Семья в фильмах Пола Томаса Андерсона
Пол Томас Андерсон является относительно новым режиссером, обычно относимым к поколению американских независимых режиссеров-самоучек 90ых. Наряду с такими именами как Тарантино, Линклейтер и Содерберг, он изменил наше представление о кино в спокойные для США года офисных пространств и гранжа.
Его фильмы так не похожи друг на друга, но при этом на каждом из них лежит его отчетливый авторский подчерк. И хотя все они очень разные по настроению и атмосфере, начиная с «Роковой восьмерки» и заканчивая «Призрачной нитью», в каждом из них мы, в той или иной мере, наблюдаем исследование очень важной для Андерсона темы, а именно темы семьи. Если конкретнее, то поиска новой семьи. Персонажи Андерсона — обычно покалеченные личности, пришедшие из дисфункциональных семей и пытающиеся либо построить свою, либо найти новую для обретения понимания и поддержки. К сожалению, так происходит не всегда и им приходится учиться полагаться лишь на себя и свои силы.
Типичный для Андерсона персонаж — это выходец из неполной семьи, который в начале фильма либо отстраняется от неё, либо показан уже в полном одиночестве, пытаясь заменить семью с помощью наркотиков, работы или жажды разбогатеть.
В фильме «Ночи в стиле буги» показана биологическая семья, которая, не в состоянии выполнить свою воспитательную функцию, отталкивает от себя главного героя — подростка Дирка Дигглера. Хотя очевидно, что главной проблемой семьи является гиперопекающая мать, именно бездействие со стороны отца является корнем проблем Дирка. Как раз поэтому отцы в суррогатных семьях у ПТА — это зачастую самые сильные персонажи фильма, в противовес отцам из биологических семей. Они всегда показаны как харизматичные продавцы, единственные, кто могут разглядеть настоящий потенциал в главном герое и поверить в него, заманив в суррогатную семью обещаниями лучшей жизни. Ведь семья в реальной жизни предоставляет определенный социальный статус, на который ведутся персонажи фильмов Андерсона. Помимо социального статуса, семья также определяет поведение и личность. То, что считается приемлемым для отца семейства, экстраполируется на всех членов семьи.
И в ранних фильмах Андерсона для отцов семейств нет почти ничего неприемлемого.
Сидни из «Роковой восьмёрки» открывает Джону мир казино, женщин и избытка. Джек Хорнер из «Ночей в стиле буги» привозит Дирка во вселенную порно и наркотиков. Более поздние работы Андерсона рисуют нам портреты отцов посложнее. Дэниэл Плэйнвью из «Нефти» представляется людям хорошим и любящим отцом, хотя, на самом деле, использует сына лишь для получения личной выгоды. Ланкастер Додд из «Мастера» представляет себя пророком, несущим миссию просвещения на земле. На первый взгляд среди этих персонажей может быть не так много сходств, но все они используют семью для достижения своих корыстных целей. Добродушная маска, которую они надевают, существуют лишь для манипуляции и влияния на людей, которыми они себя окружают. Иногда они забывают об этом и растворяются в образе любящего отца, но сущность всегда прорывается наружу.
«Любовь, сбивающая с ног» немного выбивается из этого паттерна. Барри Иган не похож на большинство персонажей Андерсона, он ещё не спасся от своей семьи, терпя вечные унижения. Все семь его сестер гиперопекают и ни во что его не ставят. Это приводит к отдалению Барри от них и в итоге мы получаем одинокого человека, который нуждается в любви, даже если она стоит 1 доллар 99 центов в минуту.
Девушка, с которой он общается по телефону, рассматривается им не как объект сексуальных желаний, а скорее как друг, с которым просто хочется поговорить. В итоге девушка требует, чтобы отец её суррогатной семьи отправил братьев, чтобы собрать деньги с Барри. Для освобождения, Барри нужно противостоять отцу и доказать свою независимость.
Обратите внимание, как голос Барри меняется концу картины. В начале фильма он бубнит себе под нос, не выговаривая даже собственного имени, а к концу фильма он срывается на крик, вступив в перепалку с суррогатным отцом.
Подавленные сексуальные желания Барри, потеря маскулинности, вызванная унизительным отношением со стороны полностью женской семьи, вырываются наружу и он разбивает окно в родительском доме. Чтобы вновь обрести силу, Барри нужно сделать себя самому, при полном отсутствии каких-либо положительных мужских авторитетов в его жизни. Когда Барри находит любовь, она даёт ему силы измениться и противостоять суррогатному отцу. Даёт ему силы обрести себя.
В интернетах есть теория, что на самом деле «Любовь, сбивающая с ног» — это история становления супермена. Довольно-таки убедительная.
Надеюсь, c бизнесом Барри всё будет в порядке и ему не придётся идти работать на нефтяную вышку.
В «Призрачной нити» Андерсон изначально помещает центрального персонажа в неполную суррогатную семью. Главный герой Рейнольдс Вудкок, которому в детстве явно не хватало внимания матери, и во взрослой жизни преследующуй его в качестве видений, пытается компенсировать недостаток этого самого внимания, окружая себя женщинами во всех сферах своей жизни. Род деятельности, который он себе выбрал, предусматривает малое количество мужчин. Вудкок находится в семье лишь с одним суррогатным родителем — его сестрой Сирил, холодной и рассудительной женщиной, которую можно назвать отцом семейства. Вудкок — ребёнок, творческая энергия которого должна постоянно искать выход, за чем и следит Сирил.
В этой сурагатной, искусственно созданной семье не хватает только матери, которую Вудкок и находит в Альме, главное качество которой — канонично материнская забота. Персонаж Льюиса боится вступать в серьёзные отношения с противоположным полом, так как ему нужна замена матери, которую в принципе ему предоставить не могут. Будь то Сирил или Альма, или любая другая женщина. Чтобы позволить по-настоящему заботиться о себе, Вудкоку нужно стать уязвимым, показать себя со слабой стороны, чего он делать не привык. Именно поэтому он постоянно занимается только тем, в чём по-настоящему хорош, ведь среди кутюрье ему нет равных. Таким образом, желая компенсировать недостаток материнского внимания, Вудкок создаёт себе мир, по правилам которого он не может получить этого самого внимания. Мир, в котором ему никто не может бросить вызов, пока не приходят Альма.
Незнакомая с правилами и рутинами этого искусственно созданного мира, она приходит и отказывается играть по ним. Иррациональное поведение Вудкока, желающего заботы, но не дающего предоставить её себе, раздражает Альму. К счастью, ей на помощь приходит случайная болезнь, которая и ставит Вудкока в уязвимое положение, наконец позволяя Альме играть свою роль. После выздоровления Вудкок вновь вернётся в свой панцирь и Альме придётся подбросить ему в еду ядовитых грибов, чтобы снова поставить его в уязвимое положение. В конечном итоге Вудкок добровольно согласится есть ядовитые грибы, чтобы снова заболеть и позволить Альме заботиться о себе. Такая нездоровая динамика в отношениях между невротиками прослеживается во всех суррогатных семьях из фильмов Андерсона.
В фильме «Нефть» — невероятно амбициозном и возносимым что критиками, что зрителями, по праву считающимся одним из главных достижений «независимого» кинематографа, мы наблюдаем за Дэниелом Дэй Льюисом, пытающимся разбогатеть на просторах самого жестокого и напряжённого фильма Андерсона.
Снятый и вышедший во время одного из тяжелейших моментов для США — кризиса 2007-2008 годов, фильм критикует капиталистическую жадность и приходится как нельзя кстати к этой вехе упадка в американском обществе. «Нефть» является уникальным фильм для Андерсона в том плане, что на этот раз мы смотрим на мир сквозь глаза отца семейства, причём самого суррогатнейшего семейства из всех возможных — корпорации.
Ради процветания этой самой корпорации он не чурается никаких методов: обман, подкуп, манипуляции всеми вокруг — лишь бы заработать побольше денег. С помощью денег Дэниэл пытается компенсировать свою социальную инвалидность, невозможность вписаться в общество, именно поэтому мы почти никогда не видим Дэниэла одного в кадре. Хоть как типичный социопат он и видит людей лишь как препятствия или средства к достижению цели, он всё равно стремится стать частью общества, оставить свой след.
Именно поэтому потеря слуха сыном так сильно влияет на него и делает безумным.
Скорее всего, Дэниэл не может иметь своих детей и сын — его единственный шанс реализовать себя, оставить свою корпоративную семью, своё наследие в надёжных руках. Иначе всё, ради чего он так долго страдал, было зазря. Дэниэл страдает от того, что социум посылает ему смешанные сигналы. В американском обществе всегда поощрялся индивидуализм и дух первооткрывательства, которые также являются одними из главных мотивов фильма. Не зря он начинается с прекрасных панорам Калифорнии, штата ассоциирующегося с первооткрывательством и предпринимательством в принципе.
Думаю, не нужно рассказывать про колонизацию, золотую лихорадку, силиконовую долину, Голливуд, движение за права гомосексуалистов и чернокожих, вы это всё и так знаете. Также одними из первых моментов фильме являются длинные кадры с тройной композицией Дэниела в одиночестве работающего в шахте, что задаёт тон индивидуального предпринимательства всему фильму.
С другой стороны, большинство людей, которые встречаются ему на пути — выходцы из семей или тесно взаимодействующих сообществ, в которых не особо поощряется образ жизни Дэниэла. Более того, ему приходится скрываться, представляясь семьянином или богопослушным гражданином, чтобы не быть отвергнутым и продолжать использовать наивных переселенцев.
Единственное общество, которое видит его таким, какой он есть, и принимает его — общество таких же индивидуалистов-нефтяников и железнодорожников, предлагающих купить его бизнес и таким образом признающих его успех. Только вот Дэниелу они противны. Он видит в них одновременно и конкурентов, и отражение себя. По его словам «Я не могу выносить успеха других людей, во мне силён дух соперничества».
Особенно это заметно в его противостоянии с Илаем — главой другой суррогатной семьи. Пастором местной церквушки жителей городка, в котором Дэниэл пытается запустить свою скважину. Семьи с прямо противоположными ценностями тем, что приняты в корпоративной семье Дэниэла. Хотя, позже мы узнаем, что это не так и, на самом деле, всё, что интересует Илая — это деньги, и ради них он готов отречься от своих принципов. Илай хочет быть богатым вместо Дэниэла, Дэниэл же хочет быть уважаемым и состоявшемся в обществе, как Илай. Чрезмерная жадность приводит Дэниэла к потере возможности реализоваться, а Илая к смерти.
Большинство персонажей в фильмах Андерсона слишком неосторожны в своих желаниях, что толкает их в замкнутый круг событий, неумолимо приводящих лишь к страданиям, ставящим их перед выбором: приспособиться или умереть. Это вообще очень актуально для американской культуры освоения новых недружелюбных земель, населённых такими же недружелюбными индейцами.
Пол Томас Андерсон — особо американский режиссерособо калифорнийский режиссёр. Большинство его фильмов происходят именно в золотом штате. В начале своей карьеры Андерсон был неуверен в том, что у него достаточно опыта для съёмок фильмов. Он сравнивал себя с Поланским, который прошёл через концентрационные лагеря в Польше. Андерсон же родился в Студио-сити, городке в долине Сан-Фернандо, одной из самых благополучных территорий Лос-Анджелеса. Он думал, что ему неоткуда черпать идеи для своих картин, но, к счастью, быстро нашёл выход из ситуации. Детство Андерсона пришлось на золотой век порнографии, с которым долина Сан-Фернандо была тесно связана. Это и послужило вдохновением сначала для короткометражки «Жизнь Дирка Дигглера», а после и для фильма «Ночи в стиле буги», сделавшего ПТА культовым режиссёром.
Через Тома Круза, снимавшегося в фильме «Магнолия», Андерсон попадает на площадку последнего фильма Кубрика «С широко закрытыми глазами».Там Андерсону выпадает возможность поговорить с великим режиссёром. Сначала ворчун Стэнли раскритиковал «Ночи в стиле буги», но после того, как узнал, что Андерсон и написал, и срежиссировал его сам, критика сменилась похвалой. А похвала Кубрика много чего стоит.
Но действительно же наставником и учителем Андерсона будет другой великий американский режиссер — Роберт Олтман, у которого он даже побудет запасным режиссёром на предсмертном фильме «Компаньоны».
Именно у Олтмэна он позаимствует калейдоскопный тип построения истории, использованный им фильмах «Ночи в стиле буги» и «Магнолия», который режиссёр называет своим лучшим фильмом.
И его можно понять, ведь развитие темы семьи в этом фильме обладает самым большим размахом из всех картин режиссёра. Несколько сломанных семей, расколовшихся из-за грехов своих отцов, и несколько сломанных детей, бьющихся в отчаянных попытках прервать этот порочный круг. Персонажи фильма — надломленные люди, ставшие такими из-за насилия и пренебрежения со стороны своих отцов. Все они сражаются со своими демонами в надежде освободиться от семьи, прошлого, что не желает их отпускать.
Самая религиозная из всех работ Андерсона, в которой провидение играет сюжето-образующую роль. На протяжении всего фильма нам будут попадаться цифры 8 и 2, которые, как ни странно, являются отсылкой к БИБЛИИ. В книге Исхода 8, стихе 2 написано «Если ты не отпустишь мой народ, я поражу твою страну жабами».
В этом стихе Моисей обращается к египетскому фараону с просьбой отпустить еврейский народ, угрожая в противном случае наслать на него армию земноводных. Народ в контексте «Магнолии» — это дети, а именно Стэн, молодой участник телешоу, выйгрышные деньги которого отбирает его же отец.
Грешные, или даже просто никчемные отцы в данном фильме являются причиной всех бед, причиной, по которой город осыпало дождём из жаб. Если смотреть на «Магнолию» с перспективы полной фильмографии ПТА, то несложно догадаться, что провидение в данном фильме выставляется насмех. Андерсон весь фильм оставляет нам подсказки, что произойдет в конце фильма, но замечают их не все. Большинство просто не придаёт им значения, так как не видит в них смысла, включая персонажей фильма.
Андерсон же как сценарист и режиссер выступает в роли бога, который может наказать провинившегося персонажа, наградить Джона Си Райли красивой наркоманкой, а может заставить жаб падать с неба. Он управляет эмоциями и судьбами людей, при этом предоставляя нам возможность взглянуть на всё со стороны и вынести свои суждения. Как провидение в его фильмах существует лишь в качестве фикции, в которую мы хотим верить, забывая о роли создателя, ведь при просмотре фильма мы ассоциируем себя с его персонажами, которые не знают, что они находятся в фильме, так и религия в его фильмах существует только для того, чтобы зарабатывать деньги.
Рон Хаббард — известный писатель и отец саентологии, говорил «если вы хотите разбогатеть, создайте свою религию». Наверное, как раз поэтому в моём любимом фильме Андерсона именно он выступил прототипом для персонажа, сыгранного Филипом Сеймуром Хоффманом.
В «Мастере» мы наблюдаем за человеком, отколовшимся от своей семьи. Фредди Куэлл, как мы позже узнаем, подвергался насилию со стороны своей тёти. Он путешествует по миру, пытаясь вновь обрести семью и понимание, но ни флот, в котором он будет служить, ни один из рабочих коллективов, в которые у него так и не получилось вписаться, не смогут ему этого предоставить. Фредди постоянно пьянствует и поступает инфантильно, пытаясь регрессировать в состояние ребенка, не подразумевающее под собой никакой ответственности. Происходит это как ответная реакция на насилие в детстве. Фредди нужны авторитеты в жизни, так как очевидно, что родители не уделяли ему достаточно внимания.
Флот тут, с одной стороны, ещё один способ эскапизма, где всё чётко расписано и любая ответственность за приказы лежит на твоём командовании, а с другой стороны суррогатная семья, где все моряки друг другу братья. Фредди, которого никто не может контролировать, ни армейская система, ни гражданская, поддаётся влиянию со стороны харизматичного бизнесмена и основателя религии Ланкастера Додда.
Фредди находит в Ланкастере новый пример для подражания. Додд —первый человек, которого он действительно уважает и с кем он себя ассоциирует. Не зря жена Ланкастера Пэгги выглядит, как возлюбленная Фредди.
Фредди хочет быть похожим на Ланкастера, но проблема в том, что Ланкастер — независимый и манипулятивный отец семейства, а в семействе может быть только один отец.
Тот помогает Фредди открыть глаза на самого себя и принимает его.
Фредди получает добро, которого так не хватало в его жизни. Всё это уловки, чтобы завлечь его. Фредди подчиняется ему, становится верным псом, готовым всегда защищать хозяина. Ланкастер же обретает нового последователя, пусть сумасшедшего и травмированного, но зато самого преданного, что в любой религии гораздо важнее.
Таким образом между персонажами образовывается нездоровая динамика. Когда полицейские приходят, чтобы арестовать Додда, то единственным, кто за него вступится, будет Фредди, пусть таким образом он и нарушит указания своего мастера, чем выведет Додда из себя. Ланкастеру нужен солдат, готовый вслепую исполнять приказы, так как сам он считает, что находится на войне, подвергаясь атакам как со стороны государственных органов, так и со стороны внепланетных цивилизаций, которым не может противостоять никто кроме него.
Под самый конец фильма Фредди и сам будет проводить обработку, что показывает его превращение в своего учителя. Когда Додд ставит ультиматум Фредди — остаться с ним и служить семье всю жизнь, либо уйти и не возвращаться, Фредди уходит из семьи, становясь, по словам Ланкастера «первым свободным человеком».
Ланкастер хотел освободить Фредди от его прошлого, чтобы обрести нового верного последователя, но просчитался.
Фильм заканчивается там же, где и начался — на пляже. Фредди лежит рядом с женщиной, сделанной из песка (напоминание его днях во флоте). Напоминание о всех суррогатных семьях с их правилами и порядком, где он был частью чего-то большего, где ему не нужно было думать и решать, где он приковывал к себе всеобщее внимание инфантильным поведением. На заднем фоне бегают люди в расфокусе, но Фредди лежит в одиночестве. Он горюет по своему прошлому, да и людям нет до него дела. Теперь, когда он получил свободу, он не знает что с ней делать.
В каком ещё фильме весь сюжет может двигать один огромный, 13 дюймовый половой орган, с которого аккуратно свисает вся канва повествования. С него всё начинается, им же всё и заканчивается. Пока он способен эрегировать, всё вокруг идёт хорошо и поддерживается иллюзия жизнерадостности. Вокруг этого самого полового органа — подросток Дирк Дигглер, мечтающий стать звездой и готовый тратить по 6 часов в день лишь на то, чтобы добираться до работы посудомойщиком в престижном клубе.
К счастью, вскоре ему встречается второй отец, который быстро перевозит талантливого мальчишку в долину Сан-Фернандо, поближе к индустрии, так сказать. Дирк так легко соглашается на предложение, потому что знает, что у него талант к занятию сексом. Больше его ничего не интересует, он не смог даже школу закончить. Возможно, это также потому, что он не особенно одарён интеллектом, примерно в середине фильма в интервью Дирк скажет, что он словно Наполеон, на которого нападает вся Европа.
Единственная, кого волнует будущее её ребенка —биологическая мать Дирка, которая гипер-опекает его, тем самым разрушая отношения между ними. Отец же старается в общение не вмешиваться и сидит в своей комнате. Дирк стремится найти отцовскую фигуру в своей жизни, поэтому неудивительно, что его притягивает к Джеку Хорнеру. Хорнер — воплощение всего, о чём может мечтать подросток: богатый, харизматичный, талантливый, популярный, вечно в окружении порно актрис.
Дирк ведётся на историю, которую Хорнер рассказывает каждому, кого пытается втянуть в свою суррогатную семью. Выглядит это так, будто он оттачивал её годами, доводя до идеала. Хорнер как отец суррогатного семейства во всём должен быть главным. Как на съемочной площадке, так и в семье, он определяет границы дозволенного, а в семье дозволено всё, кроме попыток поставить его авторитет под сомнение. Поэтому, когда Дирк, опьянённый славой, вступит с ним в конфронтацию, Джек выгонит его из семьи. Ничем не лучше и мать суррогатного семейства Мэгги — из-за увлечения порнографией и наркотиками она забросила своего настоящего ребёнка и теперь компенсирует его отсутствие заботой о молодых в порно-семье. Под заботой тут подразумевается угощение наркотиками, ведь именно она подсаживает Дирка на них. Позже это приведёт к тому, что член Дирка не будет эрегировать. Хотя в конце концов проблема будет исправлена, это в очередной раз показывает нам, что суррогатные семьи в фильмах Андерсона самодеструктивны и не могут оперировать без связующего звена, которым всегда является отец семейства.
Наркотики — это единственный способ для них притупить ощущения, не обращать внимание на то, что происходит вокруг. Судя по реакции Хорнера и Полковника на передоз его подружки, такое в их доме случается постоянно.
Люди в суррогатной порно-семье так или иначе отделены от своих реальных семей и наркотики — то, что помогает им поддерживать фантазию и продолжать жить вместе. Иногда для перспективы Андерсон пускает частички реального мира в наркотический мир фильма, например, когда бывший одноклассник roller girl пытается заняться сексом с ней в лимузине, или когда владелец студии звукозаписи отказывается отдавать Дирку пластинку с записью их нового трека.
С помощью игры на контрастах он заостряет наше внимание на избыточности образа жизни героев. То же самое делает Скорсезе в своем фильме «Волк с уолл-стрит». Вообще «Ночи в стиле буги» очень напоминают работы Скорсезе. Например, переходы с помощью фотоаппарата взяты из «Бешеного быка», а постоянное движение камеры на Стэдикаме отсылает нас к «Славным парням».
«Ночи в стиле буги» — самый популярный фильм Андерсона, именно с него многие начинают знакомство с фильмографией режиссёра. В нём типичный голливудский хэппи-энд, где Морис (владелец клуба) обретает свою семью, а Дирк вновь обретает свою эрекцию, горчит, так как мы с вами знаем, что всё повторится снова. Плёнке на смену придёт VHS, им на смену придут диски, а потом и интернет-порно. Не будут меняться только суррогатные семьи и принцип их работы, также как и их бессменные лидеры — харизматичные продавцы и манипуляторы.
Ютуб канал автора: www.youtube.com/c/РусланМиронов