Анна Таганцева-Кобзева
Со скольких лет ты начала заниматься искусством?
Точный момент я не помню, и смотря что имеется ввиду под искусством: желание быть художником или осознанную художественную практику. Интерес был всегда, сколько себя помню, и, даже, когда я еще не знала о видеоарте (мне было лет 12), я уже исследовала просторы дачи с родительской камерой, так же планомерно зарисовывала все поверхности. Но все же, по моему мнению, существует грань между детским интуитивным и осознанным решением быть художником. В моем случае, за одну из основ можно взять то, что я росла в семье художников, мастерских и постоянно была погружена во всю эту атмосферу и до сих пор в ней.
Интерес к материалам и экспериментам у меня был уже в детстве. Родители к этому относились серьезно. Я училась в частной школе, например, у меня были такие предметы, как мифология, скульптура, танец. По системе это больше походит на лабораторию телесности, наверное, поэтому я очень часто начала использовать перфоманс в своих работах.
С образованием после школы сложилась более сложная ситуация, так как академическое образование по рисунку, живописи и скульптуре у меня уже было, и я искала место, где мне будет интересно, где будет не только техническая база. Так я успела поступить в Муху и почти сразу отказаться от этой идеи, поучиться в СПбГУ на реставрации, в Технологии Дизайна и немного освоила работу с деревом. Но я нигде не задержалась надолго, так как уже будучи в сознательном возрасте, понимаю, что это ставит довольно консервативную практику академического рисунка и в 70% и работает с устаревшими идеями, как это не прискорбно. К тому времени уже обучилась академической системе в более свободной форме у родителей в мастерских. Я смотрела тысячи лекций по искусству, ходила вольнослушателем в институты, занималась самообразованием. Затем, заехав в Москву, поступила в ИПСИ и там уже доучилась. В этом году поступила в Базу, но оказалась, что не успеваю по времени, поэтому пока отложила там учебу.
Но желание еще послушать теорию есть и планирую дальше продолжать учебу. Конечно, то, что я искала, где мне будет интересно учиться, повлияло на меня довольно сильно в плане осознания собственных стремлений. Я очень благодарна за этот опыт.
Само образование тоже повлияло. Каждое место, где я училась или учусь, дает мне определенный опыт, и на мой взгляд для художника этот опыт особенно важен, ведь именно благодаря ему мы задаемся вопросами и решаем их, и нас это развивает.
В вузах современного искусства я столкнулась с тем, что большинство студентов достаточно стыдливо рассказывают о своих занятиях и работе до поступления. Это всегда казалось мне странным. Возможно, потому что у меня не было опыта выбора, я всегда знала, что буду этим заниматься. И хотя официально все критикуют образ художника как творца чего-то возвышенного, но он присутствует, и, порой, даже культивируется. По-моему, это традиции академической системы образования, которые незаметно перешли в современную систему.
Какую основную идею ты хочешь пер едать через свои проекты?
Я работаю со многими темами, но есть несколько наиболее важных: сочетание архаичности и современных технологий. Как древняя культура, некая магия (наука) перешла в современность и как она может сосуществовать с наукой и современной философией. На это во многом меня вдохновила история семьи - ведь из поколения в поколение у нас передавались знания о лечении, знахарстве. Меня интересует и тема взаимодействия с миром, перенасыщенным информацией, перепроизводством вещей и эмоций, позиция не только человека, но и объекта/среды обитания/природы. Также в работах я использую свой язык - мои символы во многом вдохновлены иероглифическим и руническим письмом, они могут иметь абсолютно разное воплощение. Например, я использую эти символы в своём татуировочном проекте, как бы расширяя их поле присутствия в мире, они так же могут быть частью скульптур или видео.
Какие у тебя цели?
Делать свое искусство более качественным и правдивым. Это, конечно, субъективные понятия, но тем не менее. Я постоянно нахожусь в поиске средств и методов и этот процесс для меня и есть основная работа. Кто знает, к чему это может привести…
У тебя есть манифест художника?
С манифестом пока все сложно. Сейчас манифестирую работами. Вообще, я довольно критична к своим текстам, так что на написание стейтмента могут уходить месяцы и даже годы, не говоря уже о манифесте. Возможно, не всем нужно писать манифесты, возможно, если я почувствую острую необходимость, то обязательно напишу или поставлю оперу–манифест или фильм сниму, ха-ха.
Но периодами это очень полезно писать мысли и пересматривать позиции, критично подходить к тому, что ты делаешь – в итоге больше понимаешь о своем искусстве и мне это помогает.
Ты могла бы рассказать о своих реализованных проектах за последние два года?
Эти два года были очень насыщенные, происходило много событий, и я начала работать с новыми для меня медиа и форматами.
Особенно отмечу то, что я начала работать с перформансом.
Ровно два года назад я с ребятами сделала пространство. Мне как раз тогда нужна была своя студия и место для экспериментов, так случилось, что я встретила единомышленников Петра Пирогова, Илону и Степу Владовских. Мы придумали сделать не только мастерскую, но и пространство для выставок и коллабораций. Найдя на НИИДАРе старое складское помещение, мы решили назвать пространство «APXIV», поскольку там раньше располагался архив завода, и часть стеллажей в центре зала удалось сохранить и приспособить под свои нужды. Помещение было большое и аренда не самая дешёвая, мы начали искать еще людей, но не просто людей, а единомышленников, тех, кто хотел бы делать выставки, концерты. Параллельно делая ремонт, вставляя выбитое окно и готовясь к открытию. Так подключилось часть нашего курса из ИПСИ и активно включились в работу Оля Климовицкая, Катя Гранова, Руслан Поланин, Софья Овчиникова, Valentin Pirollo. Затем присоединились YAN ZI, Володя Савостин и чуть позже Наталья Гончарова и Гедиминас Даугела. В итоге собралась команда. Затем часть ребят ушла, в том числе, и ребята, с которыми мы это все начали. Но пришли новые и сразу включились в проект. Сейчас состав команды частично поменялся, но идея живет с того момента, как мы с Илоной зашли туда, и потом на салфетке в пирожковой написали всю концепцию пространства. Я уже не так включена в проект, как на начальном этапе, и APXIV уже совсем другой, но все равно приятно, что то, что начал когда-то, продолжает жить своей жизнью. Все ребята, которые На второй волне— Гоша Голицын и Маша Челоянц, Настя Соболева, Никита Kaem и Лика Гомиашвили и те, кто остался с первой, вместе очень много делают для развития проекта. Это здорово и вдохновляет меня.
Ещё где-то год назад был мой первый опыт сотрудничества с Фондом Смирнова и Сорокина. ИПСИ ежегодно делают совместный конкурс с Фондом, победителю которого предоставляется мастерская и выставка по итогам резиденции. Я приняла в нем участие и мою работу выбрали в финале. Это был интересный и полезный для меня опыт, один из моих любимых проектов. Там было пространство с огромной ловушкой посередине, под которой проигрывалось видео, вокруг располагались татуированные объекты. Для меня в этой работе был важен вопрос фаст-фуд культуры, потребления информации: насколько мы пойманы в капканы среды, которая безудержно продает нам все новые и новые развлечении, насколько мы не осознанно втянуты в эти отношения.
Еще не маловажно то, что тогда я начала использовать перформанс в своих работах.
Ещё два проекта, которые были очень важны для меня за эти два года – это «Байконур» и персональная выставка в рамках проекта Александры Пучковой на ЦСИ «Фабрика».
«Байконур» был первый проект такого объема, и первая работа, где я начала коллаборировать с другими художниками и привлекла перформеров. Для этого проекта мне пришлось организовать полутора-недельную перформативную лабораторию. Это моя первая работа с живым перформансом. Также это моя первая работа общей площадью 300м2 и первая работа на открытом воздухе – вообще, можно назвать этот проект огромным экспериментом. Тут было важно участие других людей и все приходилось делать быстро, но это интересный опыт, конечно. И еще важно, что эта работа - часть Архивного проекта, посвящённого кинотеатру Байконур.
Потом я приступила к персональной выставке, которая была в рамках серии выставок Александры Пучковой на ЦСИ «Фабрика». Параллельно в APXIV мы делали выставку «Архив 24», и один час из 24-часовой трансляции был с моей выставки. Забавно, что это было все в один день и оба этих проекта были в параллельной программе молодежной биеннале. Там было большое пространство и много работы с партитурным перформансом, видео, звуком, для меня это важный опыт, до сих пор анализирую его.
Я создала сложную структурную инсталляцию с несколькими ярусами и зонами действий перформанса; использовала звук и запах, а также видео, но оно, скорей, выступало как продолжение пространства. Как и перформанс, оно также существовало в рамках этого поля. В этой работе я продолжила работу с символами и ритуальностью. Она связана с теории хауса и попыткой все структурировать. Это некое поле со множеством символов зон и внутренней структурой, где происходит действие и действие часть этого поля — оно непрерывно и в каком-то смысле зациклено. Это некая вечность, часть внутренней природы работы.
www.instagram.com/annataganzeva
https://vimeo.com/user45163822
https://www.facebook.com/APXIV/
Анина музыка: