День Охи, или как Греция Италию победила

28 октября в Греции отмечается день Охи – праздник в честь отклонения ультиматума фашистской Италии греческому премьеру в 1940 году, после чего Италия вторглась в Грецию, и страны Оси потерпели там свое первое серьезное поражение. «Ох» с греческого означает «нет» и произносится как «охи».

К октябрю 1940 года страны Оси господствовали в Европе, разбив англичан и французов и заключив пакт о ненападении с Советским Союзом. Лишь Англия еще сопротивлялась на своем острове. Мир находился на пороге катастрофы.

Италия давно положила глаз на Грецию как на часть Римской империи, которую стремился возродить Бенито Муссолини, и устраивала против нее многочисленные провокации, включая потопление 15 августа 1940 года, во время торжеств по случаю праздника Успения Богородицы, «неизвестной» подводной лодкой крейсера «Элли» на рейде острова Тинос. Греция ответила на это частичной мобилизацией.

В итоге Италия решила пойти ва-банк, и 28 октября 1940 года в 4 утра итальянский посол Эммануэле Грацци вручил греческому премьер-министру и по сути диктатору Иоаннису Метаксасу ультиматум с требованием позволить итальянским войскам войти на территорию Греции и занять там «стратегические позиции», то есть порты, аэродромы и т.д., угрожая войной в случае отказа. Фактически это означало бы полную капитуляцию Греции перед Муссолини.

Ответ Метаксаса был по-спартански лаконичен: «όχι». Утром того же дня греки вышли на улицы, скандируя «Охи».

Позже, уже после войны, Грацци рассказал о той встрече с Метаксасом в своих мемуарах: ««Господин премьер-министр, я имею распоряжение передать вам это сообщение» — и вручил ему документ. Я наблюдал за волнением по его глазам и рукам. Твёрдым голосом, глядя мне в глаза, Метаксас сказал мне: «Это война». Я ответил, что этого можно было бы избежать. Он ответил: «Да». Я добавил: «если генерал Папагос…», но Метаксас прервал меня и сказал: «Нет». Я ушёл, преисполненный глубочайшего восхищения перед этим старцем, который предпочёл жертвы подчинению».

Уже в 5:30 того же дня итальянские войска начали вторжение на территорию Греции. Они наступали в прибрежной зоне Эпира и в Западной Македонии. 3-й итальянская дивизия альпинистов «Юлия», состоявшая из 11 тысяч солдат, должна была двигаться на юг по хребту Пинда, чтобы отсечь греков от Западной Македонии. Однако на ее пути встала бригада полковника Константиноса Давакиса из 2 тысяч солдат. И вскоре выяснилось, что дух римских предков давно покинул итальянцев.

Давакис, несмотря превосходство противника в численности, не только сумел сдержать его, но и, получив подкрепление, перешел в контратаку, окружив итальянские силы, которые были вынуждены отступить. В ходе этого контрнаступления полковник получил ранение в грудь, однако приказал подоспевшему ему на помощь офицеру: «Не занимайся мною, считай меня мёртвым! И смотри чтобы не заняли твои позиции! Иди!». В итоге героический командир впал в кому, но выкарабкался, однако ранение в сочетании со старым недугом груди привело к тому, что ему пришлось покинуть фронт. Но главное он успел совершить – его победа имела решающее влияние на ход войны, став первым поражением стран Оси после успехов в Польше и Западной Европе.

После контранступления Давакиса греческая армия как на эпирском, так и на македонском фронте перешла в наступление, и не только выгнала итальянцев из страны, но и перенесла военные действия на территорию оккупированной Албании. В январе 1941 года ей даже удалось занять стратегическое ущелье Кельцюру.

Греки на практике показали, что страны Оси вовсе не неуязвимы, и их можно и нужно побеждать. Известный греческий археолог и участник той войны Манолис Андроникос писал, что «когда Италия решила вторгнуться в Грецию, силы Оси господствовали в Европе, разбив перед этим французов и англичан и заключив пакт о ненападении с Советским Союзом. Только островная Англия ещё сопротивлялась. Ни Муссолини, ни любой „разумный“ человек не ожидали в этих условиях сопротивления Греции. Поэтому, когда мир узнал, что греки не собираются сдаваться, первой реакцией было удивление, которое сменилось восхищением, когда стали поступать новости о том, что греки не только приняли бой, но и побеждают».

В марте 1941 года итальянская армия, получив подкрепление и под непосредственным наблюдением Муссолини, попыталась снова перейти в наступление, однако греки отбили его и находились уже в 10 км от стратегического албанского порта Влёра. В итоге на спасение итальянцев, проигравших все полимеры, в апреле были вынуждены прийти немцы, начав свою Греческую компанию, которая закончилась итало-германо-болгарской оккупацией Греции.

Однако, по словам самого Адольфа Гитлера, поражение Италии в Греции стало причиной его собственной будущей катастрофы, поскольку необходимость спасать Муссолини на Балканах отсрочила вторжение в СССР на два с половиной месяца.

В самой же Греции день Охи с 1942 года стал праздником, и до сих пор широко отмечается не только внутри страны, но и всей греческой диаспорой в мире.