Шейн Свенсон: Значение имеет только Христос и ничего больше

Шейн (в крещении — Джон) Свенсон — иконописец из города Спокан, штат Вашингтон. В интервью «Записной книжке христианина» он рассказал о своем ремесле, пути к Богу и опыте поиска исторического христианства, который, в конечном итоге, привел его к Православию.

Привет, Шейн. В Америке, как известно, достаточно широко и разнообразно представлены всевозможные религиозные конфессии и учения. Не мог бы ты рассказать о своих духовных поисках и отношении к христианству до прихода в Православие?

Я воспитывался в римско-католической традиции, но особого вовлечения в нее у меня не было, да и вообще о вопросах веры, будучи ребенком, я не сильно задумывался. В подростковом возрасте со своим школьным другом я стал посещать протестантскую молодежную группу. Именно через нее я встретился с таким понятием, которое у нас в Америке называется «спасением». Я не уверен, что у вас в России протестантское движение развито так же, как у нас в стране, поэтому поясню: «спасением» принято называть личную встречу человека со Христом. Оглядываясь на этот опыт, я не могу с уверенностью сказать, действительно ли то была встреча с Ним, или же это были просто эмоциональные манипуляции, которые достаточно распространены в среде протестантов. До этого момента я нисколько не интересовался христианством и с апатией относился ко Христу, поэтому никакого духовного опыта до первого посещения протестантской общины в 14 лет не имел.

При каких обстоятельствах произошла твоя встреча с Православием, и как пришло осознание того, что именно оно — то, что тебе нужно?

Православие не достаточно хорошо известно в Америке, хотя о нем узнают все больше и больше людей. После того, как я стал посещать собрания, я дрейфовал от одной протестантской деноминации к другой и в течение этого времени все больше и больше стал разочаровываться в религии и христианстве в частности. После долгих сомнений я решил, что не верю в Бога и стал атеистом, но не злостным, не тем, кого вы с легкостью можете встретить на просторах Интернета. Я был разочарован осознанием того, что Бога нет, что нигилистическая реальность жизни настолько бессмысленна. Эти размышления реально доставляли мне проблемы, у меня был психологический стресс, который даже мешал мне работать. В таком состоянии скепсиса я оставался на протяжении нескольких лет, пока однажды в Интернете не наткнулся на статью о Папе Бенедикте XVI. Она возродила во мне интерес к римскому католичеству. Ко мне пришло осознание того, что я не имею никаких представлений о христианстве за пределами тех достаточно мелких, неисторичных рамок, которые я приобрел в протестантизме, приведших меня, в конечном итоге, к разочарованию в Боге.

Примерно через год, когда я уже всерьез изучал историю Церкви, я впервые посетил православную церковь. В ту пору я жил на расстоянии 1, 5 часов к северу от Сиэтла (штат Вашингтон), и ближайший православный храм находился за 50 миль. Православие меня заинтересовало, но я был увлечен поиском своих корней в католичестве, поэтому все мое внимание было сконцентрировано именно на нем. Я вернулся в традицию, в которой был воспитан с детства…и почти сразу у меня возникли сомнения. То, что я увидел на практике, сильно отличалось от информации, которую я почерпнул, знакомясь с житием и трудами святого Иоанна Креста, кардинала Иоанна Генри Ньюмена и даже архиепископа Фултона Джона Шина. Традиционное римское католичество до Второго Ватиканского собора мне очень импонировало, но на практике я всегда чувствовал себя не в своей тарелке, вне зависимости от того, какой бы приход я не посещал. Углубляясь в свою веру, я находил все больше “неудобных” моментов в учении католической церкви. В тот момент я решил сделать свой путь к историческому христианству короче и стал серьезно изучать Православие.

С чего началось твое знакомство с Православием?

Одной из первых православных книг, которую я прочитал, была «Откровение Бога человеческому сердцу» иеромонаха Серафима (Роуза). Она изменила мою жизнь, я всем сердцем полюбил отца Серафима. Уверен, многие обращенные в Православие люди Запада скажут вам тоже самое. Со временем я познакомился с парнем по имени Энтони, который является одним из авторов ресурса «Death to the World». Именно через этот журнал я больше узнал о русском Православии и окончательно оставил надежду на то, что найду себя в Католичестве. Спустя какое-то время я, моя супруга и дети крестились и перешли в Православие. Я опускаю некоторые детали и надеюсь, что своим рассказом не обидел никого из исповедующих Католичество. Я люблю Запад, люблю свою культуру, но просто я остро чувствовал, что той веры, о которой я читал в замечательных книгах, ее уже просто нет. Православие же было ощутимым, оно живо, оно осмысленно. Но это мой опыт, мое видение, которое я никому не навязываю.

Ты упомянул журнал «Death to the World». На твой взгляд, такой формат подачи информации о Христе и Православии действенен?

Именно через «Death to the World» я получил представление о Православии. Я познакомился со всеми авторами журнала, чтобы иметь еще больше информации о вере. В последствии я и сам написал туда одну статью, но из-за большой загруженности оставил это дело. На мой взгляд, «Death to the World» - это самый мощный источник о Православии на английском языке, доступный самому широкому кругу читателей, разоблачающий наиболее распространенные философские и субкультурные течения и ведущий ко Христу. Я надеюсь, что журнал будет успешно функционировать еще много лет.

Есть ли у тебя “любимые” святые или те, кто еще не прославлен Церковью, чья жизнь является примером для тебя?

У меня есть очень много таких примеров, но самыми любимыми являются святитель Иоанн Шанхайский, преподобный Севастиан (Оптинский), отец Серафим (Роуз), старец Порфирий Кавсокаливит, архимандрит Софороний (Сахаров), преподобный Серафим Саровский (его образ я пишу чаще остальных), святая блаженная Матрона. Этот список я могу продолжать долго.

Как возник твой интерес к иконе?

Мой интерес к иконографии является достаточно органичным, потому что вот уже 15 лет я работаю тату-мастером. Тот факт, что я тружусь в данной сфере, у многих людей вызывает недоумение. Их мнение я понимаю и уважаю, но, честно говоря, большинство не имеет и малейшего представления о современной индустрии татуировок и, хотя я не являюсь их ярым апологетом и фанатиком, стоит сказать, что личное неприятие татуировок люди стремятся превратить в теологический запрет. Сам я в будущем планирую покинуть эту сферу и полностью посвятить себя написанию икон, но сделать это в Америке невероятно сложно, для этого буквально требуется чудо Господне, поэтому прошу ваших молитв, чтобы написание икон и роспись храмов стали моим единственным занятием в жизни. Мои навыки тату-художника позволили мне достаточно быстро освоить азы иконографии, расположив меня к иконописи. Я просто решил писать, потому что испытывал нечто вроде чувства долга за данный мне талант, который я должен использовать для прославления Его Имени.

Есть ли какая-то иконографическая школа или традиция, которая тебе наиболее близка?

Это непростой для ответа вопрос, потому что я люблю все существующие иконописные стили всего православного мира. Но я бы сказал, что наиболее интересной для меня является Критская школа иконописи, работы Ангелоса Акотантоса и Феофана Критского. Этому стилю я стараюсь подражать в своих работах, хотя пробую себя и в иных. Так же я стараюсь многое подчеркивать для себя от моего друга и наставника Углеша Милеты — очень одаренного сербского иконописца.

На мой взгляд, иконография, по крайней мере в Америке, страдает некоторыми заблуждениями, которые, я очень надеюсь на это, когда-нибудь будут преодолены. Я не собираюсь слишком вдаваться в детали, потому что мне не хочется кого-либо обижать, но если бы за всякий раз, когда бы я слышал: «Да какая же это икона, она ведь написана не яичной темперой!» я бы получал один доллар, то на сегодняшний день располагал бы очень солидным банковским счетом! Но для страны, в которой неприятие икон заложено генетически,ведь она была основана иконоборцами — это нормально. Тем не менее, я молюсь о том, чтобы Православие было услышано и правильно понято на Западе.

Что касается современной иконографии, то я предпочитаю высказывать мнение только о своих работах, которые еще нуждаются в серьезном улучшении. Я лишь надеюсь, что мои работы помогают кому-то настраиваться на молитвенное общение с Богом.

У тебя есть иконы святых, которые являются почти нашими современниками, чья манера изображения еще не выработана. Как ты работаешь над такими образами?

Я пишу как образы святых, так и библейские сцены. Когда я работаю над образом современного святого, то сначала нахожу его фото, обращаю внимание на свойственные святому атрибуты. Мне нравится рисовать современных святых, потому что это является реальным и замечательным духовным напоминанием реальности Православия и истинности нашей веры в сравнении с иными верованиями и светскими философскими учениями.

Ты прошел достаточно долгий путь в поиске Христа. Можешь ли ты сформулировать, кем Он является для тебя? Что твоя жизнь приобрела от встречи с ним?

Я все еще затрудняюсь ответить на этот вопрос, потому что чувствую, что в полной мере смогу познать Христа, только покинув эту землю. Но то, что я уже испытал с Ним, было достаточно мощным для того, чтобы показать мне, что жизнь вне Христа и вне Православной Церкви — это не жизнь вообще, лишь пустая трата времени. Значение имеет только Христос и ничего больше.

Друзья, если вас заинтересовали работы Шейна, то вы можете связаться с ним на Facebook или по электронной почте: johnswensonicons@gmail.com. Если для этого вам потребуется помощь, то пишите в личные сообщения «Записной книжки христианина»

*При использовании материала ссылка на источник обязательна