Бойня в бухте Блафф-Коув - налёт аргентинской авиации на британские десантные суда 8 июня 1982 года, Фолкленды 82. Часть 9
Продолжение
К 1 июня 1982 года оперативная обстановка на Фолклендских островах окончательно сложилась не в пользу аргентинцев. Высадка на Восточном Фолкленде пяти тысяч штыков 5-й Пехотной бригады позволило, наконец, британцам совершить перелом в странном конфликте на краю света. Генерал-майор Джереми Мур приказал сухопутным силам наступать через холмы острова на Порт-Стэнли, остававшийся ключевым объектом, позволявшим аргентинцам заявлять о контроле над архипелагом. Однако с наступлением возникла одна небольшая проблема - все английские тяжёлые транспортные вертолёты сгорели и пошли на дно вместе с сухогрузом "Атлантик Конвейор". Единственный Boeing Chinook HC4 (бортовой ZA718, позывной Bravo November) был везде и нигде одновременно. Использование лёгкий танков Scorpion и Scimitar в качестве всепогодных маршруток тоже не решало транспортных проблем. Пехоте приходилось шагать по скользкой от туманов и дождей траве холмов пешком. Бойцы шли в длинных колоннах, в 10 ярдах (9,1 м) друг от друга, а потому отряд коммандос растягивался по Восточному Фолкленду на 3 мили (4,8 км). Даже если в течение ночи удавалось высушить обувь, она вновь промокала утром через считанные минуты, пока солдаты шлепали в темноте через очередное болотце, преодолевали ручей или просто шагали под проливным дождем. Влажные брезентовые лямки давили на плечи, морось застилала глаза, марш по склонам с гранатами, оружием и пулеметными лентами поперек груди превращался в каждодневную пытку. Все разговоры сводились к fuckin' rain, fuckin' choppers, fuckin' argies. Конечно, один прекрасный миг кого-то в колонне вот это вот всё окончательно допекало и над стылыми холмами разносился душераздирающий вопль FUCKIN' FALKLANDS!!!
Количество солдат, временно вышедших из строя по причине вывихнутых лодыжек, растяжений и простуды (местность на островах сырая холмистая, полная камней, ям, канав) исчислялось десятками каждый день. Счастье, что аргентинцы повсеместно отступали к городу Порт-Стэнли и боевые действия разворачивались только на ключевых высотах. В ходе продвижения британцев по Восточному Фолкленду выяснилось, что аргентинцы покинули посёлок Фицрой к югу от Порт-Стэнли (причём выяснил это майор Крис Кибл, банально позвонив местному старосте на стационарный телефон).
В итоге штаб генерала Мура принял решение перебросить 5-ю мотопехотную бригаду десантными кораблями из Сан-Карлоса в Фицрой. Это должно было значительно сократить время на передислокацию войск. 3 июня в районе бухты Порт-Фицрой был высажен тактический вертолётный десант. Парашютисты закрепились на берегу бухты и восстановили подорванный отступившими аргентинцами мост через речку Фицрой.
Итак, если 5-я бригада не получала вертолетов и не могла выступать пешим порядком, как же доставить ее в Фицрой? Единственным мыслимым ответом становилось море.
В ночь 5 июня бойцы 2-го батальона Шотландского гвардейского полка погрузились на десантный корабль-док HMS Intrepid (L11) и под покровом темноты вышли из Сан-Карлоса курсом мимо берега Лафонии. В заранее условленном месте около острова Лайвли, расположенного в нескольких километрах от берега, "Интрепид" отправил пассажиров в дальнейшее плавание на четырех десантных катерах под командованием отважного майора Юэна Саутби-Тайлиура (Ewen Southby-Tailyour).
Ночь выдалась ужасная. Погода начала портиться вскоре после выхода в море десантных катеров. РЛС отказали. Даже при наличии приборов ночного видения Саутби-Тайлиур с трудом понимал, каким курсом следует. Неожиданно над головами взорвался осветительный снаряд и - к ужасу забрызганных водой гвардейцев - рядом с ними взрыхлили воду сразу несколько разрывов артиллерийских снарядов. После отчаянных попыток подавать сигналы с помощью сигнальной лампы Саутби-Тайлиур сумел-таки убедить командира британского фрегата перестать обстреливать десант, но солдаты никак не могли унять волнения. Скорость ветра достигала 70 узлов, и десантные катера LCU (Landing Craft Utility) шли со скоростью всего в 2 узла. "То была худшая ночь за всю мою жизнь" , - признавался позднее Саутби-Тайлиур. Они расстались с "Интрепидом" вскоре после полуночи и только с рассветом, проведя в море семь часов, кое-как выбрались на берег у Блафф-Коув. Измотанные гвардейцы потащились к позициям 2-го парашютного, где подполковник Дэвид Чондлер только что принял командование от Криса Кибла. Четыре бойца среди гвардейцев пострадали от атмосферных условий. Батальон не получил точных приказов и не нашел в Блафф-Коув никого, кто бы отдал распоряжения. Парашютистам к тому времени выдали только по два дневных пайка за пять суток, и солдаты страдали от голода и холода. Чондлер пришел в ужас от зрелища деморализованных и промокших гвардейцев. Один из его офицеров не сдержался и произнес вслух: "Черт побери, как же мы собираемся дойти до конца, если выделываем такие вот штуки?" Старший офицер Шотландских гвардейцев не чувствовал себя в силах принять решение в отношении дислокации батальона до прибытия командира из Дарвина. Наконец после долгих проволочек все сошлись на том, что гвардейцы займут позиции 2-го парашютного батальона, пока десантники Чондлера пойдут просушиться и отдохнуть и сараи для стрижки овец в Фицрое.
А тем временем в штабе ВМС очень тревожились из-за донесений разведки о дислоцированной на суше вражеской установке для запуска ракет "Экзосет", поэтому от штабных поступило странное предложение высадить части 5-й бригады в Тил-Инлет, на северной стороне гор, где снабженческие суда под прикрытием ЗРК "Рапира" с 2 июня занимались выгрузкой на берег разного военного имущества. Затем гвардейцы могли бы маршем отправиться к позициям на южном фланге. " Чересчур много людей в Англии пользуются картами островов чересчур мелкого масштаба" , - язвительно заметил один офицер с ещё одного десантного корабля-дока типа LSA Fearless (L10).
С большой неохотой командование ВМС все же согласилось предпринять очередную попытку завершить высадку 5-й бригады с корабля десанта. Во второй половине дня 6 июня бойцы Валлийского гвардейского полка погрузились на "Фиэрлесс", где находились два десантных катера LCU. Поздней ночью им предстояло встретиться в виду Фицроя с четырьмя десантными катерами с "Интрепида", которые приведет с берега Саутби-Тайлиур. "Фиэрлесс" оставался в море максимально возможно долго, ожидая десантных катеров с Фицроя, связь между ним и их командованием отсутствовала. Саутби-Тайлиур с персоналом катеров столкнулись с отчаянным разгулом стихии. Выйти в море оказалось невозможно. Наконец, когда реальной стала опасность быть застигнутым на открытом месте вражеской авиацией, команда "Фиэрлесса" высадила две роты гвардейцев на двух имевшихся в распоряжении десантных катеров LCU и проводила катера взглядами, покуда те выходили из док-камеры и следовали в направлении к берегу. Затем десантный корабль повернул и лег на обратный курс к Сан-Карлосу.
В ходе консультаций между коммодором Клэппом, адмиралом Вудвардом и командованием в Нортвуде посылать корабль десанта в рейс снова без большого эскорта штаб флота счёл слишком опасным. В данном случае, как особо заострили внимание в Нортвуде, нельзя было вновь отправить в плавание корабль десанта. Рисковать ими в Лондоне не хотели - слишком уж высокой политической ценой грозила отлиться правительству потеря хотя бы одного чрезвычайно дорогого многопрофильного судна. После дальнейших дебатов из Нортвуда сообщили вывод: правительство не готово допустить возможности утратить "Фиэрлесс" или "Интрепид", но оно готово поставить на кон меньшие и не столь престижные 5700-тонные десантные корабли. Отныне сообщение по морю должно осуществляться LSL десантными судами класса «Round Table class». Однако суда LSL относились к ведению Королевского вспомогательного флота (Royal Fleet Auxiliary), да к тому же вооружались лишь зенитками - на них ставили либо 40-мм "Бофорс", либо 20-мм "Эрликон".
В ночь, когда первые подразделения валлийских гвардейцев достигли Блафф-Коув, в бухту без предупреждения явился десантный корабль снабжения RFA "Sir Tristram" (L3505), нагруженный огромным количеством артиллерийских боеприпасов. Морские пехотинцы из группы обслуживания участка высадки нимало поразились тем, что командование ВМС позволило кораблю подходить к берегу в дневные часы в условиях отсутствия на месте эффективной противовоздушной обороны. "Где же военно-морской флот с его кораблями для прикрытия выгрузки? Я боюсь, что ответ все тот же" , - написал в дневнике военнослужащий морской пехоты. В ВМС не афишировали своей точки зрения, заключавшейся в том, что одного или двух фрегатов для защиты другого судна перед лицом налетов вражеской авиации все равно не хватит, тогда как возрастает неоправданный риск превратить корабли эскорта в дополнительные мишени.
В 7 часов утра, к их огромному удивлению, они увидели второе десантное судно: оно вошло в залив и бросило якорь. Как оказалось, после решения не подвергать более десантные корабли опасности при перевозке войск, 3-я рота, минометный взвод и рота поддержки 1-го батальона Валлийского гвардейского полка отправились грузиться на ещё один десантный корабль RFA Sir Galahad (L3005) для отправки в Фицрой. В последнюю минуту приказ занять места на борту того же судна получил 16-й полевой медицинский отряд. Когда санитары и медики закончили погрузку, корабль опаздывал с отправкой уже на четыре часа. Его командир, кэптен Филип Робертс, затем предложил старшим офицерам идти ложиться спать: "Сегодня мы никуда не пойдем" . Затем он просигналил на "Фиэрлесс", что, поскольку теперь нет никакой возможности добраться до Фицроя и разгрузиться там в темноте, он считает целесообразным отложить отправку до следующего дня. Пятнадцать минут спустя после рекомендации отправлять по койкам старшие армейские офицеры на борту узнали о переменах в планах. С "Фиэрлесса" распорядились отправить их в путь незамедлительно!
Почти одновременное прибытие двух крупных десантных кораблей в бухту Блафф-Коув породило очередную порцию британского армейского идиотизма. Во-первых, командиры "Сэра Тристрама" и "Сэра Галахада" не были в Сан-Карлосе в первые дни высадки британского контингента и не видели эффективную работу против кораблей Её Величества. Десантные корабли из-за большой осадки не смогли войти в бухту Блафф-Коув и торчали аки два прыща на глади залива ввиду Фицроя, не удосужившись связаться с берегом и запросить хоть какую-то вменяемую ПВО. Эффективность же огня "Эрликонов" и "Бофорсов" по аргентинским A-4 Skyhawk двумя неделями ранее в полной мере продемонстрировали фрегат "Антилопа" и эсминец "Ковентри"...
Во-вторых, пышным цветом распустились чудеса твердолобости пехотных офицеров из валлийской гвардии. Видите ли, находящиеся на борту подразделения полка имеют чёткий приказ соединиться со своими ранее прибывшими товарищами именно в Блафф-Коув. Так что везите нас именно туда! Как это не можете? Что значит мелко? Тогда организуйте нам десантные боты!
Дошло до того, что майор Тони Тодд из Королевского транспортного корпуса попробовал уговорить офицеров Валлийского гвардейского полка погрузить людей в десантные катера LCU с боеприпасами и спешить на берег. Валлийцы отказались, ссылаясь на то, что живая сила и боеприпасы не должны перевозиться вместе. "Я не дам команды моим людям садиться на судно со смешанным грузом, - заявил один из офицеров-валлийцев. - Да мы и в любом случае не хотим сходить в Фицрое. Наше место назначения - Блафф-Коув!"
Подлил масла в огонь и командир 16-го полевого медицинского отряда подполковник Робертс, заспоривший со старшим офицером Валлийской гвардии подполковником Рикеттом. По мнению Робертса, медики намерены высаживаться в Фицрое, куда гвардейцы не собирались, и в свете наличия у них трудной и крайне срочной задачи оборудовать пункт первой помощи на берегу, представляется крайне важным для начала высадить санитарный отряд с его имуществом. В итоге начали перевозить медицинское оборудование на грузовом понтоне "Mexeflote" и десантном катере LCU. Затем вдруг выяснилось, что сходню LCU заклинило в вертикальном положении, а потому высаживать гвардейцев со спущенной сходни "Сэра Галахада" не получится, а нужно подогнать десантный катер бортом к борту корабля, и пусть личный состав спускается на катер по сетке, свешенной с борта...
В общем, феерические действия команд Королевского вспомогательного флота, офицеров Валлийской гвардии и 16-го медотряда очень похожа на аналогичный сюр, творившийся на борту русского броненосца "Гангут" 12 июня 1897 года - тогда командир корабля Тикоцкий вместо попыток спасти корабль, посадив его на ближайшую банку, начал согласно уставу свозить с корабля "сперва священника с церковной утварью, затем вахтенный журнал..." . Ключевая разница между судами Королевского вспомогательного флота и "Гангутом" состояла лишь в том, что "Сэр Галахад" и "Сэр Тристрам" не тонули. Пока не тонули.
Налет аргентинской авиации
Полдень перестал быть томным в 13:10, когда в небе внезапно показались самолёты. На берегу некоторые из солдат 2-го батальона Шотландского гвардейского полка принялись палить в воздух со своих позиций, пока не раздался окрик старшего офицера, приказавшего им прекратить стрельбу: "Это "Харриеры"!"
Конечно же это были не "Харриеры". На охоту в Блафф-Коув прилетели пять штурмовиков А-4В "Скайхок" из 5-й истребительной эскадрильи ВВС Аргентины. Первоначально на задание с авиабазы Рио-Гальегос вылетели 8 "Скайхоков", из которых 4 составляли звено с позывным "Мастин" и 4 - звено с позывным "Дого". Но поскольку к концу войны у аргентинцев с запчастями для самолётов наступила полная тленность бытия, три самолета (два из звена "Мастин" и один из "Дого") вынуждены были вернуться назад. Выполнять задание продолжало сводное звено (аргентинцы повторили тактику атаки на эсминец "Ковентри" 25 мая), разделенное на две секции - "Дого" и "Мастин". Первая из них включала три "Скайхока" (С-222 первого лейтенанта Карлоса Эдуардо Качона, С-240 альфереса Леонардо Сальвадора Карманы и С-221 знакомого нам лейтенанта Карлоса Альфредо Ринке), а вторая - два (С-214 лейтенанта Даниэля Эдуардо Гальвеса и С-230 альфереса Уго Эдгардо Гомеса). Каждый из пяти штурмовиков нес по три 500-фунтовых бомбы.
Количество и расположение целей в Блафф-Коув лётчики знали прекрасно: мало того, что корабли засекла ещё живая РЛС в Порт-Стэнли, так они ещё были прекрасно видны аргентинским постом ВНОС с высоты Маунт-Харриет. Визуальный контакт, установленный наблюдателем с горы, позволил пилотам идеально навестись на стоявшие в бухте десантные корабли англичан. Сводное звено ринулось в атаку на беззащитные суда.
"Сэр Галахад" был поражен тремя бомбами, которые сбросил со своего "Скайхока" первый лейтенант Карлос Э. Качон, лидер секции "Дого". Альферес Леонардо С. Кармана, пилот второго самолета той же секции, не смог сбросить свои бомбы, а лейтенант Карлос А. Ринке, управлявший третьим "Скайхоком", ограничился обстрелом британского судна из 20-мм пушек. Большой груз бензина для генераторов зенитных установок "Рапира" находился как раз на борту "Сэра Галахада". Он вспыхнул немедленно, вызвав страшные ожоги у военнослужащих Валлийского гвардейского полка, сгрудившихся на борту десантного катера. Кошмар, творившийся вокруг, становился только ужаснее из-за воспламенения фосфорных гранат минометного взвода. Многих из погибших смерть застала в кафетерии, который находился в надстройке и куда пришёлся прямой удар авиабомбы. Не прошло и нескольких секунд с момента попадания в судно первой бомбы, как вся середина корабля пылала в огромном всепожирающем пожаре. Капрал Майк Прайс из 1-ro батальона Валлийского гвардейского полка хорошо расслышал приказ залечь, но так удивился происходившему, что не мог пошевелиться: "Все что помню - помню, что вроде как горю!". Джон Стратт, младший офицер гвардейцев 22-х лет, взрывом первой бомбы был переброшен от надстройки в районе миделя. Очнувшись, он "нашел себя лежащим и покрытым целым курганом всякой всячины. Затем кто-то помог мне подняться и отвел к шлюпке".
"Сэр Тристрам" получил две из трех 500-фунтовых бомб, сброшенных аргентинским пилотом лейтенантом Даниэлем Э. Гальвесом, лидером секции "Мастин". Его ведомый, альферес Уго Э. Гомес, тоже сбросил свои бомбы, но они упали в воду рядом с британским кораблем. Проведя эту атаку, оба "Скайхока" легли на обратный курс и в 14.30 вернулись в Рио-Гальегос
Старший механик "Сэра Тристрама" успел предупредить о налёте свой главным образом наёмный китайский персонал, когда весь корабль содрогнулся и словно бы привстал от взрыва бомбы, а зенитки на верхней палубе принялись бить в сторону исчезавших самолетов противника. Проявляя отчаянный героизм, несколько солдат и офицеров проложили себе путь через обломки на нижние палубы, дабы заглушить машину, в то время как другие спускали на воду корабельные шлюпки и спешили к "Сэру Галахаду", находившемуся в куда более отчаянном положении, чем их судно.
Лейтенант-коммандер Хью Синклер Кларк, командир случайно оказавшейся в Фицрое 825-й морской вертолетной эскадрильи, тут же поднялся в небо и вызвал по радиосети все имеющиеся в распоряжении британские вертолеты, призвав их пилотов спешить в этот квадрат. Прошли лишь какие-то считанные минуты с момента атаки, как вертолетчики уже поднимали на лебедках людей с "Галахада" и со спасательных плотов, опускаясь и зависая как можно ниже, чтобы струей воздуха от винтов шлюпки с уцелевшими солдатами и моряками гнало от корабля в направлении берега. Увидев, как пламя и клубы черного дыма судорожными толчками поднимаются из чрева смертельно раненного десантного судна, парни из 2-го парашютного помчались к берегу, где принялись вытаскивать уцелевших с плотов и оказывать раненым медицинскую помощь. Всю вторую половину дня и на протяжении вечера трагическую процессию черных от копоти и гари, ошеломленных, тяжело раненных людей грузили на десантные корабли в заливе Сан-Карлос, размещая на жилых палубах. Кого-то отвозили прямо на пункты первой помощи в селении Эйджекс-Бэй.
Пока в Блафф-Коув горели десантные суда, в море велась борьба за живучесть фрегата HMS Plymouth (F126). На "Плимуте" о налёте знали - по флоту прошла информация о вылете с Рио-Галегос аргентинских самолётов, который засекла АПЛ HMS Splendid (S106). "Плимуту" дали команду прекратить артобстрел горы Розали на Западном Фолкленде и вернуться в Сан-Карлос. Однако пять аргентинских истребителей Nesher ринулись через Фолклендский пролив по направлению к фрегату и зашли для атаки с левого борта. Находившимся на мостике корабля морякам реакция "Плимута" на команду "полный вперед!" показалась убийственно медленной...
ЗРК Sea Cat успел выстрелить одну ракету, которая ударила в головной "Нешер", а наводчик 20-мм эрликона накрыл вторую машину, но все же корабль получил четыре попадания 500-фунтовыми бомбами из десяти сброшенных атакующими. Ожидаемо, все бомбы не взорвались, но одна удачно попала в глубинную бомбу на фрегате, вызвав детонацию, ставшую причиной крупного пожара. Ещё одна бомба прошила насквозь дымовую трубу, что способствовало задымлению внутренних помещений. Прочие пролетели в полуметре над головами группы моряков, застигнутых на верхней палубе у противолодочного бомбомёта. Думается, атеистов после просвистевших над головой бомб среди этих британцев не осталось.
Оставляя за собой дымный след, "Плимут" поковылял в залив Сан-Карлос, где команда приступила к ликвидации пожаров и латанию пробоин, каковые действия с успехом завершила, приведя фрегат в более-менее плавающее состояние. Однако больше до конца войны "Плимут" в боевых действиях не участвовал.
По иронии судьбы, боевой патруль "Харриеров", барражировавший небо над Блафф-Коув в то утро, отозвали для противодействия нападению на "Плимут" всего за считанные минуты до удара "Скайхоков" по "Сэру Тристраму" и "Сэру Галахаду".
Во второй половине того дня Фицрой и Блафф-Коув пережили два дальнейших - на сей раз неэффективных - аргентинских налета с воздуха. Теперь неприятельские самолеты встречались дружным огнем из личного оружия солдат на берегу. Одна пара штурмовиков засекла возвращавшийся из Дарвина десантный бот "Foxtrot 4"с техникой штаба 5-й бригады. Несмотря на приказ не возвращаться в светлое время суток, сержант Брайан Джонстон вывел судно в море. "Один раз ВМС уже палили по нам, когда мы пытались двигаться ночью, - сказал он. - Больше я так рисковать не хочу". Аргентинцы атаковали десантный бот бомбами и огнем пушек, сумев достигнуть прямого попадания в пост управления на корме. Погибли сержант Джонстон и пять человек из команды. Позднее во второй половине того же дня с дрейфующего "Фокстрота-4" поступил отчаянный сигнал с призывом о помощи - судно было искорежено, разбито и вот-вот грозило пойти ко дну. Послать сообщение удалось только за счет использования рации в находившемся на борту "Ленд Ровере" бригады. Трофейная шхуна "Монсунен" поспешила на помощь, и его команда сняла уцелевших. Попробовали было взять LCU с ценными машинами связи на нем на буксир, но "Фокстрот 4" недолго оставался на плаву и пошел на дно.
После налёта
Тридцать три военнослужащих Валлийского гвардейского полка, семь человек из Королевских ВМС и одиннадцать других матросов и солдат погибли во время налета, а еще сорок шесть получили ранения и ожоги. Среди обгоревших в пламени пожара был и Саймон Уэстон, получивший ожоги ожоги третьей степени 25% тела. Впоследствии Уэстон стал одним из символов той войны, организатором многочисленных благотворительных акций для ветеранов войн, критиком участия Великобритании во вторжении в Ирак и командором ордена Британской Империи.
Уцелевшие во время налёта бойцы лишились обмундирования и снаряжения, в отсутствии которых не могли полноценно действовать на суше. Нет необходимости говорить, как сильно их потрясло случившееся. Гвардейцев отправили в Сан-Карлос приводить себя в порядок, в то время как оттуда в Блафф-Коув перебросили по воздуху две роты 40-го отряда коммандос, чтобы довести 1-й батальон Валлийского гвардейского полка до должной численности перед предстоящим наступлением. Вся эта перетасовка стала длительным и мучительным делом, но все же она не послужила причиной переноса британского наступления, начало которого в то утро планировалось на 11 июня. В этом смысле потеря "Сэра Галахада" оказалась куда менее серьезной, чем гибель "Атлантик Конвейора".
Трагедию в Фицрое следует рассматривать в общем контексте кампании, каковая в большинстве случаев складывалась для британцев просто-таки замечательно. Среди многих случаев, когда приходилось идти на обдуманный риск, только в тот раз события развивались вразрез с планами. Мнение Королевских ВМС выразил в ту ночь на борту "Фиэрлесса" один старший офицер: "Мы должны принять на себя полную ответственность за налет на десантные корабли в Фицрое. Но мы не может принять никакой ответственности за то, что в тот момент на борту "Сэра Галахада" находились люди" . Сотрудники военно-морского штаба упрекали прежде всего себя, что не сумели внушить командирам войск на "Сэре Галахаде" важность скорейшего осуществления высадки в условиях светлого времени суток и немедленно по прибытии в Блафф-Коув. "Мы привыкли работать с Королевской морской пехотой, а там четко осознают императивы в деле развертывания амфибийных десантов" , — признавался один офицер. Военнослужащий морской пехоты из числа потрясенных зрителей в Фицрое писал следующее: "Многие привыкли считать, будто некая особая амфибийность есть какой-то миф, придуманный морскими пехотинцами ради своего спасения от расформирования. Но высадка морского десанта - это вам не битва на европейской равнине".
