В.К. Егоров. Воспоминания. Начало сороковых
Продолжим знакомиться с воспоминаниями В.К. Егорова. 1940-42 годы ХХ века.
«…Летом 1937 года меня приняли на географический факультет двухгодичного учительского института (при Челябинском Государственном пединституте), который готовил учителей с незаконченным высшим образованием для семилетних школ. Принимали окончивших 9 классов со сдачей экзаменов. Так я, имея склонность к изучению природы, полученную в школьных походах, стал студентом этого института…
Привила мне любовь к моей будущей профессии преподаватель географии А.Я. Резвушкина. Под её руководством в летних походах мы побывали на озёрах Тургояк и Зюраткуль, на хребте Зигальга, в Ильменах, во многих городах области. В июне 1940 года наша группа в течение месяца проходила полевую практику в Каслях, на берегу озера, где мы занимались ботаникой и зоологией, с определением растений и животных. Мы провели топографическую съёмку, собирали геологические коллекции в районе Вишнёвых гор. Сейчас, в тех местах, где мы в полевых шпатах обнаружили кристаллы циркона, находится город Вишневогорск…
Маруся осталась работать в одной из школ на ЧТЗ. Опять мы недалеко друг от друга и могли встречаться, что было здорово! К началу занятий мест в общежитии института по улице Сони Кривой не было, к тому же здание еще достраивалось. Некоторое время я ночевал у А.Я. Резвушкиной с её внуком Юрой на сеновале, а вскоре удалось устроиться в общежитие. В институте я занимался в волейбольной секции, участвовал в соревнованиях по стрельбе из малокалиберной винтовки, несколько месяцев был лаборантом в географическом кабинете. Небольшая зарплата - хороший добавок к стипендии, которую я получал всё время. Госэкзамены прошли для меня успешно: марксизм-ленинизм и географию СССР я сдал на «отлично», а по географии мира - только удовлетворительно. И вот в руках диплом об окончании института и направление на работу в село Миасское. Этим же летом я подал заявление и был принят на заочное отделение геофака педагогического института.
…Автобусного сообщения в то время вообще не было, попутные грузовые машины пассажиров брали редко, да и их шло немного. Миасское входило тогда в состав Сосновского района с центром в селе Долгодеревенское, где в течение нескольких дней и проходило совещание учителей, которых устраивали на квартиры, кормили в столовой. По вечерам мы переписывали методические установки, посещали различные лекции, кино. С начала учебного года меня определили недалеко от школы на квартиру. В этот год школа в селе стала средней, занимались в две смены. Мне дали географию, рисование, черчение - во всех классах. Располагались классы в одном небольшом типовом здании, да трёх обыкновенных деревенских домах, большие комнаты которых были переоборудованы в классы. Электричества в селе не было, поэтому в школе в сумерки, да и по утрам, зажигали лампы-молнии по 3-4 в классе. Отопление было печное, но в классах и коридоре было достаточно тепло. Настенных карт не хватало, технических средств не было, и мне приходилось ездить за наглядными пособиями, литературой и т.д.
В долгие зимние вечера, я, засветив лампу, садился за подготовку к урокам или занимался изучением материалов по программе заочного обучения, сдавая очередные зачёты и экзамены в школьные каникулы...Уже в первый год работы мне не раз приходилось выступать с лекциями и докладами в сельском клубе и школе к годовщине Октябрьской революции, к Дню Конституции. В небольшой библиотеке села отыскивал необходимую литературу и готовил выступления…Почти каждую субботу, закончив уроки, я выходил на дорогу и ждал попутную машину в город. Иногда удавалось ехать в кабине, но чаще наверху - на зерне, ящиках или еще каком-нибудь грузе, и обычно приезжал в город насквозь промерзшим, спешил к Марусе. Домой возвращался вечером в воскресенье. Зимой были случаи, что вечером машин в нашу сторону не было, и, подождав немного, я был вынужден идти от Челябинска до Петровки, заходил к маме и ночевал там. Рано утром снова выходил на тракт, и, если не было попутных машин, шёл до Миасского пешком. Иногда уезжал в город на поезде с разьезда Ванюши, до которого от села было около 7 км. Поезд в Челябинск уходил часа в 3-4 утра, поэтому приходить на разьезд приходилось с вечера и ожидать поезда у родителей учащихся нашей школы. Из Челябинска тоже можно было уезжать на поезде, но приходил он в Ванюши около 12 часов ночи, и ещё в темноте надо было топать до села…
…Коллектив учителей Миасской школы состоял из 25 человек. Осенью 1940 г. директором к нам назначили довольно молодого человека В.В. Водопьянова, который рекомендовал меня, завучем. В конце учебного года Водопьянова сняли с должности директора школы, его обязанности возложили на меня. Дело немного облегчало то, что наше село 13 января 1941 г. стало райцентром образованного Красноармейского района, но все финансовые операции проводились в областном госбанке г. Челябинск. На моё счастье в село приехал Н.Г. Рославлев, которого и назначили в нашу школу директором, я же, освободившись от руководящих должностей, продолжал учиться заочно и сравнительно успешно сдавал экзамены.
…Разговора о женитьбе с Марусей мы как-то не заводили, днём нашей совместной жизни, мы стали считать 1 января 1941 года. В конце мая Маруся приехала ко мне, теперь уже навсегда! Летом на лошади мы перевезли её небогатое имущество. Семьи наших родителей были столь небогатыми, что об устройстве даже символической свадьбы мы стеснялись и упоминать. После отъезда В.В.Водопьянова переехали в освободившуюся коммунальную квартиру, где прожили 23 года…В июне в село стали регулярно ходить автобусы. 22 июня 1941 года по пути из города мы заехали к маме в Петровку, взяли с собой младшего брата Андрюшу, а открывая дверь своей квартиры, услышали выступление по радио В.М. Молотова и страшное слово ВОЙНА! Я почему-то думал, что мы сильны и война быстро окончится полным разгромом агрессора. Ан нет! Дела на фронтах становились всё сложнее и серьёзнее, началась мобилизация. Меня не один раз вызывали в военкомат повесткой: «Иметь при себе...», но каждый раз как учителя оставляли дома. Мы привыкли к подобным вызовам, и собранную котомку я даже не распаковывал.
1 сентября 1941 года Маруся стала преподавать в начальной школе у нас в селе. Вместе стали ходить на работу, делить домашние заботы. Осенью 1941 года в село, сняв частную квартиру, из Петровки переехала мама с Андрюшей, бабой Анютой и тетей Ниной. Некоторое время у нас жила Мария Ивановна - мама Маруси, спала в кухне, да и комната, где размещались мы, составляла 18 квадратных метров… 25 апреля 1942 года у нас родилась дочь Люся! Дочка быстро подрастала, и страшно было подумать, что мне скоро придется покидать семейное гнездо. Некоторые учителя: Грехов, Попков, Михайлов уже были мобилизованы на фронт. Вскоре я сдал государственные экзамены. С получением диплома, в августе 1942 г. меня перевели работать инспектором районо. Штат отдела был не велик: заврайоно - М.М.Жданова, эвакуированная из Подмосковья, два инспектора, тоже эвакуированные, бухгалтер и я. Началось посещение школ, в основном пешком, иногда удавалось ездить на попутных с почтой и другими оказиями…С фронта приходили неутешительные вести, усложнялась и наша жизнь: многое из магазинов исчезло, всё дорожало, а мы еще хозяйством не обросли, даже картофеля на посадку не было. Приходилось свой и так небогатый гардероб обменивать на семена…20 ноября 1942 года Красноармейским райвоенкоматом Челябинской области я был мобилизован на фронт. Со слезами на глазах прощался я с семимесячной дочуркой и молодой женой. Теперь все тяготы жизни лягут на её совсем еще девичьи неокрепшие плечи!…»
Материалы и фотографии из фондов МУ «ККМ им. В.К. Егорова»