КОГДА ПАССИВНЫЙ УКОЛ оказывается ПАССИВНЫМ, НО НЕ УКОЛОМ (1843)
«К АТАКЕ» - что ты такое?
Данная заметка – автокоррекция допущенной мной в общей статье о пассивном уколе ошибки, связанной с неверной интерпретацией как позиции для пассивного укола того, что таковой не является, и еще один элемент мозаики «Что делать кавалеристу в момент шока» (рассматривается только атака кавалерии на кавалерию).
Возьмем первое известное описание пассивного укола современного типа (на вытянутой руке) у Варнери (1770-е, первая публикация 1781 г.). Описывая последний момент перед шоком (ударом) двух атакующих друг друга кавалерийских частей, он указывает, что:
«Кавалеристы в первой шеренге поднимают мечи на высоту своего лица, с рукой, вытянутой в терции, острие против глаз противника, кисть слегка повернута, чтобы дужка или гарда меча могла прикрыть их самих; им следует немного приподняться на стременах, подать корпус вперед, с намерением уколоть острием кавалериста или коня напротив себя».
Аналогичные позиции для пассивного укола, часто в поворотом сабли/палаша до положения лезвием вверх, встречаются далее еще в начале XX в., некоторые их описания приведены в статье по ссылке выше:
А теперь обратимся к главному предмету настоящей заметки, которого и коснулась ошибка: Воинскому уставу о строевой кавалерийской службе. Ч. 1: Школа рекрутская, 1843 г. (первое официальное наставление кавалерии РИ, содержавшее инструкции в части работы х/о), § 404, 405, описывающим позицию «к атаке»:
«Для обороны в сомкнутом строю во время атаки, должно брать саблю к атаке. По команде к ата - ке рекрут возвышает правую руку …, и подает ее вперед так, чтобы кисть вытянутой руки с эфесом была противу правого глаза; в этом положении сабля должна быть в перпендикулярном направлении от седока, обухом вниз, остреем [т.е. лезвием – прим. мое М.З.] кверху, и конец сабли несколько приподнятым вверх.»
Сравнивая с описанием пассивного укола у Варнери, понимаем, что в Школе рекрутской по факту имеем дело не с пассивным уколом, а с пассивным отбивом (см. аналог в посте № 2 https://vk.com/longsword_club?w=wall-48237828_198697):
1) Цель принятия этой позиции – защита, а не поражение неприятеля уколом; да, некоторый оборонительный потенциал обычно признается и за пассивным уколом (см. кроме Варнери, например, Cavalry training, 1912 и наставление Паттона), но уже по внешним признакам очевидно, что он намного ниже, чем у специализированной позиции, т.к. без сильного наклона корпуса в пассивном уколе голова остается открытой. Оборонительный характер позиции «к атаке» становится еще более наглядным, когда мы сравним его в пределах самой Школы рекрутской с конечным положением обычного (активного) укола.
2) острие вверх вместо острия, направленного в неприятеля (сабля/палаш прикрывает кавалериста от удара сверху (оппонента по правую руку))
3) клинок в позиции «к атаке» направлен вперед (положение сабли/палаша «в перпендикулярном направлении от седока») - I, а не вперед-направо, как в пассивном уколе - II : это опять же повышает защитный потенциал позиции «к атаке». На схеме линия III показывает траекторию вертикального удара конного оппонента - видим, что клинок в пассивном уколе II скорее всего никак не помешает удару III, тогда как позиция «к атаке» I противопоставит удару III сильную часть клинка или эфес.
Пассивный характер позиции «к атаке» выражается в заблаговременном закрытии предсказуемой (в силу ограничений сомкнутого строя) линии атаки оппонента вертикальным ударом (активно-оборонительным подходом, напротив, мы назвали бы попытки обычных парирований).
До нормативной фиксации данной техники в начале 1840-х, вероятно, какое-то время аналог уже практиковался в русской кавалерии, как можно предположить из приведенных работ Зауервейда, Шифляра (тяж. кавалерия), Монтен, Эккерт (легкая кавалерия):
Аналог, вероятно, мог использоваться и в прусской кавалерии, однако за недоступностью переводов прусских наставлений, которые бы регулировали данный вопрос, остается непонятным период использования и распространение в Пруссии и других немецких государствах.
ТЕХНИЧЕСКИЕ МОМЕНТЫ
1._Угроза, от которой защищает «к атаке» –вертикальные нисходящие и близкие к ним по траектории диагональные удары гл. образом от противника справа-спереди, нацеленные в голову. (Возможно, что «к атаке» могла защитить и от аналогичного удара от противника спереди-слева, но для этого явно требовалось сильное смещение руки с саблей влево.)
Поэтому не случайным видится сходство «к атаке» с положением руки и оружия, описанными наставлением Cavalry training, 1912 (пп. iii п. 7 § 32): «Отбив для защиты головы. – Перенесите меч вверх, выпрямляя руку, кисть на одной линии с головой, острие примерно на 6 дюймов выше кисти и направлено над головой противника, лезвие повернуто так, что смотрит вверх, взгляд направлен под сильной частью клинка.»
2. Почему для позиции «к атаке» выбрано положение лезвием/кромкой вверх? Ведь например у приведенного выше кавалергарда до 1843 г. кисть не в приме (кромка палаша вверх), а в терции/секунде (кромка палаша вправо).
В уже упомянутом Cavalry training, 1912, для обычных (т.е. активных) отбивов указано, что «Лезвие меча используется вследствие приобретаемой дополнительной силы.» (Меньшая амплитуда вибраций клинка защищающегося, меньшее нарушение контроля клинка, по сравнению с защитой плоскостью, которое получится, если удар сверху придется на клинок в позиции как у кавалергарда выше, см. https://hroarr.com/article/about-the-flat-parry/). Конкретно в описанной для «к атаке» позиции усиление защитного действия также, на наш взгляд, следует из того, что максимальное выворачивание выпрямленной руки влево обеспечивает непроизвольную активизацию мышц предплечья. С учетом этого, выбор для пассивной защиты от удара сверху положения сабли/палаша лезвием вверх видится совершенно логичным.
Почему в позиции «к атаке» выпрямленная рука? Объяснение находим в том же позднем источнике: «Всегда рекомендуется парировать атакующий клинок насколько возможно дальше от корпуса.» (п. 7 § 32) Эта же деталь подчеркивает приоритет обороны в этой позиции – для совершения из нее любого атакующего действия потребуется сгибание локтя.
Из описания и изображения «к атаке» не ясно, должен ли быть большой палец вытянут вдоль спинки. Обычные отбивы по Школе рекрутской выполняются с молотковым хватом. По-идее, пассивный отбив должен следовать логике обычного активного отбива. Но полагаем все же, что большой палец должен был быть вытянут, причем именно по центру спинки.
Почему?
1) только так обеспечивается требуемое возвышенное положение острия;
2) большой палец вдоль спинки в данном случае усиливает защиту;
3) обеспечивает возможность максимально быстро (не меняя хват) перейти к активному уколу (резкое и сильное сгибание руки в локте, сохраняя положение оружия лезвием вверх – резкое разгибание) тотчас после того, как «к атаке» выполнит свою защитную функцию; по-видимому, не случайно именно укол указан в Школе рекрутской первым атакующим действием после «к атаке»;
4) большой палец вытянут в русском до-уставном и в прусском аналогах;
5) он вытянут так в конечном положении активного укола (по Школе рекрутской), максимально схожим с позицией «к атаке».
СРАВНЕНИЕ С ПОЛУ-ТЕРЦИЕЙ ТИМЛИХА (1796)
«Первой шеренге тяжелой кавалерии, атакующей более легких лошадей (поскольку в любом случае предполагается, что легкая кавалерия не может противостоять тяжелой), не следует сразу рубить, а достаточно только закрыться палашом в полу-терции, подняв его вверх и направив вперед и влево, дождаться, пока противник выполнит удар, а после этого немедленно ответить ударом или уколом.» (перевод С. Самгина, см. пост № 2 https://vk.com/longsword_club?w=wall-48237828_198697).
И полу-терция Тимлиха, и «к атаке» предназначены для защиты от одной и той же угрозы в момент шока – удара сверху от оппонента гл. образом спереди-справа.
В чем нюанс применения к «атаке», заставляющий держать клинок примерно по линии движения коня, а не убирать острие влево-вперед? Вероятно, эта разница между 2-мя пассивно-оборонительными позициями означает , что «к атаке» предполагает скорее последующий укол, а не удар, так как острие в ней находится ближе к линии укола; логично предположить, что выбор такой конфигурации «к атаке» обусловлен колющей специализацией русских уставных сабель и палашей (палаш тяжелой к. обр. 1826 и сабля легкой к. обр. 1827), тогда как уведенный влево конец австрийских палашей тяжелой кавалерии обр. 1769/1775 и обр. 1798 сочетается больше с последующим ударом направо-назад и рубящей специализацией. Кроме того, высказанные выше соображения по усилению позиции «к атаке» скручиванием выпрямленной руки влево, непроизвольно активизирующим мышцы предплечья, возможно, являются преимуществом «к атаке» по сравнению с полу-терцией с точки зрения эффективности самого защитного действия (аналогичный эффект скручивания, но для уколов - см. в статье о владении p1908cs).
Интересно сравнить эти две пассивно-оборонительные позиции и по широте применения относительно видов кавалерии: полу-терция рекомендуется Тимлихом в кон. XVIII в. только для тяжелой кавалерии, а отечественное «к атаке» полвека спустя указывается как универсальная позиция для первой шеренги регулярной кавалерии без разделения на тяжелую и легкую, что может быть истолковано как один из признаков размывания функций тяжелой и легкой кавалерии – легкая наравне с тяжелой атакует как обычная линейная кавалерия, соответственно пользуется теми же приемами. В следующем официальном наставлении для кавалерии РИ 1861 г., как и позднее, позиция «к атаке» не упоминается, что связано, возможно, с принятием более агрессивной манеры действия оружием в момент шока.
Автор – Звягинцев Максим