Вейко Ыунпуу: самый идиосинкратический эстонский режиссёр о кино

Р.М: Сейчас в прокате идёт ваша новая картина. Может есть какой-нибудь фильм, который стоит посмотреть перед тем, как идти на «Последних»?

В.Ы: Возможно, фильмы Кассаветиса. Джим Джармуш назвал его отцом американского независимого кино и именно его методы я пытаюсь возродить в своих картинах.

Р.М: Да, в вашем фильме «Летний бал» я заметил на стене плакат с Кассаветисом.

В.Ы: Это было что-то вроде кивка великому мастеру. Он вообще мой любимый режиссёр, особенно в том, как он работает с актёрами. Я считаю его выдающимся человеком, который снимает прекрасное кино.

Также стоит посмотреть «Сатанинское танго» Бела Тарра. Это восьмичасовой чёрно-белый фильм, который состоит из очень длинных кадров, снятых одним дублем.

Р.М: Что-то вроде «Империи» Энди Уорхола? Из Нового Американского кино?

В.Ы: Нет, Бела Тарр - это современный венгерский режиссёр. Когда я смотрел «Сатанинское танго» в кинотеатре, то в середине фильма была 10-минутная пауза, чтобы зрители могли походить и размять ноги, не пропуская фильма. Наши фильмы похожи тем, как они относятся к человечности. Только мой фильм не восьмичасовой и не чёрно-белый, он даже не такой уж и медленный.

Р.М: Да, я заметил, что он переключается между медленными и быстрыми ритмами.

В.Ы: Я знаю, что не совсем правильно так людям говорить, но мне кажется, что мой фильм можно с лёгкостью посмотреть несколько раз. В первый раз ты пытаешься вникнуть в сюжет, может у тебя не совсем получается и некоторые вещи тебя отталкивают. Во второй раз вникаешь в юмор, а в третий раз уже в ритмы и эстетическую красоту картины. Вообще, изначально это была идея Робера Брессона, который был единственным человеком, уважаемым Тарковским. Брессона он считал единственным выше себя. Его идея заключалась в том, что в фильме главное - ритм. Cам он был художником и пытался избавиться от всех элементов картины: композиции кадра, игры актёров - от всего, кроме ритма. Потому что верил, что единственный действительно важный элемент для искусства кинематографа - это ритм. И я думаю, что это прекрасная идея. В своём фильме я постарался закопать этот аспект поглубже, но на поверхности это простая история, которую по-идее интересно смотреть.

Р.М: Да, в фильме много шуток и я думаю, что этот сеттинг очень располагает к юмору, потому что в холодной Лапландии ты его не ожидаешь.

В.Ы: Я думаю, что это защитный механизм, ведь когда имеешь дело с серьёзными вещами, не помешает смеяться. Ещё когда заканчиваешь фильм и начинается депрессия, то срочно нужно клиническое вмешательство и юмор с этим очень помогает.

Р.М: Почему вы в этот раз выбрали другого оператора? Я знаю, что вы обычно снимали свои фильмы с Мартом Таниэлем. Это потому что он выйграл награду Американского общества кинооператоров?

В.Ы: Нет, дело не в этом. В 2013 мы вместе снимали фильм «Free range», потом мы снимали фильм «Рукли» с Эриком Пыллумаа у меня дома на Сааремаа. «Последних» же снимал Стэн-Йохан Лилль. Эрик и Стэн оба молодые операторы и оба очень хорошие. В то время у меня была девушка, которая посоветовала взять для съёмок Стэна, потому что, по её словам, Эрику давали уж слишком много шансов. Тем более, мне понравился его последний фильм "Дни, которые смущали". Я его посмотрел и меня очень привлекло то, как Стэн относится к съёмке людей.

Р.М: Почему вы выбрали камеру ARRI Alexa? Вы, наверное, знаете, ей в этом году 10 лет исполнилось.

В.Ы: Нашей целью было сделать так, чтобы фильм выглядел, будто он снят на плёнку. Мы пробовали разные варианты и она подошла больше всего.

Р.М: У вас почти получилось меня обмануть.

В.Ы: Да, это и было нашей целью. Мы хотели, чтобы у людей было ощущение, будто мы снимали на плёнку. К сожалению, снимать на плёнку было невозможно, потому что у нас выходило невероятное количество материала - импровизаций и прочего.

Р.М: То есть шутки в фильме были сымпровизированы?

В.Ы: Да, всё верно. Лучшие шутки приходят к тебе естественным путём и поэтому их так много в фильме. Актёры постоянно импровизировали на площадке, шутили и веселились. У меня были идеи на счёт того, что должно было происходить в какой-то конкретной сцене, но сами актёры зачастую даже не подозревали об этом. Они погружались в роль и будто жили внутри своего персонажа. В основном они взаимодействовали лишь друг с другом, но иногда я покрикивал из-за камеры «сделай то», или «сделай это». Потом мы смонтировали это всё и получилось отлично, потому что актёры отдавались полностью, а также они сами по себе весьма хороши. В том как они относятся к своей работе и к съёмочному процессу вообще.

Р.М: Почему вы решили снять фильм на финском? Были ли сложности в общении с актёрами?

В.Ы: Абсолютно нет. Я с детства говорю по-фински, потому что мы с семьёй смотрели финское телевидение.

Р.М: Делали ли вы конкурс на двойника Вернера Херцога? Актёр, игравший отца, очень на него похож.

В.Ы: Да, это так, но конкурса мы не делали. Он уже снимался у меня в «Летнем бале» и «Искушениях святого Тыну». Он там играл дядю Ваню в костюме пчелы. Вообще, он отличный актёр и сам придумал этот образ индейца. Произошёл какой-то странный метаморфоз и в какой-то момент я осознал, что он невероятно похож на Вернера Херцога.

Р.М: Ему бы очень подошла эта роль.

Или?

В.Ы: К сожалению, я его не знаю. Он ведь сейчас снимается в качестве актёра тоже. В «Джэке Ричере», например.

Р.М: У фильма был долгий пост-продакшн - почти три года. Это из-за коронавируса или были и другие причины?

В.Ы: Наш первый монтажёр был убит при очень странных обстоятельствах, так что нам пришлось продолжать без него. Со вторым монтажёром мы смонтировали первый вариант через полгода, но потом пришлось начать заново. Вторая версия отняла примерно столько же, но потом её пришлось дорабатывать ещё полгода. И вот через два года после окончания съёмок фильм был закончен, но мы решили подождать до весны, потому что тогда все большие фестивали начинаются. Весна пришла, а с ней пришёл коронавирус и все наши планы разрушились. Идея для фильма вообще появилась у меня 9 лет назад. Вот тебе 21, да? Это почти половина твоей жизни.

Р.М: Я заметил отсылки к Триеру в вашем фильме. К «Рассекая волны» со всей этой техникой, а также к «Дому, который построил Джэк» с путешествием по пещерам. Но самой неожиданной для меня была отсылка к "Криминальному чтиву" с массажем ступней.

В.Ы: Нет, я больше не делаю отсылок в своих фильмах. Я делал их в «Искушениях святого Тыну». «Free range» я хотел сделать похожим на фильмы французской новой волны. А в «Последних» я не делал отсылок вовсе, фильм же в основном сымпровизирован. Мы просто нашли эту маленькую хижину и начали думать, что там вообще можно сделать, вот так актёру и пришла идея с массажем. Мы хотели добиться ощущения, которое обычно присуще реальной жизни, когда события происходят на огромной скорости и всё очень беспокойно. Идея была противопоставить это пейзажам и природе, которые должны каким-то образом выровнять это беспокойство и может даже дать лучшее понимание о травмах людей, позволив взглянуть на них издалека и понять, насколько мы всё-таки маленькие.

Р.М: В какой фильм вы впервые влюбились?

В.Ы: Ох, это сложно. Наверное, "Тарзан" с Джонни Вайсмюллером. Он там бегал по деревьям с мартышками и меня это восхищало в детстве.

В.Ы: У меня дома на Сааремаа не было финского телевидения, но когда мы с родителями приезжали в Таллинн, то тут были самые разные программы, вроде «Рыцаря дорог». Там была говорящая машина и глупо выглядящий мужчина с волосатой грудью, такой герой 80-ых. И вместе они сражаются с преступностью. В детстве меня очень впечатляло это шоу, настолько, что, когда я в первый раз его увидел, я не мог оторваться. Когда началась реклама и я отошёл, чтобы сделать себе бутерброд, то я молился богу на коленях, чтобы это был сериал.

Я не хотел, чтобы он заканчивался.

Р.М: Звучит, как отличное шоу.

В.Ы: Да, у него ещё в каждом эпизоде была новая подружка, правда он всегда лишь целовал их, так как это было детское шоу. Но было очевидно, что он пользовался популярностью у женщин.

Р.М: Вы смотрели какие-нибудь фильмы с родителями?

В.Ы: Нет, моя семья смотрела телевизор.

Р.М: Вы не чувствуете себя виноватым, засыпая на фильмах?

В.Ы: Я ни разу не засыпал на фильмах. Думаю, это отчасти из-за того, что я вообще плохо сплю. Есть один эстонский режиисёр Яак Кильми, вот он засыпает каждый раз, даже, если фильм ему нравится.

Р.М: Получается, он не досмотрел ни одного фильма.

В.Ы: Да, он иногда снимает фильмы, но не смотрит их. Это очень странно для режиссёра, согласен.

Р.М: С каких фильмов лучше всего начать знакомство с эстонским кино?

В.Ы: Есть известный фильм Григория Кроманова "Отель погибшего альпиниста", а также его же фильм "Что случилось с Андресом Лапетеусом". Это фильм-притча 60-ых о советском аппаратчике, который перестал общаться с друзьями и семьёй, вместо этого выбрав карьеру.

Р.М: Странно, обычно в фильмах все выбирают женщину.

В.Ы: В то время всё было по другому. У фильмов была другая цель, они пытались научить тебя чему-то. Ещё есть эстонская режиссёрка Лейда Лайус, которая сняла много достойных работ. Из современных можно назвать Райнера Сарнета, он мой хороший друг. Раньше мы были очень хорошими друзьями, но потом я стал слишком успешным и мы больше не дружим. Ладно, шучу, мы всё ещё хорошие друзья.

Р.М: Я знаю, что вы играли в одной из первых трэш-метал групп в Эстонии. Какие опыты вы перенесли в кино из музыки?

В.Ы: Я думаю, что музыка и кино очень связаны. Если ты любишь музыку, то это помогает тебе, потому что каждый фильм — это ритм, поток, что также очень важно в музыке. Ну и ещё я не очень хороший игрок на гитаре, именно это и стало причиной, по которой я ушёл из группы. Я подумал, что в этом нет смысла, ведь я уже никогда не научусь играть. Из-за этого у меня скопилась фрустрация, которую я держал внутри себя, пока она не взровалась и я стал режиссёром. И выход этой фрустрации очень полезная вещь, по-крайней мере, у меня так было. Когда ты страдаешь и пытаешься, но у тебя ничего не получается, то ты продолжаешь напирать и рано или поздно у тебя получится. Ты просто программируешь себя, что даже если всё кажется бессмысленным и ничего не получается, то нужно идти вперёд и не сдаваться. В моём случае это сработало. На съёмках могут происходить разные вещи, люди могут повернуться против тебя, но нужно настаивать на своём. И если люди всё равно отказываются следовать за режиссёром, то нужно выгонять их с площадки.

Р.М: С вами случалось подобное?

В.Ы: Не настолько радикально, но да. Я не психолог и поэтому зачастую не знаю, почему люди совершают те или иные поступки. Ведь у них также присутствует стадный инстинкт. Если ты не ведёшь свою команду за собой, то появится другой человек, который станет лидером. И это очень естественно для нашего вида вообще, в животном мире всё происходит точно так же. Нужно, чтобы на площадке было понимание среди всех членов съёмочной группы, что то, чем они занимаются в данный момент, действительно важно. Каждый должен участвовать в съёмочном процессе. Дэвид Линч говорил об этом. Иногда, если ты работаешь с большой командой, то вдруг можешь обернуться и увидеть парня в штанах с кучей карманов, жующего жевачку, которому очевидно насрать. И в этот момент всё идёт коту под хвост. Также очень важно следить за динамикой людских отношений вне съёмок. Нужно следить за боевым духом всей команды.

Р.М: Какой совет вы могли бы дать начинающим фильммейкерам?

В.Ы: Будьте уверены, что хотите это делать. В молодости очень легко поддаться искушению и поверить во всяческие предрассудки. Если ты крутой парень, скажем, со своей командой, где тебя почитают, то это может сыграть с тобой злую шутку. Можно забыться и поверить, что каким-то образом искусство, которое ты делаешь, оно о тебе. Но на самом деле это не так. Творчество не должно крутиться вокруг твоей персоны постоянно. Очень многие попадают в эту ловушку и даже я по-молодости в неё попадал.

Р.М: На какой фильм вы впервые ходили на свидание?

В.Ы: В подростковом возрасте у меня было не так много свиданий. А на тех, что были, я был пьян и там уже было не до кино.

Р.М: В ваших фильмах много квартир и домов, но я не никогда не замечал в них ковров. Можно ли предположить, что это какая-то травма с тех времён, когда вы работали продавцом ковров?

В.Ы: Нет, это сделано исходя из практических соображений. На ковры можно что-то пролить и потом выводить эти пятна довольно-таки дорого. Я совсем забыл про продавца ковров, а вы мне напомнили. Да, когда я был совсем молодым, то мне приходилось работать на не очень хороших работах. К счастью, эти времена уже позади.

Канал автора: youtube.com/c/РусланМиронов