Александр Зубкин «Призыв женщин в Красную Армию»

Александр Зубкин, командир ОВИК «Связист».

В сообществе военно-исторических реконструкторов Красной Армии есть достаточно актуальная тема об участии в мероприятиях женщин как военнослужащих, особенно в рядовом и младшем начальствующем составе. Разные организаторы периодически выставляют требования, по которым, в отличии от участников-мужчин, женщины обязаны находится в каких-то определённых рамках в отношении их снаряжения, вооружения и непосредственного участия в активной фазе действия мероприятия. Даже само наличие женщин военнослужащих в армии на некоторых мероприятиях подвергается сомнению, особенно тех, которые посвящены событиям до 22 июня 1941 года и непосредственно в первые месяцы Великой Отечественной войны.

В истории событий Великой Отечественной войны есть масса героических примеров участия женщин в боях в составе Красной Армии во всех родах войск, однако частные примеры не дают общей картины, особенно в довоенный период.

В данном исследовании автор пытается собрать имеющиеся материалы об участии женщин в составе Красной Армии в вооружённых конфликтах на границах СССР, призыве женщин в первые дни войны, возрасте призыва и в какие рода войск их направляли, а также о сроках демобилизации.

Женщины в Красной Армии до июня 1941 г.

До 1938 года женщины в Красной Армии служили в двух вариантах: как начальствующий состав или как вольнонаёмные служащие Красной Армии.

В первом случае эти женщины имели соответствующее специальное воинское звание военно-политического, военно-технического, военно-медицинского, военно-ветеринарного военно-юридического или военно-хозяйственного и административного (интендантского) состава.

Минимальный возраст тех, кого направляли в армию из числа ранее прошедших обучение в военных училищах, в которые принимали с 17 лет, и получивших специальное звание начсостава, начинался с 20 лет. Надо отметить, что воинский учёт военкоматами женщин, находящихся на «гражданке» за исключением медперсонала, не производился, все они поступали на воинскую службу добровольно, как кадровые военнослужащие или вольнонаёмные.

Средний медицинский состав до 1937 года готовили в военно-фельдшерских школах, позднее ставшие училищами, а младший состав готовили ставших с 1935 года самостоятельными школах медицинских инструкторов. После перевода кадров медицинской службы из ведения Санитарного управления в 1937 году учёт обученных по специальностям женщин медиков вёлся Управлением кадров Красной Армии.

Военные училища Красной Армии готовили женщин-курсантов ещё как минимум с осени 1930 года до 1935 года в индивидуальном порядке на добровольной основе (приказ сентября 1930 г. № 201 об обмундировании женщин-курсантов). В предвоенные годы женщины были курсантами Военной Артиллерийской академии, Академии химической защиты, Военной инженерной академии им. В.В. Куйбышева, учились в Военно-политической академии и других.

Вся страна со страниц иллюстрированного издания «СССР на стройке» в 1939 году увидела фото воентехника 1 ранга автобронетанковых войск Т.А. Пыжову, в возрасте 24 года окончившую Военную Академию механизации и моторизации РККА им. Сталина в Москве (эту Академию в 1935 году окончили ещё минимум 8 женщин начсостава, а в 1940 ещё две).

Первые девушки-добровольцы, оказавшиеся непосредственно на фронте были советские переводчицы, отправленные как военные специалисты в Республиканскую Испанию во время гражданской войны 1936-1939 г.. Первые 5 девушек прибыли туда в конце 1936 года, а всего туда было отправлено из СССР 204 переводчика, из которых минимум несколько десятков были женщины. Одна из них С.А. Бахмутская в возрасте 27 лет 7.04.1938 погибла на аэродроме Сабатель и похоронена в Мадриде. Большинство этих девушек не были кадровыми военнослужащими, но некоторые из них как Эмма Лазаревна Вольф (1902г.р.), оказавшаяся с июня 1941 года в Красной Армии, во время войны была иностранным пропагандистом в звании гвардии капитана в 158-й стр.д. (бывшей 5-й Московской стрелковой дивизии).

С первых боёв Красной Армии у озера Хасан летом 1938 года медицинская служба испытала недостаток кадров в тыловых госпиталях во Владивостоке, и в результате в действующую армию призвали из запаса имеющих медицинскую подготовку женщин (в том числе это были жёны военнослужащих) на должности среднего и младшего персонала медсестёр [1].

Помимо них в госпиталях на безвозмездной основе работало большое количество добровольцев-женщин как медицинский и как дежурный персонал. Однако непосредственно на фронте женщины эвакуацией раненых и оказанием помощи не занимались, более того, в 1936-1938 г. в результате реформы Санитарной службы РККА в Красной Армии вообще были ликвидированы медико-санитарные батальоны и санинструкторы выведены за штат из состава стрелковых рот. В результате оказание серьёзной помощи раненым, после первичной обработки на передовой самим бойцом или товарищем, проводили более чем через 24 часа уже после эвакуации их морем, а позднее даже по воздуху самолётами МБР-2 во Владивосток. Некоторые раненые попадали на санитарные суда Тихоокеанского флота прямо из боя, минуя развёрнутый в Посьете госпиталь.

Первым постановлением о взятии на учёт женщин в возрасте от 19 до 50 лет, находящихся в запасе и имеющих медицинскую ветеринарную и специальную техническую подготовку, был закон, принятый 1 сентября 1939 года, о всеобщей воинской обязанности. Однако этот закон не призывал в армию, а лишь контролировал количество находящихся в запасе женщин в случае мобилизации.

Впервые женщины в специальных званиях начсостава по призыву могли попасть в Красную Армию на Большие Учебные Сборы 6 сентября 1939 года в возрасте от 20 лет сразу после окончания училища и до максимального возраста призванных из запаса – 40 лет, а после 17 сентября принять участие в событиях в Польше.

События Советско-Финляндской войны помимо призванных из запаса дали большое количество женщин добровольцев в тех же временных рамках возраста, однако в большинстве своём они работали в глубоком тылу и лишь единицы попали на фронт. Надо отметить, что часть женщин начсостава и жён военнослужащих, уже находящихся в Красной Армии на различных должностях при штабах стрелковых дивизий в период событий этой войны в Карелии, вместе со штабами своих соединений оказались в окружении, участвовали в обороне и прорыве из окружения, а некоторые из них при этом погибли в боях.

По инициативе группы девушек студенток ленинградского университета в декабре 1939 года была развёрнута компания по призыву добровольцев на работу в армейских госпиталях Ленинграда, в результате откликнулось 700 девушек, но по 6 госпиталям было распределено только 200. Работу координировала студентка Анна Островская, позже награждённая за неё орденом «Знак почёта» [2]. Около 10 жён военнослужащих под руководством Смирновой по направлению политуправления Балтийского флота добровольно работали в госпитале на 22-й линии Васильевского острова в Ленинграде [3].

Некоторое количество женщин из состава медперсонала находились на фронте или сопровождали доставку медикаментов на фронт и обратно раненых в тыл [4]. Как минимум 200 девушек-добровольцев Свердловского района Ленинграда во время боевых действий поездом были доставлены в финский город Терийоки (Карельский перешеек) и распределены звеньями по 12 человек по полевым госпиталям [5].

Накануне Финской войны и после её окончания добровольную службу женщин в Красной Армии начали популяризировать средства массовой информации. К примеру, анонс о вышедшем на киноэкраны страны в мае 1941 года фильме «Фронтовые подруги» об участии в войне с финнами добровольцев женщин-дружинниц РОКК (Российского общество Красного Креста) был размещён ещё в ноябре 1940 года в журнале № 21 «Работница и Крестьянка». Эту же задачу выполнял образ сандружинницы девушки-добровольца на финском фронте зимой 1940 в фильме «Машенька», съёмки которого начались ещё до ВОВ (военные сцены снимались в Выборге), а закончены были в Алма-Ате. Однако фильм вышел на экран только 10 апреля 1942 года.

В довоенный период женщины служили не только в традиционных для женщин военно-медицинских подразделениях, но и среди лётчиков Красной Армии. В составе 3-й эскадрильи 11-го лёгкобомбардировочного авиаполка на штурмовике Р-Z совершила 8 боевых вылетов единственная девушка-лётчик в возрасте 23 лет Екатерина Ивановна Зеленко, за что была награждена орденом «Боевого Красного знамени».

Более того надо отметить, что некоторое количество женщин-добровольцев было направлено для восстановления и обеспечения деятельности ближнего тыла Красной Армии во время Финской войны из состава гражданских наркоматов, к примеру, железнодорожники Юго-восточной ж/д со станции Острожка направили ещё в период боёв стрелочницу П. Ковешникову на работу в только что освобождённый г. Койвисто, а после войны перевели её в г. Выборг на Карельском перешейке [6].

После окончания военных действий в марте 1940 года добровольцы – женщины рядового состава или младшего начсостава если пожелали, то могли остаться в армии на сверхрочную службу и не демобилизоваться. Такие женщины, которых в армии были единицы, 22 июня 1941 года могли быть в возрасте от 20 лет до 42 лет и, как следствие, уже в звании младшего начсостава (от младшего сержанта до старшины).

Женщины в специальных званиях начсостава на действительной военной службе по закону 1 сентября 1939 г. могли быть в возрасте от 20 лет до 45 лет в зависимости от специального звания.

Женщины в званиях начсостава в армии входили в кадровый состав и делились на тех, кто занимали строевые должности, и тех, кто занимал нестроевые должности, кто же не входил в кадровый состав – считались вольнонаёмными. Надо отметить, что в отличии от мужчин, женщины в Красную Армию призывались или вступали добровольно без учёта их национальности ни до, ни во время Великой Отечественной войны.

Призыв женщин и распределение их по родам войск в период Великой Отечественной войны.

Женщин, взятых на учёт Управлением кадров Красной Армии, мобилизовали в армию с первых дней войны, а вот тех, кто не состоял на учёте в кадрах, позже мобилизовали в армию постановлениями Государственного Комитета Обороны (ГКО) через ЦК ВЛКСМ в 1942 году.

В Ленинграде отбор женщин добровольцев в медсёстры и сандружинницы частей дивизий народного ополчения начался 30 июня 1941 года. Возрастные рамки приёма в дивизиях народного ополчения были первоначально с 4 июля – от 18 до 50 (в Москве до 55 лет), а позднее с августа – от 18 до 45 лет включительно.

После формирования и участия в боях некоторые из этих подразделений при переформировании становились воинскими частями Красной Армии, и девушки становились полноправными военнослужащими. Надо отметить, что именно такой путь женщин рядового и младшего начсостава на фронт был в первый год войны основным. При переформировании дивизий ополчения в стрелковые женщины за редким исключением по возрасту продолжали в них службу иногда меняя специальность.

Ярким примером может быть Кочешкова Мария Дмитриевна 1899 г.р., мать трёх сыновей, которая вместе с мужем 1июля 1941 вступила добровольцем как медперсонал в народное ополчение Ленинграда и была направлена в 268-й отд. пулемётный батальон Красногвардейского УР.

После боёв и отступления её воинская часть была отправлена на переформирование в Ленинград и в дальнейшем ей было отказано в службе в связи с не призывным возрастом – 42 года. Однако она как медперсонал через Горком Красного Креста добилась зачисления в 293-й отд. пулемётно-артиллерийский батальон Карельского УР, а затем в конце апреля 1942 года в его состав добилась включения своих детей-комсомольцев Владимира 14 лет (1927 г.р.) и Дмитрия 17 лет (1924 г.р.), сформировав уже в 283-м отд. пул-арт. батальоне семейный миномётный расчёт. Семейный расчёт миномёта участвовал в боях в июне-июле 1944 года на Карельском перешейке, за что мать в звании старшины медслужбы на должности командира пулемётного расчёта, а фактически бывшая миномётчиком, получила орден Красной Звезды, а сыновья медали «За боевые заслуги» [7].

Надо отметить, что как минимум 10% гарнизонов дотов Карельского УР с лета-осени 1942 года стали целиком женскими.

Всего на фронт в 1941 году в Ленинграде убыло 31925 девушек и женщин, а в 1942 ещё 1325, вероятно с прекращением формирования подобных частей.

Существовали и другие добровольные вооружённые соединения, в которых проходили службу женщины, так в июле-августе 1941 года в Ленинграде были созданы вооружённые рабочие отряды численностью в 102 тысячи человек, осенью их переформировали в 5 отдельных рабочих бригад и 1 бригаду Всеобуча. Непосредственно на фронт их не отправляли, они несли службу в Ленинграде, но к весне 1942 года они прекратили своё существование. Одну бригаду и Московский, и Кировский отряды передали в армию, но в июле 1942 года было снова отдано распоряжение о формировании вооружённых рабочих отрядов, которых к 7 июля было сформировано 77 шт. численностью 8482 человека. Комплектование отрядов происходило из числа забронированных рабочих предприятий Ленинграда, ограниченно годных к призыву в Красную Армию и некоторого количества женщин [8].

Военкоматы имели право зачислять в воинские части призывников только в возрасте от 19 лет (призванные в армию осенью по призыву 18-ти летние призывники, у кого день рождение исполнялся в год призыва, свой первый год службы начинали только с 1 января следующего года, по факту с 19 лет) и старше, но были и исключения, к примеру, некоторые девушки дружинницы РОКК попадали на фронт в 18 лет (на 6 месячные курсы РОКК принимали до войны с 16 лет).

Были исключения, когда девушки-добровольцы на фронт попадали и в более молодом возрасте, так в 265-м корпусном артполку в районе Одессы на должность разведчицы в батарею ст. лейтенанта Матросова была зачислена красноармеец 16-ти летняя Галина Демерзо (1924 г.р.) по устному заявлению была призвана 2 июля 1941 года Кагановичским РВК г. Одессы. Её отец В.К.Демерзо был красноармейцем – артиллеристом, а брат – командиром взвода.

Никаких постановлений о мобилизации женщин в рядовой состав от Государственного Комитета Обороны до весны 1942 года не было издано. Однако косвенно можно упомянуть, что до войны Народный Комиссариат Связи (телефон, телеграф, почта) в период мобилизации, своими собственными кадрами, не имеющими разделение по половому признаку, в зависимости от деятельности обеспечивал деятельность штабов Красной Армии. Несколько различных распоряжений в первые месяцы войны на уровне фронтов предписывали пополнять состав связистов в действующей армии за счёт подготовленных и проверенных кадров Народного Комиссариата Связи, эвакуированных с захваченных врагом территорий после прохождения спецкомиссии – приказ войскам Южного фронта № 030 от 25.07.1941.

С лета 1941 года было отдано несколько распоряжений уровня Государственного Комитета Обороны относительно мобилизации кадров НКС в Красную Армию:

– Постановление ГКО № 59сс от 8 июля 1941 обязывает НКС сформировать подвижный узел связи в виде поезда связи (15 вагонов) с обслуживающим персоналом.

– Постановление ГКО № 1016сс от 12 декабря 1941 разрешало сформировать НКС десять ремонтно-восстановительных батальонов первой очереди в составе 750 человек в каждом. Работой их было восстановление разрушенных противником линий и узлов связи как следствие в прифронтовой полосе, ранее освобождённой от врага.

– Приложение к постановлению ГКО № 1129сс от 11 января 1942 года предписывало НКС и НКПС передать в ведомство НКВД все магистральные линии и оборудование ВЧ-линий (20 шт.) в западной части СССР вместе со всем эксплуатационно-техническим составом, линейными ремонтно-восстановительными колоннами и ротами, а также сформировать 20 передвижных станций ВЧ-связи для штабов фронтов. Более того, НКВД имело право в случае необходимости привлекать для работы дополнительные ресурсы НКС и НКПС. Таким образом, вчерашние гражданские служащие после специального отбора, были мобилизованы в войска связи частей НКВД, для которых было выделено 1500 комплектов зимнего обмундирования.

– Приказ НКО № 0949 от 6 декабря 1942 года изымал из системы НКС органы военно-полевой почты и передавал их в ведение начальника Главного управления связи Красной Армии с одновременной реорганизацией Центрального военного управления полевой связи НКС и отделов и отделений полевой связи НКС фронтов и армий в подчинение армейского управления, причём НКС был обязан выделись специалистов для формирования полевой почты и снабдить их почтово-техническим имуществом и эксплуатационными материалами.

Разумеется, что среди данного технического персонала НКС были и мужчины и женщины практически в любых возрастных категориях.

Данные приказы подтверждают то, что в войсках связи женщины связисты рядового состава появились ещё до известного всем постановления о мобилизации женщин в войска связи от 13 апреля 1942 года, а косвенно есть данные о том, что около 10 тысяч девушек с августа 1941 г. были призваны в части связи Красной Армии.[9]

В качестве примера, можно привести награждение медалью «За отвагу» за своевременную доставку донесения на командный пункт 189-й стр.д. 42-й армии 18 февраля 1942 года, а также за её службу в период с 1.12.41 по 31.01.42 была награждена 30 июля 1942 года красноармеец-мотоциклист 621-го отдельного батальона связи Н.С. Максимова, которая поступила на службу в Красную Армию в июле 1941 г. в возрасте 20 лет.

Весной 1942 года в действующей Красной Армии сложилась существенная проблема с нехваткой мужского личного состава, в связи с этим ГКО для замены мужчин в тылу мобилизовал в Красную Армию женщин в возрасте от 19 до 25 лет.

Распоряжений ГКО на этот счёт было несколько:

– Постановление № 1488сс от 25 марта 1942 сроком до 10 апреля обязал ЦК ВЛКСМ мобилизовать 100 тысяч девушек-комсомолок в части ПВО. Перечень специальностей был очень разный – телефонистов, радистов, прибористов зенитной артиллерии, разведчиков наблюдателей за воздухом и постов службы ВНОС, некоторых номеров прожекторных станций, зенитных пулемётов и аэростатов заграждения и специалистов подразделений обслуживания. Однако в особых условиях, таких как блокада Ленинграда, из девушек формировали даже артиллерийские расчёты. Примером может быть создание в 115-м зенитно-артиллерийском полку Ленинградского фронта 8-й женской батареи 85мм зенитных орудий. Полк прикрывал северное направление на Карельском перешейке в районе Сестрорецка.

– Постановление № 1595сс (приказ № 0284) от 13 апреля 1942 сроком до 15 мая с распределением до 1 сентября мобилизовать 30 тысяч женщин в войска связи на специальности как по профилю связи, так и на медицинские, штабные и хозяйственные.

– Постановление № 1618сс от 18 апреля 1942 г сроком до 5 мая мобилизовать 40 тысяч женщин в тыловые части и учреждения ВВС.

– Постановление №1703сс от 5 мая 1942 года мобилизовать 25 тысяч девушек-комсомолок и некомсомолок-добровольцев в части ВМФ, из которых 15 тысяч – до 15 июня, а остальных – по мере фактической возможности использования.

– Постановление № 2422сс от 18 ноября 1942 года предписывало формирование в каждой армии отдельных армейских рот ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи), на формирование которых помимо 2982 мужчины направить 3822 женщины.

Командный состав выделялся из войск ПВО. Это формирование происходило в период ежегодного воинского призыва, и по всей вероятности на комплектование этих подразделений шли вновь мобилизованные добровольцы, а не только призванные ранее предыдущими постановлениями и уже распределённые в войсках женщины.

Особая обстановка с мобилизацией новых кадров сложилась в блокадном Ленинграде, и в результате Ленинградский Горком ВКП(б) провёл в период с 15 декабря 1941 по 13 марта 1942 переучёт военнообязанных с целью передачи их фронту. Эти действия касались мобилизации в декабре-январе около 5000 военнообязанных из частей МПВО с заменой их мужчинами старших возрастов и девушками в возрасте от 18 до 35 лет. Общее количество женщин мобилизованных в МПВО Ленинграда по решению Военного Совета Ленинградского фронта в марте 1942 г составляла 7943 девушки и женщины, из которых 1374 комсомолки.

Всего же за первую половину 1942 года с 1 января по 1 июля в Красную Армию (в том числе и по распоряжениям ГКО) было мобилизовано 8000 женщин, а в МПВО Ленинграда приписаны – 16500 женщин [10]. Эти же действия до марта 1942 года мобилизовали для работы в госпиталях 2292 дружинницы Красного Креста [11].

Надо отметить, что с 5 июля до 15 августа 1942 года из блокадного Ленинграда подлежали эвакуации в обязательном порядке женщины, имеющие двух и более детей, а также по собственному желанию те, кто имеет одного ребёнка [12].

В Красной Армии помимо трёх женских авиационных соединений, созданных приказом НКО № 0099 от 8 октября 1941 года, и направлением женщин в перечисленные выше рода войск, постановлением ГКО № 2470сс от 3 ноября 1942 года было принято решение о создании 1-й отдельной женской добровольческой стрелковой бригады в Московском Военном округе, но позднее распоряжением Генерального штаба Красной Армии № 17/710 от 29 октября 1943 года бригаду передали из Московского ВО к 20 ноября 1943 года в войска НКВД.

Помимо бригады это распоряжение требовало сформировать в МВО отдельный запасной стрелковый полк численностью в 3200 человек, который готовил кадры автомобилистов, снайперов, пулемётчиков и младших строевых командиров. Общая численность мобилизованных ЦК ВЛКСМ женщин-добровольцев по плану этого распоряжения составляла 12000 человек, из которых 1000 женщин имеющих боевой опыт полагалось отозвать с фронтов по 175 – с Северо-Западного, Калининского, Брянского и Воронежского, 300 – с Западного.

По штатам непосредственно в бригаду направлялось 6983 человека (из которых 60 мужчин в автороте для погрузки грузов). Характерно, что женщин в бригаду мобилизовали в разных областях СССР, так, к примеру, из Кировской области распоряжением ЦК ВЛКСМ от 11 ноября 1942 года полагалось мобилизовать 350 человек.

Для подготовки женского среднего командного состава бригады был установлен план в 2000 человек: 1500 пехотных, 300 артиллерия, 90 связь, 80 сапёры и 30 химики.

Учитывая физические возможности женщин, в бригаде были увеличены штаты расчётов ПТР до трёх человек, расчёты противотанковых 45 мм орудий до 8 человек, 76 мм пушек до 10 человек, а 82 мм миномётов до 6 человек.

В действующей армии бригада находилась с 8 января до 28 мая 1944 года, исполняя обязанности охраны войскового тыла, но уже 31 июля 1944 года она была расформирована.

Надо отметить ещё одно направление деятельности женщин в армии – снайперское движение. Отдельного снайперского рода войск в Красной Армии никогда не существовало. Все снайпера входили в состав тех подразделений, куда они попали по призыву или пошли добровольцами, причём снайпер мог стать по штату даже писарем.

С довоенного периода до весны 1942 года в системе Всеобуча прошли обучения стрельбе десятки тысяч девушек СССР, однако в армию они могли попасть только в качестве добровольцев с 18 лет как рядовой состав с начала июля 1941 и, как следствие, специальными независимыми женщинами-снайперами они в Красной Армии не были, а исполняли обязанности той военно-учётной специальности, на которой числились в подразделении своего рода войск.

К примеру, девушка снайпер красноармеец Зиба Ганиева добровольно пошла в Красную Армию 16 октября 1941 года в состав 3-й Московской коммунистической дивизии народного ополчения и была зачислена по специальности радиста. В качестве радиста неоднократно переходила линию фронта с разведгруппами и лишь весной 1942 года после повышения в звании стала инициатором создания группы снайперов в составе своей ставшей с 19 января 1942 года 130-й стрелковой дивизии.

Подготовкой мужчин снайперов занимались школы при военных округах и непосредственно в войсках уже из состава призванных военнослужащих, причём специальной женской школы снайперов не существовало. Первым таким военным учебным заведением стала школы инструкторов-снайперов при Главном Управлении Всеобуча в подмосковном посёлке Вешняки, созданная 20 марта 1942 года. В школу принимались мужчины в возрасте не моложе 20 лет, прошедшие 110 часовую подготовку по программе Всеобуча, то есть уже умеющие хорошо стрелять. Обучение проходило по 6-ти месячной программе.

С 27 ноября 1942 года школа была реорганизована в Центральную школу инструкторов снайперской подготовки, и при ней были сформированы женские курсы отличных стрелков снайперской подготовки с так же 6-х месячных курсом обучения. Женский набор комсомолок был организован ЦК ВЛКСМ 7 декабря 1942 года, а возраст зачисляемых был с 17 до 25 лет.

21 мая 1943 года приказом НКО № 0367 курсы была вновь реорганизованы в Центральную женскую школу снайперской подготовки, в которую принимали женщин-добровольцев прошедших обучение в системе Всеобуча в возрасте до 25 лет.

Первый выпуск девушек снайперов набранных ещё на женские курсы в декабре 1942 состоялся после 6 месяцев обучения в июне 1943, а распределение на Калининский и Северо-Западный состоялось 22-23 июня 1943 года. Фактически с этого момента в армии «законно» появились, условно говоря, «относительно независимые» снайперы-женщины.

Распоряжением ГКО № 4239сс от 5 октября 1943 в период с 15 октября до 15 ноября в Кировской, Курганской, Воронежской, Рязанской, Ульяновской, Куйбышевской, Ярославской, Пензенской областях и Удмуртской и Кабардино-Балканской АССР для работы на центральных артиллерийских базах и складах тех же перечисленных областей и АССР мобилизовать 4200 женщин в возрасте от 18 до 45 лет. Кстати, это же распоряжение мобилизовало для службы в Красной Армии на тех же артскладах 2000 мужчин, не пригодных для службы в армии без указания их возраста.

В начале 1944 года фронтовые части связи, ПВО, медицины и тыла ходатайствовали о направлении в них женщин военнослужащих. В мае 1944 на учёте в военкоматах состояло в возрасте от 18 до 35 лет 176000 женщин, прошедших обучение на различные специальности в системе Всеобуча. В результате было принято распоряжение ГКО № 5907с от 16 мая 1944 года направить в Красную Армию 25000 женщин – добровольцев в возрасте от 20 до 35 лет, не имеющих детей и не обременённых семьёй. Этим распоряжением женщин направляли на укомплектование должностей поваров, прачек, связистов и санитарок.

Демобилизация женщин из Красной Армии была проведена в рамках 2-й очереди на основе специального Указа Президиума ВС СССР от 25 сентября 1945 года, в котором демобилизации подлежали военнослужащие женщины рядового и сержантского состава, кроме специалистов пожелавших остаться на должностях военнослужащих.

Сноски:

[1] Здоровье, медицина, экология. № 3(61) 2015. С. 63

[2] Работница и крестьянка. № 23 декабрь 1940. С. 14-15.

[3] Работница и крестьянка. № 23 декабрь 1940. С. 16

[4] Работница и крестьянка. № 14 июль 1940. С. 5-7.

[5] Работница и крестьянка. № 19-20 октябрь 1940. С. 18-19.

[6] Работница и крестьянка. № 15-16 август 1940. С. 19.

[7] На северных подступах к Ленинграду 1941-1945 гг. СПб. 2012. С. 19.

[8] Ленинград в осаде. Сборник документов. 1995. С.96.

[9] Сила слабых. Женщины в Великой Отечественной войне. 1941-1945. СПб. 2005. С.14.

[10] Ленинград в осаде. Сборник документов. СПб. 1995. С. 97-98.

[11] Ленинград в осаде. Сборник документов. СПб. 1995. С. 77-79.

[12] Ленинград в осаде. Сборник документов. СПб. 1995. С. 85.

Автор: Александр Зубкин (https://vk.com/id16372331)

«Living History - Живая История» (https://vk.com/livinghistoryrus)
Подготовка публикации: Александра Пелехова

#livinghistory #живаяистория #реконструкция #реконструкторы #reenactment

©