Я хотел, чтобы гитара пела…
Человек, недавно признанный величайшим рок-гитаристом в мире, размышляет о своих кумирах и друзьях, поисках своего стиля и совершенствовании гитарного таланта с Queen.
«Речь шла о том, чтобы заставить эту гитару «петь», - говорит Брайан Мэй, легенда Queen, признанный лучшим из всех рок-гитаристов читателями Total Guitar.
В эксклюзивном и обширном интервью он рассказывает редактору TG Крису Берду, как он обрел свой уникальный звук и отдает дань уважения своим кумирам и друзьям, которые заняли верхние строки в нашем опросе – от Хендрикса и Клэптона до Эдди Ван Халена и Нуно Беттанкура.
Что значит для Вас занять первое место в опросе Total Guitar о величайших рок-гитаристах?
Я совершенно потерял дар речи. Я просто в шоке. Должен сказать, что это абсолютно неожиданно. Конечно, я глубоко тронут тем, что люди так ко мне относятся. Я не питаю никаких иллюзий, на тот счет, что даже формально попал в число великих гитаристов.
Я думаю, это говорит мне о том, что то, что я делал, повлияло на людей, это очень много значит для меня. Я никогда не буду претендовать на звание великого гитариста в смысле виртуозности. Наверное, я просто пытаюсь играть от чистого сердца, вот и все.
Может быть, Вы хотели бы высказать свое мнение по поводу музыкантов которые идут за Вами в этом списке? Вторым был Джими Хендрикс.
О, Боже мой! Ну, это очень унизительно. Конечно, Джими для меня номер один. Я всегда об этом говорил. На мой взгляд в нем было нечто сверхъестественное. Как будто он действительно прилетел с чужой планеты, и я никогда не узнаю, как ему удавалось так играть.
Каждый раз, возвращаясь к Хендриксу, я взволнован и ошеломлен, и у меня снова возникает ощущение выбора, что я должен либо бросить играть на гитаре, потому что я не могу смотреть правде в глаза, либо полностью погрузиться в это дело с головой и попытаться следовать ему и душой и телом. Я никогда не перестану учиться у Джими. Как ни странно, в последнее время я очень редко играю его вещи, но они все равно внутри меня.
Я думаю, что так могут сказать многие, не так ли? Джими - часть контекста гитарной музыки.
Да. Так что я глубоко польщен. Никогда бы не подумал, что этот день настанет. Я знаю, что мой отец бы сухо усмехнулся.
Несколько других гитаристов также будут резонировать с Вами. После Хендрикса был Джимми Пейдж. Как он повлиял на Вас?
Он почти моего поколения, но немного старше, мы ходили в одну начальную школу, хотя он был, я думаю, на два или три года старше меня – а это много, когда ты ребенок. Так что я всегда смотрел на него снизу вверх, потому, что он был для меня одним из местных ребят.
Как ни странно, сейчас мы живем довольно близко друг от друга. Я бы сказал, что он для меня мастер различного рода изобретений. Он мощно повлиял на становление тяжелого рока, когда тот еще зарождался. Я никогда не устану слушать альбомы Led Zeppelin, всегда буду их слушать.
И еще странное ощущение, потому что мы были мальчишками, которые пытались что-то делать и надеялись, что однажды мы станем рок-звездами и будем жить как рок-звезды. Когда я слушал Communication Breakdown и Good Times Bad Times, помню, что у меня было такое чувство: «О Боже, он делает то, что я хотел бы делать, и я должен либо плюнуть на все, либо чертовски сильно постараться.»
Вы чувствуете, что есть какие-то параллели между Пейджем и Вами, учитывая, что вы учились в одной школе?
Должно быть, есть что-то особое в этих местах: Ричмонд, Твикенхэм и Фелтем, потому что Yardbirds оттуда, как Вы, вероятно, знаете, большинство из них. Двое из них ходили в мою школу - Крис Дрея и басист Пол Сэмвелл-Смит. А еще Rolling Stones , конечно; Клэптон тоже жил совсем недалеко, так, что мне невероятно повезло.
Забавно, что Вы упомянули Эрика. Он занял четвертое место в опросе!
Я немного смущен, потому что Эрик до сих пор мой кумир. И это просто замечательно. Это похоже на то, когда люди на церемонии вручения "Оскара" говорят: «Здорово быть в такой компании. Огромная честь!»
Еще один гитарист, который, я думаю, заинтересует Вас, - это ваш приятель по проекту «Звездный Флот» Эдди Ван Хален. Он занимает третью строку.
Да, непревзойденный Эдди. Он в этом ряду как один из столпов развития техники игры на электрогитаре. Он замечательный парень. И знаете, забавно, что во время изоляции снова начинаешь задумываться о своей жизни, и я сожалею, что я позволил некоторым людям ускользнуть из моей жизни.
Я давно не общался с Эдди и очень сожалею об этом. Хотелось бы это изменить, потому что он фантастический парень, не просто отличный но и невероятно вдохновенный исполнитель. Это потрясающе, и опять же, вам никогда не надоест слушать такую игру. Эдди может взять любую гитару – неважно какую, и сделать ее «похожей на себя», я помню это по работе над проектом «Звездный Флот»! Я видел, как он брал бас, когда мы работали над демо, и заставлял его звучать, как «звучит» Эдди Ван Хален. Просто удивительно, что он может сотворить при помощи своих пальцев.
Слушая этот проект, можно отметить большую слаженность между игрой Эдди и Вашей собственной игрой. Вы так хорошо дополняете друг друга. Было ли это связано с манерой игры или это было связано со звучанием, к которому вы стремились?
Да, это был замечательное, удивительное время. Это один из тех моментов, которые я всегда буду вспоминать с любовью. Наши собственные проекты находились в небольшом простое. Queen взяли паузу, и я думаю, что Ван Хален был не слишком занят, мой сосед Алан Грацер из R. E. O. Speedwagon тоже, и мы собрались вместе.
Это был один из тех немногих случаев, когда я стал главной движущей силой проекта, я сделал несколько телефонных звонков и предложил: «Может сделаем это?» Тогда это было для меня в новинку. Я обычно привык отвечать на чужие звонки.
Так что было довольно смело собрать всех, а затем претворить проект в жизнь, причем сделать это в студии в прямом эфире – все было сыграно полностью "вживую". То, что вы слышите, происходило в реальном времени. Все это было невероятно захватывающе.
Мы получили мощный заряд адреналина. Но более всего нас объединила любовь к блюзу, у Эдди и у меня блюз, наверное, в крови от рождения, просто по жизни мы занялись немного другим делом. Но когда мы начали работать, особенно над треком Blues Breaker , думаю, что где-то в наших мыслях был и Эрик Клэптон и люди, которых Клэптон уважал: BB King, Мадди Уотерс; сила блюза помогла нам найти общий язык. Я помню, как Эдди сказал: «Знаешь, ты заставил меня играть сегодня так, как я не играл уже много лет.» Просто так, от чистого сердца и с таким чувством. Так что да, это было отличное время.
Мы также проводили опрос по хэви-металу. Не хотите ли угадать, кто занял первую строку? На самом деле это своего рода наводящий вопрос!
О Боже! Тони Айомми?
Вот именно! Очевидно, что слухи о Вашем сотрудничестве с Тони ходят уже давно. Есть ли шанс, что это все - таки может произойти?
Я думаю, что шанс есть. Мы говорим больше, чем что-то делаем, но мы много говорим. Он действительно мой самый близкий друг в музыкальном бизнесе и он был им на протяжении стольких лет. Я мог бы написать о Тони целые тома, потому что он просто самый (пауза)... Я даже не знаю, как выразить это словами. Вы знаете, он - светлый человек с замечательным, добрым характером и совершенно непостижимым чувством юмора.
И, конечно же, он отец хэви-метала. Это плод его рук и его разума. Молодой бывший сварщик, он приложил много сил, чтобы это произошло. Мне кажется, это его заслуга навсегда. Он основал хэви-метал. Думаю, что, вероятно, большинство людей согласятся с этим, судя по вашему опросу!
Да, мы были очень довольны результатами опроса. Он кажется очень представительным.
Надеюсь, Вы не против, что я это говорю? Самое забавное в игре на гитаре то, что ты не можешь реально ее оценить. Невозможно реально составить какой-либо рейтинг. Я бы ответил так. Я глубоко польщен тем, что люди откликнулись, но у каждого гитариста есть свой особый почерк и свой характер.
Я не знаю, касается ли это любого другого инструмента, но мне кажется, что гитара, вероятно, самый выразительный инструмент, потому что любой может взять ее и что-то сыграть, воздействуя на людей. Так что, мы все разные. И я думаю, что когда люди видят этот опрос, то у них возникают комментарии: «Ну, а как же Стиви Рэй Воган?» И они будут правы. Ты знаешь «где Стив Вай? Где Джо Сатриани?»
Это правда, потому что существует такая удивительная палитра гитаристов, что, нет желания выстраивать их в какую-либо иерархию. Просто хочется наслаждаться особой манерой игры каждого из них. В любом случае, я безумно счастлив! Может быть, это противоречиво, но именно так я себя чувствую.
Знаете, для меня это никогда не было соревнованием. Это всегда только в радость. И если я вижу гитариста, который ослепительно хорош, то ощущаю «укол» типа: «О, Боже! Я не могу такого сделать.» А потом я встречаюсь с ним, и он говорит мне: «Вы делаете то, что не могу сделать я», и, хотя я не думаю, что техничность - моя отличительная черта, все же в моей игре что-то есть. Мне говорят, что в моей игре есть что-то особенное.
Что касается тембра, очевидно, что гитара Red Special является ядром звука Queen. Вы понимали как она должна была звучать, когда ее проектировали, или это был скорее процесс эволюции звука?
Хм, понемногу того и другого. Я думаю, что я представлял ее звук, я хотел, чтобы у нее был свой «голос». Меня вдохновляли некоторые моменты игры на гитаре Джими Хендрикса, Эрика Клэптона. Соло Hi Ho Silver Lining Джеффа Бека, который для меня все еще - я не знаю, на каком месте он в вашем опросе - но для меня Джефф - своего рода недостижимое совершенство.
Он лучший в своей области. Так что меня вдохновили подобные вещи, и я хотел, чтобы у моей гитары был подобный голос.
Я хотел чтобы гитара «пела» и в звуке присутствовала вокальная плавность и артикуляционность, мягкость и внятность звучания.
Значит, я все-таки искал звук. И я делал гитару с этой мыслью, думаю, что отчасти это было везение, отчасти хорошая конструкция. Я сделал гитару с обратной связью – но это уже другая история, потому что все гитары Fender и Gibson того времени были сделаны так, что они не давали обратной связи.
В этом был принцип первых электрогитар - чтобы можно было подключить гитару к усилителю на сцене, и она не давала обратной связи. Я наблюдал обратную связь, я видел Пита Таунсенда, вау! Пит Таунсенд — бог гитары и всегда им будет! Я видел, как он стоял на сцене и позволял гитаре буквально «взрываться» и она оживала сама по себе.
Я видел, как это делал Хендрикс, я помню, как Джефф Бек в клубе Marquee просто положил свою гитару на землю, вращал ее и извлекал из нее разные ноты. Вот такой я хотел видеть свою гитару. Я хотел, чтобы у нее был свой собственный голос, который я едва бы мог контролировать. Наверное, это было у меня в мыслях. И это действительно сработало. Однако это произошло не сразу.
Как был связан поиск своего звучания с использованием усилителя?
Это связано с Рори Галлахером – я упоминаю все великие имена, которые для меня были вдохновляющими!
Как-то вечером я зашел к Рори Галлахеру в Marquee. Я и мои товарищи спрятались в туалетах, пока всех выгоняли после концерта (смеется), и мы подошли к Рори и спросили: «Откуда у тебя этот потрясающий звук?» О,он был самым восхитительным человеком на свете. Он потратил кучу времени, чтобы все нам показать. Он сказал: «Ну, это просто гитара, которая тебе знакома, Брайан. Еще у меня есть усилитель Vox AC-30 и такая маленькая коробочка - treble booster, маленький Rangemaster Treble Booster. Вот и все. Все как обычно.»
На следующий день я отправился на Уордор-стрит и купил два АС-30 и нашел Rangemaster, забрав все деньги со своего банковского счета, потому что я был студентом.
Я подключил все это к своей гитаре. И я не думаю, что на самом деле что-то сильно изменилось (с тех пор). Я просто почувствовал его. Он придавал силу. В этом была своя красота. Гитара могла взреветь, но можно было услышать каждую ноту аккорда, если немного сдать назад. И теперь я знаю почему. Vox AC-30 работает иначе, чем большинство гитарных усилителей. Он дает плавный переход от компрессии и дисторшену, для меня-это просто «голос», к которому я всегда стремился. Вот что это на самом деле.
Но, знаешь, самое смешное, что у большинства людей звук, я уверен в этом, находится в пальцах. Я помню, как играл с Хэнком Марвином – вот еще одно имя, которое я не назвал, - один из моих любимцев и, к счастью, теперь мой друг.
Я играл с Хэнком Марвином, он взял мою гитару, и я подумал: «О, Боже, на что это будет похоже?»- Ну, ребята, это было похоже на Хэнка Марвина! Звук - в пальцах! Я много раз испытывал удовольствие от этого открытия. То же можно сказать о Дуэйне Эдди. Неважно, какую гитару он возьмет в руки, а он играл на моей гитаре, когда мы были в туре, это было очень волнительно. Я думаю, все дело в том, как люди играют. То же можно сказать и обо мне. Я помню, что брал гитары других людей, и они говорили: «Это не твоя гитара. Но звучит как ты, Брайан , да?» А я отвечал: «Ну, не знаю!»
Теперь, когда доступны гитары Brian May и эмулятор гитарных эффектов AmpliTube Brian May, можно серьезно приблизиться к звуку Queen с помощью технологий, но каков последний секретный ингредиент?
Я думаю, все дело в том, как ты взаимодействуешь со своим инструментом. И опять же, гитара - очень выразительный инструмент, потому что есть множество способов такого взаимодействия. Люди делают это по-разному, я склоняюсь к тому, чтобы пользоваться медиатором меньше, чем раньше. Сейчас мне больше нравится играть пальцами.
Я нахожу, что могу добиться большей выразительности, и я все еще могу использовать шестипенсовик и получить хороший характерный звук, я его называю"graunch", когда вы царапаете монеткой по струне. Если вы хотите знать о секретном ингредиенте, вероятно, это он. Шестипенсовик служит для артикуляции звука.
Как давно вы стали пользоваться шестипенсовиком?
Да, пожалуй, почти сразу. Сначала я использовал все, что мог найти. Раньше мне нравились мягкие медиаторы. Я обычно делал их из «вставышей» от шариковых ручек, авторучек и пр . Помню, что делал плектры из какого-то материала от кремневых зажигалок, которые были у моего отца. А потом я обнаружил, что предпочитаю что-то еще более жесткое, что-то, что вообще не гнется, потому, что так я мог чувствовать движение от взаимодействия струн в моих пальцах.
А однажды я просто взял монету, и оказалось, что это шестипенсовик, и обнаружил, что она может дать мне все что нужно нужно... И даже больше, потому что вы можете поворачивать ее под разным углом и получить настоящий скрежет, «scrawp». Но если вы держите ее параллельно струнам, получается очень гладкий звук , это мягкий металл, поэтому монетка разрушает струны не слишком быстро, портит обмотку лишь со временем!
Лязганье металлом о металл- в этом разгадка вашего звука, не так ли?
Да, но опять же, в наши дни я много играю пальцами, и это дает мне возможность выбора. Это дает мне немного больший диапазон звучания.
Вы слишком аналитически подходите к технике исполнения?
Нет. Ха-ха, нет! Ну, я полагаю, что так было в первое время. В детстве я многим увлекался, и уж точно электроникой и усилителями. Я сделал для себя несколько устройств задержки, я приспособил Эхоплекс, чтобы достичь длительной задержки звука, нужный для ритмических эффектов.
Я действительно собрал устройство, в котором я мог бы нажать одну кнопку, а затем другую , это дало бы мне эффект петли и я мог бы использовать его при игре. И я видел, как Эд Ширан сейчас делает такие вещи, но я никогда не занимался этим по-настоящему. Но я разбирался во всех технических тонкостях, а мой отец был инженером-электронщиком, поэтому он поощрял мои занятия с AC30 и требл-бустером, что очень важно.
Что касается техники, нет, я не думаю, что когда-либо отличался аналитическим подходом, разве что постфактум. Мне нравится позволять инстинктам управлять тем, что я делаю, и лишь потом думать об этом. Может быть, я пересмотрю свою позицию, подумав: «О, да, я делал это инстинктивно, но, может быть, я мог бы сделать все немного по-другому, и так было бы лучше.»
Вообще-то Вы довольно техничный гитарист. У вас всегда была очень отточенная и аккуратная подача.
Для меня все дело в в том что у гитары должен быть «голос», в том чтобы заставить гитару «петь», чтобы звучание было подобно вокалу. Я так думаю. Знаете, если моя игра передает то, что я чувствую, значит я достиг цели.
Безусловно, кажется, что многие Ваши соло приводятся в движение певучими мелодичными «запилами».
Мне нравится быть мелодичным. Да, это так. Я люблю быть мелодичным. Это опять к тому, что гитара должна «петь». Когда мы работали с Фредди, большую часть времени я поддерживал его, будучи человеком, от которого он мог отталкиваться (от звучания моей гитары), когда работал над вокалом. И потом очень часто он это делал, когда я играл на гитаре.
Вы знаете, я мог работать над чем-то, сделать несколько дублей, а потом он говорил: «нет, нет, давай возьмем второй тейк. У тебя там была действительно отличная мелодия. Это то, что нам нужно.» Мы всегда сознавали, что вместе создаем единую «музыкальную ткань», а не просто выпендриваемся ради шумихи. Речь идет об исполнении песен и мелодиях. И конечно же, это подстегивало нас!
В бэк-каталоге Queen так много невероятных, музыкально разнообразных аранжировок. Вокальные партии Фредди и ваши гитарные партии, кажется, очень величественно сливаются воедино.
Да. И я думаю, что мы учились у лучших. В детстве нам везло. В то время был такой взрыв рок-н-ролла, но предпосылкой послужил весь широкий диапазон музыки.
В детстве мы все слушали много классической музыки, потому что ее исполняли по радио, это было время становления мюзик-холла и скиффла, и я особенно вникал в аранжировки. Опять же, не слишком аналитически, скорее инстинктивно. Но совершенно нереальные записи The Temperance Seven (ансамбля традиционного джаза 60-х годов) для меня - яркий пример того, как можно создавать красоту в многослойных гармониях. Вы можете рассматривать их как «бутерброд», вы можете «разрезать» его и увидеть, в чем там суть, или вы можете видеть их, как переплетение различных линий, они переплетаются как змеи. Мне это нравится.
Я до сих пор слушаю прекрасные аранжировки The Temperance Seven . Я не знаю, кто их делал. Там указано, что это Джей Кронк. Я подозреваю, что каждый из них внес свой вклад, потому что аранжировки чрезвычайно сложны. Так что на меня это сильно повлияло.
Есть ли определенная песня Queen, которая кратко суммирует ваш вклад в группу, ваш звук и вашу технику ?
О, это очень трудно. Я мог бы назвать что-нибудь неожиданное, например Lily Of The Valley. Lily Of The Valley - один из первых случаев, когда я сделал действительно хорошую оркестровку. Это песня для фортепиано и баса, красивая, лирическая песня, так что было очень важно не навредить.
Но я придумал всю аранжировку так, чтобы она походила на звучание струнных. И я остался ей очень доволен , потому что она вписалась в песню, и звучит отлично.
Я экспериментировал в основном с AC-30, но начал экспериментировать и с меньшими усилителями, чтобы получить устойчивый «струнный звук», особенно с усилителем "Deacy". Я не уверен, был ли он у меня в тот момент или нет, но примерно в то же время я начал использовать этот маленький усилитель, который Дики собрал из того что было под рукой!
Вообще-то это легендарное устройство. Он до сих пор у меня есть и я его люблю. Итак, Lily Of The Valley это одна из тех вещей, которыми я горжусь, я рискнул, и думаю, что результат очень подошел к песне. В ней фортепианная партия Фредди. Очень характерная для Фредди. Я всего лишь сделал «струнную» аранжировку!
Ваши "струнные" аранжировки поражают своей гармонией. Как бы Вы описали работу над многослойными гармониями?
Ну, я думаю, что вы должны мыслить аккордами. Вы должны представить себе, что скрыто в аккордах, их возможности. Я имею в виду, что можно просто играть гитарную линию, а затем - параллельную ей гитарную линию, многие люди так делают. Но эта линия не похожа на первую, потому что она не будет отголоском того, что является стержнем песни - структуры аккордов.
Итак, играю ли я или просто думаю, представляя, как можно развить аккорды и адаптирую то, что я играю, к этой структуре. Вы играете строчку, которую слышите в своей голове, песенную строчку, а затем, обыгрываете ее, поняв, что будет происходить с аккордами. И это не аналитика. Вы можете почувствовать, что происходит.
Мне доставляет удовольствие, что иногда можно получить прекрасную гармонию, на 3-ей, 5-ой или 6-ой ступени (аккорда), а затем, чтобы перейти к следующему аккорду, нужно войти в диссонанс. И именно эти маленькие точки напряжения придают ей силу. Это сочетание диссонанса и гармонии, или "консонанса", если хотите, появляется и исчезает таинственными путями, делая волшебство возможным.
Если вам нужны примеры, вернитесь к Гленну Миллеру и The Temperance Seven, Мантовани, вы можете найти множество различных влияний. (Я слушал) людей, которые были осведомлены об этих вещах, и тех замечательных мастеров, которые делали аранжировки для Фрэнка Синатры,например, Нельсона Риддла. Многие музыкальные произведения, которые, конечно, не считаются частью рок-музыки, могут быть информативными и вдохновляющими, но ведь это музыка, и в ней можно обнаружить чудесные вещи.
Возможно, это не то, что люди могли бы легко распознать в Queen, не имея глубокого знания подобных стилей музыки.
Должен сказать, что для меня это неиссякаемый источник радости - находить такие вещи. Повинуясь инстинкту, я играл вчера вечером на одном из своих, как я их называю, "микро-концертов".
“Я потерял своего близкого друга, который умер прошлой ночью от коронавируса, и подумал: "Может, мне сыграть ее?’ И я сыграл ему старую композицию Акера Билка Stranger On The Shore. Он был руководителем своего джаз-бэнда и великим кларнетистом, и мелодия почему-то давно засела у меня в голове. Она похожа на музыкальную поэму.
Вот я и играл ее вчера вечером. Мне всегда нравится разобраться, докопаться до сути, поэтому я еще раз очень внимательно прослушал аранжировку, это все струнные с небольшим джазовым ансамблем. Струнные - отличный фон для мелодии, и мелодия не была бы тем, что она есть, без ее приятных небольших изменений.
Правда, я не очень углублялся в это, потому что у меня была только акустическая гитара, но я сделал акустическую гитарную бэк-дорожку, которая поддерживала последовательность аккордов, а затем я мог играть поверх нее. Вообще-то я не думаю, что все правильно понял. Если бы я был в студии, то потратил бы немного больше времени и сделал все как надо, но получилось довольно близко.”
С нынешними мерами по изоляции и беспокойными временами, в которые мы попали, что будет дальше для Queen и для Вас?
Я играю больше, чем обычно, когда нахожусь дома. В турне я не играю так много, потому что это слишком напрягает. Это требует большой заботы о пальцах, чтобы выдержать такую нагрузку. Мы отложили все наши европейские и британские даты концертов, которые должны были начаться примерно в это время; мы продали 400 000 билетов на этот тур.
Мне очень, очень больно останавливаться, но я уже давно предвидел, что так произойдет. Помню, когда мы закончили наше австралийское турне, я подумал: "вряд ли мы доберемся до Европы", потому, что тогда все это только начиналось. Поэтому мы решили перенести концерты на то же самое время на следующий год. Мы должны "постучать по дереву", и скрестить пальцы, надеясь что все будет "нормально", но внутреннее чувство говорит мне, что все будет не так. Я просто надеюсь, что они состоятся, и что мы хоть немного вернемся к социальной активности.
Я также молюсь, чтобы мы извлекли из нынешней ситуации некоторые уроки и не вернулись к жестокому обращению с нашей планетой, как это было до того момента, когда появился коронавирус и атаковал нас. Я так поражен тем, как дикая природа во всем мире ожила, потому что человек ослабил на нее давление.
Приятно видеть, что проявились некоторые хорошие стороны человеческой натуры. И я думаю, что мы иначе взглянули на некоторые вещи. С 1 января этого года я принял вызов движения "Веганарь"* , полагая: «Ну, попробую в течение месяца и посмотрю, каково это, и, вероятно, остановлюсь на этом.»
(*движение Veganuary (Веганарь) - благотворительная организация в Великобритании, вдохновляющая людей отказаться от мясной пищи в январе, а там и весь остальной год)
Но от этого мне стало намного лучше, и я не сдавался. В связи с сегодняшней ситуацией, я все больше понимаю, что если раньше я не стал бы проповедовать веганство, то теперь могу это делать, потому что думаю, что [для человечества] переход на растительную пищу - это движение вперед. Это имело бы огромное значение для состояния планеты, состояния нашего здоровья и жизни животных, с которыми мы так жестоко обращаемся.
Так что, сейчас я придерживаюсь этой позиции, и я не думаю, что что-то помешает мне быть веганом всю оставшуюся жизнь. Если бы все просто ели меньше мяса, состояние планеты немедленно улучшилась бы, и наше здоровье тоже, и состояние многих животные, так что я определенно выступаю за него.
То что касается меня, я - защитник прав животных, и передо мной возникла проблема. Я подумал: «Почему я агитирую в защиту животных и все еще питаюсь их мясом?» Так что для меня это был вполне логичный шаг, и сейчас я чувствую себя намного лучше. Это избавило меня от многих внутренних конфликтов. Я просто больше не думаю об этом. Я просто питаюсь растительной пищей и счастлив.
Но все-таки, назовите мне остальных гитаристов из первой десятки!
Мы добрались до Эрика Клэптона, не так ли? Следующим был Дэвид Гилмор-еще один мелодичный гитарист…
- Да, прекрасный гитарист. Я люблю его. Я испытываю к нему огромное уважение. Я видел один из его первых концертов с Pink Floyd, который никогда не забуду. Он делал сумасшедшие вещи играя слайдом, что соответствовало хаотичным выступлениям группы в то время. Он всегда был моим большим любимцем. Прекрасный гитарист.
И однажды мы играли вместе (в благотворительном проекте) для Армении. Я попросил его сыграть на Smoke On The Water в для помощи Армении. Иногда мы видимся, не слишком часто, но я очень хорошо знаю, какую замечательную работу он делает. А как насчет Джеффа Бека?”
Он девятый, после Ричи Блэкмора и Алекса Лайфсона.
Я собирался упомянуть Ричи Блэкмора следующим. Еще один мой большой кумир. Он нереальный. Я имею в виду, насколько это было поразительно наблюдать за ним. Я думаю, что он один из самых рисковых гитаристов на свете. И я говорю серьезно, в хорошем смысле. Восхитительный! Он намного обогнал любого из нас. Где Даймбэг Даррелл в опросе по хэви-металу? Он должен быть в верхней строке!”
Второй! У Вас все очень хорошо получается. Вы уже угадали две верхние строчки хэви-метал опроса! Рэнди Роудс был третьим. Результат опроса, похоже, отражают классическую эпоху хэви-метал . На пятой строке Марк Тремонти, на девятой Синистер Гейтс, на 12-й Нуно Беттанкур; но результаты очень ориентированы на классическую эру.
- О, вот и еще один потрясающий гитарист. Невероятный. Относительно Нуно - это какая-то ошибка! Мы много играли вместе и много тусовались. Один из самых запоминающихся вечеров , когда Extreme играли на трибьюте Фредди (концерт на стадионе Уэмбли в 1992 году). Я действительно не знал, что произойдет. Они держали это в секрете. Я думал, что они придут и сыграют свои хиты, но они пришли и устроили целую феерию Queen.
Я смотрел на это с отвисшей челюстью. Это было невероятно, так глубоко чувствовать (нашу музыку), играть так красиво и идеально, и при этом интерпретировать ее по-своему, это был удивительный момент. Я помню, как потом разговаривал с Нуно, и сказал: "Я понятия не имел, что ты собирался сделать", а он ответил: "Нет, ты знал, не так ли?- Поразительно! А его соло? Совершенно невероятны! Мне довольно грустно, что они не продолжили свою деятельность как группа. Они действительно не реализовали свой потенциал, это трудно объяснить.
У них был большой хит, More Than Words, и я думаю, что, к сожалению, их аудитории тогда было трудно оценить, какой они были группой. Это был один из тех странных моментов, когда у вас есть хит, но он не дает о вас того представления, какое бы хотелось. Вот как я это вижу. Потому что это была великолепная группа. Я бы сказал, Нуно очень недооценен. Он - один из великих. Я бы сказал, один из величайших ныне живущих гитаристов.
Вы знаете, кого мы не упомянули-Эрика Джонсона! Я полагаю, что есть такой феномен. Это просто еще одна целая вселенная игры на гитаре. Это поразительно красиво.
И я должен упомянуть мою подругу Ариэль, которая ездила с ним в турне и часто исполняла его партии, потому что он не собирался их исполнять. Он хотел показать исполнение кого-то совершенно замечательного! Она тоже необыкновенная гитаристка. Она еще не так знаменита, но я уверен, что у нее все впереди. У нее такой необъяснимый звук. Как жидкий металл! Я не знаю, как его описать. Он похож на золотые горошины, появляющиеся из стручка!
Это немного похоже на Эрика, ты просто не понимаешь, как рождается этот звук. Вот что мне нравится в игре на гитаре. Вы смотрите вокруг и видите бесконечные чудеса, и вам не нужно решать, что вам больше нравится. Вы можете просто наслаждаться всем этим!
Возможно, именно это наш опрос и показал, всё это многообразие.
- Ну, я просто в шоке. Совершенно потрясен. Спасибо Вам, читатели, за это. Я никогда этого не забуду.
Перевод Aleksandrina Aleksandrova для