Перед падением — глава 3

Читать с начала — https://vk.com/@moonsonsell-pered-padeniem-glava-1

Матвей рванулся за ним, но его остановила рука Свята на плече. Пока Стефан тушил огонь, Лиза звонила пожарным. Машины сбрасывали скорость, проезжая мимо, но увидев, что мы справляемся, исчезали вдали.

Рене сидел на асфальте, обхватив колени руками и хрипло кашляя. Я подалась к нему — плевать на ссоры и кровь, ему нужна была помощь — но снаружи появился Стефан. Живой. Невредимый. Только волосы выбились из резинки и на одежде остались пятна. Он бросил на землю пустой огнетушитель, вытер руки о штаны и — уставился на Матвея.

— Ну и? — спросил он так, что страшно стало даже мне.

Но не Святу.

— Он тут не при чём! — воскликнул он, хватая Рыжего за руку. — Мы всё это время сидели у себя!

— Правда, я слышала, — тихо добавила я.

— Его там реально не было, — хрипло сказал Рене. — Пламя появилось само по себе. Вырвалось из-под пола. Наверное, двигатель.

— Двигатель говоришь? — Стеф снова повернулся я к Матвею. — Ты точно этого не делал?

— Говорю же, нет, — Свят подался вперёд, пытаясь закрыть Рыжего собой. — Как это вообще можно провернуть? Сам-то подумал?!

— Ладно, прости! — Стеф опустил глаза, будто хотел внимательно осмотреть пустой огнетушитель, — Я перенервничал. Не стоило так сразу…

— Да, конечно, если мне нравится огонь, то сразу надо подозревать меня! — наконец-то заговорил Рыжий.

Он хотел прокричать ещё что-то, но Свят уже тянул его в вагончик. Дверь захлопнулась. Лиза зажгла сигарету, Стефан попытался пригладить волосы, но только растрепал их.

— Много вещей сгорело? — обратился он к Рене.

— Нет… только мои. Весь реквизит я держу на складе.

— Надо же, как нам повезло, — протянула Лиза.

— Ладно, — Стеф протянул Рене руку. — Вставай. Пока переберёшься к Каро, у неё всё равно пусто. С этим, — он кивнул на вагончик, который медленно сочился дымом. — Мы разберёмся в городе. Хорошо, что не придётся покупать новый реквизит хотя бы.

Я смотрела на него — напряжённые плечи, усилившаяся хромота. И поняла, что ничего ему не скажу: ни про Рене, ни про пятна крови…

У нашего директора и так было слишком много проблем.

Пожарные осмотрели вагончик и отправились разбираться с более серьёзными делами. Мы разошлись по машинам. Перед тем, как закрыть за собой дверь, я взглянула на обиталище Веора, которое замыкало процессию.

Наверное, он всё слышал. С его-то чувствительным слухом.

Мог бы и предсказать смерть Каро… И вообще всё, что произойдёт дальше.

Стемнело, машины, одна за другой, съехали с дороги. Я вышла наружу, разминая уставшие от неподвижности мышцы.

Мы все разминулись с ужином — у Лизы на коленках была полупустая тарелка бутербродов, Рыжий грыз яблоко. Свят повесил мишень на дверь вагончика и метал в неё ножи. Я обернулась, чтобы посмотреть на вереницу машин, тянущуюся по дроге, и столкнулась взглядами с Рене.

Он сидел на ступеньках гримёрной Каролины и смотрел на меня. Но стоило нашим взглядам встретиться, отвернулся. Пусть так, всё равно я подошла к нему.

— Ты как?

Он взглянул на меня, снизу вверх. Под глазами — тёмные круги, будто Рене не спал уже несколько ночей.

— Нормально.

— Хочешь поговорить обо всём этом? Если что-то не так… я могу помочь.

Очередной нож вонзился в мишень. Рене резко мотнул головой.

— Всё нормально. Не о чем говорить.

— Но просто…

— Я устал, — и он захлопнул за собой дверь, оставив меня у ступенек.

Цирк продолжил путь. Я снова лежала одна, в своей гримёрной, и искала ответы. Смерть Каро. Странный, неразговорчивый Рене. Пожар, газетная вырезка. Казалось, это паранойя, и я придумываю то, чего нет. Но, с другой стороны, я была уверена, происходит что-то странное.

Ненормальное.

Сейчас, когда боль становится сильнее, поднимается по ноге, захватывает всё тело, я ругаю себя за глупость. Могла бы и быстрее обо всём догадаться.

Путешествие закончилось вскоре после рассвета. Новый город. Новое место, где мы развернули шатёр, поставили киоски с сувенирами и сладостями.

Я заканчивала тренировку, когда на арене появилась Лиза — одна, без Рената, но с подносом полным еды в руках. Я подумала, что она хочет накормить труппу обедом. Но Лиза сунула поднос мне в руки и сказала:

— Отнеси это Веору.

— Что? Слушай, я не…

— Господи, хватит его бояться! У нас нет на это времени! — и она убежала в сторону вагончика Стефа, наверное, за очередным поручением.

Я подумала, что для помощницы фокусника Лиза слишком много командует. Но сразу отругала себя за это. Она очень много делала для цирка. Почти так же много, как Стеф.

В маленьком шатре Веора всегда противно пахло. Для зрителей запах перебивали благовониями, но я научилась его различать. Духота и затхлость — особенный мерзкий запах провидца.

Я хотела оставить поднос у входа, но он окликнул меня:

— Полина, это ты? Прошло больше нескольких недель с нашей последней встречи! Заходи, не избегай меня.

Я мысленно чертыхнулась. И из светлого дня нырнула в мрачное, душное царство Веора.

Тесный шатёр разделял чёрный занавес с вышитыми на нём созвездиями. Для зрителей одна половина была закрыта. Всё, что они видели, — стол, за которым Веор раскладывал карты или гадал по ладони, и несколько низких скамеек. Таких низких, что им приходилось запрокидывать головы, смотреть на предсказателя снизу-вверх.

Но мне открывалась вторая половина. Узкая кровать, множество подушек, стопки книг. И Веор, восседающий посреди всего этого с хрустальным шаром в руках.

У него будто не было возраста. Голова налысо выбрита, на руках и лице — морщины, но голос казался сильным и молодым. Он никогда не носил очки или повязку, поэтому все могли видеть белки его мёртвых глаз. И третье око — татуировку в виде глаза на лбу.

Его Веор называл волшебным.

Я поставила поднос на кровать. Взглянула на своё отражение в хрустальном шаре.

— Ты запуталась? — спросил он.

Да.

— Нет.

— Я могу дать тебе совет.

Веор никогда не предлагал мне советов. А он, будто чувствуя моё замешательство, продолжил.

— Ты справишься, я вижу это. Ты на верном пути, хотя и пытаешься свернуть не туда. Сосредоточься.

— Прости… Мне надо идти.

Я поспешила скрыться от его странных, то ли слепых, то ли всевидящих глаз. Веор кричал вслед:

— Они уже готовы. Поторопись, они скоро нанесут новый удар!

Солнце и свежий воздух ударили в грудь. Мысли снова стали ясными. Свой мистический бред Веору стоило оставить для зрителей, которые за это платили! А мне нужно было готовиться к представлению.

Тем вечером я выбрала ярко-красное трико. Золотые блёстки сделали его — и меня — ещё ярче. Я накладывала макияж, пока из-за перегородки раздавались отзвуки яростного спора. Рука с карандашом для глаз дёрнулась, прочерчивая неровную линию, когда Рыжий закричал:

— Ты что, мне не доверяешь?!

— Нет, стой… Тише!

Они начали шептаться. Мне пришлось исправлять макияж.

Афиши с Каро и её птицами были спрятаны среди реквизита. Она стала частью истории цирка, его прошлым. Остались я, Рыжий, Святослав, Веор и Рене с Лизой. Над каждым из нас — выдыхающим огонь или танцующим на канате — был нарисован глаз.

Эмблема цирка. Знак Веора. Я бросила взгляд в сторону его маленького шатра: к предсказателю уже выстроилась очередь.

И что они в нём находили?

Я намного лучше.

Я могу летать. Я показывала это, возносясь под самый купол. Гремела музыка. Зрители запрокинули головы. Я сделала сальто, блёстки посыпались вниз.

Дома, снимая их с волос и одежды, они вспомнят, как я танцевала в воздухе.

Представление продолжалось. За кулисами Рене старательно отводил от всех взгляд. Настала очередь Свята, и когда он, бряцая шпагами, вышел на арену, я подошла к Рыжему.

От него пахло бензином и противоожоговой мазью. Кожа жирно блестела, особенно на лице и ладонях. Он наблюдал за представлением хрипло дыша и щурясь, когда Свят протыкал себя очередным острым предметом.

Мне совсем не хотелось, чтобы они поссорились. Надеясь помочь, я спросила:

— Что у вас случилось сегодня? Перед представлением?

Матвей скривил обожжённые губы.

— Не твоё дело.

— Да ладно, расскажи. Я и так почти всё слышала.

— Так купи себе наушники! — и Рыжий отвернулся.

Я сделала вторую попытку во время ночного представления. Роли поменялись: на сцене Матвей развлекался с огнём, Свят наблюдал из-за кулис. Я встала рядом и повторила вопрос:

— Что у вас случилось?

— Слушай, Поли…

— Давай, рассказывай! Мы все тут в одной лодке, — я хлопнула его по плечу.

Я ничего не сделала для Рене и Каролины. Может, могла хотя бы помирить деструктивную парочку. Получилось: Святослав пожал плечами и вздохнул.

— Это по поводу нашего совместного номера.

— О, вы делаете совместный номер?

— Да. Стеф хочет добавить его в репертуар как можно быстрее.

— А в чём проблема?

Он мрачно посмотрел на меня.

— Это опасно. Даже слишком опасно.

Немного странно слышать такое от человека, который зарабатывает на жизнь, протыкая себя острыми предметами. Но я не успела это сказать. Раздался взрыв аплодисментов, Рыжий появился за кулисами, Свят поспешил сменить его на арене.

Я сняла трико, смыла блёстки — теперь никто не узнал бы во мне прекрасную танцовщицу с афиши. Я могла гулять по цирку, среди зрителей. Они покупали сувениры и сладости, стояли в длинной очереди к шатру Веора, смеялись и фотографировались.

Я слышала о цирках, которые разорялись и исчезали. Об артистах, которым пришлось вернуться домой, потому что на них никто не хотел смотреть.

Нам это не грозило.

Следующая глава: https://vk.com/@moonsonsell-pered-padeniem-glava-4