизация «Бесприданницы» Островского, оказавшаяся при этом типичным образцом как «творчества» позднего Рязанова, так и фликом, обладающим всеми пороками позднесоветского кино (любование предыдущим социально-политическим строем, игры в «Россию, которую мы потеряли», ощущение даже не театра, а какого-то кружка самодеятельности, что от постановки, что от игры актерского, с позволения сказать, ансамбля). Кстати, пожалуй, именно в «Жестоком романсе» свою самую омерзительную роль исполнил Никита Сергеевич. Он пробовал играть и более мерзких персонажей, но делал это не особо убедительно, а роль из «Жестокого романса» с посконным фетишизмом сыграна так, что веришь, что видишь «настоящего Михалкова».

Забытая мелодия для флейты, 1987

Не смотрел - пропускаю.

Дорогая Елена Сергеевна, 1988

Самый «перестроечный» фильм Рязанова, даже в большей степени отразивший как в сценарии, так и в кадре пресловутый «дух времени», чем последовавшие за ним «Небеса обетованные». Режиссер попробовал себя в жанре психотриллера, сняв фильм о трех старшеклассниках, де-факто взявших в заложники собственную учительницу с целью воздействовать на результаты выпускных экзаменов. Вот только, несмотря на все усилия, а также несомненное умение работать в ограниченных пространствах с небольшим количеством актеров, Рязанов решительно не вытягивает поставленные перед ним задачи. Попытка снять советские «Забавные игры» зашла в тупик: слишком низкие ставки, слишком слабые и ненадежные мировоззрения отыгрывают заложники и похитители, чтобы в реальность ситуации можно было поверить, слишком очевидно, что Рязанов не решится пойти на сюжетное обострение и реальной жести в кадре или за его пределами не случится.

Небеса обетованные, 1991

Второе перестроечное кино Рязанова сильно напоминает «Чудо в Милане» Витторио Де Сика, только тонально отстоит от своего итальянского источника вдохновения на 180 градусов. Рязанов снял фильм в редком субжанре «чернушный магреализм», и получилось чудовищно плохо. Именно на уровне идеи, поскольку магреализм как жанр, или, скорее, как художественный прием, хорошо работает в рамках эксцентрического вторичного мира и отчасти апеллирует к средневековой карнавальной культуре, призванной снять напряжение. Если же добавить в формулу позднесоветского и раннекапиталистического трэша и безысходности, получится кино не просто плохое и бессмысленное, а в чем-то вредное, убивающее остатки веры в универсум.

Предсказание, 1993

Не смотрел - пропускаю.

Привет, дуралеи!, 1996

Не смотрел - пропускаю.

Старые клячи, 2000

Фильм, который даже фанаты Рязанова считают лютой хренью. Режиссер попробовал переснять «Стариков-разбойников», но в реалиях России 90-х и с женским актерским составом. Получилось наивно написанное, всрато сыгранное и невменяемо уныло срежиссированное кино, которое зритель вправе ожидать от Анатолия Эйрамджана, но никак не от Рязанова. Даже позднего.

Тихие омуты, 2000

Не смотрел - пропускаю.

Ключ от спальни, 2003

Смехотворная, но явно не в том смысле, на который претендовал сам Рязанов, попытка «почтенного мэтра» снять секс-комедию. Пусть в кадре мелькают физиономии Маковецкого, Безрукова и Фоменко и есть не самые скверные костюмы и декорации, с помощью которых Рязанов безуспешно пытается сымитировать Петербург рубежа 19 и 20 веков. По факту же получилась киноверсия сборника похабных анекдотов, которые массово продавались в начале-середине 90-х.

Андерсен. Жизнь без любви, 2006

Последняя попытка Рязанова снять по-настоящему «большое кино». В распоряжении режиссера оказался крупный бюджет (в середине 2000-х в российское кино начали активно вливать и сливать деньги), самый крупный из тех, с которыми приходилось работать режиссеру; интернациональный каст, съемки в Европе и прочие вещи, которые далеко немолодой постановщик явно хотел себе позволить и раньше, но как-то не получилось. Результатом оказалось кино, в котором удивительным образом сочетаются худшие черты «стариковского» и «претенциозного студенческого фильма». Невменяемый набор эпизодов, миксующих типичные нарративные приемы биопика с внедрением образов из сказок героя фильма. Это могло бы сработать, сними подобное Терри Гиллиам (его весьма неоднозначные, но более чем достойные внимания «Братья Гримм» вышли годом ранее), но никак не Рязанов.

Карнавальная ночь 2, или 50 лет спустя, 2006

Один из самых душераздирающе всратых финалов режиссерской карьеры, о которых приходилось писать и которые приходилось вспоминать. Спустя ровно 50 лет после выхода своего ставшего классикой дебюта Рязанов по заказу Эрнста снимает поделку, на фоне которой даже «Старые песни о главном» выглядят вполне себе кинематографично. Хотел написать, что «Ирония судьбы» Бекмамбетова выглядит не так плохо. Но, нет. Это как сравнивать рекламный контент и безжизненный капустник. И то, и другое к кино имеет слишком опосредованное отношение, чтобы сравнивать сорта режиссерской немощи.