Рассказ «Тайна Садзэна»

Это перевод переработанной версии рассказа, первоначально выходящего бонусом для «Animate» в 2025 году.

ㅤ❖ Автор оригинала: Хюганацу
ㅤ❖ Оригинальный рассказ на японском читать здесь
ㅤ❖ Перевод выполнен группой «Монолог фармацевта»

ㅤㅤТайна Садзэна

Внезапно раздался глухой удар, словно что-то упало в снег. Сразу и неясно, что это. Но после всего случившегося можно было предположить и худшее: кто-то сбросил вниз тело…
ㅤВоспользовавшись суматохой, мужчина украл из конюшни лошадь и уже как раз приторачивал к седлу награбленные вещи, как вдруг его внимание привлёк этот странный звук. Род его господина поднял мятеж против императорской семьи — и мужчина примкнул к восставшим. Само собой разумеется, никаких благородных побуждений у него и в мыслях не было — родом из простых крестьян, он всего-навсего нёс службу стражником у крепости, чтобы добыть кусок хлеба.
ㅤОн уже собирался было вскочить в седло и поскорее убираться с этого места, пока худо не стало, но решил на беду свою проверить, что же это там упало. Однако, едва он приблизился, перед его взором предстала та, кого он никак не ожидал увидеть.
ㅤ— Госпожа? — прошептал он едва слышно.
ㅤВ рыхлом снегу, утопая в нём, лежала молодая девушка в бессознательной дрёме. На вороте роскошных платьев барышни зияла дыра, а непрекращающийся снег белым одеялом ложился на её тело, грозясь укрыть девушку насовсем.
ㅤЕму было хорошо известно её имя. Здесь, перед ним, лежала госпожа Лоулань, дочь главы рода Си, зачинщика мятежа. Что мужчине было о ней известно, прежде госпожу Лоулань отправили во дворец императорских жён, где она стала одной из старших наложниц самого Его величества.
ㅤЛишь на миг он подумал, что она уже мертва, но эта мысль так же быстро покинула его — дыхание юной девушки белым паром клубилось в морозном воздухе. От напряжения он сглотнул. Женщина, которую взял сам Сын Неба, была столь прекрасна, что простолюдин мог ослепнуть при виде всего её великолепия. И вот она лежала прямо перед ним, едва живая, как вдруг...
ㅤ— ..! — из её груди вырвался сдавленный, мучительный стон. Вне всяких сомнений, госпожа была совсем слаба и едва держалась.
ㅤ— Найдите её! Обыщите всё здесь! — издали раздались голоса мужчин, прибывших сюда, чтобы подавить мятежников.
ㅤМужчина принялся в панике раздумывать, как ему поступить. Надо было убираться — и чем скорее, тем лучше, иначе головы не сносить. И всё же судьба беззащитной девушки, лежавшей без сознания, не давала ему покоя. Стоило оставить её здесь, но тогда её наверняка найдут... А даже если ей посчастливится остаться незамеченной, она точно не выживет под снегом.
ㅤСхватившись за голову, мужчина простонал, тяжело вздохнул и, понимая, что ничего лучше он своим умом не придумает, ловко подхватил тело девушки, почти скрывшееся под снегом, на руки.
ㅤ— Прошу прощения. Будет тяжеловато, но вы уж потерпите.
ㅤМужчина снял с лошади один тюк с краденым. Другой всё же оставил при себе — не бросать же всё. Усадил госпожу на лошадь прямо перед собой, придерживая, дабы не упала, и, крепко натянув поводья, тронулся в путь.

ㅤЕму оставалось лишь горько жалеть, что хватило ума ввязаться во всю эту историю, да ещё и обзавестись обузой. Мужчина подыскал пустующую хижину. Там он поспешил снять одеяния с госпожи Лоулань — в конце концов, нельзя же было оставлять её в мокром.
ㅤК их счастью, здесь же нашлись меха. Ими можно было укрыться, чтобы согреть продрогшее тело. Бывало, в хижинах останавливались охотники, она служила им убежищем перед уходом в лес, отсюда и такая удача.
ㅤГрудь госпожи Лоулань, потемнев, отливала синевой. Дыра на её платье появилась после попадания из фэйфа* — но сама она выжила лишь благодаря счастливейшей случайности: пулю задержала серебряная шпилька для волос.
ㅤПомедлив в смятении, мужчина всё же нашёл в себе решимость притронуться к ней и протянул руку к груди девушки. Ему стоило немалых усилий сохранять самообладание под ощущением мягкой кожи под его ладонью, и всё же, стараясь оставаться спокойным, он тщательно ощупал её тело, дабы убедиться, что её кости целы. Рёбра, насколько он мог судить, были в порядке, но госпожа страдала от сильного жара, и не меньше опасений вызывало её тяжёлое дыхание. Впрочем, ничего удивительного в этом не было: девушка упала прямо в холодные снега, а силы её истощились. Кто угодно, окажись на её месте, простудился бы.
ㅤОн здраво рассудил: с раненой женщиной, как ни старайся, далеко не убежишь. Даже если бы он решил отправиться в путь вместе с ней, их бы, чего доброго, быстро нашли. Пускай она и была дочерью его прежнего господина, но мужчина не питал к их роду такой уж великой преданности, чтобы жертвовать ради них собственной жизнью. Ему, если быть совсем честным, казалось, что он и без того сделал достаточно, когда принёс её в эту хижину, чтобы госпожа могла скрыться от солдат.
ㅤСнег не заканчивал идти, и не было поводов считать, что он бы прекратился в скором времени. Для него, мужчины, привыкшему к долгим зимам, сбежать одному было бы куда проще. Он ясно это осознавал.
ㅤ— ...У меня... к вам просьба... — но тут раздался едва слышный, хриплый голос. Мужчина тотчас обернулся и увидел, что госпожа Лоулань, укутанная в тёплые меха, наконец-то очнулась, — Э-эта книга...
ㅤВ своих ослабших руках девушка держала ту самую вещь, которую он похитил во время пожара в крепости... Эта толстая книга лежала в холщовом мешке, прихваченном мужчиной во время побега. Он невольно задумался: и как только госпожа умудрилась её углядеть?
ㅤ— Отвезите... в столицу...
ㅤ— ...Что вы такое говорите?
ㅤЛегко ей сказать — «в столицу!» Да только вот войска, от которых сам он спасался бегством, пришли как раз из этой самой столицы! Если кто узнает в нём участника мятежа — тут же схватят!
ㅤ— Я молю вас!.. — с трудом найдя силы приподняться с пола, она низко поклонилась этому мужчине. И это сделала она — та самая женщина, которая, как говорят в народе, делила ложе с самим императором…
ㅤПростые человеческие желания мужчине не были чужды. Прямо перед ним, склонив голову в почтительном поклоне, предстала писанная красавица. В такой момент никто не смог бы остановить его, а она не смогла бы сопротивляться. Он мог бы сделать с ней всё, чего желал… Тёмная мысль промелькнула в его сознании — но лишь на короткое мгновение.
ㅤ— Ради этой страны...
ㅤРади страны?
ㅤГолос госпожи Лоулань был слаб, едва слышен, но в глазах её сиял горячий, почти обжигающий блеск. И всё же мужчина находил её слова такими странными и неуместными, ведь она-то была дочерью главы рода, зачинщика, решившего погубить их государство.
ㅤ— ...Будь по-вашему... — сдался он, не выстояв под её взглядом. Госпожа Лоулань была гораздо слабее, беззащитнее него, но он, здоровый мужчина, оказался сражён одним её взглядом.
ㅤЕго ответ сам слетел с губ, и госпожа, будто, наконец, успокоившись, тут же рухнула, лишившись чувств.

ㅤКое-как, насколько умел, мужчина принялся её лечить, вспоминая за другими, как это следует делать. Он так и не нашёл в себе сил оставить госпожу и решил дождаться, пока она оправится от болезни. Он ходил в лес в поисках целебных трав, вспоминая те места, куда отправлял его по поручениям прежний господин. Прикинув, где и что искать, он разгребал снег и в конце концов добывал нужные коренья. Варить целебный отвар мужчина учился у лекаря, которому когда-то эти травы приносил.
ㅤОни не разводили огня по ночам, а чтобы согреться, просто спали, укрываясь одной звериной шкурой. Порой его посещали нечистые мысли, да только умом он прекрасно понимал: стоит дать хоть немного воли чувствам — и непременно уже он окажется не «охотником», а самой настоящей «дичью».
ㅤНе было бы громким сказать, что госпожа — красавица, способная губить целые страны — и дело было отнюдь не в одной лишь наружности госпожи Лоулань. В самой её сущности таилось нечто неуловимое, чего простому смертному не понять.
ㅤ— Разве я не красавица? У меня ведь и грудь есть, знаете ли! — когда ей стало легче, госпожа Лоулань стала отпускать такие шутливые колкости. А следом и сам мужчина стал говорить с ней куда проще, без прежней скованности.

ㅤНемного позже госпожа Лоулань полностью оправилась от болезни. Хотя снег пока и не думал таять, они оба приняли решение уйти из хижины. Девушка предложила ему расстаться, когда они добрались до деревушки на юге, вдали от крепости.
ㅤ— А я, может, книгу-то продам, — поделился своей мыслью мужчина.
ㅤ— Что ж, пусть будет так. В конце концов, сама я в столицу отправиться не могу. Всё лучше, чем если бы книга горела вместе с крепостью.
ㅤ— А сама вы как? Куда теперь?
ㅤОн хорошо понимал: идти ей некуда. Как ни прискорбно, мир не был таким тёплым, чтобы женщине хватило сил спастись бегством в одиночку.
ㅤ— Думаю, я отправлюсь дальше на юг, — широко улыбнувшись, ответила ему госпожа Лоулань, — Ну, а вы берегите себя!
ㅤОна повернулась, собираясь отправиться в путь, не выказывая сожаления об их расставании. Но на прощание бросила:
ㅤ— Ах, чуть не забыла. Вам бы стать травником. Чувствую, что это ваше призвание.
ㅤ— С чего вы взяли?
ㅤНо девушка, смеясь, скрылась за снежной пеленой, оставив мужчину без ответа. Вряд ли ему когда-нибудь доведётся снова повстречать её.
ㅤИ всё же слова, сказанные госпожой Лоулань напоследок, накрепко засели в его сердце. Мужчине верилось: если они станут его опорой, он сможет как-то прожить дальше. И потому он зарёкся никогда не облачать это воспоминание в слова.

Фэйфа — примитивный прототип любого огнестрельного оружия, распространённый в Китае с IX по XV вв.