Интервью с Огородовым Михаилом Константиновичем

— Как началось Ваше знакомство с французским языком? Была ли это любовь с первого взгляда?

— Знакомство с французским языком произошло очень просто. В моем родном городе Перми школа, которая специализировалась на преподавании французского языка, была самой ближней к дому. Поэтому можно сказать, что знакомство произошло случайно, но, правда, я об этом не пожалел.

— Какие события в Вашей профессиональной судьбе Вы считаете ключевыми, поворотными?

— Первым ключевым событием, конечно, является обучение в этой самой школе №22 в г. Перми. Второе – поступление в языковой вуз, Военный Краснознамённый институт Министерства обороны, получение специальности переводчика—референта. Следующий важный момент – это когда меня в 1983 г. взяли преподавать на кафедру французского языка того же самого Военного Краснознамённого института, и, конечно же, когда в 2002 г. я пришёл работать в МГИМО. Вот, пожалуй, такие основные, ключевые события.

— Когда Вы поняли, что хотите заниматься переводом?

— Я думаю, что понял, что хочу заниматься переводом в последних классах своей школы, поскольку тогда у нас преподавал перевод один очень хороший специалист, и, собственно, он «заразил» нас именно этой работой, которая в будущем стала моей профессией. Наверно, тогда я впервые познакомился с переводами и в дальнейшем, когда я учился в институте, это все усиливалось у меня.

— Что Вам нравится больше устный или письменный синхронный перевод?

— Мне нравится одинаково и устный, и письменный перевод, причем по части устного перевода речь идет не только о синхронном, но также и о других видах устного перевода, таких как, например, последовательный перевод записи. Я его просто обожаю.

— Расскажите о сложных случаях перевода в Вашей практике.

— Такие случаи бывают сплошь и рядом у любого синхрониста, и этого не надо бояться, поскольку синхронный перевод не может считаться совершенным, идеальным в отличие от письменного. Это совершенно нормальная и стандартная ситуация, поэтому такие случаи у меня бывают постоянно. Главная загвоздка в письменном переводе – это уровень подготовленности к нему, который, конечно, в большинстве случаев определяется тем, насколько организаторы мероприятия (наши работодатели) готовы дать соответствующие тексты, чтобы синхронисты могли подготовиться и чувствовать себя комфортно в синхронной кабине.

— В устном переводе нет права на ошибку. Какие советы Вы можете дать начинающим переводчикам, студентам?

— По моему опыту, качество устного перевода определяется, прежде всего, объемом практики, т.е. чем чаще и больше переводчик переводит, тем увереннее, спокойнее и комфортнее он себя чувствует и, соответственно, меньше делает ошибок. Нельзя сказать, что в устном переводе нет права на ошибку, конечно, в любом виде перевода есть право на ошибку. Другое дело, что ошибка, вовремя замеченная, должна как—то компенсироваться.

— Что Вам нравится больше всего во французском языке?

— Если говорить о том, что мне действительно нравится во французском языке, так это его предрасположенность к различным играм слов, потому что французский – это такой язык, на базе которого, скажем так, существует целый ряд различных видов словесной игры. И лично мне это всегда больше нравится, поскольку такая смеховая, комическая функция языка меня привлекает, наверно, в любом языке, но во французском в частности.

— Какую книгу Вы можете порекомендовать прочитать тому, кто хочет считать себя настоящим франкофоном и знатоком французской истории и культуры?

— Очень сложный вопрос, потому что французская культура и в частности французская литература – это такой совершенно бездонный, неподъемный и необъятный пласт мировой культуры и мировой цивилизации, в котором трудно выделить что—то такое, что может действительно определять судьбу человека в частности, его отношении к франкофонии, к французскому языку в целом. Я бы, наверно, на данном этапе посоветовал всем внимательно читать Франсуа Рабле, который был, как известно, основателем современной французской литературы. Это совершенно впечатляющий кладезь и языка, и той же самой игры слов, и юмора, который, мне кажется, будет хорошим базисом для развития своих познаний в области французской литературы.

— У Вас есть любимая фраза на французском языке?

— Я думаю, что у меня любимых фраз нет, потому что, наверно, как— то так у меня получается, что в какой—то период та или иная фраза становится не то, чтобы любимой, но какой—то такой, которую хочется употреблять довольно часто. Например, в последнее время мне все время хочется говорить «c’est le moins qu’on puisse dire», что ничего не означает, потому что на самом деле это такая обычная, проходная фраза, но вот мне она нравится.

— Как проходит Ваш рабочий день?

— Рабочий день у меня проходит довольно—таки стандартно. Он делится грубо говоря на 2 части: на занятия по переводу, которые я с удовольствием провожу, плюс та нагрузка, которая связана с моей работой в качестве заведующего кафедрой, так сказать, административная часть работы, которая, конечно, мне нравится гораздо меньше, но которой заниматься необходимо, потому что нужно, чтобы коллектив жил, работал. А у нас он совершенно замечательный, я всех наших преподавателей глубоко уважаю за профессионализм, очень люблю за их человеческие качества, поэтому нужно и в этом аспекте работы стараться не ударять лицом в грязь.

— Есть ли на кафедре свои шутки, приметы, традиции?

— Я не думаю, что у нас есть какие—то шутки, приметы, традиции, но, конечно, мы все очень гордимся тем, что наша кафедра имеет очень давние корни и очень солидную методическую базу, поскольку сами методические основы преподавания французского языка закладывались именно в МГИМО где—то в 60—ые годы под руководством Владимира Григорьевича Гака, человека, который известен буквально всем франкофонам нашей страны. И те методики, которые вырабатывались в ту эпоху, стали основой методического обеспечения занятий по французскому языку далеко не только в МГИМО, но и практически во всех других вузах нашей страны, поскольку учебники и В.Г .Гака по переводу, учебники И.Н. Поповой и Ж.А. Казаковой, Л.Л. Потушанской по общему языку писались именно на этой кафедре, они широко распространены и с успехом используются до сих пор. Поэтому одну из наших задач мы видим в том, чтобы не снижать этого мощного методического уровня, который был достигнут тогда и который вырабатывался и развивался последующими поколениями наших коллег, поскольку только такой уровень позволяет нам обеспечить качественное обучение наших студентов по французскому языку.

— Как часто Вы бываете во франкоговорящих странах? Есть ли среди них та, в которую Вы готовы возвращаться снова и снова?

— Я не очень часто бываю во франкоговорящих странах, в основном я там бываю по служебным необходимостям. Но, вы знаете, все франкоговорящие страны довольно разные: и европейские страны и африканские франкоговорящие страны, где я, собственно говоря, работал. Каждая из них по своему хороша, потому я с удовольствием поехал бы в любую их них. Может быть, с большим энтузиазмом в какую—то африканскую франкоговорящую страну, потому что во многом с франкоязычной Африкой у меня связаны какие— то ностальгические воспоминания.

Интервьюер — Айделя Гареева