Федот Махотин, миссионер от синематографа

15 августа 1908 года Федот Махотин открыл в Ново-Николаевске первый в Сибири стационарный кинотеатр. А в 1913 году Махотин стал первым кинохроникёром города, основателем кинопроизводства Ново-Николаевска и, сам того не ведая, киножурнала «Сибирь на экране», который начнут снимать в Новосибирске только в 1928 году.

Федот Фадеевич Махотин в Сибири стал «мистером Фёстом», миссионером от синематографа. Это он был первым, кто привёз кино за Урал. Цирковой артист, акробат и администратор гастролирующего цирка, в 1896 году Махотин вместе с труппой оказался в Нижнем Новгороде на всемирной выставке. Там он впервые увидел в действии кинематографические аппараты фирмы братьев Люмьер и незамедлительно решил купить один из них, полагая, что короткие зрелищные ролики станут прекрасным дополнением к цирковым представлениям. И попал в яблочко.

Уже в том же 1896 году Махотин крутил ручку проектора в посёлке Ново-Николаевском, точнее, в школе в посёлке инженеров и железнодорожных рабочих при станции Обь. А через несколько лет, покончив с кочевой жизнью бродячего артиста, Федот Фадеевич переезжает в Ново-Николаевск и 15 августа 1908 года на Новобазарной площади, в нынешнем Театральном сквере перед Театром оперы и балета, Махотин открывает первый в Ново-Николаевске, да и вообще в Сибири, стационарный кинотеатр — электротеатр-синематограф.

Он выкупил склад на Новобазарной площади, слегка облагородил его, разделил на кассовый и демонстрационный зал, поставил проектор и начал крутить кино. Киноаппаратом управлял сам Махотин, а на кассе и в зале ему помогала его жена, — Мария Николаевна. Успех «театра-синематографа Ф. Ф. Махотина» был ошеломляющим: очереди у касс не исчезали несколько месяцев.

На следующий день после открытия синематографа газета «Обь» писала:

«За теснотой помещения и большим стечением публики среди посетителей происходила чуть ли не давка».

Народ валил валом, зал набивался под завязку. Ни теснота, ни духота никого не смущали. Крутили «Смерть Иоанна Грозного», «Воскресенье», «Дама с собачкой», «Макбет», «Мазепа», «Отелло» и даже запрещенный цензурой к показу фильм о капитуляции Порт-Артура. Кинокартины, в основном, были заграничные.

Но поработать в полном вакууме в плане конкуренции Махотину удалось совсем недолго. Предприниматели быстро поняли, что Федот Фадеевич наткнулся на золотую жилу, и кинотеатры в Ново-Николаевске стали плодиться и размножаться, привлекая публику попроще, не искушённую в театральном и оперном искусстве, — приказчиков, писарей, ткачей и поваров.

Успешно заполняя эту нишу, вместе с электротеатром Махотина действовали «Гигант», «Диана», «Москва», «Иллюзион», «Заря» и «Модерн»». Также кино крутили в залах Железнодорожного и Коммерческого клубов, в летних театрах садов «Альгамбра» и «Сосновка».

Тем не менее, 9 января 1910 года газета «Сибирский коммерсант» писала:

«Беспристрастность заставляет сказать, что интересен и хорош только один электро-синематограф Ф. Ф. Махотина. Здесь демонстрируются новые картины, здесь хороший аппарат, здесь удобное помещение».

Федот Фадеевич держал удар достойно. Помимо того, что он постоянно увеличивал арендуемый земельный участок, перестраивал сам кинотеатр и расширял зрительный зал, он внедрял без преувеличения прорывные новшества. Он провел телефон и освещение, устроил фойе с буфетом. У него был даже ватерклозет — настоящая роскошь для дореволюционного провинциального городка. Более того, он первым обустроил в зале наклонный пол, ввёл нумерацию кресел, печатал и раздавал аннотации к фильмам, а потом и открытки со звездами кино.

Наконец, Федот Федеевич установил в своём кинотеатре второй проектор, и вот это уже был высший пилотаж. Теперь части фильма можно было запускать одну за другой без паузы, которая нужно была для перезарядки. В газете писали: «Только Махотин может дать такую гигант-картину, идёт 90 минут беспрерывно, 2400 аршин». Речь шла о «Каторжнике» по роману Гюго «Отверженные».

При этом Махотин откуда-то ещё и знал толк в рекламе. Он мог запросто дать в газету (а объявления о сеансах синематографа, как и о цирковых представлениях, всегда давали на первой полосе) текст примерно следующего содержания: «Старый друг лучше новых двух». И всё. Больше никаких разъяснений. И так несколько раз, из номера в номер. И, наконец, выяснялось, что у Ф. Ф. Махотина выходит новая картина.

Но Махотину становится тесно в рамках кинопрокатчика, и он решает идти дальше: 6 января 1913 года он снимает первую хронику жизни Ново-Николаевска. И вновь толпы горожан стремятся попасть в кинотеатр Федота Махотина. 1 февраля 1913 года на Новобазарной площади в Ново-Николаевске происходит столпотворение. Спешите видеть! — кричал анонс, приглашая зрителей сверх обычной программы посмотреть виды города Ново-Николаевска и крестный ход.

Для Махотина вновь пробил звездный час. Мгновенно откликнулся столичный «Вестник кинематографии»:

«Первая кинематографическая картина местной работы имела большой отклик у публики […] Вместо набившей оскомину иностранщины перед взором обывателя на экране промелькнули знакомые уголки родного города, оживлённые праздничным движением. Владельцы томских театров, заинтересовавшись картиной, обратились к Махотину с просьбой о прокате, но последний, признавая оплошности, которые он в будущем надеется устранить, отказал».

Сразу же, в феврале 1913 года, Махотин снял вторую серию «Видов города Ново-Николаевска». Потом были «Ново-Николаевские торжества Дома Романовых», «Масленица в Ново-Николаевске», «Прогулка от Ново-Николаевска до Берска» (так писали в то время название сегодняшнего Бердска). Откликнулся Федот Фадеевич и на заявку губернского центра, сняв две серии ленты «Виды и события города Томска».

С весны 1914 года Махотин начинает снимать настоящую хронику с шапкой «Ново-Николаевск на экране». Киножурнал «Сибирь на экране» Западно-Сибирской студии кинохроники, который начали снимать в Новосибирске в 1928 году, своим названием, безусловно, обязан Федоту Махотину, — основателю кинохроники города.

Свои выпуски Махотин показывает не реже двух раз в месяц. Обычно они включают два сюжета: «Путешественник вокруг света Фердинанд Лейбвиц в Ново-Николаевске» и «Похороны первого городского старосты Ивана Сурикова», «Пребывание в Ново-Николаевске московского митрополита Макария» и Путешественная прогулка на пароходе Гуллет», «Полёты авиатора Седова на Фармане» и «Бега и скачки с ипподрома».

С началом в 1914 году Первой мировой войны начинаются проблемы с плёнкой, выписывать которую приходилось исключительно из-за границы. Но и тогда Махотин не перестаёт выдавать два-три раза в год хронику жизни города во время войны: «Торжественное молебствование о ниспослании побед русскому воинству», «Манифестация в ознаменование взятия Львова и Галича», «Торжественный парад 41-го сибирского полка», «Сбор белья в пользу воинов», «Торжественная закладка Дома инвалидов» — вот и всё, что ему удалось снять в годы войны. На события Февральской революции 1917 года Махотин откликнулся картиной «Великий праздник революции в Ново-Николаевске». Городские торжества прошли 27 марта.

Умер Федот Махотин в 1923 году от туберкулёза лёгких. Ему было 53 года. Ни одной его плёнки не сохранилось. Всего год он не дожил до съёмок первой в Сибири игровой картины «Красный газ», которую потом постигла та же участь, что и плёнки Махотина.