Кризис к нам приходит: краткий анализ того, что нас ждет после обвала рубля

Недозаместили

Наиболее очевидным следствием падения рубля будет рост цен на импортные товары. Несмотря на все громкие заявления правительства на протяжении последних лет, до полного «импортозамещения» не просто далеко: в большинстве отраслей о нем вообще не приходится говорить всерьез.

Мало того, что в РФ импортируются значительные объемы продовольствия (особенно фруктов и овощей [1]), одежды и бытовой техники. Импортозависимой остается и отечественная промышленность. По данным исследования 2017 года, 85% российских производств в той или иной мере зависят от иностранных комплектующих, технологий или сырья. Причем в наибольшей степени зависимость была выражена в автомобилестроении (90,9%), деревообработке и целлюлозно-бумажной промышленности (86,7%), легкой и текстильной (79,5%), химической (77,1%) и фармацевтической (75%) промышленности [2]. Во всех этих отраслях значительную долю выпуска составляют именно потребительские товары.

И если читатель-оптимист подумал, что за 3 года все могло измениться, то увы! Данные 2019 года указывают, что снижение спроса на импортные комплектующие и материалы за последние годы незначительно [3]. Таким образом, в самом скором времени нас ожидает значительное подорожание многих товаров массового потребления, включая еду и одежду.

Другой возможный фактор инфляции - собственно эффект падения мировых цен на нефть. Падение доходов от экспорта сырья будет подталкивать к росту, или в лучшем случае заморозке внутренних цен на топливо. Многие аналитики склоняются к последнему варианту [4], однако отрицать возможность первого тоже не стоит.

Цепная реакция

Рост цен на потребительские товары равнозначен падению реальных доходов, и, следовательно, неизбежно приведет к падению спроса на товары «категорией выше». Зарплаты не бесконечны, и поскольку подорожает еда и одежда, постольку «просядут» рынки бытовой техники, развлечений и других потребительских услуг, легковых автомобилей и т. д.

Это означает падение — иногда существенное — выручки работающих на внутреннего потребителя предприятий, особенно малых и средних. В таких условиях логично ожидать увеличения числа сокращений, снижения доходов работников (особенно за счет неоплачиваемых простоев, урезания премий, «серой» части зарплат, потери неофициальных подработок и т. п.). Стоит ли говорить, что такие меры вызовут лишь дальнейшее падение совокупного спроса?

Кризис практически неизбежно раскрутит «спираль» экономического спада, вопрос лишь в том, в какой степени. Во многом это зависит от действий правительства по регулированию экономики. Основных антикризисных механизмов современная «мейнстримная» экономическая теория знает, по большому счету, два: изменение бюджетных расходов (фискальная политика) и влияние на денежное предложение за счет регулирования процентной ставки и эмиссии (монетарная политика).

Регулировщики регулировали…

Ожидать от наших властей прямой поддержки населения из бюджета, мягко говоря, наивно. Опыт аналогичного резкого падения рубля в ноябре-декабре 2014 г. позволяет уверенно предполагать, что правительство поставит в приоритет именно поддержку банков и крупнейших добывающих предприятий [5]. Более того, в условиях капитализма та же «заморозка» цен на топливо внутри страны может быть в первую очередь достигнута только за счет государственных вливаний в нефтегазовую отрасль.

И не стоит отрицать сценарий, при котором на «спасение» будут направлены средства не только из пресловутого «фонда национального благосостояния» (124 млрд долларов на декабрь 2019 г. [6]), но и, вполне возможно, «оторванные» от других статей бюджета. А «спасать» отрасль в той или иной мере неизбежно придется, т. к. продукция топливно-энергетического комплекса (включая сырую нефть и нефтепродукты) составляет 64.4% всего российского экспорта [7] и 40,8% налоговых и иных поступлений в казну [8]. И хотя Минфин еще в прошлом году запланировал некоторое снижение доли «нефтедолларов» в федеральном бюджете, чиновники подразумевали скорее рост поступлений от других секторов производства, чем резкий обвал доходов сырьевой отрасли.

Более того, учитывая тенденцию нашего государства избавляться от все новых социальных обязательств, странно ожидать, что на фоне общего спада поступлений в бюджет оно вдруг вложится, например, в зарплаты занятых в госсекторе или создание новых рабочих мест для подпавших под сокращения. В общем, от фискальной политики спасения трудящимся ждать не приходится.

А что с монетарным регулированием? В теории, конечно, производства можно было бы поддержать снижением ключевой ставки… если бы все в той же теории от этой ставки не зависела стабилизация курса рубля. Буржуазные экономисты, особенно столь любимого нашим правительством неолиберального толка, твердо стоят на позициях, что для укрепления падающей национальной валюты ставку нужно повышать. И снова обратимся к опыту: все в том же декабре 2014 г. ключевая ставка за считанную неделю выросла в 1.79 раз [9].

Как такие меры затрагивают население и бизнес? Очень просто: вырастут проценты по кредитам. А в условиях, когда реальные доходы падают, а существенных сбережений у большинства попросту нет, спрос на кредиты неизбежно будет расти. Так что, если правительство повторит фокус пятилетней давности, то банки и микрофинансовые организации, конечно, будут рады, а вот все остальные - вряд ли. Возможно, конечно, что ставка останется прежней, но история политики Минфина дает не так много поводов для безудержного оптимизма.

Заграница не поможет

Ситуация в России осложняется тем, что мировые рынки тоже чувствуют себя «очень не очень». И речь не только об обвале акций крупнейших российских компаний (что, скорее всего, станет еще одним поводом для бюджетной поддержки крупного бизнеса). Так, в понедельник из-за падения на 7 пунктов впервые за долгое время были закрыты торги на Нью-Йоркской бирже, второй день падают индексы Dow Jones и NASDAQ [10]. Один из крупнейших российских внешнеэкономических партнеров, Китай, также демонстрирует достаточно устойчивое падение на фоне «торговых войн» с США и эпидемии коронавируса [11].

Опасения по поводу возможного кризиса испытывают и в Центробанке ЕС [12], еще одного ключевого партнера России. Плюс к этому, даже вне связи с коронавирусом и динамикой цен на сырье, активно внедряемая новая, «зеленая» политика ЕЦБ (направленная на снижение выбросов промышленными предприятиями) рискует ударить по странам Восточной Европы. А они также занимают значительное место в российском экспорте [13].

Так что, нам стоит ожидать не только внутреннего спада, но и «сжатия» рынков для экспорта. Учитывая сказанное в предыдущих разделах, это лишь усугубит положение многих предприятий и, таким образом, их работников и клиентов.

Итого:

Несмотря на всю браваду властей, мы вступаем в пору самого настоящего кризиса, причем, очевидно, глобального. Вопрос лишь, насколько именно этот кризис окажется разрушительным? Сколько процентов россиян по его итогам окажутся за чертой бедности, насколько пополнится армия безработных, сколько людей утонет в долгах и кредитах?

Да, возможно, падение будет не таким катастрофическим, как, например, в 1998 г. Да, возможно, курс рубля в итоге стабилизируется и даже немного «отыграет». Но возврата к «сытым нулевым» не будет уже совершенно точно, и этого не прикрыть никаким ура-патриотизмом, никакой имитацией демократии, никакими лозунгами и увещеваниями. И чем это очевиднее, тем смелее стоит спросить себя: что нам с этим делать?

Вновь понадеяться на «доброго царя» (теперь уже, видимо, и вправду пожизненного) и «доброго барина»? Ожидать, что увольнения и обнищание всех нас магическим образом минует? Понуро смотреть, как бюджетные деньги текут в карманы сырьевых олигархов и банкиров в ущерб нашим социальным интересам? Или найти в себе силы не надеяться, не просить, а требовать - причем не косметических мер, которые в кризис уже не спасут, а действительной смены социально-экономического строя?

Выбор за вами. Но не говорите, что мы не предупреждали.

Источники:

[1] https://deloros.ru/dmitrij-yurkov-vysokij-uroven-importozavisimosti-rossijskogo-rynka-v-sfere-plodovo-yagodnoj-produkcii-sleduet-sokrashhat.html
[2] https://iq.hse.ru/news/204326723.html
[3] https://magazine.neftegaz.ru/articles/rynok/386953-problemy-importozavisimosti-rossiyskoy-promyshlennosti-i-importozameshcheniya-v-2014-2018-gg/
[4] https://www.rbc.ru/business/10/03/2020/5e675b4f9a79475849680b5a
[5] https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B0%D0%BB%D1%8E%D1%82%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D1%81_%D0%B2_%D0%A0%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B8_(2014%E2%80%942015)#%D0%9F%D0%BE%D0%B4%D0%B4%D0%B5%D1%80%D0%B6%D0%BA%D0%B0_%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BF%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B9_%D0%B8_%D0%B1%D0%B0%D0%BD%D0%BA%D0%BE%D0%B2
[6] https://www.minfin.ru/ru/perfomance/nationalwealthfund/statistics/
[7] http://rostjournal.ru/?p=4507
[8] https://1prime.ru/state_regulation/20190919/830338839.html
[9] https://www.cbr.ru/hd_base/KeyRate/?UniDbQuery.Posted=True&UniDbQuery.FromDate=01.09.2014&UniDbQuery.ToDate=11.03.2020
[10] https://www.cnbc.com/2020/03/10/dow-futures-point-to-a-loss-of-more-than-400-points-after-tuesdays-surge.html
[11] https://expert.ru/2020/03/5/kitaj/
[12] https://tass.ru/ekonomika/7946739
[13] https://www.rubaltic.ru/article/ekonomika-i-biznes/10032020-zelenaya-sdelka-es-udarit-po-ekonomike-polshi-i-estonii/