Русский культурный код

1. Загадочный русский менеджмент

Идея написания данной лекции возникла после прочтения статьи «Загадочный русский менеджмент: пора меняться!» голландского профессора бизнес-школы INSEAD Манфреда Кетс де Врис, в которой он изложил итоги проведённого анализа, проследив «истоки российской управленческой специфики и – шире – картины мира всей нации», обратившись «к истории и культуре страны». Стоит отметить, что автору так и не удалось понять душу русского человека. Как следствие, он заявляет «пора меняться!», предлагая «усвоить новые модели лидерства» и провести пересмотр «многих аспектов жизни общества – политического, экономического, социального, культурного и т.д.».

Но мы это уже проходили. С приходом капитализма в 90-е годы лучшие управленческие практики, сформированные в период существования Советского союза, были вычеркнуты из истории управленческой мысли. Сегодня многие искренне считают, что у русских никогда не было своей школы управления и, как следствие, российские предприниматели и управленцы предпочитают обучаться управлению у западных специалистов.

Однако, попытки перенести западный управленческий опыт «под копирку» изначально были обречены на неудачу. Ведь русские обладают своим уникальным культурным кодом, требующим того, чтобы с ним считались. Соответственно, нам необходимо развивать русскую управленческую мысль, которая вберёт в себя как базовые принципы и законы теории управления, почерпнутые из лучших отечественных и зарубежных практик, так и специфику нашей культуры, с её ценностями, традициями, стилем и образом жизни.

2.

Культура – исторически определенный уровень развития общества, творческих сил и способностей человека, выраженный в типах и формах организации жизни и деятельности людей, а также в создаваемых ими материальных и духовных ценностях.

Культура, выступает фундаментом в жизни любого человека как на уровне общества в целом, так и отдельной личности. Это многогранный опыт, формирующийся из взаимодействия человека с окружающей его реальностью, его передача и обогащение каждым последующим поколением. Культура позволяет человеку выражать свою идентичность и принадлежность к определённым общностям, а также вступать в коммуникацию с другими. Также стоит отметить, что с помощью культуры осуществляется процесс социализации личности, а именно усвоение и последующее воспроизводство им социального опыта.

Понятие «код» было привнесено из криптографии. Выступая технологией сокрытия доступа к информации, код позволяет исключить из коммуникации нежелательных лиц. Главным здесь является противопоставление «свой – чужой».

Культурный код можно определить как «совокупность знаков (символов), смыслов (и их комбинаций), которые заключены в любом предмете материальной и духовной деятельности человека».

С.Б. Переслегин определяет культурный код как «алгоритмы действия в различных ситуациях, прежде всего, критических, то есть угрожающих жизни, здоровью, социальному статусу».

Опираясь на национальный архетип, культурные коды отвечают на два вопроса: «Как и зачем жить?» и «Как и зачем умирать?». Следовательно, мы можем определить его как набор правил «выживания и развития конкретной социальной группы в определённом месте». Выступая основой образовательного канона, культурный код определяет, «чему в обязательном порядке должны научиться все живущие на данной территории». С ним необходимо считаться всем без исключения, так как он определяет, что хорошо, а что плохо.

Важно отметить, что культурный код носит изменчивый характер и может изменяться от поколения к поколению. Более того, он не вечен и может быть уничтожен, вытеснен, трансформирован или заменён, в процессе борьбы с другими культурными кодами.

Чтобы понять суть культурных кодов, необходимо рассмотреть факторы, под влиянием которых они формировались и изменялись на протяжении всей истории.

3.

Первый фактор, который оказывает огромное влияние на историю любого народа – природно-географический – влияние природной (географической) среды (климат, рельеф, почва, полезные ископаемые и т.п.). От него зависит как характер государства с его социально-экономическими отношениями, так и непосредственно культура и менталитет населения, проживающего на данной территории.

Следующим фактором выступает исторический. Его можно определить как психологическое влияние исторический событий на культуру и менталитет народа. Исторический фактор – это набор суждений и оценок, накопленный населением в процессе их исторического взаимодействия между собой, а также взаимодействия с представителями других общностей и этносов.

Отдельно стоит отметить языковой фактор, который оказывает значительное влияние на культурный код. Язык является необходимым условием для любой социальной общности. Он объединяет усилия людей, накапливает их опыт и знания, передаёт и создаёт новую информацию, проявляясь в двух своих функциях – коммуникативной и когнитивной, то есть «мыслеобразующей». Язык выступает способом восприятия мира, определяющим психологические и культурные особенности народа.

3.1. Природно-географический фактор

Природно-географическая среда, в которой формировался русский архетип, характеризуется следующими особенностями:

• суровые природно-климатические условия на Руси были крайне неблагоприятными: лесистость, заболоченность, холодная и долгая зима;

• низкое плодородие почв в пределах Восточно-европейской равнины;

• огромные расстояния территории Руси с её поясами степей, лесов, тундр, пустынь, бесконечными сетями рек и озёр.

Важной особенностью сельского хозяйства, территории исторического ядра России, был предельно короткий сезон для полевых работ. Он длился с начала мая до начала октября, причём характеризовался низкой суммой накопленных температур. Добавим сюда низкое плодородие почв и получаем зону рискованного земледелия, несущую постоянную угрозу неурожаев. В данных условиях «для получения минимального результата необходима была наибольшая концентрация труда в относительно небольшой отрезок времени», а также высокие темпы работ, крайнее напряжение сил и удлинение рабочего дня.

Всё это диктует необходимость огромных человеческих затрат на сельскохозяйственные работы, которые сопровождаются высоким уровнем нервно-психологического напряжения. Как следствие, формируются важнейшие черты русского характера – необычайное трудолюбие, поворотливость, проворность. Суровые природные условия наделяют русского человека огромной жизненной силой, придав ему стойкость, смирение и выносливость. Всё это выражается в его способности приспосабливаться – не уступая, гнуться – не ломаясь, легко умирать и уметь постепенно накапливать силы сопротивления. Возникает общество, способное на короткое сверхусилие (максимализм). «Данная особенность, сформировавшаяся в сугубо крестьянской стране, распространилась впоследствии на военное дело и на все индустриальные формы деятельности».

Однако, формируются и особенности, противоположные этим качествам, что выражается в противоречивости русского характера: отвага и безрассудство, способность к длительному бездействию, отсутствие привычки к ровному, постоянному труду.

Низкая урожайность, невысокая агрикультура, невозможность интенсификации хозяйствования на Руси приводило к ограниченному, небольшому размеру совокупного прибавочного продукта общества. Как следствие:

1) Тормозится развитие торговли. Для неё не было необходимых излишек, так как неурожаи вынуждали население запасаться впрок да и огромная территория, со слабо развитыми транспортными возможностями, накладывала свои ограничения. Возникающие небольшие излишки, как правило, потреблялись на той территории, где были произведены. Формируется психология замкнутого существования.

2) Слабо развитое семейно-индивидуальное хозяйство компенсируется огромной ролью территориальной общины, где русский крестьянин выступает деятельным субъектом. До 90% населения России, вплоть до XIX века, объединялось территориальной общиной. В рамках общины отсутствовала частная собственность на землю, что позволяло избегать расслоения среди членов общины и выстраивать эффективную систему самоуправления, не подрываемую противоречиями снизу. Более того, эта демократическая система самоуправления создавала условия для эффективного выстраивания диалога с властью, для организации общегражданского контроля над ней.

3) Отсутствуют предпосылки для создания сложной многоступенчатой феодальной иерархии. Существенная ограниченность объёма прибавочного продукта ограничивает, на первых этапах, численность складывающегося господствующего класса. Более того, изначально его облик носит военизированный характер. В итоге выбирается путь консолидации господствующего класса посредством усиления центральной власти. В рамках жёстко централизованного государства не только отсутствуют личные политические свободы, но они даже не воспринимаются как ценность.

4) Государство выступает в роли традиционного создателя и гаранта всеобщих условий производства. Помимо выполнения функции изъятия прибавочного продукта, государство было вынуждено форсировать процесс общественного разделения труда и, в первую очередь, процесс отделения промышленности от земледелия.

5) Формируется наступательная функция государства. Экстенсивный характер хозяйствования и невозможность его интенсификации вели к невозможности увеличения плотности населения. Отсюда постоянная необходимость оттока населения на новые территории в поисках новых пашенных угодий. Однако, объективные условия открывали для русских лишь путь на Юг, Юго-Восток и Восток Евразийского континента. Многовековое освоение таёжных ресурсов почти незаселённой Сибири имело и важное хозяйственное значение, поскольку добываемые там соболь, белка, песец и т.д. шли на экспорт. Как следствие – тяготение России к созданию хозяйственных империй, которые, с одной стороны, представляли «собой форму коммуникации несводимых друг с другом культур, а с другой – объединение человеческих усилий с целью» освоения неосвоенных земель. Поэтому русский народ по праву считается народом-первопроходцем.

В качестве итога отметим, что русскому человеку необходимо было принять ответственность за огромность Русской земли и нести тяготы, связанные с этим. Ему трудно было овладеть этими огромными пространствами и оформить их. Отсюда и огромная внутренняя сила русского народа и в то же время – крайняя слабость формы. Русский человек – человек откровений и вдохновений, он очень одарённый и способный видеть возможность новизны. В то же время, необъятность, безгранность и бесконечность русской земли формирует в душе русского народа устремлённость в бесконечность. Русский не знает меры и легко впадает в крайности. С точки зрения культуры, это предполагает стремление «играть по предельным ставкам» как в мышлении, так и в жизни (русский максимализм).

3.2. Исторический фактор

На протяжении всей истории основной стратегией для России была стратегия выживания. С первых веков своего существования русский народ оказался на открытой со всех сторон равнине, без ограждающих рубежей, и формировался под давлением как европейского Запада, так и кочевых культур с Востока. Следовательно, Русь постоянно попадала в зависимость, которая угрожала либо существованию государства и культуры (тевтоны, литовцы, поляки и т.д.), либо физическому существованию народа (монгольское иго). Русский народ и государство издревле было вынуждено обороняться.

Воспринимая внешнюю среду как враждебную, русское население сформировало особое отношение к государству. Традиционно государственная власть у нас оставалась очень сильной. Она представлялась народу как единственная защита от врагов, а также выступала гарантом порядка и безопасности в обществе. Формируется оборонительная функция государства, которую можно выразить следующим образом: «чужой земли мы не хотим и пяди, но и своей вершка не отдадим».

Оборонное сознание русского человека проявляется в сражении как величайшая жертвенность. В то же время, русский воин обладает поистине огромной силой воли и духа, то есть способностью мобилизовать все силы, в том числе и духовно-нравственные. Данные качества, а также повышенное чувство долга, отчаянная смелость и милосердие делают русский народ непобедимым.

Отдельно стоит отметить, как на психологию русского народа повлияло нашествие монгольского ига. Как отмечает наш историк Г.А. Артамонов, до монгольского нашествия русский язык – это язык народа оптимиста, у которого всё складывается хорошо. Однако, после данного нашествия полностью меняется язык летописи – это мрачное и бесперспективное летописание отчаявшейся страны, у которой отняли душу, будущее. Единственное, о чём спрашивал народ: «Долго ли это терпеть и за что такое наказание, Боже?». Показателен пример былин, которые были независимы от летописания и обращались в будущее, вселяя оптимизм. Последняя былина была посвящена гибели богатырей на Руси. Убить богатырей означало, что нет больше защитников земли русской. Такого торжествующего самосознания, которое было в домонгольской Руси, больше не было.

После нашествия монгольского ига меняется отношение к Руси со стороны Западной Европы. Если до этого Киевская Русь воспринималась как равная, о чём говорят брачные союзы Ярослава Мудрого, то после мы становимся чужими. Ордынское нашествие, отгородившее русские земли от Запада, а также провал попыток католиков склонить Русь к принятию унии, порождает русофобию, как идеологию ненависти ко всему русскому. Сознательно формируется образ России как варварское, дикое и деспотичное государство, отделённое от Западной Европы. Россия превращается в антиобраз Европы (образ врага), когда все свойства и качества русского народа видятся как принципиально враждебные западному народу, западной культуре и идеологии. Как следствие, с севера нам грозят шведы, с северо-запада – германские народы, с запада – поляки и литовцы, а с юго-запада – венгры.

Таким образом, оказавшись в кольце враждебных народов, не имея никаких естественных преград, таких как моря, горы и реки, единственной преградой, способной удержать Русскую равнину, становится народ, готовый дать отпор врагу. Подобная ситуация содействует повышению сплочённости населения и приучает к боевой жизни в условиях круговой обороны. Формируется психология осаждённой крепости – ощущение окружения врагами (снаружи недружелюбный мир), подозрительность и недоверие, осторожность и осмотрительность по отношению к «другим».

Русский культурный код замыкается на самом себе. Возникает феномен «изгоя», являющегося общественной картиной мира. Суть его в том, что русские отличаются от других онтологически, находятся в ином пространстве. Как следствие, между нами и другими нет вражды, а есть онтологическое напряжение. В разные периоды своего существования Россия более или менее успешно играла данную роль по отношению к мировому сообществу.

3.2. Языковой фактор

Особое влияние на русский культурный код оказал язык, которому характерны лёгкость заимствования иностранных слов, вплоть до их включения в ядро своего языка. Однако важно отметить, что все новообразования как на базе русских основ, так и на базе иноязычных основ соответствуют исконно русским способам концептуализации мира. Наш язык сложен и богат, что позволяет выражать самые тонкие оттенки мысли. Следует отметить широту семантического спектра, которая делает русский язык (и говорящих на нём людей) очень креативным, что позволяет соединять несоединимое.

Языковой фактор формирует русское сознание, способное вбирать в себя и «русифицировать» всё, причём с высокой пластичностью. Русские – великие интеграторы, способные открыто воспринимать чужое и превращать его в своё. Проще говоря, русский человек способен перенять чужую оригинальную идею и переработать её до неузнаваемости.

Государственное единство России скреплено, в первую очередь, русским языком.

4. Община и крепостное право

В истории русского общества наиболее ярко себя проявили два главных компонента стратегии выживания – территориальная община и система крепостного права.

Ключевая специфика России состоит в том, что на протяжении всей истории в основе структурирования народа лежала территориальная община. Возникнув в глубочайшей древности, она сохранялась вплоть до XX века, исчезнув только в годы коллективизации. Территориальная община с её землеустройством и землепользованием на протяжении тысячи лет являлась важнейшим средством выживания крестьянства в экстремальных условиях. Сегодня в нашей стране община, как таковая, отсутствует. Однако общинные принципы, общинный менталитет продолжают существовать и действовать. Следовательно, нам важно их понять, а для этого рассмотрим, что из себя представляла община.

Важной спецификой крестьянской общины было отсутствие частной собственности на землю, вместо этого был поземельный передел. Как следствие, в рамках общины не формируется социальное расслоение, социальное неравенство, что приводит к отсутствию модели отношений «господство-подчинение». Проще говоря, отсутствует деление и классификация, вместо этого есть большая цельность – коллектив социально равных людей. На этой основе выросла уникальная, не имеющая аналогов, система управления со следующими принципами:

1) Высший орган власти – собрание, где каждый может принимать участие, обладая правом голоса. Общинные сходы существовали всю историю общины. Именно к ним корнями уходят такие институты как вече, земской собор и непосредственно соборность.

2) Выборный исполнительный аппарат, назначаемый снизу (должностные лица в виде десятских, сотских и тысяцких).

Данные принципы управления общиной распространялись и на более крупные общности, где действовала система многоуровневых собраний делегатов. Модель общины позволяла людям активно формулировать, проявлять и отстаивать свои политические интересы при взаимодействии с властью. Более того, народ, объединённый территориальной общиной, умел себя защитить, поскольку внутри него не было противоречий, и как следствие, его было сложно покорить.

Следующий компонент стратегии выживания – система крепостного права, которая, являясь орудием эксплуатации, существенно определила характер и структуру общества в целом.

Задача развития государства была обусловлена, с одной стороны, необходимостью увеличения прибавочного продукта в интересах государственных структур, с другой стороны – внешней, оборонительной и наступательной функцией государства. Потребовалась объективная необходимость усиления эксплуатации крестьян. Однако реализации этой задачи мешала крестьянская община, выступающая оплотом сплочённости и средством крестьянского сопротивления. Как следствие, появляется режим крепостничества, который постепенно нейтрализует общину как основу крестьянского сопротивления. Окончательная реализация закрепостительных тенденций была осуществлена к концу XV в., после длительных усилий государства по укреплению своего могущества и консолидации господствующего класса. Отдельно стоит отметить правление Петра I, при котором к жизни вызываются наиболее жестокие и грубые механизмы эксплуатации крестьян, позволяющие изымать прибавочный продукт в максимально возможном объёме. Появляется огромный контингент людей, являющихся собственностью фабрик и продающихся из поколения в поколение вместе с ними. От классического рабства эта форма собственности отличалась лишь тем, что владелец фабрики не мог убить крестьянина.

Как следствие, всемогущество и жестокость власти, свойственное характеру российской государственности, порождают антагонистическое отношение народа к государству – государство враг, потому что отбирает. Отсюда и нежелание народа иметь дело с государством, и попытка обмануть его при первой же возможности. Хорошим примером выступает двоякое отношение в народе к воровству. Если крадёшь у человека, то это грех, если у государства, то ничего в этом страшного нет.

5. Круговая порука

Основой русской государственности выступала территориальная община, которая легко включала другие этносы в свой состав. Отсутствие хоть малейшего признака чувств расового превосходства русских по отношению к другим народам позволило создать огромное государство, в состав которого вошло более 150 различных этносов. Единство достигалось в духе, а не по крови. В этом проявляется универсализм русской нации: русский тот, кто говорит по-русски.

Инструментом единения территориальной общины выступала круговая порука. Она отражала следующие смыслы.

1) Духовный смысл – обеспечение обретения духовного естества и бессмертия души. У каждого члена общины стояла задача продолжить свой путь после смерти. Основой мировоззрения крестьянина было то, что бессмертие души не может быть обретено на индивидуальном начале, к нему ведёт только коллективное. Отсюда и название общины на Руси – Вервь. Слово «Вервь» происходило от слова «верёвка», которое выступало синонимом общины и имело корни в центральном обряде плетения верёвки. В изготовлении участвовали как мужская и женская половина, так и дети. Каждая семья самостоятельно заготавливала материал для плетения, который потом складывали вскладчину. По окончании плетения каждый член общины получал свою часть и дальше использовал в своём хозяйстве. Духовный смысл плетения верёвки отражал вклад каждого человека в общее дело, символизировал переплетение судеб людей, которые входили в круговую поруку, а также неделимость самой общины.

2) Хозяйственный смысл – коллективная помощь в хозяйственных делах по принципу «все у всех». Древнейшая традиция России – обычай помочей. Помочь (толока, талака) – обычай взаимопомощи, когда приглашали соседей на спешную работу (пахота, жатва, строительство избы и т.д.), за которую обильно угощали, но не платили. Данная коллективная помощь носила праздничный характер и, как правило, распространялась на все виды сельскохозяйственных работ. Хозяйственный смысл круговой поруки выражается установкой – «своих в беде не бросаем».

3) Экономический смысл – обслуживание общины в экономическом смысле. В рамках общины не было торговли в привычном понимании. Это был кругооборот трудовых ресурсов, подразумевающий перераспределение и передачу прав собственности между членами общины. Предпринимательство являлось общественным поручением и проявлялось в двух формах: артели и купечество. Группа людей, объединённая в артель, уходила на заработки в места за пределами общины. Каждый член артели ручался солидарно за всех остальных, все же вместе – за каждого отдельно. Вся прибыль и средства, заработанные артелью, приносились в общину и затем тратилась по усмотрению коллектива. Купечество являлось общественным поручением на ведение торгово-коммерческой деятельности. Данное поручение делегировалось определённому члену общины – купцу. «Купеческое слово» считалось крепким и настоящим, потому что оно было обеспечено словом общины, которая делегировала этого купца.

4) Государственный смысл – взаимодействие с властью. В домонгольский период модель общины позволяла людям активно проявлять, формулировать и защищать свои политические интересы. Был выстроен эффективный гражданский контроль власти. С ростом крепостнической эксплуатации круговая порука усиливается и обретает силу в качестве защитной функции. В разные периоды времени территориальная община поддерживается властью, поскольку это позволяет повысить собираемость налога во всех его формах. Община несёт коллективную ответственность перед властью за каждого крестьянина и его повинности.

Возникнув в глубочайшей древности, принципы общежития, рождённые общиной, находят своё отражение в менталитете, в последующих поколениях, в том числе и ныне живущих. Общинные принципы, сочетающие в себе индивидуализм и коллективизм, продолжают действовать.

6. Русский коллективизм

Коллективизм выступает самой яркой чертой русского архетипа. Крестьянин осознавал себя представителем русского общества не как индивид, а как член конкретной общины. Любой форме государственности он противопоставлял свободную федерацию самоуправляющихся сельских общин и производственных ассоциаций, построенных на основе коллективной собственности. Россия в глазах простого русского человека – не государство, а скорее семья. Отсюда и понимание личной ответственности за судьбу страны и готовность к самопожертвованию ради других людей.

Основный принцип коллективизма – это готовность поступиться личным благом ради общего. Проще говоря, член коллектива, при столкновении с дилеммой «общественный интерес» или «личный», делает выбор в пользу общественного. Следовательно, коллективная ответственность противостоит личной ответственности.

В рамках общины складывается традиция решать проблемы всем «миром», а также формируется установка постоянно оглядываться на то, «что скажут или подумают другие». Поэтому, при принятии важного решения, русский исходит не только из личного интереса, но и принимает во внимание мнение окружающих его людей. Коллективное сознание выражается в необходимости иметь рядом родственную душу, близкого человека, с которым можно разделить проблемы.

Важной чертой коллективизма выступает порицание проявления индивидуализма, уклонения от сотрудничества и противопоставление себя коллективу. Русский предпочитает выстраивать отношения не на самоутверждении, а на «чувстве локтя» и моральном комфорте. Присутствует потребность «быть как все», действовать вместе и сообща, «жить как все», «не выделяться».

Русский коллективизм не предполагает уравниловку, он построен на принципах справедливости и солидарности. Любые отношения внутри коллектива, как совокупности людей, идущих по жизни вместе, строится на доверии. Ведь успех общего дела зависит от того, в какой степени окружающие доверяют друг другу. Следовательно, русский человек должен быть верен своему слову. Где нет доверия, там необходим закон.

7. Свобода и закон

Крестьянская психология одна из самых свободолюбивых, даже несмотря на крепостное право. Опыт выживания в экстремальных условиях научила крестьянина выживать там, где другие на это неспособны. Обеспечивая себя за счёт натурального хозяйства, он чувствовал себя совершенно независимым. Крестьянин считал, что способен прожить без власти, а вот власть без его хлеба – нет. Более того, простор русских земель приводил к лёгкой возможности крестьянина уйти от власти на новые земли и делать там всё, что заблагорассудится.

Русский человек хочет не столько свободы в государстве, сколько свободы от государства. Ему не нужны политические права, законы, выборная демократия, ему нужна внутренняя свобода – свобода духа. Принятие свободы означает веру в человека. Русские высоко ценят человеческую личность и болезненно переживают ущемление внутренней свободы человека. Одной из самых характерных русских черт выступает человечность.

Русский ставит человечность, душу выше государственного закона. В обычной повседневной жизни господствовала власть не закона, а власть обычая и традиции. Иначе говоря, с государством играли по одним правилам, а между собой по другим. Русское сознание было ориентировано на жизнь «по совести», а не по формальным правилам. Внутренние нравственные принципы, «диктатура совести» были выше государственного закона.

Приоритетность моральных норм над государственными определила следующий подход – главным является не сам закон, а его трактовка. Иначе говоря, рассудить нужно не «по закону», а «по справедливости». Любой акт власти оценивается русскими с точки зрения его морали, справедливости. Для нас человек выше принципа собственности и именно это определяет русскую социальную мораль.

Однако воплощением абсолютной справедливости всегда является Бог и Божья воля. Действия высших сил являются справедливым воздаянием людям по их делам, а то, что порой кажется несправедливым, имеет своё высшее оправдание, недоступное людскому пониманию.

8. Двоеверие

Два противоположных начала легли в основу формации русской души: язычество и христианство. Традиции, основанные на принципах общинного самоуправления, а также двоеверие становятся основой всего русского православия, органично соединяющего в себе и догматы христианского вероучения, и древнейшие традиции славяно-русского язычества.

Ключевое отличие язычества от любой другой монотеистической религии состоит в том, что они регулируют отношения между разными субъектами. Проще говоря, христианство – это взаимоотношения между людьми внутри общества, а язычество – взаимоотношение человека и природы.

Славянское язычество закладывает в основу русской идентичности любовь к природе. В мировоззрении народа Руси человек, живя в природе и не будучи оторванным от неё, уподобляется ей. Отсюда корнями произрастает чувственное восприятие жизни русскими, характеризующееся такими глубинными элементами Русской души как созерцательность, мечтательность, эстетическое чувство, свободолюбие и широта души, восприятие реальности сердцем, а не разумом. Русскому человеку свойственны особые способности к предчувствию или, говоря иначе, развитая интуиция.

Чувственное восприятие жизни выражается и в том, что русский человек крайне нуждается в близких контактах, во взаимопонимании, он эмоционально зависит от своего окружения и стремится прежде всего к эмоциональной вовлечённости в отношениях с другими. Более того, к числу свойств русского народа принадлежит и чуткое восприятие чужих душевных состояний. Следствием этого является живое общение даже мало знакомых людей друг с другом, а также лёгкость завязывания знакомства: через небольшое время общения собеседникам кажется, что они знали друг друга всю жизнь.

Русские очень суеверны. Суеверие как черта русского характера имеет языческие корни. В ситуации неблагоприятных для сельского хозяйства климатических условиях крестьянину необходимо было постоянное бдительное отслеживание изменений в природе, фиксирование разнообразных природных индикаторов, сигнализирующих о грядущих изменениях, о грозящей благополучию его хозяйства опасности.

Глубокое и доскональное знание разнообразных природных явлений позволяло крестьянину приспосабливаться к тем или иным годовым, сезонным и сиюминутным изменениям климата. Однако, многочисленные приметы поведения представителей животного и растительного мира давали сигналы не только о сменах сезона, степени благоприятности условий и времени посева и сбора урожая, но и «предсказывали» жизненные события, такие как болезнь или смерть близких. Особенно богат был опыт наблюдения за домашними животными и птицей, странности в поведении которых оценивались с точки зрения грядущей беды или удачи, хорошей или плохой погоды и т.п. Немалую роль мироощущении крестьянина играла вера в лесных духов, в лешего, в русалок, ведьм, кикимор и особенно в домовых.

В конечном счёте христианизация на руси своеобразно отражается на русском менталитете, где селится не только христианин, но и сохраняется язычник. Но это не означает, что русский крестьянин не принимает основные догматы православного христианства. Наоборот, он искренне их исповедует, однако, проявляя «языческую самодеятельность». Православные иконы в «красном углу» избы, ежедневные молитвы и даже посещение церкви не мешали крестьянину питать многочисленные суеверия и соблюдать языческие обряды, за которыми стояла могучая вера в силы природы. Всё это способствовало переплетению многих ритуалов христианского вероучения с языческими традициями.

9. Русская тоска

Есть в русском характере особое свойство, нигде более не встречающееся и не переводимое на европейские языки – это безбрежная и бесконечная тоска. В значительной степени она объясняется историческим фактором (нашествие монгольского ига), однако, своё влияние оказал и природно-географический фактор. Отсутствующая в условиях рискованного земледелия чёткая взаимозависимость между мерой трудовых затрат и мерой получаемого урожая, порождает чувство скепсиса и обречённости у большинства крестьян. Также зарождается в сознании идея всемогущества в крестьянской жизни Господа Бога. Труд – трудом, но главное зависит от Бога.

Большое значение в жизни приобретает понятие «судьбы». Русский считает, что многое в его жизни предопределено и произойдёт независимо от его воли и желания. Отсюда прорастает корнями безропотность и смирение в тяжёлых жизненных ситуациях. Русские в случае неудачи часто повторяют слово «ничего». В нём и разочарование, и печаль, и утешение от случившейся проблемы. Однако, здесь присутствует и надежда на чудо, на счастливую неожиданность. Русский верит, когда все земные и людские силы иссякают и он оказывается беспомощным, случается чудо и на помощь приходят силы небесные. В этом суть русского чуда, одного из важнейших русских кодов.

Поэтому и христианская идея воздаяния за терпение и нестяжательство находит отражение в русской ментальности. В представлении русского о счастье важнейшее значение имеет компонент страдания. Между счастьем и несчастьем присутствует причинно-следственные отношения: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Русский воспринимает счастье комплексно: в связи со страданием и несчастьем. Он не просто страдает, но и любит страдания. Для него страдание некая форма блаженства.

Страдания не просто очищают, но и возвышают человека. Только после них русский становится душевно более тонким, внимательным к чужим переживания, способным к сочувствию и состраданию. Ведь несчастье – это не результат личной ошибки, а удар судьбы, от которого никто не застрахован.

В русской ментальности счастье не связано с материальным выражением (власть, богатство и т.д.), ведь «счастья на деньги не купишь» и с собой «в могилу ничего не возьмёшь». Поэтому хлопотливость в накоплении и преумножении материального богатства считалась русскими вещью бессмысленной. Более того, богатство подразумевало нечестность нажитого состояния, занятие «левыми делами». Важным условием счастья выступает чистая совесть.

У русских развились специфические качества психики, позволяющие находить положительные эмоции в жизни. Природный оптимизм позволяет радоваться жизни «здесь и сейчас», не откладывая эту возможность на потом. Он проявляется и в любви русского человека к шуткам, смешным историям, манере смеяться до слёз. Отдельно стоит отметить русское чувство юмора, выражением которого выступает жанр анекдота – один из самых любимых и популярных в России. Анекдоты, как правило, окрашены мягкой иронией, в них присутствует тонкий юмор и отсутствует агрессия и сарказм.

10. Отношение к собственности

Вся история русского народа и специфичность ведения земледельческого хозяйства не способствовали вызреванию сколько-нибудь твердых традиций частной собственности на землю. Это, видимо, составляло на протяжении большого периода важнейшую особенность российской государственности.

Частное владение господствующим классом землёй никогда не было в России ведущей формой земельной собственности. Верховная собственность на землю оставалась у государства, а крестьянин был её «держателем», обязанным перед государством: налогами, оброком и натуральными повинностями. В распоряжении же феодалов была лишь часть Русского государства на правах села-усадьбы. В послемонгольский период земля, как правило, даровалась феодалу государством, к которому население села или деревни относилось как к господину, насильно владеющему землёй и вынуждающему крестьянина платить ему оброк и нести повинности. Более того, многие столетия владельческие крестьяне, объединённые в общину, считали землю, на которой живут, по сути дела, своей землёй, а не феодала.

Процесс перехода земельного владения дворянина до нормы полноправной частной собственности не был доведён до конца. И здесь решающую роль сыграли традиции крестьянского общинного землевладения и землепользования, которым феодал-землевладелец всегда подчинялся. Главная особенность характера русского народа – идея принадлежности земли Богу, а следовательно, обществу в целом.

«Русская земля» – сильный образ, пронизанный духовными, солнечными, героическими влияниями и наполненный самыми разными смыслами. В русском народе сильна религия земли, выступающая в образе Богородицы – последней заступницы. Русский патриотизм, в первую очередь, выражается в почти физической привязанности к своей родине – родной земле. Отсюда складывается и образ оборонительной войны – войны в защиту не только веры (православия), но и защиты родной земли, своего отечества. Отечественная война у нас всегда священная, потому что Святая Русь лежит не в области «географии», а в области «метафизики» нашего коллективного «Я», то есть в высшей реальности.

К онтологическому единству «Русской земли» относятся такие понятия как «община» и «общество». Данные понятия не просто являются словами одного корня, но и отражают преобладание в русском обществе общинного мировоззрения. Община определила превалирование общественной собственности над частной. Вследствие традиции решать вопросы частной собственности всем миром (общиной) не складывается твёрдое представление о различии «моё – не моё» («всё принадлежит народу»).

11. «Государство – это мы»

Отношения власти и русского народа держатся на негласном договоре, который предполагает взаимные нравственные обязанности. Со стороны государства – это обязанность защиты и покровительства народа, служение национальным интересам. Со стороны народа – это приоритет государственных интересов над личными, служение личности государству, вплоть до крайних жертв во имя государства.

Отношения власти и народа по традиции понимались как патриархально-семейные: «царь-батюшка» и «дети государевы». Отсюда идеал строгой, но справедливой власти. Русскому правосознанию импонирует только сильная власть, в то время как слабая вызывает чувство вседозволенности.

Идея «царя-батюшки» не государственная, а народная. Власть принадлежит народу, но он отказывается от неё и возлагает всю полноту ответственности на «царя». Отчуждая от себя политическую власть, русские делегируют своё доверие не институтам власти, к которым они совершенно безразличны, а конкретным лицам, наделяя их высшими нравственными качествами. Однако, за собой они оставляют функцию нравственного суда над властью. Здесь решающим фактором персональной легитимности власти выступает мнение народа.

«На Руси и в России легитимность власти оценивается не по династическому признаку, не по позиции элиты и, тем более, не по результатам всенародного волеизъявления. Для российской власти важна только успешность, и прежде всего, военная успешность. Иными словами, народ полностью передаёт себя в руки власти, но в ответ власть обязана любой ценой и невзирая ни на какие объективные обстоятельства обеспечить внятный осязаемый успех – победу в войне, присоединение территорий, на крайний случай – реализацию какого‑то уникального и масштабного проекта, вызывающего всеобщее восхищение и зависть. Если Власть не выполняет этих своих обязанностей, её свергают. Другими словами, в России власть находится в такой же абсолютной зависимости от народа, как и народ от власти. Это делает русский национальный характер одновременно и предельно несвободным, и предельно свободным. Русский народ всей своей историей говорит: «Государство – это мы»».