Перед падением — глава 2

Читать с начала: https://vk.com/@moonsonsell-pered-padeniem-glava-1

Я проснулась, когда луч солнца упал в щель между занавесками. Во рту пересохло, на губах чувствовалась сладость — вчера, после представления мы доели все не раскупленные яблоки в карамели. Потом мы кидали дротики в мишень и Свят, как всегда, оказался точнее всех. А я пару раз попала в стену.

Только Рене сразу ушёл к себе. Всё ещё обижался на меня?

Я заканчивала тренировку, когда на арене появился Стеф. Он так и не снял старые треники, а ещё собрал волосы в смешной пучок. Сверху это выглядело особенно забавно — мне захотелось свеситься с трапеции и дёрнуть за него.

Он подождал, пока я спрыгну на арену, прежде чем заговорить:

— Нам придётся задержаться здесь на пару дней. Нужно отдать птиц, не возить же их с собой.

Я кивнула. Хотя, мне бы хотелось оставить птиц. Тогда Каролина могла вернуться.

— Ты можешь покормить их и почистить клетки? Я бы занялся этим сам, но нет времени.

— Ну…

— Ты же умеешь?

Я много раз кормила птиц вместе с Каролиной и смотрела, как та очищала клетки от грязи и помёта. Но не то, чтобы я хотела этим заниматься. С другой стороны, у Стефа и так было много проблем.

— Умею. Ладно.

— Вот, — он протянул мне ключ от птичника. — Спасибо тебе большое!

И быстро, пока я не передумала, похромал к выходу.

Птицы встретили меня взбудораженными криками. Вонь в вагончике стояла жуткая, о боги, а ведь мне нужно было всё это вычистить.

Я щёлкнула выключателем — птицы заметались в клетках.

На полу лежала Каролина.

Матвей нашёл меня первым. Он возвращался к себе после тренировки, и заметил, что я сижу на земле у птичника. Окликнул меня, заглянул в приоткрытую дверь и позвал на помощь.

Я не помню, что делала, увидев тело. Помню только саму Каро, лежащую среди опилок. Окровавленное лезвие бритвы в её пальцах. Широко распахнутые глаза.

«Время улетать. Простите. Люблю вас всех».

Написав это, она пришла к птицам и перерезала себе горло.

Кровь, там было столько крови…

Это Лиза заставила меня встать с земли, привела к Стефу, усадила на кресло и крепко обняла за плечи. Но Стефан велел ей вызвать полицию, и Лизе пришлось меня отпустить.

Больше не за кого было держаться. А я, я не могла сидеть на месте.

Ноги сами понесли меня к вагончику Каро. Оттуда она вышла ночью, во время грозы. Ночью, когда я могла бы зайти к ней, но пошла спать. Поступи я иначе, может, она была жива. Мы бы сейчас вместе готовились к отъезду, вспоминали вчерашнее представление…

Дверь оставалась незапертой. Я опустилась на кровать. Запах духов Каро. Афиши с её фотографиями, расклеенные по стенам. Пустая птичья клетка — когда птицы болели, она забирала их к себе.

Среди опилок на дне клетки виднелось что-то чёрное. Я откинула дверцу и достала со дна лист бумаги — аккуратную вырезку из газеты. Непохоже, что Каро подстелила её для помёта.

Я не успела прочитать статью — раздался стук в дверь и голос Лизы:

— Полина, ты здесь?! Пошли, быстрее, полиция приехала.

Я спрятала вырезку в карман куртки. Дверь пустого вагончика захлопнулась за спиной.

Прочесть статью получилось вечером, когда я осталась одна, в своей спальне. Сначала я бросила взгляд на дату. Газету напечатали, когда меня ещё на свете не было.

Это была грустная новость: цирковой гимнаст погиб, сорвавшись с каната. Две колонки мелким шрифтом, чёрно-белая фотография. Ничего необычного.

Интересно было одно.

Зачем Каролина спрятала эту вырезку в клетке?

Я провела в цирке пять лет. Это был не первый опустевший вагончик, даже не первое самоубийство. Травмы, волнения, вечная жизнь в дороге… Это выматывает тебя долго и незаметно, и всегда может неожиданно сломать.

Каждый раз, когда случалось что-то подобное, Лиза говорила, что время лечит, а призраки уходят. Она была права. Призраки покидают нас. Но для этого нужно время.

Так на следующее утро легче не стало. Но Лиза постучалась в дверь, чтобы вытащить меня на завтрак, Свят с Матвеем сварили кофе. Только Стефан не проявил сочувствия.

За завтраком он объявил:

— В зоопарке согласились забрать птиц. За ними приедут завтра. Завтра вечером и выдвигаемся.

— Сколько ехать? — спросил Матвей, отрываясь от своего салата с тофу. Несмотря на инфернальную внешность, Рыжий был вегетарианцем.

— Полтора дня.

Это был не самый долгий срок. Временами мы проводили в дороге несколько ночей, прежде чем развернуть шатёр.

Стефан продолжил:

— Что будем делать с вещами Каролины? Простите мой цинизм, но я не могу позволить себе возить с места на место кучу никому не нужного барахла. Можете забрать себе пару сувениров, остальное я сдам в местный секонд. Всё.

Лиза, сидящая на соседнем стуле, вздрогнула:

— Простите, но мне точно ничего не нужно.

— Я возьму… — все обернулись ко мне, и я заговорила увереннее, — …кое-что из одежды на память.

Птицы, афиши, теперь вещи. Всё, что любила Каро, так быстро исчезало из цирка.

— А где Ренат? — спросила Лиза.

— Наверное, ест у себя. Вы бы последили за ним, — бросил Стеф, прежде чем хлопнуть дверью.

Почему Каролина не попросила помощи у меня или Стефана — этот вопрос я задала себе, снова опустившись на её кровать. Флаконы духов блестели на тумбочке. Рука сама потянулась к изящному, золотистому и почти пустому — её любимый аромат. Запах, чтобы возродить память о Каролине, весёлой и живой.

Пустая клетка так и стояла на тумбочке. Пустая клетка, опустевший вагончик Каро. Она улетела навсегда. Я поняла, что если останусь здесь, то расплачусь.

Я забрала духи. И любимую вельветовую куртку Каро — пропитанную тем же ароматом. А потом плотно закрыла за собой дверь.

Сама не знаю, что я собиралась делать — наверное, сидеть на кровати, обнимая её куртку и гадать, что я сделала не так. Но на полпути к вагончику меня поймала наша деструктивная парочка.

Вид у них был… Непривычно взволнованный.

— Мы кое-что нашли, — сказал Свят. — И возможно, тебе стоит это увидеть.

Чем бы это не было, всё лучше, чем сидеть в одиночестве, с мыслями о Каро. Рукавом куртки я протёрла глаза и ответила:

— Что нашли? Где?

Они переглянулись.

— В общем, я случайно выкинул в мусорку полную бутылку смеси для розжига вместо пустой. И мы пошли, ну…

— Копаться в помойке, — оборвал его Матвей. — И там увидели кое-что ненормальное. Тебе нужно на это посмотреть.

— Наверное, — добавил Святослав.

Так мы оказались у мусорных баков около заправки. Наверное, мы выглядели как несколько настоящих цирковых фриков.

К счастью, мне копаться в помойке не пришлось. На асфальте уже ждал чёрный мешок, Свят показал на него.

— Вот.

— Это же мусор!

— Ты будешь ломаться или заглянешь внутрь?

И я заглянула.

Вместо обычного мусора — объедки, пластик и так далее — мешок был заполнен тканью. Я не сразу поняла, что это. Пришлось вытянуть ткань, развернуть её и увидеть красные пятна, чтобы вспомнить.

Утро после смерти Каро.

Рене, который сказал, что пролил вино на кровать.

— Это кровь, — влез Свят. — Я точно знаю.

— Откуда… — я сомневалась, что хочу услышать ответ.

— У меня, когда раны ночью открываются, такие же следы. И пахнут так же.

Я не стала заострять внимание на том, что Святослав нюхает вещи, найденные в помойке. Важно было другое. Я знала, чьи это вещи. Видела, как Рене срывает бельё с кровати. Но всё ещё не понимала.

Если это вино, почему он просто не постирал их?

Если кровь, откуда она?

— Интересно, чьё это… — заговорил Матвей. Я перебила:

— Рената. Это его бельё.

— Оу, — несколько секунд мы смотрели на тряпки. Пока Рыжий не добавил: — Вы же не думаете, что он тоже…

— Стефан сказал за ним последить, — подхватил Свят.

Я начала запихивать окровавленную простыню назад в мусорный мешок.

— Почему вы вообще позвали меня?

Рыжий и Святослав переглянулись.

— Мы не знаем, — ответил Свят. — Просто подумали, что это странно. И решили рассказать тебе.

— Думаешь, стоит сказать Стефу? — подхватил Матвей.

Конечно, Стефу стоило бы знать всё. Но он уже разбирался с птицами, новым представлением, гастролями и ещё миллионом дел. Не хотелось причинять ему больше проблем. И я покачала головой.

— Не сейчас. Может, чуть позже.

На рассвете вагончики покинули город. Я лежала на матрасе и смотрела в потолок. Лиза, Свят и Рыжий, все предлагали путешествовать в их компании. Я отказалась. Хотелось поразмышлять в тишине. Но мысли разбредались, и я понимала, что вспоминаю прошедшее выступление или прислушиваюсь к голосам соседей за перегородкой. Иногда стена дрожала, наверное, Свят метал в неё дротики.

Ренат со мной так и не разговаривал.

Ну и ладно, подумала я, переворачиваясь на бок. Между нами ничего не было, кроме редких совместных ночей. Нам хотелось развлечься, но не искать связей на стороне, как это делал Стеф.

Это было ничем не похоже на отношения Свята и Матвея, которые смеялись за стенкой. Прислушиваясь к их голосам, я задремала.

Меня разбудил удар по тормозам: такой резкий, что я чуть не скатилась с матраса. Держась за стену, поднялась на ноги, взглянула в окно — и увидела чёрный дым.

Я выбежала наружу босиком, чуть не упав со ступенек. В нос ударил запах гари. Из окон вагончика Рената вырывались языки пламени.

Самого Рене не было видно.

Я не успела закричать, запаниковать, как дверь распахнулась, выпустив наружу клубы дыма и — Рене. Прижимая к груди чёрный свёрток, он бросился прочь от пламени. Водитель, один из тех, кого нанял Стефан для переезда, тоже выскочил из машины.

Наконец появился Стеф, с огнетушителем в руках. Перехватив раструб, он крикнул:

— Вызывайте пожарных!

И вбежал прямо в дым.

Следующая глава: https://vk.com/@moonsonsell-pered-padeniem-glava-3