Охранный режим как способ застройки
12 августа экологический юрист Дмитрий Трунин, экоюрист и член Союза марксистов Алексей Дмитриев, а также экозащитники из Битцевского леса Елена Медведева и Антон Могильников посмотрели, как же «повышается экологическая безопасность» Ромашковского леса в Одинцовском городском округе. Именно это написано на стенде, который стоит на входе в лес.
Дальше стенда – перерытая земля, сваленные штабелями нарубленные деревья, куски раскромсанных корней; деревья, избежавшие вырубки, стоят с разодранной корой – проект настолько «эко», что даже строительные нормы о защите стволов деревянными щитами тут не соблюдаются. Вдобавок, очевидно, для пущей экологичности, был полностью вырублен подлесок и даже была выкошена трава. В лесу.
Так реализуется один из самых одиозных и распиаренных проектов действующего подмосковного губернатора Андрея Воробьёва, «Парки в лесу». Как писал ранее «Союз марксистов», мнение всех хоть сколько-нибудь компетентных специалистов о том, полезно ли превращать леса в аналоги городских улиц и бульваров – резко отрицательное. Причём против подобных инициатив настроены не только экологи, но и спортсмены, которым леса нужны именно в качестве леса, а не очередной гранитной мостовой. Но иного мнения – о чрезвычайной нужности парков – придерживаются бизнес-круги. Столько территории стоит и не приносит прибыль – с этим мириться нельзя никак!
Поэтому «Парки в лесу» превращаются, во-первых, в масштабную деньговыжимательную кампанию. Бюджетные средства, которые могли бы использоваться для лечения больных, ремонта школ. Но нет: деньги умирающим детям собирают с миру по нитке через телевидение, бронежилеты и берцы предлагают покупать всем селом, зато бюджетные средства в Подмосковье закапывают в землю, откуда они поступают на счета неких, безусловно, очень уважаемых предпринимателей.
Во-вторых, в Ромашковском лесу разорение леса идёт под эгидой… статуса особо охраняемой территории! Которая была создана специально для этих целей. То есть, все приведённые выше бесчинства и капитальная застройка на территории леса происходят ещё и на особо охраняемой природной территории. Разгадка оказалась простой: лесное законодательство (пока ещё) не позволяет такие издевательства над лесом. И охраняет (пока что) такие территории федеральным Лесным кодексом. А вот если создаётся охраняемая природная территория регионального значения – её режим принимают на областном уровне. И там, в режиме этой особо (!) охраняемой территории, написали, что отдельные работы, запрещённые законодательством, можно проводить с согласия Министерства экологии Московской области. Которое известно тем, что одобряет практически любую антиэкологичную деятельность. Разумеется, тем, кому надо одобрить. Как говорится, друзьям – всё, врагам – закон.
В-третьих, общественники обошли и уже «благоустроенную» часть леса, где обнаружили стройку новой платной парковки рядом с недавно поставленной. То ли бизнес оказался таким прибыльным, то ли нашлись другие мысли о том, как можно использовать уже замощённую территорию с видом на лес. Юристы, участвовавшие в обходе, уверены, что «Парки в лесу» — схема вывода земель из леса для их последующей приватизации. В пользу этого говорят и недавние изменения в лесном законодательстве, и тот необычайный ажиотаж, с которым деньги и административный ресурс вливают в эту область.
Чрезмерное вмешательство человека в ландшафт позволяет формально заявить, что лес утратил природную ценность, снять охранные статусы, а дальше можно ставить жилые комплексы, вокруг которых — за наши с вами деньги — уже выстроены прогулочные зоны и подведены коммуникации. Максим Воробьёв, один из совладельцев группы компаний «Самолёт», явно оценит эти начинания.
Тем более, что его брат, губернатор Московской области Андрей Воробьёв, уже заявил, что ни одного нетронутого леса в Подмосковье не останется – все станут «парками в лесу».
Но, может быть, так для всех лучше? Спросим мнение учёных, которые осматривали подмосковные леса в далёком 1945-м, в первый месяц, когда Война прекратилась. Страна только начала восстанавливаться, и уж явно про экологию в таких случаях думают в последнюю очередь?
«Требования, предъявляемые к подмосковным лесам, как месту отдыха, как оздоровителю подмосковного климата, как месту учебных и научных экскурсий, комиссия считает главным и полагает необходимым подчинить им остальные требования, допуская их лишь в той мере (как, например, пользование древесиной и пастьбу скота), в какой они не мешают удовлетворению главных требований» - говорится в отчёте.
«Иногда приходится слышать, что подмосковные леса, как лесопарки, должны получить при их устройстве некоторые элементы паркового устройства, вплоть до строительства в них зрелищных учреждений, киосков и т.д. Комиссия не разделяет этих воззрений и полагает, что подмосковные леса в наиболее полной мере смогут удовлетворить поставленным им и вышеперечисленным главным целям лишь в том случае, когда они будут настоящим лесом, не тронутым или мало тронутым человеком, без всяких элементов паркового устройства. Поэтому употребление слова «лесопарки», по мнению комиссии, не является удачным и должно быть оставлено, как вносящее путаницу и недоразумения» - продолжают учёные и лесоводы.
Такова позиция государства, когда оно служит укреплению благополучия всего народа, укреплению защищённости страны и её экономического роста даже в тяжелейших условиях.
Современная политика «парков в лесу» тоже, чисто технически, пойдёт на пользу некоторой части народа – той, которая при любых трудностях в стране сразу думает, как добежать до личного самолёта и как прихватить с собой побольше необъятной нашей родины, обращённой в денежную форму. От большого патриотизма, не иначе.