«Москва. Люблю тебя»: интервью с режиссёром спектакля Дмитрием Гурьяновым
Ваши герои спектакля «Москва. Люблю тебя» гуляют по столице. Есть у вас любимые маршруты или места в Москве, с которыми вас что-то особенное связывает?
Я, как человек приезжий, долго привыкал к Москве. Я родом из Сибири, из города Красноярска, и двадцать лет прожил там, а в Москву приехал, чтобы продолжить учиться актёрской профессии. Для меня «круглость» Москвы, её климат, её настроение казались вначале очень чужеродными: никак не мог определиться, нравится мне этот город или нет. Естественно, стереотипы, которые в провинции того времени были, не оправдались. Темп жизни, отношение москвичей к приезжим — всё очень субъективно. Так вышло, что город меня принял, а я его полюбил именно за разнородность. В огромном количестве районов Москвы ты всегда можешь найти своё место: парк, сквер, улицу, здание, которые будут тебе напоминать места из других городов нашей большой страны. Москва — это собирательница локаций из разных городов! Что, собственно, мне и нравится в ней. В разные времена своей жизни, в разном настроении мне нравилось гулять в разных районах города. Я вообще человек «пешеходный», люблю много ходить. Но больше всего, наверное, мне нравится гулять последние 15 лет в парке «Коломенское». Так вышло, что сама судьба меня связала с этим местом, когда я жил недалеко от него. Тогда я только поступил в Театр на Бронной. Потом какое-то время жил в центре и снова вернулся в предыдущую квартиру у парка «Коломенское» на Судостроительной улице. Этот парк для меня очень знаковый и удивительный! Там сейчас широкая светлая набережная, где можно спокойно гулять, чудесная инфраструктура и замечательные места: древний монастырь, лог, где всегда температура ниже уличной вне зависимости от поры года. В этом есть какой-то мистицизм, который мне очень нравится: как будто ты входишь в магическое пространство. Место силы! «Коломенское» — очень важное место для меня. Мне кажется очень полезно вообще гулять по Москве, когда есть потребность и хочется проветрить голову и немного посмотреть на какие-то события и тревоги с иной стороны. Ведь нас окружает безмолвная среда в виде других людей, событий, смены времён года — и это всё должно входить в нас, это нужно уметь впустить в себя. Сделать это можно только если ты движешься в потоке.
В чём для вас была сложность и удовольствие, а быть может, и творческий вызов, работы на площадке Сцены «Мельников»? В чём она помогает, а в чём ставит сложные задачи?
Сцена «Мельников» — это уникальное пространство, потенциал которого, на мой взгляд, до сих пор не раскрыт даже на 20%. Это интересный зал с точки зрения его расположения – амфитеатр, где артист, находясь на сцене, оказывается «под микроскопом» у зрителя, потому что сцена расположена снизу, а зрительный зал развернут по сторонам. И вызов здесь в большей степени был для художника спектакля, с которым опытнейший художник-постановщик Лариса Ломакина справилась. Я ей бесконечно благодарен за совместную работу: познакомиться с ней не только в качестве артиста — что тоже, безусловно, приятно, всегда интересно и удобно работать в её костюмах и декорациях, — а с точки зрения режиссёра ты понимаешь: какими бы ни были сложности пространства, у тебя есть надёжный тыл, прекрасное, точное художественное видение, которое облегчает мизансценически многие вещи. А относительно Сцены «Мельников», её внутреннего убранства, технологической оснащённости и возможностей с точки зрения пролётов, ниш, в которых находится зритель, самого зеркала сцены — мы в спектакле использовали, наверное, процентов на 10%. Уверен, что в перспективе там появятся работы, которые раскроют больше возможностей; у нас же практически всё происходит «на носу» у зрителя, в амфитеатре. Но для зрителей балконов мы пришли к удобному решению — трансляции видео отдельных сцен. За счёт этого и мизансценирования мы максимально приблизили зрителя к артистам. Было бы прекрасно вернуться снова на Сцену «Мельников» и ещё поработать с её пространством. Спектакль «Москва. Люблю тебя» сделан мною от начала до конца, от пьесы и заканчивая выпуском, — стал серьёзным вызовом, когда нужно было понять свои возможности, соотнести их с возможностями артистов, сценографией, постановочной частью, — и мне кажется, что получилась довольно искренняя история.
Почему новеллы о любви в спектакле рождаются на фоне мультипликации?
Мультипликация возникла не сразу. Изначально была другая идея. Мультипликация — это призма восприятия происходящего главной героиней. Она и в спектакле, и в мультике объединяет все сюжетные линии, её тема — наивность, трогательность и нежелание видеть грубые, неприятные стороны жизни. Она категорически бежит от этого. Поэтому пришла идея дорассказать историю в своего рода зарисовках между сценами. У нас персонажи разные — есть и взрослые, которые ведут себя и думают иначе, но всё равно в определённой степени они тоже наивны. Гиперболизация этой наивности идёт глазами главной героини — Девушки №1. Её ещё называют Конфеткой. Это приезжая, которая едет в Москву знакомиться с парнем, которого по определённым обстоятельствам никогда не видела (не буду раскрывать, по каким). Изначально я думал сделать кукольные этюды между новеллами, но в этом была техническая сложность, которую обозначила Лариса Ломакина. Действительно, там были проблемы с распределением сил артистов, которые должны были быть и кукловодами, и драматическими артистами. Наш театр многосильный и многозадачный, способный и на такое, однако особенность как раз в пространстве: из-за того, что у нас есть вид сверху, даже если бы мы показывали видео, всё равно это не давало бы нужного эффекта. Я, как человек, поработавший в кукольном театре, имею дополнительное образование артиста кукольного театра, понимаю специфику – куклу всё-таки нужно видеть вживую, а не её трансляцию. В этом магия кукольного театра! Тогда мы с Ларисой Сергеевной пришли к решению сделать интермедии мультипликационными. Потом началась большая и кропотливая работа, для меня абсолютно новая, потому что я до этого никогда не сталкивался с режиссурой мультипликации. С Андреем Горлачёвым и Романом Бурховичем мы практически каждый день обсуждали каждый кадр, искали нужные ракурсы. Я пытался донести то, что хочу видеть, а они пытались это объяснить технологическими средствами. Так, постепенно, по крупицам изобретая велосипед, мы сделали мультипликационные вставки, которые очень милы моему сердцу. Это было очень сложно, но и очень кайфово!
Вспомните самый важный для вас отзыв, если такой есть, о вашем спектакле.
Вы знаете, я принципиально делал мелодраму в театре. Это жанр абсолютно не театральный. Это жанр, смежный с романтическими комедиями, которые мы смотрим под Новый год (часто в женские праздники наши возлюбленные любят смотреть такое). Делали спектакль добрым, и таким он и получился! Да, есть отзывы — и положительные, и отрицательные об этом спектакле. Главное, что о спектакле пишут, и это замечательно! Потому что споры, разные мнения — это очень хорошо, и это всегда создает прецедент заинтересованности. Так как я сам занят в этом спектакле, исполняю небольшую роль певца, каждый раз отслеживаю, что происходит в спектакле, как он дышит, развивается, каждый раз выхожу на поклоны. Я обращаю внимание на глаза людей и очень часто вижу плачущих и одновременно улыбающихся дам или же с ироничной ухмылкой смотрящих, но довольных их кавалеров. Для меня очень важен вот такой эмоциональный отклик. Мы не делали спектакль, который бы претендовал на серьезный разбор. Мы делали шоу с «эмоциональными качелями», скажем так. Мультимедийное, довольно простое, но при этом трогательное. Плачущие и улыбающиеся лица — для меня это самый важный отзыв о спектакле!
Какой совет вы бы дали героем спектакля «Москва. Люблю тебя»?
В нашем спектакле герои — обычные люди с абсолютно обычными чаяниями, проблемами, комплексами. Всем им я бы дал тот же совет, который хотел бы дать самому себе и хотелось бы ему следовать чаще, смелее: быть искренним и честным перед самим собой и не бояться достигать того, чего ты хочешь. Не искать оправданий, не придумывать какие-то сложности, которых нет на самом деле. Возможно, иногда за свою честность получишь по шапке, но, тем не менее, так жить проще, так жить интереснее, так жить свободнее и дышать легче!